Jamming Signal

05 мая 20—года. Руины Ланфронта

      Предзакатный свет просачивался в бойницы юго-восточной башни периметра руин. Полуразвалившаяся от непроходимой древности, подточенная коррозией и катаклизмами за двадцать тысячелетий, она теперь была отремонтирована и приведена в почти первозданный вид, реконструированная из практически неузнаваемой груды кирпичей. Солнечные лучи, такие контрастные вечером, проникали в помещение, оборудованное как тренировочный зал, сплетаясь на полу в причудливый узор из света и тени. Электрическое освещение не было включено: ещё было достаточно светло, да и DWN-009, он же Металл, не был особо требователен к таким мелочам. При необходимости он мог продолжать тренировки и в полной темноте, где даже подстройка контраста бесполезна.       Ему достаточно тепловых сенсоров и слуха, остальное – мелочи.       Его подопечный из младших, DWN-021 Топмен, сейчас кружащий по залу в ожидании нового раунда, в свете также особо не нуждался. Бот-скаут с гладким аэродинамическим корпусом, выкрашенным в оранжево-чёрный, на зрение не полагался вообще: его и без того слабая видеосистема не осилит той сумасшедшей скорости, до которой он раскручивался. На таких оборотах всё сливалось в калейдоскоп цветов, пятен и полос, сменяющих друг друга. Остальные датчики также мало чем помогали, чудом не шли вразнос. Единственное, на что оставалось полагаться машине, вращающейся с устрашающей скоростью – на собственную интуицию и сноровку.       Год функционирования. Год интенсивных тренировок с целью раскачать все самообучающиеся боевые программы, сделать их неотъемлемой частью ядра. Топ справлялся со своей задачей превосходно. Он был прекрасным учеником. Крайне узкоспециализированным, но его способностям нашлось боевое применение. Вертушка, двигающаяся на в самом прямом смысле убийственной скорости, он был подобен циркулярной пиле, рассекающей всё на своем пути: подойдешь близко – умрешь сразу. Пока юла крутится, от неё рикошетит всё, что в неё летит: смотри внимательно – не напорись на собственные снаряды.       Не для того Топмен был предназначен изначально, но исходное назначение давно стёрто, кануло в небытие. Давным-давно переделаны чертежи, изменена структура управляющей программы, буквально с нуля создана личность. При разработке AI-чипов “третьих” Вайли использовал предустановочные файлы, создававшиеся им совместно с Лайтом. Однако подавляющая часть прорабатывалась самим Альбертом задолго до того, как официальная разработка была закрыта, а чертежи успешно откочевали в загребущие руки их босса – и совершенно случайно были полностью удалены из всех архивов.       Как-то раз Вайли мимоходом обмолвился, что в партии, сейчас являющейся третьей, должно было быть восемь ботов. Одного не хватало, но его место занимал Шедоумен, получивший номер DWN-024 – найденный в руинах Ланфронта древний инопланетный бот, переделанный Альбертом под современные реалии.       Металлу оставалось только гадать, где мог затеряться ещё один чертеж, если роботов, разрабатываемых Лайтом и Вайли ещё задолго до “вторых” и примерно в одно время с “первыми”, должно было быть восемь, а не семь. Да и у него самого должен был быть первый номер, не девятый. Ведь он – первый из вайлиботов. Или – не совсем?.. Почему Альберт подхватил нумерацию Томаса, должна же быть в этом какая-то логика? Металл давно задавался этим вопросом, но ответа на него так и не нашел.       Да и сейчас уже не было разницы.       Топ крутанулся пару раз, балансируя на выдвижных колесиках подошв. Выжидая, внимательно глядя на старшего робота, готовый в любой момент продолжить смертельно опасную тренировку. Девятый номер стоял, прислонившись к стене, сложив руки и смотря за бойницу окна. Топмена он видел лишь краем глаза, но этого было достаточно, чтобы отслеживать все передвижения. Обманчивое затишье, способное в любую секунду перейти в новый раунд «разминки».       Внезапный рывок. Бросок от стены – и ещё три лезвия летят прямо в голову, но DWN-021 уже в другом конце зала, уже начинает раскручиваться. Хорошая реакция у вертушки. Это Квик с его скоростью восприятия мог различить момент, когда Металл без предупреждения швырял лезвие, а Топмен как-то реагировал ещё за пару мгновений до этого, предчувствуя намерения самого старшего из вайлиботов.       Блики мешают видеть, засвечивают камеры. Ещё один бросок – Металл целится по ногам. На полном серьезе – шутки кончились, никогда и не начинаясь: у девятого были свои методы «обучения», которые другим казались невероятно жестокими и сопряженными с неоправданным риском. Топа, впрочем, как и другого тренировавшегося у Металла бота, Снейка, всё более чем устраивало.       DWN-021 попросту скользнул в сторону от лезвия. Закругленная пила сверкнула у колена, лишь ободрав штанину, и со свистом врезалась в кирпичную кладку, разбрызгав в стороны крошку.       Металл в один прыжок сократил дистанцию, намереваясь достать ученика до того, как тот разовьёт достаточную скорость. Блеснул в лучах света стальной кулак – младший с легкостью отбил удар прямо перед носом, второй рукой тут же перехватив девятого за запястье, со звонким хохотом пытаясь утянуть за собой в «танец». Металл мгновенно выскользнул из захвата, снизу-вверх секанула новая пила. Большинство роботов не успели бы ничего сделать, прежде чем их разрубило бы пополам…       Топ успел – непринужденно и всё так же весело смеясь, отскочил в сторону, сливаясь с солнечными бликами, танцуя среди них, мелькая на фоне бойниц зала. Упущенная возможность – и он уже перешел в свой «номинальный» режим.       Чокнутая юла кружит по каменному полу, приводя в движение световой узор: солнечные зайчики будто живые разбегаются во все стороны. Свист поднимающегося ветра – ураганная скорость, звук, как у обезумевшей циркулярки. Теперь настала уже очередь Металла уворачиваться от механического хищника с боевым раскрасом «под тигра».       Ему достался замечательный ученик. Способный. Быстрый. Ещё бы не было такого ветра в абсолютно пустой, беспечной голове…       Он не может кружиться вечно, не хватит сил. Чуть превысь скорость – пойдет в разнос инерциальный модуль. За время совместных тренировок Металл нашарил предел возможностей Топа, хотя тот не переставал удивлять своего тренера, каждый раз побивая свой последний рекорд. Быстрее, быстрее и ещё быстрее! – но скоро начнет сбавлять обороты, останется только вовремя подловить и…       Девятый проскользнул под выставленной рукой Топмена. Отвлекающий бросок в пояс – от него один способ увернуться, чуть-чуть снизив скорость ниже режущего порога, на короткое мгновение попав в неустойчивое положение, откуда путь – уже со всего размаху на пол, когда сильный удар ногой прилетает прямехонько в открывшийся корпус.       