Однажды в Нью-Йорке

- Это, блять, что за херня была?! Денвер не особенно заботится о том, как выглядит со стороны. Припирает ирландца к стене коридора, едва не рычит. И все это на глазах у обалдевшей медсестры. А Кэссиди, естественно, по барабану. Только хмыкает, смотрит насмешливо. Никогда еще Рик не был так близок к серьезному такому нарушению всех мыслимых инструкций и законов. - Офицеры, прекратите немедленно! Окрик ли медсестры или её оговорка так подействовали, но Эрик отступил, сжимая кулаки, почти бегом бросившись из больницы. Даже не оглянулся. Видеть нахальную рожу нарика хотелось меньше всего. И ведь не поймешь сразу, с чего так взъелся. Ханжой Рик себя не считал никогда, сам периодически позволял себе засматриваться не только не девчонок. Но, блять, его напарник и… этот?! Пародия на человека! Джерри должно было стошнить только от одной мысли. К тому же – наркоман! Рик рывком распахнул дверь машины, рухнул в кресло. У Андерса совсем шарики за ролики заехали. А если этот ирландский ублюдок чем-то болен? Да какое там "если", наверняка же! - И вот не понимаю, чего ты так завелся? Ревнуешь? Денвер молча развернулся к усевшемуся на переднее сидение мужику. Размахнулся для затрещины, уже предвкушая, как разобьет нос придурка о приборную панель. И сам едва не взвыл от боли в отбитой руке. Кэссиди даже не шелохнулся, не вздрогнул, хотя от такого удара должен был полететь мордой вперед. Кэсс невозмутимо снял очки, насмешливо вскинул бровь. - Вот в кого ты такой припизднутый, а? Тебе бы силы поберечь, для вылазки. Детектив дернулся, как от пощечины. И неожиданно даже для самого себя усмехнулся. Злость никуда не делась, просто отошла на второй план, до поры, до времени. И сейчас к Кэссу появилось намного больше вопросов. Как только расследование продвинется хоть немного, не избежать ирландцу допроса. Возможно, неофициального. - Адрес там какой? - Сначала ко мне домой, - Кэссиди выразительно подергал за полу своей куртки, - хоть переоденусь по-человечески. Да и на моей машине удобнее будет. Ее не жалко, в случае чего. С этим Эрик и спорить не стал. Конечно, погони с перестрелками в планы на эту ночь не входят, но когда хоть что-то шло по плану?

***

- Я здесь бываю чаще, чем в собственном доме, - Денвер присел на край кровати Кэссиди, наблюдая, как хозяин квартиры сосредоточенно роется в шкафу. Во всей этой ситуации было что-то настолько нелепое, что даже смешно. Для начала Рик заявил, что глаз не спустит с ирландца, пока тот в доме. Мало ли, где дозу припрятать мог. Ехать куда-то посреди ночи с кайфующим идиотом желания нет никакого. И этот ублюдок ведь согласился, буркнув что-то про бесплатный стриптиз. - Так а в чем проблема? Переезжай, дорогуша, скучно точно не будет! К сожалению, под рукой детектива оказалась только подушка, которая и полетела в ухмыляющуюся харю. Естественно, ирландец её поймал и перекинул обратно. Детский сад, одним словом. - Искренне надеюсь, что в ваших с Джерри отношениях он был сверху. Надо же хоть кому-то выебать из тебя всю дурь. Очень медленно закрылся шкаф. Кэссиди, как был, в одних трусах, сжимая в руках джинсы и футболку, шагнул вперед. На лице застыла потрясающая смесь ехидства и удивления. Рик постарался не думать, насколько сильным на самом деле оказался нескладный жилистый парень, не сводящий сейчас с детектива нечитаемого взгляда. - Погодь, братиш! Ты уж определись, морду мне бить, содомиту проклятому, будешь, или шутки шутить? - Третий вариант – собраться и поехать. Не ты ли громче всех возникал, что времени нам терять нельзя? Эрик сам не узнал своего голоса – севшего и злого. Невнятная тягомотина вокруг этого дела уже порядком выбешивает. К тому же, детектив в полной мере представляет себе, каким разбитым будет завтра утром. Хотя едва перевалило за полночь, спать уже хочется. Кэсс едва заметно хмурится. - Возьми колу в холодильнике, тебе кофеин не помешает. Непривычная забота Кэссиди добила окончательно. Уже на пороге кухни, Рик криво усмехнулся. Ирлашка все-таки нашел способ остаться один. Хер с ним. Пусть колется, нюхает, курит или что он еще может придумать. Денвер встряхнулся, чувствуя, как тяжелеет голова. Первый признак долгой злоебучей мигрени. Свернул в ванную – сунуть голову под ледяную воду – тоже ничего себе лекарство. Свет не зажегся, под ногами что-то захрустело. Чего-то подобного детектив и ожидал. Разбитая лампочка, видимо. Интересно, сам хозяин дома замечает, как это все жалко выглядит? Холодная вода освежает, Рик даже может в полутьме разглядеть ворох грязной одежды у стиральной машины, какой-то ящик в углу. Холодильник? - Утопиться решил? Полицейский чуть вздрагивает, обернувшись. Кэсс в дверях, уже одетый. И, кажется, вменяемый. Протягивает банку колы. - Похоже, сегодня я за рулем… Рик только кивает. Желания спорить нет ни малейшего. Просто удивительно, каким покладистым его может сделать обычная головная боль. Пусть и сильная. Чертовски, мать её, сильная.

