Однажды в Нью-Йорке

Если бы еще вчера кто-то сказал Эрику, что он будет посреди ночи, буквально по локоть в крови, выковыривать из груди вампира пулю, которую сам в него и выпустил, Рик бы послал шутника полечиться, в лучшем случае. Но реальность сурова и зачастую абсолютно безумна. Иначе как объяснить тот факт, что Денвер вызвался сам? - Ты не обязан хирурга из себя изображать, все само заживет. Детектив дергается, едва не выронив пинцет, каким-то чудом нашедшийся в бардаке на кухне. Ехидные комментарии пациента вообще не вдохновляют. - А вдруг я, блять, всю жизнь мечтал в кишках вампира покопаться? - Ну, тогда вперед. Ни в чем себе не отказывай. Эрик все-таки откладывает пинцет. Слишком велико искушение вогнать его в глаз упырю. Кэссиди откинулся на спинку стула, с ухмылкой наблюдает за стараниями полицейского. Взгляд его кажется расфокусированным и… мертвым? Вероятно, все дело в тусклом освещении, но Рик не может отделаться от ощущения, что рядом зомби, а не вампир. Собственный нервный смешок заставляет молодого человека вздрогнуть. - Джерри… приходилось заниматься чем-то подобным? Дебильный вопрос, и время самое "подходящее", но Эрик ничего с собой поделать не может. Любопытство губит не только котов. Но, хотя бы, Кэсс несколько оживает, выражение лица неуловимо меняется. - Чем он только не занимался, по молодости лет! - Давно ты его знаешь? Рик морально готов услышать какую-нибудь зубодробительную цифру или что-то в духе : "еще вот такууусеньким помню", но Кэссиди только посмеивается. - Лет двадцать назад вытащил его задницу из передряги, он тогда только начинал в полиции, или что-то вроде того. Крепкие нервы у мужика оказались – он едва в мой ужин не вписался. Не сразу, но до Денвера доходит. И, странное дело, когда прошел первый шок, желания придушить богомерзкую тварь не возникает. Возможно потому, что общий тон беседы кажется вполне себе мирным и дружеским, даже не смотря на то, что один из собеседников едва отошел от контузии, а второй щеголяет жуткими ранами по всему телу. - И все эти годы ты ошивался где-то рядом? - Я похож на идиота? – Кэсс чуть склоняется вперед, но, к удивлению Рика, морщится, едва не захлебнувшись на вдохе. Эрик подскакивает, придерживая ирландца за плечи. Почему-то понимание того, что Кэссиди больно, приходит только сейчас. Равно как и паника, основанная на все тех же романах и фильмах о вампирах. Особенно, когда дыхание Кэсса, привалившегося к плечу парня, практически обжигает кожу. - А ты меня не загрызешь на радостях? - Недоумок, - голос мужчины срывается на хрип, - будь лапушкой, в ванной холодильник… Денвера передергивает, но просьбу он выполняет. К счастью, в холодильнике не расчлененные трупы, а банальные пакеты донорской крови. Возвращается, прихватив штук пять для верности, и едва не отпрыгивает, когда Кэсс буквально вырывает их из рук. Разрывает упаковку зубами, присасывается, едва не чавкая. Рик спешит отвернуться, борясь с приступом тошноты. Была б возможность, лично отвесил бы люлей всем тем, кто пиздит об очаровании "созданий ночи". - Благодарствую, братюнь. Голос уже уверенный и громкий, но Эрик все равно не испытывает ни малейшего желания оглядываться. Стоит только представить, как вампир обходился без донорской крови, и снова закипает ярость. Кэссиди словно чувствует состояние парня и даже не пытается как-то привлечь его внимание. Щелчок зажигалки за спиной, запах обычного, на сей, раз табака. Рик вздыхает, смирившись. В конце концов, сам не курил почти сутки. - Угостишь?