С оглушительным грохотом Топ пропахал по каменной поверхности, закончив дорогу ударом об стену.       – Ай, – донеслось из-под стены. – Чёрт…       – Два-ноль, – прокомментировал Металл, распрямляясь.       – Так нечестно, – хрипло хихикнул двадцать первый номер.       Девятый пожал плечами: где вы видели идиота, который будет играть честно и по правилам? Окинул взглядом ученика. Пара несерьезных трещин на корпусе. Ничего не сломал, может продолжать. Да, неприятно. Да, болезненно. Но пара таких провалов – и он научится больше так не открываться. Или наконец вычислит новую траекторию для уклонения от таких сюрпризов.       – Ты уже второй раз на это повелся, – равнодушно отметил старший.       – От этого нельзя увернуться… – возразил Топ.       – Ищи способ, – последовал ответ. – Иначе сдохнешь. На третий раз жалеть тебя не буду. Поднимайся, я жду.       Так называемое «на счёт три» было его старым и безотказно действовавшим приёмом, заставлявшим шевелиться и думать. Первые два провала в отработке новой ситуации прощались – как подготавливающие. На третий раз финиширующий удар наносился на поражение. Как ни странно, но на «счёт три» Топ неизменно находил-таки способ выкрутиться прежде, чем гарантировано улететь в оффлайн.       – Ну ладно, – поднявшись по стенке, тот нетвердо встал на ноги. Пока что ещё нетвердо. Судя по взгляду, робот сейчас опрашивал состояние систем, прежде чем продолжать.       – Пять минут на прийти в себя. Отсчёт пошел.       Вертушка хохотнул, радостно осклабившись:       – Хор-р-р-рошо, – протянул он, хищно растягивая «р». – Но на этот раз я тебя достану…       Металл с сомнением посмотрел на подопечного краем глаза.       – Попробуй, – пожал старший плечами, переводя взгляд обратно за бойницы. Солнце клонилось к закату. – Успехов.       Топмен беспечен, легкомыслен. Не чувствует страха смерти – он её ещё не видел вживую, не сталкивался лицом к лицу. А когда увидит – будет поздно. Но ему, в каком-то смысле, можно позавидовать. Такие, как он, умирают с улыбкой на устах, до последнего веря, что это не конец, а может, и вовсе не понимая, что их больше не будет. Как мотыльки, летящие на огонь – так бы сказал Вудмен. Или этот, из младших, Снейк…       Снейк другой. Он сильно отличается от своих «сверстников». Нет, дело совсем не в его странном поведении или искренней любви к живой природе, такой абсурдной для робота. Дело в его характере, выделяющемся на фоне остальных «третьих». За прошедшее время змей изменился чуть ли не сильнее всех. Взгляд стал жёстким, в хрипловатом, чуть шипящем голосе отчетливо звучала сталь. Всё такой же любопытный, он научился держать язык за зубами и не задавать глупых вопросов лишний раз. Он по-прежнему был на редкость жизнерадостен, оптимистичен и слишком прямолинеен для разведчика, во многом до сих пор очень наивен. Но не осталось и следа от его детских дурачеств, глупых выходок с подкарауливанием братьев в коридорах и прыжками с потолка. Может, ему и было впервые страшно тогда, когда Металл в первый раз запустил ему лезвием в чип. Это осталось в прошлом. Сейчас Снейк, очертя голову, вызывался на такие сумасшедшие задания и в такое пекло, что и старшие бы не рискнули: слишком уж велик шанс провала и мгновенной смерти. Или, что ещё хуже, не мгновенной.       Попадешь в цепкие руки гражданской охраны или военных – тебе не позавидует никто.       Снейк возвращался со всех заданий живым и незамеченным. Пока что. Лишь пару раз вынужден был ради этого устранять свидетелей: первое убийство перенес на редкость спокойно – уже хорошо, психологическая устойчивость у робота была отличная. Всяко выше, чем у пацифиста Спарка или вечно нудящего и всем недовольного Нидла. За красными глазами, блестящими из тени забрала, была видна полная готовность к приближающейся войне. Готовность – и страх. Змей успешно скрывал последнее, никто бы и не предположил, что он вообще хоть чего-то боится, что он вообще способен бояться. Но старшему из вайлиботов было знакомо это выражение глаз. Этот ржавый запах, скрываемый за чёрным весельем и ехидным оскалом. Этот металлический привкус, прячущийся за внезапными вспышками ярости.       Не смерти Снейк боится. Чего-то другого, но чего – не разобрать. DWN-022 был весел, на все вопросы отшучивался и почти искренне смеялся. Металл только обратил внимание на взгляд бота: усталый, разбитый, отчего-то очень тяжелый. Этого более чем хватило. Такой взгляд абсолютно не вязался с поведением. Никак.       Откуда это механическое дыхание кошмара, стоящего прямо за спиной?       Плохо. На змея ложилась чуть ли не наибольшая ответственность среди «третьих». Хоть он с ней отлично справлялся, его состояние начинало напрягать. Такие, несгибаемые на первый взгляд, ломаются изнутри, внезапно… и в самый неподходящий момент. Девятый это по себе знает. Очень хорошо знает, что значит скрывать свой страх. Что такое – внезапно хрустнувший металлический хребет.       Металл поднял с пола одно из лезвий. Осмотрел погнутый зазубренный диск. Топмен тем временем уже пришёл в себя и нетерпеливо отплясывал по тренировочному залу, кружился, раскинув руки. Уже готовый к новому внезапному броску, готовый на опережение уклониться от смертоносной круглой пилы, рассекающей воздух – или рикошетом отбить обратно в Металла, заставив уже его проявлять чудеса сноровки.       Погнутое лезвие полетело обратно на пол, в кучу режущих ошметков, металлических осколков – и в тот же миг в ход пошла, весело свистнув, новая пила. DWN-021 с радостным хохотом метнулся в сторону, уклонившись от первого броска и уже раскручиваясь, готовясь отбивать новые атаки.       Топ невероятно быстр. До одури смел и безрассуден. Кроме него лишь один Снейк из «третьих» рискует «потанцевать» с Металлом. Только вот Топмен, в отличие от Снейка, кажется, даже не понимает, что пляшет со смертью. Сколько раз лезвие бы не летело ему прямо в чип – ни разу в небесно-голубых глазах двадцать первого номера не мелькнуло и тени страха. Как будто был железно уверен, что всегда сможет увернуться или отбить удар.       И ведь уворачивался, и ведь отбивал. На счёт «три» – на поражение. На счёт «три» – наверняка.       Топ способен удержать равновесие даже на тонкой нити над пропастью – проверено. Оставалось надеяться, что он так же сможет удержать душевное равновесие в надвигающейся войне.