***

Поездка на старом раздолбанном пикапе стала бы для Рика настоящим адом, если бы не Кэсс. Страшно подумать, но детективу даже показалось, что ирландец за него переживает. Первым делом выдал автомобильную аптечку. Эрик обратил внимание, что все лекарства нетронуты, но тут же отмахнулся от этой очередной странности. Подумать можно, когда обезболивающее подействует. Вопреки опасениям Денвера, голова его все-таки решила не подводить и не взрываться. Когда Кэссиди зарулил во двор безликого здания, в равной степени напоминающего заброшенный завод и кирпичные бараки, Рик уже смог выйти из машины, не покачнувшись. Пусть тяжесть где-то в затылке никуда и не делась, но вспышки боли больше не беспокоили. Если не дергаться лишний раз, естественно. - Хуевенькая идея, вот что я думаю. Полицейский удивленно воззрился на замершего рядом мужчину. Кэссиди ответил насмешливым взглядом поверх темных очков, затянулся самокруткой. В любом другом случае Эрик набросился бы на него за «косяк», сейчас же только отмахнулся от сладковатого дыма, экономя силы. - Много думаешь. И, нет, в машине я не останусь. Ирландец демонстративно развел руками. - Мое дело предупредить. Не высовывайся, не геройствуй, и, ради Бога, не хватайся за пушку при каждом подозрительном шорохе! Эрик кивал с усмешкой на каждое слово. Кэсс явно нервничает. Видимо, совсем мозги скукожились, с такой переменой настроения. То ему действия и драки подавай, то теперь вот трясется. В памяти не к месту всплыла сцена с Джерри в больнице, Рик прикусил язык. Ехидный комментарий так и не был произнесен. Конечно, Кэссиди волнуется. По какой-то причине он уверен, что здесь ему ничего не грозит. Чего нельзя сказать о молодом копе. - Не волнуйся, - Денвер скалиться так, что челюсть сводит, - буду паинькой. И честно держит обещание, когда ирландец, невесть как ориентируясь, ведет его по лабиринту одинаковых коридоров здания. Даже остается за порогом комнаты, в которую буквально влетает спутник, едва не набрасываясь с объятьями на пожилого темнокожего верзилу за столом. В ушах снова нарастает гул, и Рик практически не слышит разговор. Только отдельные слова, но смысл благополучно ускользает. И с огромным трудом заставляет себя не дернуться, когда Кэссиди буквально пихает ему в руки какую-то бутылку и упаковку таблеток. - Пей, перекусывай и в путь. Майк рассказал, где точно остановились наши музыканты. Правда, клянется, что с самого утра ни одного из них не видел. Но за аренду они заплатили еще на два дня вперед и барахло свое не вытаскивали. Эрик тупо уставился на баночку и воду в руках. Название лекарства ни о чем не говорило. - Отравить меня хочешь? - Давление понизить, если у тебя такая мигрень, как мне кажется. Нам и делать-то ничего не придется, раз дома никого нет. Просто не хочу, чтоб ты отрубился во время обыска. Детектив вздохнул, но таблетки проглотил. О последствиях можно задуматься утром, если оно хоть когда-нибудь настанет. Однако уже минут через десять петляния по бесконечным лабиринтам этого странного дома в голове заметно прояснилось. И Рик в полной мере оценил, как резко изменился настрой Кэсса. Тот бодро шагал впереди, но слишком напряжены