Run

Christmas (англ.) - Рождество

Праздники приближались быстро и неумолимо. И вот уже канун Рождества. То время, которое нравилось Чимину. Яркие украшения, пушистые ёлки, подарки и снег. Это было волшебное время. Единственное в году. Именно поэтому такое желанное. На улицах с каждым днём становилось холоднее. А пушистое одеяло укрывало землю от морозов. Хрупкие снежинки скрипели под ногами, ломаясь под весом тела. Чонгук обещал встретить Рождество с ним. Первое его Рождество с любимым человеком. Чимин был рад. И немного волновался. Это так необычно и трепетно. Но он держался. Бесился целый день из-за мелочей, но держался. Получалось плохо, но он хотя бы старался. И после не мог заснуть всю ночь. Сон пришёл только под утро. Когда небо начало окрашиваться в светлый голубой. Тогда он заснул быстро и не видел снов. Мелодия звонка заставила его открыть глаза и найти мобильник. Он не хотел. Хотел только спать дальше и ничего не делать. Но поднять всё же пришлось. -Я разбудил? – Тут же послышался голос младшего. -Всё нормально. Я всё равно собирался подниматься. – Лжец. -Может, сходим куда-нибудь? -Я хотел встретиться с тобой ближе к вечеру. -Правда? -Ты против? -Совсем нет. Тогда встретимся позже. Я позвоню. -Хорошо. Я буду ждать. – Чимин улыбнулся, предвкушая встречу. Он волновался целый день. Даже поесть нормально не мог. Не было ни аппетита, ни желания. Он перемерял несколько нарядов. Пару раз сходил в душ. Потом ещё пару раз. Мама постоянно смиряла его взволнованным взглядом. А сестра вообще не обращала внимания. Потому что сама ходила примерно в таком же настроении. -Чимин, солнышко, что-то случилось? – Женщина подловила Пака на кухне. Когда он выпивал уже третью кружку кофе. -Что? Нет, всё хорошо. – Он отставил напиток в сторону. -Ты места себе с утра не находишь. -Тебе показалось. – Мин слабо улыбнулся. -Это всё из-за праздника? Прости, что мы не сможем его отметить. – Мама присела напротив. -Нет. Не волнуйся об этом. – Он замахал руками. – Мы можем отпраздновать Рождество в следующем году. -Ты мог бы поехать с нами. Твой дядя давно тебя не видел. -Ох, прости. На самом деле у меня уже есть планы на сегодня. – Он смущённо улыбнулся. Маленькая доля вины проскочила в его сердце. Ведь он так давно не навещал родственников. Просто сейчас Чонгук был куда важнее. -Правда? Ты будешь отмечать с кем-то Рождество? -Да. – Он опустил голову. Потому что щёки покраснели. В памяти сразу всплыл образ Чона: глаза цвета ночи, хриплый голос и сладкие поцелуи. -Ты с кем-то встречаешься? – Сердце встрепенулось. Он прекрасно помнил, как родители всю его жизнь говорили что и как делать. С кем дружить и с кем встречаться. Может всё и поменялось, но настолько ли сильно? -Да. – Он не смог сдержать смущённой улыбки. -Это прекрасно. – Женщина тихо хлопнула в ладоши и улыбнулась. Её глаза превратились в узкие щёлочки. Вот от кого Чимину передалась такая способность. -Правда? – Он удивлённо посмотрел на маму. -Конечно. Это замечательно, что у тебя появился любимый человек. -Спасибо. – Тихо проговорил Мин. -Ты из-за этого так взволнован? -Да. Немного. -Ох, не волнуйся так. Я уверена, что всё пройдёт хорошо. -Я тоже на это надеюсь. – Он вздохнул и отпил кофе. Его мама больше ничего не сказала. Молча ушла с лёгкой улыбкой на губах. А время неумолимо шло вперёд. И волнение возрастало. Он боялся поступить глупо, сделать что-нибудь не то. Он так хотел сделать этот праздник идеальным. Но прекрасно знал, что чем больше планируешь, тем больше ошибок получишь в итоге. От этого становилось как-то не по себе и тревожно. Волнение достигло своей финальной точки, когда на улице начало темнеть. Снега стало больше. Он крупными хлопьями падал на землю, слишком стремительно укрывая предметы и людей. Чимин нервно перебирал вещи в шкафу. Хотя разницы никакой, ведь его всё равно не увидят. Они будут в куртках, на улице. Нет особой разницы, как