Тем временем…

      Гравицикл несся по скалистому ущелью, огибая возникающие на пути валуны и выступы. Свет фар едва пробивал кромешную темень, сгустившуюся всего за несколько часов, начал хлестать ливень, барабаня по корпусу, затекая за ворот брони. Одежда вымокла насквозь, липла к каркасу. Изоляция электроники позволяла выдерживать хоть купание в гейзере или океане, однако приятного всё равно было мало. Хотелось использовать телепорт и перебраться в любое более сухое место, чем этот гребаный каньон…       А нельзя – они в зоне покрытия телепортационной блокады.       «За что мне всё это?»       У Квика были предположения, за что. Оставалось проанализировать длиннющий список прегрешений и выбрать любое приглянувшееся. Желательно, самое незначительное и безобидное, чтобы и далее чувствовать себя наказанным незаслуженно. Хотя если Вайли и узнал бы о более серьезных грешках, Квик всё равно не испытывал по этому поводу никаких угрызений совести. В том, что шеф в курсе, Квик особо не сомневался, а Альберту на «лишние» трупы, сверх необходимого минимума, на заданиях было, судя по всему, наплевать. Главное, что быстрый разделывал противников на мясо очень быстро. Мертвецов, как правило, хватались слишком поздно, а тела никто не находил. Так что вряд ли этот пункт входил в лист оплошностей.       И что он мог сделать такого, чтобы получить в напарники это?       – Знаешь, Квик, – этот чёртов нахальный голос… – нам тебя так жаль, ты бы знал! – два нахальных голоса на один динамик… – Каким же законченным идиотом надо было быть, чтобы не догадаться, что там будет охрана?       – Например, таким, как ты, – процедил Квик.       DWN-012 прекрасно знал, что на объекте будет охрана, как человеческая, так и снайперы Джо. Быстрый был готов к тому, чтобы устроить кровавую баню… и совсем не предполагал, что Джемини и не пошевелится помочь. Почему-то зеркальный бот всполошился уже тогда, когда подняли тревогу. Перебирая в оперативной недавние события, Квик недоумевал. Он точно слышал, что Джемини открыл стрельбу, да ещё и с нескольких сторон, задействовав копии. Трупов же почему-то было всего два – и они оба были на Квике. На обратном пути до выхода лежали разнесенными в хлам несколько защитных турелей и охранных машин, однако помогать двенадцатому номеру с киборгами никто, похоже, и не намеревался, хотя они представляли куда большую угрозу, чем машины.       «Взял на себя легкие мишени и доволен, гребаный п…»       Теперь в броне Квика красовалось несколько порядочных дыр, даром что повреждения практически ничего серьезно не задели, а оба вайлибота сумели вовремя убраться оттуда, сперев глайдер. Джемини справился с сигнальным контуром, вывел из строя половину охранных систем комплекса и снял маячок с транспорта. Да только всё это Квик мог бы сделать и сам, если бы не был занят увлекательной попыткой в гордое соло разбираться с людьми. Действуй он в одиночку, сейчас на вышке не было бы ни одной живой души ещё до того, как поднялась тревога. Но нет же, положился на этого недоумка!       Ну хоть ушли, не спалившись на пеленгующих системах и камерах – и слава Тесле! А вот то, что над всем каньоном висела телепортационная блокада, было уже значительно хуже. Очень скоро начнут прочесывать местность, надо срочно убираться. Если бы Джемини соизволил хоть немного помочь, а не страдать фигней в стороне, они бы выскользнули из этого дерьма прежде, чем поднимется блокада, да ещё и проскользнули бы мимо отслеживающих координаты телепорта систем.       – Нельзя же было взять и просто сделать, что тебе приказано, да? – продолжал злиться Квик. – В чём такая проблема просто перестрелять охранников?       – В кретинском приказе, может быть? – отозвался Джемини с сидения пассажира. Из-за свистящего ветра и ливня приходилось форсировать звук через передатчик, хотя расстояние между ботами не превышало метра. – Схемы напряги хоть раз, сколько шуму бы поднялось?       – А так, значит, его не поднялось?! – взвинтился Квик, разворачиваясь через плечо и на секунду перестав следить за дорогой.       Гравицикл ощутимо накренился, чуть не врезавшись в возникшую на дороге скалу. Ругнувшись, двенадцатый номер спешно выкрутил рули, возвращая высокоскоростной глайдер обратно на маршрут, на всякий случай набрав высоту: камни на пути начинали нешуточно напрягать.       – За управлением следи, рулевой, – пофигистично откликнулся напарник. – Поднялось. Но из-за тебя, а не из-за нас. Между прочим, мы задрались за тобой хвосты подчищать.       – Что, ручки марать не захотел? – огрызнулся Квик. – Вечно грязную работу за тебя делать приходится…       – «Вечно» – это одно задание? – оценил Джемини. – Ну да, ну да. Целая вечность. Мы могли обойтись вообще без этого, если бы ты хоть немного думал, а не хватался за свою допотопную игрушку, – он указал на управляемый бумеранг на поясе у Квика.       – Эта «игрушка» всяко полезнее твоего лазера, стекляшка.       – Хочешь сравнить? – хмыкнул Джемини флегматично.       «Я тебе это припомню».       Зеркальный бот сидел, сложа руки за головой, прикрыв один глаз. Погода его, похоже, особо не волновала, как и критическая ситуация. Судя по голосу и интонациям… хотя нет, Квик зарёкся гадать, кто из них на этот раз с ним говорит. Этот… эти двое его выбешивали одинаково. Несмотря на отсутствие назначения, что априори должно было означать «будь тихим и вежливым, если жить хочешь», наглость у этой крысы была размером даже не с планету, а со здоровенное такое солнышко, явно намеревающееся потеснить гордое светило в виде чувства собственной важности самого Квика. Если большинство ботов побаивались быстрого, предпочитая дела с «братоубийцей» не иметь, Джемини было попросту всё равно.       Для настолько хрупкого и бесполезного бота это поведение было попросту верхом безрассудности.       – …ты же, блять, робот! – продолжал выпускать пар Квик, перекрикивая ветер. – В чём твоя проблема, кретин?!       – Робот, но не самоубийца, – иронично отозвался Джемини.       «О да! Я это уже заметил, по тому, как ты общаешься».       – Во всяком случае, – спокойно продолжил зеркальный бот, – мы не настолько глупы, чтобы лезть против отряда вооруженных людей.       – Почему-то меня это не…       – Ну так догадайся, почему, – не стал дослушивать зеркальный.       «Ах ты ж сука!»       Прибить его на месте Квику мешал только непосредственный приказ Вайли, отдельно обговорившего запрет на нанесение тяжелых повреждений союзникам без острой на то необходимости. Мол, тот инцидент с Флешем и несколько выходок позднее, наклонности двенадцатого номера… а у этой зеркальной гадюки, значит, наклонностей нет?! Про тот самый «выстрел в спину» знала вся база. Ну и что, что по итогу попытка убить Снейка с треском провалилась? Она же была, и, в отличие от припоминаемого Квику, она была вполне себе на трезвую голову.       DWN-012 уже начинал про себя думать, как бы ему обойти этот запрет. Уж больно расплывчато звучали условия…       Предварительно загруженная карта местности не сходилась с реальностью, а возможности свериться по навигационным системам не было: отвратительная погода, ухудшающаяся с каждой секундой, да и была вероятность, что сигналы запросов и ответов отследят. Квик поставил бы сто против одного, что сейчас уже начнут прочесывать местность. Конечно, каньон грандиозных масштабов, наполовину покрыт лесом, лабиринтами ущелий и разломов, а противники не знают толком, кого ищут, но это слабое утешение, когда ты уже по уши в чём-то липком и органическом. С другой стороны, это было, в какой-то мере, даже забавно, когда Квик вклинился в прослушивание «закрытого» – уже не совсем… – эфира.       