Табу

      Несмотря на относительно небольшой опыт ведения боев в открытом космосе, мужчина чувствовал себя здесь как рыба в воде. Отталкиваясь от одного старого корпуса, он маневрировал к следующему, углубляясь все дальше в кладбище.       Слова друида нашли отклик в душе Широ. Отклик был болезненным, неприятным, гнетущим. Черный мог вновь отмахнуться от этого чувства, и это бы значило, что он проиграл. Хотя его это совершенно не волновало… пока речь не заходила о чужих жизнях. В этом-то всегда и была загвоздка.       Широганэ убегал именно потому, что хотел защитить других. Он мог вести себя ужасно, отвратительно, неприемлемо. Мог ломать чужие кости и психику. Мог убежать, разрушить самого себя или даже прострелить себе голову. Главное, чтобы другие жили. И пусть другим он может казаться тряпкой, слабаком, сбегающей или прячущейся размазней, наемник как-нибудь переживет это, если будет уверен в том, что остальные переживут его решение.       Тяжело вздохнув, мужчина остановился около одного разрушенного судна, которое со стороны казалось точной копией фрактала, коим была Пидж: вытянутый, имеющий форму псевдосферы корабль с цельной обшивкой без видимых швов, зато с перилами, тянущимися вдоль всего корабля. К этим перилам можно было себя пристегнуть, чтобы маневрировать снаружи корабля. Кроме того корабль имел свойство немного менять свою внешнюю обшивку, организовывая небольшие плоскости, ямы или холмы на своей поверхности. Этим всегда пользовался Лэнс, используя Пидж как живую точку для своих выстрелов.       Черный зацепился ногой за одно из перил и расслабленно облокотился на космическую пустоту. Вытянув перед собой руку, Широ начал мысленно соединять точки-звезды, рисуя между ними невидимый узор. В какой-то момент расфокусированное зрение обратило внимание на цепь, выходящую прямо из его руки. Подумав что это глюк, мужчина отвлекся и в упор посмотрел на свой протез.       Наемник ужаснулся. Он неуверенно схватил полупрозрачную цепь и легонько дернул за нее. Звено прочно сидело в его теле, хотя мужчина и не ощущал его как свою часть. На руке их было три. Такие же цепи оказались и на второй руке, и на ногах. Цепочки звеньев выходили из его тела и тянулась куда-то за спину. Такаши обернулся и замер в изумлении. Прямо за его спиной в космической пустоте парил Его императорское Величество Заркон, мать его за ногу, собственной персоной!       И пусть он был спиной к Широ, эту гору прикрытую плащом мужчина узнает где угодно.       Неуверенно перебирая цепи, наемник подлетел к императору и осторожно коснулся его плеча. Где-то на грани слышимости он засек тихий-тихий крик боли. Даже не один, а…       Воспоминания накатили волной, заставляя мысли путаться, а сознание уплывать. Сражения, несуществующие миры, чужое прошлое, страдания, битвы, потери и снова.       «Что за чертовщина?» — теряя себя в потоке информации, пытался сообразить мужчина. — «Что происходит?»       Глаза налились слезами, и Широ не знал почему. В его голове смешалось все: прошлое, настоящее, будущее и то, чего не должно существовать. И усталость, стала накатывать едва сдерживаемая усталость. Судорожно соображая, он вновь обратил внимание на цепи.       «Они источник всего этого», — не раздумывая ни секунды, мужчина дернул за одну из цепочек на левой руке с намереньем выдрать ее. Рывок, другой. Ничего не выходит. Он перехватил цепь протезом поудобнее и вновь рванул со всего размаха. Цепь вылетела, освобождая частичку сознания Черного. Он почувствовал себя спокойнее, и хотя сосредоточиться стало сложнее, наемник взялся за следующую…              Лев почувствовал это и ужаснулся. Он тут же застопорил симуляцию, но Широ это не остановило. Мужчина продолжал обрывать свои связи с тем, кто позволял ему существовать. Черный не понимал, что творит, с каждой оборванной цепью снижая свои жизненные показатели все сильнее. Если дойдет до критического минимума, Широганэ умрет.       