он будет одет. Но всё равно в такой день хотелось выглядеть на все 100. Даже если этих 100 нет и в помине. Телефон на тумбочке завибрировал. Пак тут же кинулся к нему, ударяясь ногой об кровать. На экране светилось любимое «Чонгуки». И улыбка на лице рыжика была такой же яркой. -Да. -Привет, малыш. – Его сердце затрепетало. От любимого хриплого голоса, от нежности, от прозвища. -Привет, Чонгук. -Как ты? -Всё нормально. Я почти готов. -Отлично. Мне зайти за тобой или встретимся где-нибудь? – Пак поднял глаз на потолок. В голове крутилось два потока мыслей, и он не знал, какой лучше выбрать. -На самом деле, я не хочу, чтобы ты так далеко шёл и надо бы встретиться где-нибудь, где нам двоим удобно. – Чимин замолчал на несколько секунд, судорожно размышляя. – Но я очень хочу тебя увидеть… -Тогда я зайду. Подожди меня. – Без раздумий сказал Чон. Мин старался держаться, но не смог не улыбнуться. -Хорошо. – Он скинул вызов. До долгожданной встречи осталось совсем ничего. И Пак никогда ещё себя так не ощущал. Разве что на первом экзамене. Он был уже полностью готов и стоял у дверей, когда на его телефон пришла смс. «Я пришёл». Этого было достаточно, чтобы Чимин выскочил за дверь, даже не попрощавшись. Его шаги эхом отдавались в пустых коридорах. Сердце точно также билось в голове. Он перепрыгивал через несколько ступенек, пару раз споткнулся и чуть не упал. Но продолжал бежать. Холодный воздух ударил в лицо, когда дверь распахнулась. Чимин остановился после нескольких шагов. Чонгука нигде не было видно. Только темнота вокруг и падающий снег. Ореховые глаза бегали от фонаря к фонарю, в надежде найти любимого человека. И остановились на углу дома напротив. Чон стоял в тени здания, с опущенной головой и опирался о стену. Улыбка не заставила себя долго ждать. Чимин засветился и бросился к Гуку. Тот отреагировал мгновенно и оторвался от стены. Ждал Мина. Рыжик скрипел снегом и выдыхал белый пар пока бежал. Кинулся в раскрытые объятия и уткнулся лицом в шею. Чонгук только тихо засмеялся, обнимая в ответ. Было просто замечательно стоять вот так. Греться теплом Чона, вдыхать его запах и чувствовать горячее дыхание на волосах. Пак сам поддался вперёд. Приподнялся на носочках, сминая чужые губы в поцелуе. Он заметил, как младший опешил. Поэтому улыбнулся и вернулся на своё место. -Это что было? – Через какое-то время хмыкнул Гук. -Я соскучился. – Поджал губы Мин, улыбаясь. -Вот как? – Удовлетворённо кивнул тот. – Тогда, может, поцелуешь ещё раз? – Он склонил голову и ухмыльнулся. Пак только тихо рассмеялся и снова прикоснулся своими губами к чужим. Отстраниться на этот раз ему не позволили. Чон одной рукой обнимал его за талию, а второй нажимал на затылок. Чтобы в следующую секунду углубить поцелуй и ворваться языком в чужой рот. Пак отвечал с небывалым рвением. Крепко держался за куртку, прижимал к стене и наваливался всем телом. Будто хотел раствориться в нём. Или утонуть. Или исчезнуть. Но чтобы только внутри. -Я тоже скучал по тебе. – Сказал младший, когда, наконец, отстранился. -Ты почему стоял так далеко? -Не хотел, чтобы родители увидели. -Правда? Я совсем не подумал об этом. – Согласно кивнул Чимин. -Я думаю, они ещё не готовы. -Ты прав. – Улыбнулся рыжик. -Пойдём? -Да, идём. – Чонгук протянул старшему руку и Чимин довольно переплёл свои пальцы с его. -Ты замёрз? -Ты согреешь. На площади было многолюдно. Повсюду парочки, целые семьи и компании друзей. Все шумят, разговаривают, выпивают. И собираются у главной ёлки. Она просто огромная. Яркая, пушистая. С огромным количеством разноцветных шаров, серебристой мишуры и белыми огнями. Чимин никогда не отмечал Рождество здесь. Всегда дома, в кругу родителей и сестры. Но, оказалось, делать это на улице тоже приятно. Особенно, когда рядом Чонгук. Он крепко держал Мина за руку, смотрел на падающий снег и слабо улыбался. До заветного момента оставалось несколько