Эти жалкие людишки… всё, что они имеют: полностью выведенную из строя вышку связи и два трупа с перерезанными глотками. Они не знают, откуда возникла угроза. Боевики? Террористы? Чужие военные? Что угодно, никакого подозрения, что это боты Вайли! Люди даже не знают, кто против них: обычные военные роботы вроде cнайперов Джо? Такие же люди-киборги, как охрана вышки?       Робот-мастеры? Да нет, с чего бы!       Официально по всему было строго запрещено использовать робот-мастеров в боевых и военных целях: слишком велика угроза, единственный полицейский бот – и тот находился под строгим контролем, как и все гражданские. Естественно, что прозвучавшее в многоголосом эфире предположение было отметено сходу.       Он бы послушал разговоры и дальше, насмехаясь над глупостью людей, если бы следом за блокадой не подняли глушение по половине частот.       – Ты… – начал было Квик, прежде чем сообразил, куда пропал сигнал. – А, ну вообще отлично! Всего этого дерьма могло и не быть, если бы ты…       – Квик, ничего не хотим сказать, – оборвал напарник внезапно хмуро, наклоняясь вперед так, чтобы его голос было слышно без форсирования звуков в передатчик, – но ты бы лучше отключил передатчик. Если в их светлые головы придёт идея запустить скан местности…       – То нас обнаружат в любом случае, – раздраженно заметил Квик. – Это же так трудно при полном скане не заметить движущийся объект без стелса?       – В таких условиях – не обнаружат, – зеркальный бот перестал пытаться перекричать ветер и ливень, надеясь, что аудиосистема старшего хорошо парсит звук. – Если успеем добраться до леса, нас и вовсе не найдут. Но если ты и дальше продолжишь держать передатчик включенным, у нас могут быть проблемы.       «У нас и так проблемы. Из-за тебя, придурок».       – Да-да-да, а дальше-то что? У тебя есть хоть какие-то идеи, как выбираться отсюда, умник? У меня даже карта с реальностью не сходится.       – Схемы у тебя не сходятся, – вполголоса пробормотал Джемини, но Квик не разобрал ни слова.       – Что ты там кудахчешь? – зло осведомился он.       Напарник некоторое время молчал, что-то обдумывая. Запрокинул голову, совсем по-человечески щурясь против хлещущих в глаза струй дождя. Тёмное небо, затянутое тучами, выглядело чуть «подкрашенным» сиреневыми потёками: явный признак блокадного купола. Взгляд заметался по видимой части каньона. Со дна, под такой дождевой завесой и на такой скорости гравицикла было видно паршиво. Окружение сливалось в размазанные полосы, однако…       Камеры отследили мерцающий красный огонек где-то вверху и слева по курсу. Пересчитать координаты и сопоставить с достраиваемой и перестраиваемой «на лету» трёхмерной картой местности не составило труда. На «бортике» каньона наблюдался выступающий силуэт ещё одной вышки и, судя по очертаниям, какой-то комплекс.       Если соотнести его положение с сиреневым блеском купола…       – Посмотри вверх и влево, – кинул Джемини, – а потом на небо.       – Я не поддерживаю несколько процессов сразу, придурок, – прорычал Квик вполголоса, но взгляд всё же перевел, на неуловимый миг отвлекаясь от маршрута. Скорость работы его чипа, в несколько раз превышающая нормальную, позволяла обработать это почти параллельно. – И что?       – Мы движемся к центру блокады, – коротко пояснил Джемини. – И к точке, отмеченной как телепортационная привязка. Сопоставь факты, – добавил робот ядовито и явно другим тоном. – Сложи нолик и единичку, это несложно.       Резко свернув с намеченной траектории, Квик сбросил высоту, кинув гравицикл ниже к земле. Успешно «пропахал» по воздушной яме. Чуть не врезавшись в возникшую на пути скалу, резко затормозил, заворачивая рули. Глайдер остановился в сантиметре от стены ущелья. Дальше узкая долина каньона расширялась, резко уходя на «ступеньку» ниже – и перетекая в лес. Ливень хлестал по камням и металлу, где-то рядом было слышно журчание реки и шум небольшого водопада чуть дальше по курсу.       По ущелью жутко завывал нарастающий ветер.       Каньон огромен, глубина больше километра, а они успешно торчат на самом его дне. Впереди чёртов лес, на глайдере не пробраться, слишком широкий размах крыльев-стабилизаторов. Набирать высоту – самоубийство, запеленгуют как нечего делать. Да и турбулентность тут огромная, слишком высок риск не справиться с управлением. Как ни странно, им на руку играла отвратительная погода, грозящая, судя по всему, превратиться из ливня в настоящий шторм. Сомнительно, что ради каких-то неведомых двух нарушителей поднимут воздушных дронов – без толку, в таких условиях. К тому же, глушение частот и связи будет играть скорее против самого же патруля, чем против ботов. Что Квик, поднятый из мёртвых Ра Муном, что Джемини, созданный с помощью Ра Муна же, были достаточно устойчивы и привычны к странному полю, создаваемым «богом-машиной», что говорить о таких мелочах? Тем не менее, наведенные сильные помехи начинали действовать на нервы. Лучше действительно было пореже пользоваться передатчиком.       Квик задумался. Обратно сворачивать – значит однозначно наткнуться на прочесывающих местность поисковых «псов». Можно, конечно, дать бой, пользуясь преимуществами местности. Он и кинулся бы в атаку, будь один. Но ведь Вайли так захотелось спихнуть на него ответственность за этого стеклянного ненормального, от которого толку никакого нет.       Двенадцатый номер обернулся на «подопечного». Зеркальный бот сидел на бортике глайдера, свесив ноги. Невысокий рост в комплекте с хлипкой конструкцией и открытой батареей: стреляй – не хочу, одно попадание запросто выведет из строя. Минимальная броня – руки и ноги. Вся защита корпуса – бесполезные, невесть для чего нужные зеркальные пластины. Несерьезно. Не представляющее хоть маломальской ценности стекло. Зато наглости и хамства – хоть отбавляй.       Вместе с явными проблемами на голову.       «Лучше напарника не найти, да», – раздраженно подумал Квик уже в который раз за пятнадцать часов этого, с позволения, кооператива. «Вы сработаетесь! Вы сработаетесь! Да, конечно, босс! Мы сработались! Уже так сработались, что по голову в этом дерьме…» – и что-то хлюпает под воротом одежды и брони. Оно самое, по всей видимости. «План пошёл наперекосяк. И что мне предполагается делать теперь?»       Стоило признать, что Джемини был неплох как связист и прекрасно умел анализировать огромные массивы данных, даром, что научился этому сам. Это не было его назначением… которого у него вообще не было, если уж на то пошло.       Ладно. Если он сдохнет, это будут его проблемы, а не Квика. Отвечать за этого ненормального DWN-012 не собирался в принципе. Его бы воля, так он вообще избавился уже давно от этого гребанного генератора тупых шуток и подколов, который только мешать и может!       Квик не сомневался, что прекрасно справился бы и без этого…       – Эй, быстрый. Ты там завис, что ли?       Да. Без этого.