***

Кухня давно утонула в табачном дыму. Глаза человека явно слезятся, но он словно и не замечает этого, а вампир и рад. Давно не представлялось возможности просто поболтать. Кэссиди вспоминает все свои приключения за последние двадцать лет. Как провел с Джеромом пару довольно-таки увлекательных лет, в роли осведомителя, приятеля, любовника… да черт знает, кого еще. Как потом шило в заднице дало о себе знать, и ирландец сорвался в путешествия по стране, ни на минуту, впрочем, не забывая о молоденьком детективе. Как наведывался в Нью-Йорк, как мог помогая с расследованиями Джерри. И, конечно, как проводили вместе время, когда выпадали свободные часы, реже – дни. Рик забавно кривится, стоит Кэссу затронуть тему отношений с его напарником, но глаза копа горят. Извращенец малолетний. Конечно, никаких подробностей, но ирландец уверен, воображение у Эрика и так богатое и нездоровое – дальше некуда. Раны уже забыты, регенерация идет полным ходом. Кэссиди и рад тому, что последние минуты исцеления, самые отвратные, с подкожным зудом, проходят вот так, в болтовне ни о чем. Но когда Денвер пытается прикурить очередную сигарету от фильтра, вампир хватает парня за руку. - Тебе бы баиньки, милый. День был тяжелый, завтра на работе еще все это дерьмо разгребать. И рассвет скоро, мне бы тоже… - Блядский нахуй! - Эрик буквально подскакивает на месте, сонливость испаряется мгновенно, - взрыв, сука! Я должен был сообщить! - Нахуя? – Кэссиди ухмыляется, вытягивая из пачки заначенную самокрутку, - и без тебя туда приехали и все осмотрели. Нас же там не было, помнишь? Тебя так точно. А если до Джерри и дойдут какие-то слухи, можешь настрочить ему СМС, мол, жив, цел, орёл. Мгновение Денвер просто хлопает глазами, затем кивает, снова рухнув на стул. Явно принюхивается. Кэсс уже готов демонстративно заткнуть уши, лишь бы не выслушивать очередную лекцию о наркомании, но Рик умеет удивлять. Выхватывает из пальцев косяк, затягивается сам. Вполне… профессионально, задерживая дым до выдоха. Ирландец ухмыляется так, что челюсть побаливает. - А как же гребаные нарики? - Пошёл на хуй. Эрик посмеивается, возвращая сигарету законному владельцу. Кэссиди откровенно ржет. Напряжение уходит безвозвратно. И даже ощущение того, что, кажется, наступает на те же грабли с молодым и в меру ебанутым полицейским, настроение не портит. Хотя, с Джеромом, помнится, все началось с бутылки водки, в какой-то ебучей забегаловке. - Ты того, осторожнее. Вдруг, восприму, как приглашение? Рик откидывается на стуле, смеряет товарища долгим оценивающим взглядом. Кэсс расслаблен. Знает - что бы сейчас не произошло, он в любом случае в выигрыше. Вполне себе исцелился, никто убивать не собирается, впереди как минимум захватывающее расследование… - Пиздуй в душ. Я не упырь, кровища не возбуждает.