минут. Все начали медленно собираться у главной достопримечательности. Народу становилось больше, а места – меньше. Чимин прижался к младшему сильнее, позволил уложить чужую руку на своё плечо. На улице холодно, но ему тепло, будто он сидит у самого горячего камина. -Ты готов? – Шепнул ему Гук. -Готов. – С предвкушением ответил Чимин, не отрывая взгляда от часов на здании. Секундная стрелка медленно начала свой круг. Осталось меньше минуты до волшебства. Он следил за ней, крепче сжимая руку Чона. 7… 6… 5… 4… 3… -Малыш. – Чимин мгновенно повернулся на голос. -Да? -Я люблю тебя. Больше жизни люблю. – Прошептал Гук в самые губы. Он растворяется в поцелуе. Тает от той нежности, которую отдаёт ему Чонгук. Успевает схватиться за плечи, прежде чем собственные ноги откажутся держать его. Он ответно запускает свой язык в рот младшего, сталкиваясь. Жар разливается по всему телу. Это неправильно. На площади слишком много людей. Но всё это так важно, что становится всё равно на чужое мнение. Он путается пальцами в чужих волосах на затылке. Потому что на голове Гука шапка. Красная, которая невероятно идёт ему. Он жадно вдыхает воздух, когда удаётся отстраниться на мгновение. А потом снова целует. Он чувствует его руки на своей талии. Младший так трепетно прижимает его к себе. С такой любовью и нежностью, что хочется выть от всего этого. Чон посасывает его язык, а Пак стонет тихо в чужие губы. Никто всё равно не услышит. Потому что слишком громко вокруг. Все заняты наступившим праздником и поднявшимся настроением. А они растворяются друг в друге и не замечают несколько косых взглядов. Мин жарко выдыхает в губы, когда Чонгук отстраняется. Заглядывает в глаза цвета ночи и видит там себя. Больше никого нет. Только он один в отражении. И это так здорово. Здорово понимать, что он – его целый мир. Гук молчит. И улыбается. Разглядывает лицо Пака, заново запоминает каждый миллиметр. Это важно. Возможно, только для него. А, возможно, и для Чимина тоже. -У меня есть подарок для тебя. -Правда? – Опешил Чимин. – А я ничего не подготовил… -Это не страшно. Главное, что ты рядом. Младший расстегнул куртку и достал оттуда красный шарф. Пушистый, мягкий и очень красивый. Чимин только мог улыбаться, позволяя Чону надеть его на себя. Сразу стало теплее. Потому что ни шарфа, ни шапки у него не было. И крупные хлопья снега падали за шиворот. Было холодно, мокро и неприятно. -Спасибо. – Широко улыбнулся старший. – Как ты спрятал его там? -Это секрет. – В ответ улыбнулся Чон. – Тебе идёт. – Гук поправил шарф, сильнее укутывая рыжика. -Я не сомневаюсь. Прогуляемся? -Конечно. Они бродили почти до самого утра. Людей на улицах становилось всё меньше и меньше. Пока совсем не исчезли. Только редкие машины. И такие же редкие прохожие. Пьяные и уставшие. Мин грел руки в карманах Чонгука, кутался в шарф до самых глаз. Было приятно. Потому что от него пахло Чоном. Будто он специально носил его до этого. Будто впитывал свой запах в каждую ниточку. Поэтому Мин дышал глубоко и часто. Не мог насладиться. Чонгук ничего не ответил, когда старший пожаловался на усталость. Сжал его руку крепче и повёл за собой. А Мин слепо шёл следом, не задавая вопросов и доверяя. Они петляли по дворам, переходили дороги и путались между домов. Вокруг было темно и мягко. Снег продолжал падать. Он падал всю ночь и сейчас тоже не прекращался. Чимину нравилось. И Гуку тоже. Потому что блестящие капли на рыжих волосах очень красиво. Они молча поднялись на крышу. Туда, где располагалась квартирка младшего. Чимин был тут однажды. Не при самых радужных обстоятельствах, но ему понравилось. Здесь везде витала домашняя атмосфера. Потому что здесь жил Чонгук. Тот быстро открыл дверь, впуская Пака внутрь. Ведь, каким бы тёплым не был Гук, ему всё равно было холодно. А в квартире стало теплее. Он продолжал стоять на пороге, пока Чон закрывал дверь. Успел только снять ботинки. А