Мастерская Вайли

      – Отец? – тихий голос от двери.       «Сколько раз тебе говорить… а, всё равно бесполезно».       Вайли утомлённо выдохнул. Самый младший из его ботов, Спаркмен, был единственным, кто так называл старика, если не считать сдержанных и крайне редких замечаний Металла. Мастер на это обращение недовольно нахохливался. Не сказать, что официальное «доктор Вайли» его устраивало больше. Больше его бы устроило, если бы никто не отвлекал, приходя посреди ночи… а который, к слову, час?       Альберт поднял взгляд от голографической чертёжной панели – единственного источника освещения в мастерской. Стандартная синяя подсветка была заменена на мягкий золотистый свет, напоминающий о старых лампах накаливания. Электронные часы над выключенными мониторами показывали 02:43… похоже, что объяснять зарядке, чтобы он не отвлекал после полуночи, было совершенно битой затеей.       Альберт перевел взгляд в сторону двери. DWN-023 по-прежнему неуверенно мялся на пороге, смущенно царапая электродом дверной косяк.       – Чего тебе, Спарк? – старик развернулся на стуле, сложив руки на груди и внимательно глядя на робота.       Зарядка уставился в пол. Некоторое время собирался с мыслями, прежде чем наконец неуверенно начать:       – У меня вопрос, – начал он, поднимая взгляд. – Можно?       – Нет, нельзя, – хмыкнул Вайли, – как будто тебя это остановит. Задавай.       Спарк неловко хихикнул, заходя и прикрывая за собой дверь. Потоптался на месте, прошёл мимо книжного шкафа, пристроился на краешек верстака, подтянув к себе ноги. Большие голубые глаза смотрели на человека. Несмотря на наивную круглую мордаху обычно рассеянного робота, взгляд у него сейчас был очень внимательным и серьезным.       – Зачем всё это? – Спарк зябко вздрогнул, обхватывая колени локтями и по-прежнему смотря прямо на Вайли. – Зачем нам война? Мне не страшно, нет. Хотя я понимаю, что любой из нас может умереть… нет, я не хочу сказать, что Нидл прав… я не верю, что ты так поступишь с нами…       Вайли закатил глаза, что заставило Спарка ненадолго опасливо замолкнуть. Альберт отмахнулся: продолжай, не обращай внимания.       Насчёт бухтежа Нидла и его фаталистичных настроений у старика было свое мнение. Он только закрыл лицо рукой, когда к Нидлмену присоединился Эйр, неожиданно разделив и поддержав точку зрения младшего. Уж от кого-кого, а от одного из «вторых», знавших реальный расклад ситуации, Альберт такого не ожидал. Однако и переубеждать никого не собирался. Бесполезное и абсолютно неблагодарное занятие.       – …я просто не понимаю, – продолжал тем временем Спарк, немного запинаясь, – зачем ради этого нам убивать? Людей, роботов, кого угодно, неважно!.. Я понимаю, мы не сможем обойтись без жертв. Я понимаю, но…       DWN-023 начал говорить быстро, чуть запинаясь, нервно, и по выражению лица было видно, что он не раз и не два, похоже, это обговаривал с братьями, прежде чем рискнуть прийти к создателю. Робот очень сильно волновался, как будто затрагивал какую-то запретную тему. Причем ладно бы ещё это была какая-то действительно скользкая тема, каких можно ожидать от Снейка. Любопытство змея уже не раз и не два доводило Вайли до нервного тика, а пару месяцев назад так и вовсе поставило в тупик действительно очень неудобным вопросом, после которого Альберт целую минуту играл в гляделки со своим роботом, прежде чем вымести того за дверь с «в сети посмотришь».       Спарк задавал обычные, обманчиво-простые вопросы. Одна лишь проблема: это всё уже обсуждалось, по кругу и не по одному разу. Не напрямую с ним, но и секретом это особо-то ни для кого не было. Даром, что каждый делал выводы и всё решал для себя сам.       – Вот Снейк недавно… – Спарк замялся. Ему неприятно было вспоминать неожиданно холодный взгляд брата, вернувшегося с бурыми пятнами крови на броне и одежде. Пусть это было критической необходимостью в сложившейся ситуации, но… – Он говорит, что при этом вообще ничего не испытываешь. Но разве это – правильно?       – Положим, я тоже могу запросто умереть от любой случайной пули, Спарк, – прокомментировал Альберт наконец. – И сотней других образов. И мог уже не раз и не два.       Бот сжался ещё больше от одной такой перспективы. Доктор перевел взгляд обратно на Спарка. Тот глядел на старика большими глазами, с нескрываемым страхом и надеждой, что ему что-то объяснят простым и доступным языком. Ох, вот как бы было легко жить, если бы всё было настолько просто…       Прямо как этот самый «вечный мир» Лайта.       – Положим также, – Вайли сложил руки за головой, смотря куда-то в потолок, – что и мне приходилось убивать. Опосредовано и напрямую… – он пожал плечами, – в любом случае, не самое приятное занятие.       – Но стоит ли оно того?.. – осторожно переспросил Спарк, плотнее обхватывая колени и всё так же внимательно смотря на создателя. Мягкий и обычно неуверенный голосок бота сейчас звучал непривычно напряженным и собранным: – Пусть всё обойдется малой кровью… стоит ли это того? Понимаете, у них тоже есть близкие и родные люди и роботы. Среди них тоже есть те, кто ничем не заслужил такой судьбы. Я… я ведь видел, что было в первый раз. Квик нашел в сети всё… ему было весело на это смотреть! – голос сорвался.       Электронная радужка дрогнула, Спарк сморгнул, стараясь сдержаться. Кадры намертво въелись в память, ужасающие, безобразные, сводящие с ума, омерзительные. А Квик комментировал это всё так легко и злобно-весело, будто это был простой триллер, будто этого не происходило на самом деле. Съёмки из зала суда. Следом за этим – записи с камер годом спустя. То, как разорвал Мегамен «вторых». И вот уже на плечо облокачивается Креш, что-то вполголоса говоря… …Запомни это, Спарк. Запомни и не смей забывать. Лайтботов пощадили – нас не будет щадить никто. Любого из нас, убили мы кого-то или нет.       – Но это… – речь бота окончательно сбилась, – это же неправильно, это всё неправильно, так быть не должно…       Вайли очень долго смотрел на Спарка, сжавшегося под утомлённым взглядом старика.       