a little closer

Ночью Тэхен просыпается из-за жгучего желания пить и какого-то необъяснимого беспокойства. Он на цыпочках идет на кухню, наливает стакан воды и залпом его осушает, утоляя жажду. Но на душе по-прежнему остается неспокойно. Парень трясет головой из стороны в сторону, пытаясь избавиться от этого навязчивого чувства. Пройдя по коридору и заглянув в комнату Чимина, он понимает: кровать друга пустует и под ворохом одеял ничего, кроме воздуха, нет. Нет и друга, который в три тридцать шесть ночи вообще-то должен посапывать в своей постели. Тэхен заходит в комнату, проверяет балкон, ванную и уборную, чтобы убедиться, что Чимина дома нет вовсе. В голову тут же закрадываются не очень хорошие мысли. Пока Тэхен слушает гудки, его губы оказываются безнадежно искусанными. На улице темнота, рассыпавшая по небу миллиарды звезд, а по земле гоняется беспокойный ветер. Тэхен испускает тяжелый вздох, когда слышит «Fools» Троя Сивана где-то в недрах одеял: Чимин намеренно оставил или случайно забыл свой телефон. Он отправляется в отведенную ему комнату и падает на кровать, находя рукой Тедди и сильнее того обнимая. Ким забывается неспокойным сном, ворочается в постели и утром просыпается уже уставшим.

***

Чонгук крутит в руках телефон, глядя мимо учителя, который двадцать минут пытается объяснить непутевым студентам новый материал. За окном светло, и, несмотря на раннее время, солнце уже приятно греет сквозь окно аудитории. Чимин, который обычно не опаздывает и не пропускает пары, не пришел на сегодняшнюю лекцию. Профессору все равно, ведь в аудитории сидят сразу четыре группы — лекция потоковая — и он просто отметит в своем потрепанном журнале всего нескольких отсутствующих, включая Пак Чимина. Стоит услышать трель звонка, Чонгук тут же хватает телефон, который был отброшен на край стола несколько минут назад, и набирает номер друга. На том конце после двух длинных гудков слышится «телефон отключен» от оператора, заставляя Чонгука удивленно вскинуть брови. Он подпирает рукой подбородок и долго смотрит в экран своего айфона, дожидаясь чего-то. Но так и не дожидается. На третьей паре телефон, наконец, мигает, оповещая о новом сообщении. Чонгук сразу же снимает блокировку и читает содержимое. от кого: Неизвестный отправитель Привет, Гукки. Я у Юнги сейчас. Его девушка бросила. Не знаю, рад ли я разрыву, когда он разбит, или все-таки лучше было видеть улбыку на его лице. Это его телефог, я свой случайно дома оставил от кого: Неизвестный отправитель Я отправил такое же сообщение на свой номер, если вдруг Тэхен найдет мой телефон, чтобы он не беспокоился. Если что, можешь позвонить ему и сказать, что я в порядке? Иначе он будет волноваться, я знаю. Я хотел сам, но не знаю его номер наизусть, только твой. Чонгук читает наспех написанные сообщения с опечатками и сводит брови к переносице: номер Тэхена он все же забыл записать, отвлекшись игрушкой. Чимину невероятно тяжело, судя по сообщениям, потому что нет ни одного смайла, которыми он так часто заканчивал каждое предложение. И, будто бы прочитав мысли Чонгука, друг отправляет короткое и заключительное: «Не переживааайте ^^» — в котором смайлик не искренний, а просто нужный. Чонгук в который раз смотрит на экран телефона, думая, напишет ли Чимин еще что-нибудь, но ничего так и не приходит. Он откладывает телефон на стол и переключает свое внимание на женщину, которая ведет у них анатомию, и пытается сосредоточиться на ее словах.

***

Тэхен думает, что можно было бы позвонить Чонгуку: может, он знает, куда Чимин ушел посреди ночи и на парах ли он сейчас. Только, сразу после, ловит себя на мысли, что номера его в контактах не найдется, потому что он, кажется, не записал его. Тэхен опускает полный укора взгляд на Гука, намекая, что тот, как бы, от части виноват в этом, но мишка смотрит в ответ своими милыми глазками, и парень невольно смягчается. Вдруг Тэхен подрывается с места и ищет телефон Чимина, забытый им, точно уверенный, что там точно найдется номер Чонгука. Но телефон, к большому сожалению, оказывается разряженным. Тэхен начинает искать зарядку от айфона, но не добивается успеха, тяжело опускаясь на кровать друга. У самого Кима смартфон от Самсунг, и он впервые пожалел, что когда перед ним стояли Аpple и Samsung, его выбор пал на второй. — Что делать? — спрашивает он вслух. — С ним же все в порядке? Может, я зря волнуюсь? Тэхен вздыхает и плетется в свою комнату, присаживаясь у одного из чемоданов и разглядывая содержимое. Подумав, он отдает предпочтение белой водолазке крупной вязки и синим джинсам. — С ним точно все хорошо? — говорит он закрытой двери и убирает ключи в карман, спускаясь вниз по лестнице.