после почувствовал тёплые руки на своей талии. Они обжигали его кожу даже через куртку и слои одежды. Младший жарко выдыхал на рыжие волосы, прижимаясь ближе и удерживая Мина рядом с собой. Он аккуратно снял шарф с шеи Пака и откинул куда-то в сторону. Опустился губами на нежную кожу, оставляя горячие поцелуи. Чимин плавился под ним, таял, словно мороженое. Он чувствовал, как его куртка соскользнула с плеч, падая на пол. И начал ощущать Чона ярче. Задыхался под его прикосновениями. Задыхался под тёплыми пальцами на животе. Задыхался под ногтями на коже. Язык младшего чертил созвездия на плечах Мина. Он обнимал со спины, кусая шею. Горячо дышал на мокрую кожу, оставлял багровые пятна. Помечал и делал его своим. Это было так необходимо. Необходимо обоим. Чимин откинул голову на плечо Чона, открывая больше доступа к шее. Потому что слишком ярко. Потому что слишком чувствительно. Потому что слабое место. И Гук знал его. И пользовался этим. Младший аккуратно расстегнул замок на кофте. Проезжающая по молнии собачка оказалась слишком громкой. В тишине, нарушаемой только томными вздохами. Руки Чонгука на мгновение остановились, когда почувствовали под пальцами ряд пуговиц. Тот только хмыкнул в плечо и поднялся выше. Прошёлся кончиком языка по уху, вызывая мелкую дрожь во всём теле. Он зацепил серёжку на мочке зубами, пока медленно расстегивал гладкие пуговицы. Чимин тяжело дышал в его руках. Холодно больше не было. Было жарко. Ужасно жарко. А внизу живота стягивался тугой узел. Пак расслаблялся в руках младшего и в то же время напрягался. Ждал чего-то и боялся одновременно. Потому что Чон манипулировал им как хотел. Забрал полный контроль над его телом, сердцем и душой. И Чимин не против. Совсем не против. Последняя пуговица освободилась от петли. Выскользнула из пальцев, заставляя дрожать от предвкушения. Чонгук медленно проскользил по животу, поднялся к груди и остановился на плечах. Продолжал играть языком с серёжкой, проводил кончиком за ухом и стягивал рубашку под ноги старшего. Рыжик лишь прерывисто дышал и прижимался ближе. Вызывая тихие смешки у Чона. Чонгук легко толкнул Мина в спину, направляя его в гостиную. Пак послушно шёл вперёд. Чувствовал горячие поцелуи на шее и младшего за своей спиной. Он продолжал сжимать пальцы на боках рыжика, впиваться ногтями в кожу и оставлять на ней розовые полумесяцы. Он шёл вперёд, пока не упёрся бёдрами в белый подоконник. За окном было темно. Только фонари блестели вдалеке, и проезжающие мимо машины. Стекло покрылось тонким слоем инея, вырисовав странные узоры в уголках. Чимин опёрся ладонями о холодную поверхность, потому что младший продолжал давить губами на шею. Заставлял прогибаться под ним. Ниже и ниже. Мин слепо повиновался. Не хотел думать сам, не хотел сопротивляться. Кажется, Чонгук что-то шептал ему на ухо. Он не был до конца уверен. Но голос Гука отчётливо слышался в голове. Он беспрекословно впустил в рот два пальца. Обхватил губами и обвёл языком. Пока Чон вырисовывал созвездия на спине. Его язык обжигал кожу, заставлял всё тело гореть, а дыхание сбиваться. Он обильно смачивал слюной длинные пальцы младшего и тихо постанывал. Пускал вибрации и слушал утробное рычание Гука. Тот толкался бёдрами вперёд. Тяжело дышал и скользил ладонями по спине. Пальцы легко выскользнули из чужого рта. А рыжик чувствовал дорожку слюны на подбородке. Чимин слышал копошение сзади. Видел в отражении тело Чонгука. Видел, как кофта улетает в сторону. Видел накачанную грудь и шесть кубиков ниже. А потом кожа к коже. Звон пряжки и звук расстёгивающейся ширинки. А узел внизу живота становится только туже. Давит куда-то и возбуждает до салютов в мозгу. Пак стонет, когда чужая рука опускается на пах. Он выдыхает, упирается лбом о подоконник и растапливает слой снега на стекле. Кажется, оно плавится от жара его рук, от дыхания, что поднимается к окну. Он начинает дышать