Не то время, когда Альберту хотелось бы об этом снова говорить со своим роботом. Совсем не то время, когда хотелось бы повторять, а тем более – обсуждать все эти «правильно» и «неправильно», «хорошо» и «плохо», и прочие человеческие глупости, которым сами же люди успешно и не следуют. Да и как объяснить что-то тому, кто не видел вплотную и не представляет себе не то что другую сторону «конфликта», а даже всю картину происходящего?       – Я своё мнение на этот счёт говорил, и не раз, – заметил Вайли. – Я уверен, ты на самом деле всё помнишь и прекрасно понимаешь.       Усталый «вздох» робота, уставившегося в пол.       – Помню я, помню, – пробормотал Спарк. – Понимаю ли… я не знаю, отец. Я говорил с братьями и со старшими. Каждый мне отвечает по-разному.       Вайли расслабленно улыбнулся, покачав головой.       «Совсем не похож. А вопросы всё те же. Ничего не меняется».       – Предлагаю тебе решить всё для себя самому. Ты не маленький, – Альберт грустно усмехнулся. – У тебя для этого все возможности и все исходные данные. Ищи ответ сам.       – А если мой ответ будет неправильным?       Вайли рассмеялся. Спокойно, без обычных чуть сумасшедших ноток в голосе. Махнул рукой.       – Это твой ответ, как он может быть неправильным? – в пронзительных синих глазах старика плескался веселый огонек.       Спарк неуверенно улыбнулся в ответ. Он смутно понимал, что Вайли что-то развеселило, что он находит что-то очень забавным… или просто иронизирует. Не понять. Бот чуть нервно хихикнул, собираясь с мыслями.       – Что, если я… – наконец спросил он, – откажусь сражаться? Просто откажусь. Я не хочу никого убивать. Я понимаю, что я не смогу удержать от этого других. Что я ничего этим не меняю. Понимаю, что подвожу всех. Я… – он посмотрел на свои руки-электроды, – наверное, просто хочу остаться с чистыми руками?.. – Спарк отвёл взгляд в стену, смотря на перемежающиеся блики от голографической доски. – Если мы созданы для того, чтобы быть лучше людей… чтобы сделать этот мир лучше… мы должны сами быть лучше, я думаю. Что, если я просто откажусь убивать?       Вайли некоторое время молчал, задумчиво смотря в потолок. Пожал плечами, возвращаясь обратно к голографической панели.       – Это будет твой выбор. И отвечать за него будешь только ты сам.       Спарк долгое время сидел молча. Альберт только один раз посмотрел на него – что-то ещё? Тот мотнул головой, но никуда не собирался уходить. Пусть сидит. Хоть не мешает, и ладно.       Прошло некоторое время, прежде чем прикрытая дверь снова хлопнула. На пороге стоял, облокотившись на косяк, Металл.       – А тебе ещё чего? – недовольно пробурчал Вайли, оборачиваясь. – Чёртов третий час ночи, сколько же вам говорить, что…       – Разговор есть один, – хмуро заметил девятый. Окинул взглядом Спарка, тут же съежившегося. Перевел глаза обратно на Вайли: – Желательно за территорией храма. Ещё лучше: как можно дальше отсюда.

Несколько часовых поясов от Ланфронта

      И без того паршивая погода в разы ухудшилась: ливень ожидаемо перерастал в нарастающую бурю, бушующую над густым лесом на дне каньона. Конечно, и в джунглях зачастую дождь сулил мало хорошего. Особенно – с учетом местной живности. Особенно – той, что любит выползать после дождя…       От одной мысли о змеях бота немного передернуло. Конечно, его брат старался всеми возможными способами отбить у Джемини страх перед ними. Успешно делал ещё хуже. Всё, чего Снейк добился – девятнадцатый номер научился скрывать все внешние проявления ужаса. Чтобы не получить очередного подзатыльника за демонстрацию слабости.       «Надеюсь, змеи тут не водятся». – «Тут по-прежнему могут водиться ещё какие-нибудь аллигаторы…» – «И зачем вспомнил?..»       В общем-то, с рептилиями отношения также не заладились. Крокодил, с точки зрения Близнецов, от крупной змеи мало чем отличался. Да и более чем хватало одного такого… большого крокодила. Механического. В виде их брата.       Последней каплей терпения был недавний инцидент, в ходе которого пришлось весьма близко познакомиться с живыми «сородичами» змея в лесу – очередная идея, которая «наверняка сработает». Естественно, шоковая терапия результат дала прямо обратный ожидаемому. Да и, помимо непрекращающихся попыток Снейка отучить брата бояться змей, хватало и тренировок. С ним же, походу, полностью уверенным, что Джемини потенциально способен что-то ему сделать, только не старается. Тренировки представляли собой весьма сомнительное развлечение, после которого зеркальный бот не всегда возвращался на собственных ногах. Упасите от такого тренера, у которого напрочь отсутствует чувство меры, зато упрямства – хоть отбавляй.       Ответом обычно был тот аргумент, что Снейк сам выдерживает бой с Металлом, который вообще не церемонится и способен отправить в глубокий оффлайн, если не вообще убить, быстро заставлял Близнецов заглохнуть. Как-то уж больно била по гордости неспособность справиться с братом. Да и Снейк был прав: что ты будешь делать в реальных условиях, если не выдерживаешь даже тренировки?.. Оставалось терпеть молча. Отступать, сдаваться или уж тем более жаловаться Джемини не собирался.       «Не отвлекайся».       Гравицикл пришлось оставить посреди леса, когда заросли стали непроходимыми для такого транспорта. Лило как из ведра, деревья гнулись от ветра, в темноте было ничего не разобрать, а заблудиться в этом дерьме было чуть ли не ещё легче, чем в джунглях. Но и в окрестностях базы зеркальный бот предпочитал в одиночку далеко не уходить…       «Ладно, успокойся. У нас на хвосте висит проблема куда крупнее крокодила». – «Да ладно?! У нас вон впереди проблема ещё крупнее!»       Квик уже успел убежать немного вперед, «разведать» местность. От всей схемы пожелав быстрому утонуть в болотистой местности, DWN-019 осторожно начал пробираться в том же направлении, периодически сверяясь с положением красной точки, маячащей высоко вверху.       – Ну хоть с прогнозом погоды не ошиблись, – пробормотал вполголоса Джемини. И тут же ответил сам себе, куда более едко: – Надо было сразу сваливать, и оставлять его разбираться с охраной. Поздно ныть. Радуйся, что смылись… – под подошвами хлюпала грязь, ноги то и дело норовили зацепить какой-нибудь некстати выступающий корень. – Ну да, я бы сказал, куда смылись. Вот почему именно Квик? Босс настолько плохого о нас мнения, видимо, – Близнец хмыкнул. – Нет, я догадываюсь, почему…       Конечно, ничто не мешало общаться с собой молча – два основных слота чипа, как и побочные два, даже имея некоторые отличия, полностью разделяли все ресурсы и мыслительные процессы, работая в режиме эха. Однако звук собственного голоса немного успокаивал.       Вспышка молнии на миг сделала мир невыносимо контрастным, белые блики заплясали по деревьям и кустам, по зыбкой поверхности земли, выхватывая отдельные детали окружения, прежде чем всё провалилось в кромешный жидкий мрак. Грохот грозы пришёл с кратковременной задержкой. Замер времени между вспышкой и звуком не радовал. От силы километров пять до молнии.       Бот заморгал, пытаясь перенастроить слетевший контраст.       Несмотря на кажущуюся самоуверенность, Близнецы начинали волноваться. С большой вероятностью их с Квиком если не отследили сразу, то очень быстро вычислят в скором времени. Не слишком-то много путей к отступлению, а они даже не на границе – в самом центре схлопнувшегося капкана. Будет проблемно выкарабкаться.       В голове зеркального бота сейчас стояла настоящая какофония: помимо основных двух ядер были подключены два дополнительных «зеркала», а в оперативной развёрнута целая сеть процессов, пытающихся обработать ситуацию со всех сторон. Мультипоточное сознание отчаянно пыталось найти выход из западни. Пока что без особого успеха.       Если он всё понял правильно, положение центра блокадного купола действительно совпадало с комплексом на бортике каньона. Что из этого следует? Верно: там расположен генератор. Беглый анализ частот уточнял данные. К сожалению, не заглушены были только тактические частоты, а на взлом зашифрованных каналов надеяться сейчас не приходилось.       Что давало выясненное обстоятельство? По-хорошему: практически ничего.       По-плохому, у Близнецов появилась пара хороших идей, как выкрутиться из сложившейся ситуации. Как ни странно, с планами Квика они практически совпали – в первый раз за всё это время. Гении мыслят одинаково? Как бы было хорошо. Да вот только идиоты тоже, как правило, мыслят примерно в одном направлении. Явная принадлежность Квика ко второй категории немного била по самолюбию и уверенности в собственной принадлежности к первой.       «Да брось. Вдруг и его пустую голову иногда посещают иные мысли, кроме как устроить резню?» – «Ты такого хорошего мнения о нём, я просто поражаюсь…»       Хлюпающий звук, земля под подошвой оказалась не такой прочной, и нога по колено провалилась вниз, заставив робота дернуться, удерживая равновесие. К счастью, тут было неглубоко, да и в своей способности выбраться из трясины, в случае чего, Близнецы были железно уверены. Хуже было другое.       Зеркальный бот сморгнул, вскинув бластер. Когнитивная система оповестила о стремительно растущем приоритете паники ещё до того, как камеры зафиксировали движение. Видеосистема выхватила из мрака силуэт и опознала его. Рука начала ощутимо трястись, прицел поехал ходуном.       Мысли сбились. – …выстрелишь в неё – я тебе шею сверну, усёк? Бластер опустил, живо!       Джемини резво метнулся назад, на твёрдую землю, едва удержавшись, чтобы не выстрелить.       Ошибка. Они не любят резких движений. Очень не любят.       DWN-019 живо увернулся от броска, чуть не поскользнувшись. Мысли сбились, практически половина процессов, оценивающих обстановку, закрылись. Так не происходило ни с чем другим. Джемини удавалось практически всегда оставаться холодным и спокойным.       Стальную выдержку, как хрупкое стекло, ломало одно явление. Зато ломало мгновенно и успешно, невзирая на все доводы разума. – …они чувствуют тепло. Например, от твоей батареи, – на плечи ложатся ладони, заставив вздрогнуть. – Чувствуют движение. Страх…       Змея оказалась довольно крупной. Неожиданно крупной. И крайне агрессивно настроенной: через пару секунд задержки пришлось отскакивать от следующего внезапного броска. На самом деле, всё решалось очень просто. Одним выстрелом. Что лазер, что обычный разряд бластера мог прикончить живое существо мгновенно. Но…       Не может, никак не удается отделаться от фантомного ощущения, подбрасываемого памятью прямо в верхний процесс. От чувства крепко сжатых пальцев, опасно близко подобравшихся к кабелям на горле. – …тихо ты, я тебя не убью, только не вздумай в неё стрелять…       Держать себя в руках. Они реагируют на тепло и на движение. Если тут эта тварь окажется не одна, а она наверняка не од… Нога наступила на что-то.       Что-то шевелящееся.       Реакция у роботов сама по себе была быстрая. Даже у немного заторможенного Хардмена, не говоря уже о Джемини. Может, Близнецы и уступали молниеносной скорости Квика, сумасшедшей реакции Металла или того же Снейка, но двигался бот очень быстро.       Особенно – подстегиваемый иррациональным страхом. – …Успокойся, она тебе ничего не сделает, – тихий смех, руки крепко обнимают за плечи, – не отравит же. Смотри… – в голосе Снейка мелькают расслабленно-насмешливые ноты: – Она же тебя боится ещё больше, чем ты – её.       Временами ему самому становилось смешно от этой паники. Нелепо. Ничем не обосновано. Кого реально стоило бояться сейчас, так это патрульных. И их, как ни странно, он не боялся совершенно. В одиночку – насколько про него в принципе можно было сказать «в одиночку» – против нескольких снайперов Джо и скорострельных турелей, значит, могут. Под перекрестный огонь – и то не страшно, даже весело. Хотя любой выстрел может оказаться последним, в чип попасть не так уж и сложно.       Боится гребаных безобидных зверушек… и своего брата за компанию с ними. Впрочем, не в меру ретивый металлический аллигатор, в отличие от них, хотя бы представляет вполне настоящую и совсем нешуточную угрозу.       Джемини не сразу сообразил, как уперся спиной в дерево.       Ну, классно, приехали!       Страх занял все ресурсы оперативки, бот даже перестал следить за окружением. Вообще.       Докатились.       