***

Пары заканчиваются в шесть тридцать. Чонгук измотан тяжелым и нудным учебным днем, проведенным без общества Чимина. На дворе полно народу, некоторые из них стоят маленьким кругом и о чем-то увлеченно разговаривают; вторые держат в руках по какому-то лакомству и с удовольствием жуют; третьи, переступив порог университетской двери, сразу устремляются домой. И лишь весна остается безучастной, на редкость холодной и ничем не занятой. Чонгук натягивает на голову шапку и, незаметно поежившись, ступает в сторону ворот. Внезапно он цепляется взглядом за Тэхена, и от приятного удивления слабая улыбка появляется на его лице. Ким одет в кремовое пальто ниже колен, а шею прикрывает воротник белой вязаной водолазки. Щеки младшего, как и кончики ушей, выглядывающие из-под прядей густых каштановых волос, красные от холода. Руки спрятаны в карманах, а сам он переминается с ноги на ногу. Завидев старшего, Ким сразу радостно машет. — Привет, — рассеянно говорит Тэхен, — хен не с тобой? Просто он еще ночью куда-то ушел и телефон забыл, я подумал, чт… — С ним все в порядке, — перебивает Чонгук, разом успокоив Тэхена. — Он у Юнги сейчас. Написал смс-ку, сказал, что номера твоего наизусть не знает. Поэтому попросил меня тебя предупредить. Знал же, что будешь волноваться. А у меня… — Моего номера нет, — так же перебивает Тэхен, облизывая губы. Он опускает глаза на свои ботинки, а затем, улыбнувшись, снова поднимает их на Чонгука. — Блин, я, оказывается, зря волновался, — заключил он, невесело вздохнув. — Это моя вина, что ты волновался вообще. Я был обязан предупредить, но, — в той же манере продолжает Чонгук, мягко улыбнувшись. — Давай… Внезапно он замолкает от сокрушительной догадки и смотрит в сторону ворот, до которых осталось всего пара шагов. — Сколько ты ждал? Тэхен вытаскивает левую красную руку из кармана тонкого пальто и вскидывает наручные часы. — Ну… Примерно полтора часа. Я просто не знал, во сколько у вас пары заканчиваются, — улыбается он, и, тихо шмыгнув носом, прячет руку обратно в карман. Больше вопросов от Чонгука не следует. Тот тоже сует руки в карманы и, кинув быстрый взгляд на Тэхена, устремляется в сторону выхода. Ким удивленно провожает спину Чонгука, с минуту медлит, но затем догоняет его, и дальше они идут вместе. Когда дорога, ведущая к их домам, разделяется в разные стороны, Тэхен останавливается и изумленно смотрит на Чонгука, который, кажется, и не думает сделать то же самое. — Увидимся! — восклицает он, заставляя Чонгука резко обернуться. — Как увидимся? — искренне недоумевает старший, — С меня горячий кофе. Тэхен радостно улыбается, слабо качая головой. — Ты не обязан, — говорит он, склоняя голову к плечу и облизывая губы. — Спасибо. — Брось, — не допускает вежливого отказа Чонгук, подходя к младшему. — Не заставляй меня чувствовать себя виноватым. — Просто… Ты выглядел таким уставшим, — Тэхен, кажется, изображает старика, а после сопровождает свою пародию мягким смехом, — когда выходил из университета. Чонгук тянет уголки губ в слабой улыбке. — А сейчас? — спрашивает он. — А сейчас, думаю… Нет? — неуверенно отвечает Тэхен. — Ну вот и славно. Чонгук хватает Тэхена за запястье и тащит в сторону Намсана, пока тот не успел выкинуть еще какие-то аргументы. Потому что Чонгук чувствует перед ним вину. И это, правда, странно. Потому что он этим никогда особо не страдает. Тэхен и не думает убирать руку со своего запястья, а пустующая улица позволяет им растянуть момент, не боясь быть на прицеле осуждающих взглядов. — Мы выглядим как парочка, — комментирует в спину Чонгука, заставляя того смущенно закашлять. Тэхен долго смотрит на чонгуковы красные — он уверен, что от смущения — уши, а потом, коротко рассмеявшись, переплетает их пальцы. И где-то в глубине души он думает, что все-таки не зря пришел.