плечи. Почему-то в голову полезли мысли о военных, но ведь этот раздолбай служить нигде не мог. Кто б его взял, так ведь? Естественно. Кому нахер сдался торчок-неудачник, живущий в самой настоящей помойке? Денвер насмотрелся на наркоманов на годы вперед, еще за время работы. И все они были мусором, кусками мяса, без каких-либо чувств и эмоций, способные на все ради дозы. От воровства до убийства. И уж конечно, готовые лечь под любого, кто может обеспечить дурью. Только вот Кэссиди старательно ломал шаблон. Поверить в то, что Джерри трахался с этим ирлашкой и тут же подсовывал ему тот же героин, ну просто никак невозможно. Да и Кэсс куда умнее и сообразительнее всех тех, кого притаскивали в участок. - Стоять, бояться, - Рик едва не врезался в ирландца, замершего у одной из дверей. Кэссиди оскалился, - нам сюда. Мигом отмахнувшись ото всех размышлений, наплевав на совет Кэссиди, Рик вытащил пистолет, но с предохранителя пока снимать не стал. Мужчина только кивнул, достал из кармана ключи. В ответ на удивленный взгляд полицейского фыркнул: - Майки поделился, он тут всем заправляет. Нам же не нужно лишнего шума? Как оказалось, не нужны были и ключи – дверь оказалась незаперта. Денвер и пикнуть не успел, когда ирландец оттеснил его плечом и зашел первым. Ступает тихо, внимательно оглядывает просторный зал, разве только не принюхивается. Но последнее Рик решил списать на расшалившиеся нервы. - Что за нахуй? Помещение оказалось разделено на две неравные части стеклянной стеной, плотно подогнанной к кирпичным стенам. За ней – какое-то оборудование в черных чехлах. По другую сторону, рядом с незванными гостями – горы коробок, напомнивших Эрику жилище Кэссиди. Ирландец пожал плечами. Выглядел он обескураженным, но все таким же напряженным. - Похоже, действительно музыканты. Эти ребятки далеко не бедняки, раз сумели собрать свою звукозаписывающую студию на выезде. Что-то я прошляпил… Детектива только рассмешило это заявление. Скажите пожалуйста, профессионал выискался! Денвер шагнул было к коробкам, мимо запыленного окна, но буквально окаменел, перехватив безумный взгляд Кэсса. - Бежим, блять! Крик ирландца почти неразличим в грохоте и звоне. Рик отшатывается инстинктивно, уже зная, что от осколков стекла хрен что поможет. Многострадальная голова звенит от удара о коробки – кирпичи в них, что ли. Наваливается тяжесть и темнота. Только тяжесть эта подозрительно теплая и живая, закрывающая копа от взрывной волны. И матерящаяся так, что даже в полубессознательном состоянии Эрик не может не восхититься: - Да мудоблядские же пиздопроебины! Новая футболка, мрази! Рик задыхается от истеричного хохота, глотнув горячего воздуха. И дальнейшее уже спокойно может списать на галлюцинации. То, как Кэссиди, выждав, кажется, целую вечность, приподнимается, подхватывает полицейского на руки. То, как руки самого Денвера скользят по спине мужчины, вляпываясь во что-то мокрое и горячее. Кровь? Окончательно и бесповоротно Эрик понимает, что контужен и ловит глюки, когда явно раненый ирландец с легкостью поднимает его. Картинка вокруг мутнеет и расплывается, почему-то мелькают стены, разбитое окно, небо. И пикап перед носом.