Нервный смешок. Очередная вспышка молнии как раз сделала милую рожицу змеи, нависшей над некрупным, в общем-то, ботом, очень контрастной и чёткой. Особенно – её клыки. Чисто в теории, если она прицелится в горло, проводке точно звезда.       Вот же влипли.       Даже пристрелить её не может: страх ещё больше удавкой затягивает. Снейк будет потом очень зол, если узнает. А узнает он наверняка: соврать или промолчать не удастся, по взгляду всё поймет – брат прекрасно различал, когда Джемини недоговаривал, врал или включал «дурачка». Узнает о таком – точно придет в бешенство. Что такое двадцать второй номер в бешенстве – лучше не знать. Хотя Джемини за последние полгода только пару раз нарвался на злость брата, да и то по собственной вине, вспоминать это не хотелось.       От этой мысли стало ещё хуже.       – Ну и какого чёрта?!       Посвист металлического бумеранга отчётливо прозвучал сквозь грохот дождя. Шипение оборвалось, с жестким звуком оружие врезалось в дерево, пригвоздив к нему дергающуюся, но уже умирающую змею. Джемини вовремя успел увернуться, чтобы лезвие не задело его самого – Квик особо не заботился о том, успеет тот убраться из-под броска или нет.       Взгляд перефокусировался, мысли снова разбежались по четырем потокам. Джемини несколько секунд растерянно смотрел на конвульсивно извивающуюся змею и на управляемый бумеранг, на котором мерцал красным сигнальный огонёк. Молча перевел взгляд на подошедшего Квика.       – Мы и сами бы справились, – укоризненно пробормотал DWN-019.       Квик некоторое время сверху-вниз смотрел на Джемини, отчаянно старавшегося сохранить спокойный и несколько недовольный вид. Выдернул из дерева бумеранг, счищая с него кровь.       – Я вижу, как ты справился, – процедил Квик. – Змеи. Это же так страшно! Я просто поражен! – он пнул в сторону труп животного. – И что мешало просто пристрелить её и не тратить время?       Кое-как придя в себя, Джемини отмахнулся и отвернулся. Сделал несколько шагов в сторону, впрочем, не отходя далеко.       – А, я понял, – хмыкнул Квик. На лице старшего расплылась ехидная ухмылка. – Дай угадаю…       – Можешь не угадывать, – жестко оборвал Джемини, взяв голос под контроль. – У нас сейчас есть другие проблемы.       – Смотрите-ка, кто запел! – насмешливо оскалился Квик, убирая оружие на пояс. – Тебя только что это не волновало. Что с лицом, стекляшка? Змейку пристукнули, жалко стало?       Быстрый покосился на вторую змею… очень резво удравшую в заросли.       – Или ты, похоже, боишься, что твой брат об этом узнает, да?       Квик удовлетворенно оценил, как вздрогнул младший робот. Даже смотреть на лицо не надо было, чтобы догадаться, как тот сейчас отчаянно старается сдержать злость. Выведенное из равновесия страхом, его состояние буквально чувствовалось, просачиваясь сквозь обычно холодное стекло.       – Мне вот интересно, что он тебе бы сделал за это… – издевательским тоном продолжил Квик.       – Можешь сказать ему об этом, – стараясь сохранять спокойствие, Джемини кивнул на змею, – и посмотреть, что он с тобой сделает.       Квик расхохотался в голос:       – Обязательно скажу! С удовольствием посмотрю на его реакцию… Я ведь так боюсь маленьких наглых змеек, которыми только детишек и пугать!       Ничего не ответив, DWN-019 кинул взгляд куда-то вверх, по всей видимости, ища ориентир, после чего пошел в другую сторону, на этот раз уже осторожнее и смотря под ноги. Квик несколько секунд стоял, сложив руки, ехидно ухмыляясь в спину. Беззащитно открытая батарея, хорошо хоть от воды защищенная, а так: стреляй – не хочу…       – Всё хотел спросить… – весело прокомментировал DWN-012, – как успехи на тренировках? – последнее слово прозвучало особенно проникновенно.       Никакой реакции. Хмыкнув, Квик сделал пару шагов.       – Видимо, очень хорошо… для такого мазохиста, как ты.       В точку: даже в темноте легко было различить, как сжались пальцы. Нащупав больное место, Квик не мог отказать себе в удовольствии ударить туда посильнее.       – Серьезно, мне в самом деле интересно стало, – DWN-012 пошел следом, – почему ты до сих пор сам не отказался с ним занима… а, кстати, чем?       Джемини резко развернулся. Из темноты на старшего внимательно смотрели сощуренные, чуть подсвеченные зелёные глаза. Недавнее ещё выражение страха начисто было стёрто с плосковатого лица. Робот косо усмехался, но усмешка эта больше походила на предупреждающий оскал. Это могло бы выглядеть даже жутко – будь у него такие же выступающие стальные клыки, как у Снейка.       – Хочешь, – бот поднял бластер, раздался характерный звук переключения режимов с обычного на лазерный, – мы покажем, чем занимаются на тренировках? Тебе понравится.       – Смотри-ка, задело… – наиграно удивился Квик. – Ты чего дерзкий такой?       – Я? – раздалось позади него. – Мы.       «Вот же крыса», – закатил глаза DWN-012. Ну конечно, как он мог забыть, что у этого недомерка ещё и голограмма. Которая сейчас целилась ему в спину. Как будто успеет выстрелить на опережение. Как будто серьезно полагает, что может его переплюнуть. У Флеша, например, не получилось, хотя у него были все шансы уложить Квика на лопатки. Несколько раз. Что-то не вышло. Сомнительно, что эта стеклянная пушка быстрее времени.       В спину Квику целились впервые. Как мило. Обычно это делал он сам.       – Знаешь, братан, – задушевным голосом произнес Квик, – к тебе на «вы» я обращаться не буду, и не надейся. Мне понравится, говоришь? – он сделал шаг навстречу, весело разводя руками: – Ну, если тебе так нравится, когда тебя бьют, достаточно просто попросить… я не против.       «А вот и лазейка!» – сообразил DWN-012. «Ну давай, давай, скажи это…»       – Не отвлекался бы ты… – голос с третьей стороны.       Квик хотел было уже ответить, как камеры зафиксировали движение в другом направлении – и свет фонарей, полоснувший по листве. Судя по изменившемуся взгляду Джемини, мгновенно ставшему ещё более холодным и жёстким, он тоже заметил.       «Потом», – DWN-012 довольно осклабился в темноту.       Дождь не прекращался, буря бушевала над ущельем. Пахло ржавчиной. Пахло приближающейся кровавой баней.