***

Чимин не может точно сказать, когда так наивно подарил свое сердце Мин Юнги. Он упустил момент, когда стал по-настоящему радоваться их общению, начал искать поводы для встречи с ним и с нетерпением эти самые встречи ждать, и когда начал с детским восторгом и трепетом ловить короткие улыбки, предназначенные ему. Эти непонятно нежные чувства овладевали им с каждым днем все сильнее и сильнее, и парень легко поддался выбору своего сердца. Он всегда смотрел только на Юнги, который всегда смотрел только на девушек. — Как это было? — Через kakaotalk. Написала просто: «Нам надо расстаться». Чимин вздохнул. — Я попытался поговорить с ней, позвонил. Хотел лично встретиться и во всем разобраться. Но она ни трубку не подняла, ни на мои сообщения с просьбой встретиться не ответила. Ни-ху-я. Юнги устремляет пустой взгляд на голую обшарпанную стену и качает головой, встряхивая белые волосы. Тонкие запястья выглядывают из-под задравшихся рукавов черного свитшота, от чего кажутся еще белее, чем есть на самом деле. Он припадает губами к горлу бутылки и отхлебывает. — Не вижу смысла бегать за ней дальше, — с сожалением заключает Чимин. — Ты итак набегался, хен. Она не ценила. Юнги усмехается и снова хлебает спиртного. Правда режет похлеще любой сладкой лжи, но наверное так и надо: вразумить его, дать знать, что смотреть сквозь розовые стекла — бессмысленно. Что она к нему не вернется, как бы тот не хотел. Что гнаться за тем, что уже закончено бессмысленно тоже. — Есть люди, которые тебя любят, хен. Им плевать на недостатки, они любят тебя таким, какой ты есть. Посмотри теперь и на них, хен, заметь и их, — шепчет. Чимину кажется, что он жалок, но он отчаянно хочет, чтобы на него обратили внимание. Но Юнги, конечно, не придет в голову, что Чимин говорит о самом себе. — Ты бы еще поименно сказал мне, кто эти любящие меня люди, — хмыкает. — Ну, а что? Облегчишь мне жизнь. Меньше времени на поиски потрачу. Чимину не находится, что на это сказать. Хочется посмотреть в глаза Юнги с вызовом, дескать, да вот же я, по уши в тебя втрескавшийся, сижу рядом с тобой. Можешь далеко не ходить. Но вместо этого молчит. Потому что Юнги лишь открыто посмеется, в лицо плюнет и наверняка сравняет с землей после такого откровения. Он, наверное, никогда не решится открыться. — Спасибо, что пришел. Юнги поднимает руку и треплет чиминовы волосы, прячет ладонь в волосах и продолжает перебирать пряди мягких, не испорченных краской, в отличие от его, волос. У того сердце бешено колотится, готовый вот-вот раздробить ребра. Щеки пылают, и дыхание сбивается к чертям, как будто Юнги не просто прикоснулся к его волосам, мягко потрепав, а творил с ним совершенно немыслимое, грязное, откровенное, желанное — то, о чем Чимин даже не смел мечтать. «Что же ты со мной творишь?». Юнги же не уверен, легче ему стало из-за того, что алкоголь уже ударил в голову, или от того, что друг оказал такую необходимую ему поддержку — но он склонен думать, что второе. Который примчался по первому зову и уже через двадцать минут стоял у порога его квартиры, беспрерывно нажимая на звонок. Когда он, совсем потерянный, отворил дверь, младший без слов заключил его в крепкие объятья. Так длилось минут пять: Чимин стоял, прижимая к себе Юнги, и слушал его тихое неровное дыхание. А теперь они сидят на полу, спинами опираясь на кровать. Недалеко покоятся две пустые бутылки соджу. — Кольцо, наверное, придется сдать обратно, да? — замечает Юнги и между короткими глотками признается: — Странно, я не думал, что все так внезапно закончится. Представляешь, я же готовился предложение сделать. Чимин молчит. Внутри все переворачивается. Он, конечно, знал, но все равно эти слова всегда поражают как в первый раз — глубоко и в самое сердце. Юнги горько улыбается. — Спасибо, Чимин-а, — вдруг пьяно бормочет Юнги и позволяет впервые честно признаться в том, как тот ему дорог. — Правда, я благодарен тебе. Я рад, что у меня хотя бы есть лучший друг. Я не представляю, что буду делать, если потеряю и тебя. Так что, прошу тебя, продолжай быть в моей жизни и не пропадай. Такие слова — редкость. Чимин жадно глотает каждое из них, намертво отпечатывая где-то за ребрами. Он поворачивает голову в сторону своего плеча, на котором устроил свою голову Юнги, и опускает глаза на свои руки. Все равно сердце болезненно екает, несмотря на услышанные теплые слова. Потому что, кажется, френд зона — единственное место, в котором ему отведена роль в жизни Юнги. А он вынужден постоянно усмирять бешеное биение сердца и прятать румянец щек, чтобы старший ничего и никогда не узнал. Это больно. Это ужасно больно. Это действительно невыносимо. Юнги поднимает глаза и встречается с Чимином взглядами. Младший тянет улыбку и закрывает глаза. Сегодня единственный день, в котором старший позволил близость, и он хочет насладиться ею. «Я же так люблю тебя». Было бы намного проще, если бы Юнги не был гомофобом. Если бы Юнги не стискивал зубы, при каждом мимолетном упоминании подобного, было бы легче добиться его внимания. Но. Чимин не в сказке. А Юнги до чертиков в глазах ненавидит Чимину подобных.