чаще, когда с него стягивают джинсы. Чувствует холод на коже и поддаётся назад. Слышит смех Чона и его руку на пояснице. Наклоняется ниже, прижимается к паху младшего и глухо стонет в белую пластмассу. Глубоко вдыхает, когда ощущает горячие пальцы внутри себя. -Расслабься. – Нежно шепчет Чонгук и мокро целует родинку на позвоночнике. -Я пытаюсь. – Хрипит Мин. Он чувствует боль. Старается отстраниться от неё. Старается думать о губах Чона, старается думать о пальцах на коже, старается думать о словах, что говорит ему младший. Но не думает. Потому что не слышит. Потому что больно. Ведь смазки нет и совершенно другие ощущения. Он пытался, но получалось как-то плохо. Кажется, что с каждым толчком внутрь становилось только больнее. -Поцелуй меня. – Шепчет Чимин, поворачиваясь к Чонгуку. Младший тут же наклоняется вперёд, сталкиваясь губами с Мином. Целует влажно, мокро, глубоко. И так долго, что оба начинают задыхаться. Но Чон не останавливается, потому что хёну хорошо. Потому что он поддаётся назад, навстречу пальцам, совсем глухо стонет и царапает ногтями стекло. Чимин выпускает какой-то разочарованный полустон, когда пальцы Гука выходят из его тела. А после судорожно хватает ртом воздух, чувствуя младшего в себе. Чонгук останавливается, сплетает свои пальцы с пальцами Мина и прижимается губами к его плечу. Старший дышит медленно, глубоко и громко. Периодически пробивается на хрипы и сильнее сжимает пальцы Чона. А после сам толкается. Глубоко и до самого конца. Он слышит, как вздыхает Чонгук. Удивлённо. А потом тихо смеётся и поддаётся вперёд. В глазах вспыхивают искры, а перед глазами темнеет. Холодное стекло давно не остужает. А от пальцев Гука между своими горит кожа. Он чувствует капли пота на своей коже. Ему кажется, что она кипит прямо на нём. Испаряется и поднимается облаком к потолку. Чонгук толкается вперёд, наваливается на старшего всем телом и прижимает сильнее к подоконнику. Мин громко стонет, когда Чон попадает по узелку нервов. Жмурит глаза до боли в висках. Стонет снова, когда Гук вгрызается в плечо. Потому что младший собственник. И, кажется, понял это только сейчас. Потому что хочет подчинить хёна целиком и полностью. Потому что хён сам хочет этого. Им обоим липко и жарко. Воздух накалён до предела. Будто может осушить океан. Будто может наполнить лёгкие сухим песком и поцарапать горло. У Мина стоны больше не мягкие. Потому что голос медленно пропадает. Оставляя за собой скрипящее чувство на связках и боль в мышцах. А Чонгук всё такой же нежный. Но всё равно сил нет. Ноги не держат, спина ноет, а плечи и шею жжёт адским пламенем. Ведь младший продолжает кусать, целовать и вылизывать. Маленький фетиш в лице Пак Чимина. В глаза лезут мокрые рыжие пряди. В нос забивается мускусный запах. Запах Чонгука. Тот, который Чимин так любит. Но намного ярче и острее. Будто именно из этого младший был сделан. Сердце стучит быстро. А в следующий миг замедляется. Руки затекли, но Чон не отпускает их. Что-то шепчет. Какие-то нежности. И от этого хочется больше. Как ни странно. Всё тело напряженно, словно натянутая пружинка, но хочется большего. Хочется снова и снова. И Чимин просит. А Чонгук выполняет. Входит быстрее, резче. Громко дышит на ухо и кусает шею. А голос старшего, кажется, сел. Потому что он хрипит глухо и тяжело дышит. Слышит утробное рычание между лопаток. Чувствует скорую разрядку. Поэтому толкается навстречу Гуку. А потом кончает. В седьмой раз за утро. Потому что за окном уже светлеет. Потому что фонари выключаются, а внизу виднеются люди. Его ноги липкие от спермы младшего. Ведь для Пака слишком много столько раз внутрь. И Чонгук, кажется, предвидел это. С самого начала выходил. -Останься. – Хрипит Чимин, тихо и почти неразборчиво, уткнувшись лицом в подоконник. Но Гук слышит. Медлит несколько секунд. А затем входит до самого конца и кончает внутрь. Это необычно и странно. Но как-то