***

Несмотря на довольно смелое заявление Рика, Кэссиди уверен, что никаких поползновений со стороны детектива не будет. Скорее всего, Денвер отрубился уже сейчас на кухне, или все-таки доковылял до спальни. Каким бы выносливым мальчишка не был, для человека сегодняшние приключения - явный перебор. И потому, когда распахивается дверь душевой кабины, ирландец едва не вздрагивает. Однако, впечатляет. Эрик подошел абсолютно незаметно. Пусть стекло с пола, которое могло бы выдать шаги парня, сам Кэсс все-таки смёл в сторону, пусть шумит вода, но для вампира это не оправдание. Значит, уже совсем привык, что ли? - Стесняюсь спросить, родное сердце... а фонарик тебе нахуя? Рик посмеивается нервно. Карманный фонарь чуть подрагивает в руке. Луч света скользит по полу, останавливается на Кэссе. Вампир отфыркивается, убавляя напор воды. Ну вот почему нельзя все по-человечески делать? - Здесь осколки... были. - А ты, конечно, пришел помочь с уборкой? Ирландец не отводит взгляд. В темноте видит куда лучше полицейского. И успевает заметить, как рассеянное выражение лица Рика сменяется уверенностью. Словно парень что-то там для себя решил. Как же сложно путаться в собственных моральных устоях! Кэсс даже сочувствует немного, ровно до того момента, как оказывается прижат к стенке душевой. Денвера потряхивает, то ли от злости, то ли от возбуждения. Кэссиди одинаково устраивают оба варианта. Недооценить "противника" всегда приятно. - Ты, блять, со мной за все эти нервы не расплатишься! Вампир откровенно ржёт. - Расплачусь и даже с процентами, если понадобится. Эрик прижимается всем телом к мужчине, целует, стремясь заткнуть. Прикусывает губы вампира. Скорее чувствует, чем слышит короткий смешок. Мысли детектива сбились в один невнятный ком. Рик сам не уверен, чего именно хочет. Кэссиди удерживает его за плечи, не грубо, но уверенно отодвигает от себя. Перехватывает больной, полу-безумный взгляд полицейского. Наверное, так же выглядел и сам, в середине века, когда даже вампирский разум и тело ломало без дозы. Отжигал тогда Кэсс не по-детски, куда там до нынешних укольчиков. Видимо, мигрень, стресс, недосып и все потрясения, в том числе, и буквальные, Рика вымотали намного больше, чем показалось на первый взгляд. А, раз так, Кэссиди вполне может поступиться некоторыми своими желаниями. Денвер не сопротивляется, когда ирландец отодвигает его к стене. Прохладный душ – то, что сейчас парню необходимо, но Кэсс в сиделки не нанимался. И кое-что можно решить более приятным способом. - Какого хера ты?.. - Расслабься, детка. Потом еще спасибо скажешь. Регулирует воду, горячие струи бегут по плечам и спине. Эрик дергается было, скорее, от неожиданности. И снова замирает, стоит Кэссиди опуститься на колени. Благополучно забытый фонарик падает на кафель и гаснет. Денвер мычит нечто одобрительное, когда Кэсс стягивает трусы копа, невесомо проводит пальцами по нежной коже. Какие бы не были у детектива проблемы с головой и нервами, на остальном организме это никак не сказывается. Вампир усмехается. - Если еще хоть кто-нибудь назовет меня извращенцем, сразу отфутболю к тебе, господин офицер. - Вот ведь уебище. Рик как будто очнулся, вцепился в волосы ирландца, недвусмысленно направляя. Кэссиди только того и ждал. Момент соплежуйства как-то окончательно похерился. Только шум воды и сдавленное дыхание парня, когда вампир полностью взял в рот. Действия доведены до автоматизма – движения языка, давление губ. И Кэссу это нихуя не нравится. Память уже не первый раз за день подкидывает совсем другие картины, из прошлого. Когда трясущийся от ломки относительно молодой ирлашка отсасывал в зассаном дворе какому-то жирному борову, за дозу, за малейший глоток свободы. В себя приводит ощутимый рывок за волосы, Кэссиди замирает, очнувшись от воспоминаний. Голос Рика, дрожащий, но странно успокаивающий, пробирает до костей: - Если все-таки решил меня загрызть, начни с какой-нибудь другой части тела… Страх, ощутимый почти физически, как тянущая боль где-то под ребрами, окончательно выводит Кэсса из транса. Это же Денвер, мать его! И именно ему сейчас нужна та самая пресловутая доза хуй пойми чего. - Прости, родной, увлекся… Вампир растягивает губы в улыбке, но момент потерян. Эрик сползает по стене, усаживается рядом, заглядывая в глаза. Вода уже почти ледяная, губы детектива побледнели, едва заметно подрагивают, не то от холода, не то от едва сдерживаемого смеха. - Не сниматься нам в порнухе, - Рик все-таки улыбается и Кэссиди скалиться в ответ.