Алтеанец, не думая о последствиях, телепортировался к Киту, сидящему в своей каюте. Древний вновь запустил симуляцию.       — Белый! Ты?.. Я… Я хотел извиниться! — неловко проговорил он, прекрасно понимая, что нарушает еще одно установленное львом правило.       — Что? Твою ж, сейчас нет времени на это! Широ умирает!       — Что? — одновременно воскликнули Зеленая и Красный.       Кит всего пару пиков соображал, что к чему, а потом озверел и кинулся прямо на алтеанца. Вцепившись своими руками в его одежду, он дал волю своим несдерживаемым чувствами силам и откинул его в стену.       — Ублюдок! — низко прорычал юноша и вцепился в друида что есть мочи.              — Черный! — послышался испуганный голос Пидж в динамике. — Прием! Черный, ты слышишь меня?       Мужчина даже не обратил внимания. Широ продолжал методично выдирать из себя цепи. Тускнеющие воспоминания несуществующего прошлого отпускали его с каждым выдранным звеном. Еще немного, еще совсем чуть-чуть и он освободится…       — Красный сейчас убьет Белого!       — Что? — невольно напрягся командующий.       — Он вцепился в него и рвет его на части.       — Почему Белый не сопротивляется? Где Лэнс? Какого черта происходит?! — он полностью переключился на Зеленую и ее слова, мгновенно забыв о своих проблемах.       — Я не знаю, Широ! — настолько паниковала девушка, что даже забыла про позывные.       Секунды хватило на то, чтобы Черный потерял из виду цепи, и те растворились словно их никогда и не было. Ошарашенный происходящим, он на доли пика выпал из реальности.       — Широ!!       — Уже в пути, — чертыхнулся Такаши. Командующий выдвинулся так быстро, как смог. Все окружающее пространство как будто было на его стороне. Всего один цикл, и он у корабля. Лишь бы успеть! Лишь бы спасти!       Он ворвался в открытый шлюз, сорвал с себя шлем быстрее, чем комната наполнилась воздухом. По нему долбанул перепад в давлении, однако это слегка остудило его голову. Он ворвался на корабль и проорал:       — Где?       — Каюта Красного!       Рядом уже были Ханк и Лэнс. Они стояли в дверях и заворожено смотрели на происходящее внутри.       Широ подбежал к проходу и раскидал их, заглядывая в комнату:       — Какого черта здесь происходит?       — Один шаг, и я вырву его сердце! — прохрипел Коганэ, пальцами уже погружаясь в грудь Древнего.       — Красный! Живо отошел! — рявкнул командующий так, что на пик оглохли все.       Этот самый пик замешательства. Кит тряхнул головой. Широ среагировал мгновенно. Скачок с места, метра на два. Усиленный ускорением, прямой удар в голову. Парень улетает в сторону. Наемник, не останавливаясь, нагоняет его и прописывает коленом в грудь. Перехватывает руки, разворачивает и херачит лицом в стену.       Кит ничего не чувствует, но собственное тело не шевелится. Разброд в мыслях заставляет его усмехнуться.       — Жив? — короткий вопрос в сторону Древнего.       — Ага, — тихий хрип и кашель. Алтеанец поднимается на колени и пытается прийти в себя.       — Что за херня, я вас спрашиваю?!       — Этот ублюдок…       — Заткнись, щенок! — Он еще раз приложил чужую голову об обшивку корабля. — Я вас оболтусы спрашиваю, какого черта вы не разняли их?       Лэнс и Ханк тупо пялятся на командующего, не в силах вымолвить и слова.       — Нахрена я, спрашивается, вообще… — он замолк и неприлично выругался. Он ведь не рассказал им, зачем все это было.       — Ты! Зачем ты полез на Белого? — плевок в сторону Красного.       — Он сказал, что ты умираешь, — машинально шмыгнув и облизав кровь из носа, оскалился Кит. — Я думал, он в этом виноват. Хотел отомстить за тебя.       — Ты хотел убить меня потому что я сказал, что Черный умирает? — искренне удивился лев. Именно лев, Кит услышал это сейчас и оскалился еще сильнее.       — Я не очень умный, — пожал плечами парень. Движение получилось не выразительно, но он все равно ничего не чувствовал.       — Где Красный? — на уровне фола прорычал Широ прямо в ухо животного.       — Я и есть Красный, босс, — точно так же прорычал Кит. Черт, отсутствие боли и ощущение вседозволенности развращали. Воспринимать угрозы от наемника всерьез не получалось. Хотелось дразнить, играть, подначивать, наблюдать за реакцией…       — Ты знаешь о чем я, зверь.       — Но босс, здесь только зверь, — почти искренне удивился парень. Он воспользовался советом льва и… это вскружило его воспаленную голову.       И это же стало мощным ударом под дых и так едва держащемуся на ногах мужчине. Широ смирился с этим поражением. Оплакать павшего он сможет и позже. Сейчас нужно разобраться с текущим положением дел.       — Белый — мой друг.       — Мы все здесь твои друзья, Черный.       — Ты понимаешь, о чем я.       — Да, но я уточняю. Он выше или ниже Синего? А Желтого? А Зеленой? Потому что после Зеленой иду я, а всех кто ниже меня, я могу…       Черный еще раз приложил его головой об стену.       Внемлющие спектаклю Лэнс, Пидж и Ханк начали догонять, что вообще произошло с ними у тэлудава. Каждый по-своему, но общая картина была примерно понятна.       — Ты не понял меня, Красный. Белый — мой друг. И я единственный, кто имеет право что-либо с ним делать.       — Ну почему же, я уже кое-что с ним сделал и…       Широ еще раз приложил парня о стену, кажется, сломав-таки его запястье и пару ребер.       — Ты не понял меня, Красный, — медленней произнес Черный. — Белый — мой друг. И я единственный, кто имеет право что-либо с ним делать. — Чеканя каждое слово, повторил Такаши.       — Хорошо-хорошо, — сдался Коганэ. — Просто, если он попытается тебя убить, я за себя не отвечаю.       — Принято, — холодно ответил мужчина и освободил зверя из своей хватки. Не удержавшись на ногах, парень рухнул и закашлялся. Чувств не было, только головокружение, тяжесть дыхания и непослушность конечностей. И еще вкус. Вкус собственной крови.       — Теперь ты, — он обернулся к Белому, — какого хера?       — Что именно?       — Ты мог разорвать его на части силой мысли!       — Он ключ, — просто ответил друид. — Если я его убью, у нас не останется шансов к победе.       Мужчина выдохнул:       — А не убивая? Руки там оторвать, шею свернуть?       — Я… я как-то не подумал об этом, — хлопая глазами ответил алтеанец.       — Сборище идиотов, — тихо пробубнил Черный. — Никаких кровавых разборок в мою смену! — Он собирался выйти.       — Черный! — окликнул его Коганэ.       — Да? — он даже не обернулся.       — Белый говорил правду?       — О чем ты?       — Про твою смерть?       Мужчина все же кинул на зверя презрительный взгляд. Было в нем что-то, точнее в его глазах, что раньше там отсутствовало. Что-то… из того потока информации…       — Я вообще не понимаю, почему ты ему поверил, — он вышел, направляясь в свою каюту.       Лэнс и Ханк освободили ему дорогу. Широ прошел мимо них, намереваясь вернуться в свою комнату и свалиться без сил. Но где-то на середине коридора выдохнул и окликнул парней:       — Вы двое, живо за мной.       Они не посмели ослушаться.       Что Синий, что Желтый были здесь всего пару раз с тех пор как Широ стал их командиром. Впрочем, с последних визитов здесь почти ничего не поменялось. Тот же стол со стулом, та же кровать и та же стерильная чистота. Как будто он вовсе и не живет здесь. Как будто каюта не его, а он в любой момент может просто свалить куда подальше. Это напрягало.       Мужчина предложил им присесть, сам же подпер собой иллюминатор. Держать себя в руках после такого выброса адреналина было проще, чем он предполагал, но очень скоро адреналин рассосется, и тогда… Такаши не хотел об этом думать:       — Есть несколько вещей, которые нам нужно обсудить, если мы не хотим умереть в процессе выполнения этой миссии.       — Да, пожалуй. — Вслух заметил Лэнс, усевшись на стул и закинув ногу на ногу. Ханк примостился на аккуратно застеленной кровати. — Я бы предложил начать сначала и твоего «маниакального психоза» с невероятной тягой к убийствам и всему галрианскому, о чем ты так переживал.       