правильно и очень нужно в данный момент. Горячо и приятно. Потому что это Чонгук. Хренов Чонгук, который завладел им полностью. Который успел настолько сильно влиться в его жизнь, что если придётся отдирать, то с мясом. Ноги подкашиваются, но младший не даёт упасть. Держит за талию и аккуратно отдирает от подоконника. -Полотенце возле двери. – Машет Чонгук в сторону ванной. -Ты не пойдёшь? – Сиплым голосом спрашивает Пак. -Ты же знаешь. Если пойду, то это затянется. – Он устало ухмыляется, натягивая на себя джинсы. Чимин только согласно поджимает губы и идёт в сторону уже знакомой комнаты. Мыться приходится долго, постоянно меняя воду с горячей на холодную. Потому что под горячей горит кожа и хочется спать. А под холодной он просыпается и не так больно. Когда Мин выходит из душа, Чонгук уже поджидает у двери. Протискивается через него и вваливается в ванную. Рыжик только хмыкает и проходит на кухню. Он дожидается младшего и застаёт его удивлённое лицо. Тот жутко устал, опирается о кухонную тумбу бедром и разглядывает Чимина. У него только полотенце на бёдрах, как и у Пака, и оба выглядят чертовски хорошо. На столе стоят кружки с горячим чаем и больше ничего. -Я прибью тебя. – Сипит Чимин. Это смешно и мило. Потому что если не вслушиваться, то кажется, что тот лишь открывает рот. – Ты часом не прихуел? -Тебе не нравится? – Ухмыляется Чонгук и проходит к столу. -Я, конечно, всё понимаю, но это, блять, маленький перебор. – Хмурится Пак. Гук усаживается напротив рыжика и подпирает голову рукой. -Ты мой. – От этих слов что-то ёкает в груди, и даже гневные слова куда-то пропадают. – Хочу, чтобы все это знали. -Чонгук… – Тут же тушуется старший, притягивая к себе кружку. Младший уже давно попивает чай, предварительно дуя на горячий напиток. -Я не смогу без тебя, хён. – Чон смотрит на тёмную жидкость, и голос его становится тише. – Ты нужен мне. Слишком сильно. Тебе кажется, что ты полностью в моей власти но… Это я зависим от тебя. – Чимин поднимается с места, чтобы после оказаться перед Гуком. Тот смотрит на него как брошенный щенок. Блестящими глазами и с маленьким страхом внутри. -Я всегда буду рядом. Я нуждаюсь в тебе настолько же сильно. – Он стоял между его ног и обнимал за шею. -Не оставляй меня, хорошо? – Младший прижался к рыжику, утыкаясь лицом в живот. -Хорошо. – Рассмеялся Чимин, запуская пальцы в волосы цвета ночи. -Не смейся. – Буркнул Чонгук, а после от него послышался глухой смешок. -Ты там сам хихикаешь, что ли? – Пак поднял лицо Чона и увидел в его глазах яркую смешинку. -Прости. У тебя слишком милый смех. -И часто у тебя так после секса? -Только с тобой. – Он притянул хёна ближе к себе, обвивая руками талию и смотря снизу вверх. -Но вот за это тебе влетит. – Он указал на укусы и засосы, что красовались на всей шее и плечах рыжика. -Не влетит. – Улыбнулся Чонгук. -Почему ты в этом так уверен? -Потому что тебе тоже нравится. – Ещё шире улыбнулся Гук и поднялся с места. – Не скрывай их. -Это будет не сложно сделать. – Мин поддался вперёд, когда получил очередной поцелуй от младшего. -Хочу заснуть с тобой сегодня. -По-другому и не получится. Чимин снова получил бельё и одежду Чонгука. Которая шла тому невероятно. Поэтому Чон несколько минут смотрел на сидящего на кровати Мина. Пока тот не взвыл, что хочет спать. А потом бухтел о том, что ему жарко рядом с младшим, пока тот не обнял сильнее и не прижал к стене. Видимо, именно этого он и дожидался. Потому что Чимин заснул слишком быстро. Так и должно быть. Чон ещё какое-то время рассматривал лицо своего парня и своё искусство на его шее, а после оставил нежный поцелуй на губах. И получил лёгкий ответ. Возможно, Чимин ещё не спал, а возможно это было на подсознательном уровне. В любом случае Чонгуку было невероятно приятно. Ведь Чимин прижался ближе, и Гук заснул с огромным счастьем в душе. Так и должно было случиться. Они оба верили в это.