Ханк бросил на напарника скептичный взгляд.       — Что? Неужели тебе самому не интересно?       Командующий тяжело вздохнул:       — Прежде всего хочу заметить, что я не сошел с ума и никогда не сделаю вам больно, если только это не необходимо для спасения ваших жизней.       На самом деле, Такаши думал, что мог бы. И он боялся этого, пока друид не «напомнил» ему, кем он «на самом деле» является.       Лэнс действительно заткнулся. Они с Ханком навострили уши и ждали продолжения.       — Я ужасный человек, но, как сказала Зеленая, это моя работа и… — он ухмыльнулся воспоминаниям, которые вернул ему алтеанец, а потом резко поменялся в лице, вспомнив инцидент с цепями. Он на всякий случай незаметно провел руками по тем местам откуда уже успел вырвать оковы. Не обнаружив раздражителей, он выдохнул:       — Так или иначе, я хороший солдат и в большинстве случаев знаю, что делаю.       — Я так понимаю, это был один из тех случаев, когда все пошло не совсем по плану? — уточнил Лэнс.       — Напротив, — немного надменно, как ему самому показалось, улыбнулся Такаши.       — Все было настолько плохо? — нарочито играя интонациями спросил Лэнс.       — Зверь, — констатировал Широганэ. — Я не знаю каким образом, но он социализировался очень быстро. Такие создания… они живут только на силе и инстинктах. Им невозможно что-либо объяснить, при том что сами они не брезгуют давлением на словах.       Задумываясь об этом сейчас, наемник не был уверен, откуда у него эти знания. Он просто знал и все.       Стрелок и инженер нахмурились.       — Когда мне прилетело моей же собственной рукой, Зеленая сказала, что это зверь. Если бы я оставил все, как есть, рано или поздно он бы припомнил это. Причем, нам всем.       — Ясно, — кивнул Ханк. — Другого выхода действительно не было.       — Я старался обойтись малой кровью. И прошу прощение за свое поведение и сломанные кости.       — Ерунда, — отмахнулся инженер, — Зеленая починила.       — Мне пришлось… пусть и довольно специфичными методами, выстроить определенную иерархическую цепь из всех членов команды, в которой зверь стал замыкающим.       — И ты играл в эту игру один с самого начала? — ужаснулся Синий.       — Ну, в какой-то момент мне на помощь пришла Зеленая.       — Ага. Я тоже смутно понимала, что вообще происходит, но это было похоже на наши обычные задания, так что просто подыграла. За одно проверила систему энергетической передачи.       — Тот самый момент, который спас все положение, — выдохнул Широ.       — А ты чертовски рисковый парень, — отвесил свой комплимент МакКлейн, — и надо заметить, очень неплохо трахаешься.       Он ждал этого момента. Ждал, но оказался не готов. Они поменялись местами и теперь уже Черный думал: «не мучай, сразу убей!»       — Просто, чтобы вы понимали, — он набрал в грудь побольше воздуха, но Лэнс его перебил:       — Не-а! Нет! Нет-нет-нет-нет-нет! Не произноси этого. Не зарекайся. Теперь, когда я… мы вкусили запретного плода, я не позволю тебе просто так сбежать со словами, — он передразнил его гнусавым гротескно-серьезным голосом, — «этого никогда больше не повторится».       — Но я…       — Заткнись, Черный! Просто не заставляй себя ничего говорить сейчас. Прими это как твою маленькую ответственность перед нами.       — Это шантаж, — нахмурился мужчина.       — Да ладно! — простонал Лэнс, всплеснув руками. — Можно сказать, тебе не понравилось.       — А тебе понравилось? — искренне удивился наемник.       — Он еще спрашивает, — заозирался стрелок, ища поддержки у окружения.       Ханк пожал плечами и улыбнулся:       — Было стремно, когда ты прописал мне в грудь, но в целом, это был интересный опыт.       — Поддерживаю, — прощебетала Пидж.       Мужчина глубоко вдохнул и очень медленно выдохнул. «Спокойно, ничего не происходит. Просто держи себя в руках… и подальше от этих озабоченных», — он зыркнул поочередно на стрелка, механика и камеру в углу комнаты.       — Теперь зверь будет слушать вас, — перевел тему наемник, — что бы вы ему не сказали. Даже если меня не будет рядом. — На этом моменте все невольно напряглись. — Но он будет также и подначивать каждого из вас. Так что не бойтесь врезать ему разок-другой. Это полезно… для профилактики.       — А Красный не будет против? — уточнил Лэнс.       Сердце Широ екнуло. Вопрос был задан. Но время оплакивать бойца все еще не пришло.       — Судя по тому, что сказал зверь, я бы не рассчитывал на возвращение Кита.       Отчаянная улыбка ужасной гримасой застыла на лице стрелка.       — Даже если он и вернется, он уже не будет тем Китом, которого мы знаем. Зверь же может манипулировать социальной составляющей и давить на жалость, так что…       — Ты предлагаешь просто опустить его на самое дно? — искренне ужаснулся Лэнс. — Забыть все, что мы прожили вместе и…       — Я не предлагаю, Синий. — Настоял командующий. — Это приказ. В рамках текущего задания вы будете относиться к Красному, как к зверю, стоящему на нижней ступени нашей иерархической цепи. Приказ ясен?       МакКлейн судорожно забегал глазами в пространстве перед собой. Ханк тяжело вздохнул, но все же произнес:       — Так точно.       — Есть, — вторила ему Зеленая.       Лэнс не хотел верить в это, не хотел принимать происходящее за действительность. Это же, черт подери, Кит! Он живой человек, а не какое-то животное, он же…       — Синий? — прервал его мысленный поток. — Тебе понятен мой приказ?       Злые настойчивые серые глаза вновь налились холодной боевой отстраненностью. На войне, как на войне. Только вот, Лэнс вдруг понял, что никогда никого не терял.       — Так точно, Черный. Четко и ясно. — Сам не осознавая собственных слов вымолвил парень.       — Отлично, — не подав вида, облегченно выдохнул Широ. Адреналин сходил на нет, и его ноги начинали подкашиваться. Следовало бы выпроводить команду да рухнуть наконец-то, но было кое-что еще, о чем он вдруг вспомнил:       — На будущее нам нужно выработать несколько сигнальных шифров для общения в подобных экстренных ситуациях, когда нет возможности использовать связь или прямое значение слов, — принимая отстраненный вид, заметил Такаши. Он сильнее оперся на иллюминатор, стараясь казаться расслабленным.       — Я тоже об этом подумала, — произнесла Пидж.       — Я могу доверить это тебе, Зеленая?       — Думаю, да. У меня есть несколько идей.       — Отлично. На этом все. Есть вопросы?       Наемники промолчали, помотав головами.       — Тогда проваливайте! — беззлобно выдохнул Широ.              Как только трое наемников ушли Красный и Белый одновременно задали друг другу один и тот же вопрос:       — Ну и какого черта это было?       Кит заткнулся и начал застенчиво озираться.       — Расслабься, Пидж нас не слышит. Я остановил симуляцию.       — Это замечательно, потому что у меня есть несколько вопросов.       — Это мой косяк. Я слишком… расслабился. Он заметил свою связь с Зарконом и постарался ее разорвать.       Кит чуть не задохнулся от накатившего на него возмущения. Коганэ усилием воли все же взял себя в руки и спросил самый главный на данный момент вопрос:       — И как это вяжется с сюжетом? Он ведь обожает своего владыку!       — Это никак не вяжется с сюжетом! Я не знаю, что происходит в его голове, Кит.       — Но ты же знаешь, что происходит в моей…       — Память и сознание — это не одно и то же.       — Ты хочешь сказать, что ты знаешь абсолютно все обо мне и Широ, но при этом и понятия не имеешь, о чем мы думаем в конкретный момент времени?       — Именно так.       — Ну охренеть теперь!       — Я могу предугадывать некоторые события в следствии знаний о человеческой психологии, но я не в состоянии предугадать совсем все. Я не человек все-таки.       — То есть, чисто теоретически, в любой момент времени в голове Широ может всплыть воспоминание из его прошлого?       — Как настоящего, так и скомпилированного мной. Да, это так. Тоже происходило и с тобой, если ты вспомнишь.       — Как он до сих пор не вспомнил всего?       — Так же, как и ты до некоторых пор. Ограниченное пространство перемещаемой памяти.       — Тогда зачем ты оставил ему вообще что-либо?       — Без этого опыта Широганэ не был бы самим собой.       И не поспоришь.       — Ладно, тогда этот вопрос пока оставим. Что он уже успел накуролесить и понять?       — Пока ничего кроме общей сумбурной информации. Ему будет тяжело разобраться в этой куче самостоятельно. А по поводу жизненных показателей, твой… порыв… остановил его от разрывания всех связей, так что он пока жив, но довольно ослаблен. Потребуется время, чтобы восстановить звенья и продолжить передачу энергии.       — Ты можешь ускорить этот процесс?       — Мы с тобой занимаемся как раз ускорением этого процесса. Кстати, почему ты вообще решил наброситься на меня?       — Ну, — сконфузился Кит, — у меня не было особо времени подумать, так что… Я, честно говоря, просто разозлился.       — Должен заметить, это хорошо сработало, — вместо наезда ответил лев. — Учитывая тот факт, что Широганэ столь остро воспринимает чужую жизнь, нам чертовски повезло, что ты отреагировал именно данным образом.       — А… ты не мог сразу остановить симуляцию и…       — Он вышел за ее пределы. Я останавливал, Широганэ же продолжал рвать цепи.       — А сейчас?       — Сейчас он увлечен симуляцией. Но опасность еще не миновала. В его голове будут пробегать мысли о произошедшем, и здесь мне потребуется твоя помощь.       — Накосячил ты, а разгребать мне?       — За этим я и позвал тебя сюда, — просто ответил лев.       Коганэ хмыкнул и кивнул:       — Что нужно делать?       — Ни на пик не позволять Широганэ оставаться наедине с самим собой. Даже если тебя нет рядом, он должен думать о тебе или быть чем-то занят.       — А ты?       — Я в данном случае источник информации, который может подстегнуть его к неправильным действиям.       Парень тяжело вздохнул:       — Понял тебя. Как действуем?       — Сейчас Широганэ будет наставлять остальных на твой счет. После этого можешь начать…       — Это понятно. Я спрашиваю про текущее положение дел. Пидж наблюдает, — напомнил он.       — Веди себя как зверь, — пожал плечами Древний. — У тебя неплохо получается.       — Кстати, о нем. Я… я хотел извиниться.       — Да, я понял. И не переживай, я не испытываю по этому поводу чувств обиды или грусти. Это никак не отразится на моей работе.       — Если бы я не знал, что ты машина, я бы подумал что маленький ребенок старается убедить меня в обратном тому, что он говорит.       Лев вздохнул:       — Он был… интересным экземпляром. Но он пал, чтобы остальные смогли идти дальше.       — Ты ко всему относишься столь практично? — хотел задать вопрос Коганэ, но вместо этого он вспомнил, чем они сейчас занимаются. Лев спас Широ, хотя тот сознательно решил пожертвовать собой ради остальных. И, что бы лев не говорил по поводу Зверя, не стоило относиться к его «не переживай» столь легкомысленно. Вероятно, Киту следовало приглядеть и за Белым тоже.       — У тебя есть еще вопросы?       — Нет.       — Тогда я запускаю время прямо сейчас.       — В следующий раз он не успеет прийти тебе на помощь, — как-то злобно выплюнул Кит и вышел из комнаты. Он, как и положено, последовал в комнату к Широ. Ему пришлось сидеть у выхода, ожидая, пока команда наболтается и разойдется.       Дверь каюты отъехала, из-за нее вышли двое. Ханк, который и внимания не обратил на Красного, и Лэнс, который как-то странно на него посмотрел, но вслух ничего не сказал.       Кит дождался, пока ребята уйдут, проводил их задиристым взглядом и вошел в комнату командующего.       Широ уже собирался рухнуть, где стоял, но увидев зверя, сжал булки и принял расслабленный вид.       — Пшел вон, — тихо проговорил мужчина, не в силах держать себя в руках. Дверь за Коганэ закрылась, оставив двоих наедине… не считая Пидж.       — Паршиво выглядишь, босс, ты… — на этих словах наемник свалился на пол и часто-часто задышал, — твою ж…       Красный подбежал к мужчине и начал взваливать его тушку на себя, чтобы помочь добраться до кровати. Вывалив чужое тело на койку, Красный сел рядом, на край кровати, и встревоженно посмотрел на командира.       — Так Белый не врал? Ты действительно…       — Не твоего ума дело, Красный. Просто, — он не осознавал, на сколько сильно устал, пока не оказался в горизонтальном положении без необходимости держать маску сурового мужика. Адреналиновый взрыв выжал из него последние силы. — Просто уйди.       — Чтобы тот говнюк смог доделать начатое? Хрена с два я тебя теперь наедине с ним оставлю.       — Это не он.       — Да мне плевать, кто или что, я ни на шаг от тебя не отойду.       Преданность и беспокойство в его глаза говорили за юношу больше, чем его слова. И это удивляло Широ.       — Даже не вцепишься мне в глотку? — с какой-то долей иронии произнес мужчина.       Кит на пик задохнулся, на следующий пик проистерил, а на следующий начал судорожно искать ответ. И все это с почти каменной рожей, выражающей скепсис.       «Нафиг все!» — кинул он себе и впал в полный неадекват:       — Если тебя это возбуждает, босс, — хищно оскалился парень.       — Боже, только не сейчас, — закатил глаза мужчина.       — Ты сам спросил, — ухмыльнулся Кит.       Черный посмотрел в глаза парня. Зверь, перед ним определенно сидел чертов зверь, перед которым физически нельзя проявлять слабину. Такаши просто не понимал его поведения, не хотел понимать. Сейчас вообще было не до этого!       Но если он не разберется, все может стать только хуже.       Кит наблюдал за почти физическими муками обескураженного мозга его командующего. Должен сделать хоть немного проще. Иначе зачем он вообще здесь?       Парень наклонился к самому лицу мужчины, посмотрел в его уставшие серые глаза и со всего размаху врезал своим лбом по его лбу. Хотел просто коснуться. Немного не рассчитал. Наемник и бровью не повел. Кремень, который будет стоять до последнего. Собственно, достоялся…       — Расслабься, Черный. Я просто хочу показать, что на меня тоже можно положиться.       Серые напротив голубых. Кит не понимал, что творит. Просто поддался инстинктам чертового зверя, который был рожден с его нервной системы. Он легко коснулся чужих губ. Он даже вкуса не почувствовал, просто отметился, но было в этом жесте что-то такое, что заставило заклокотать все внутри.       Надвигалась буря.       — Отдохни, — прошептал парень. — Ты сейчас все равно ни на что не способен.       Черный выдохнул ему в губы и, принимая свою судьбу, покорно закрыл глаза.              Симуляция застыла. Начался откат, который произошел более плавно, чем в прошлые разы. Кит даже умудрился заметить момент, когда вернулся в свое собственное тело. Вероятно потому, что вообще мало что ощущал.       Он откинул голову назад и надрывно вздохнул. Несмотря на полное отсутствие обратной связи от собственного тела, юноша доподлинно осознавал клокотавший в груди комок чувств. И от этого было еще хуже.       — Это займет время. 30-40 варгов. Может больше, — отозвалась машина.       Кит не ответил.       — Расслабься, это всего лишь симуляция, — попытался успокоить пилота лев.       — Он ведь вспомнит все, когда вернется, — тихо пробубнил парень.       Пришла очередь машины промолчать.       Это уже давно перестало быть просто симуляцией. Особенно, для Кита. Особенно, сейчас.       Юноша подобрал колени на кресло и, обхватив руками, ткнулся в них носом. Рассеянный взгляд наткнулся на записку, висевшую на приборной панели:       «Как закончишь, найди меня. Кажись, мы с ребятами нашли способ, как решить твою маленькую проблему. Лэнс»       Коганэ спрятал лицо и сильнее вцепился в колени, силясь почувствовать хотя бы мизерный отголосок физической боли.       Буря уже на пороге.              Сейчас условно была ночь, так что большая часть обитателей корабля спала. Кит осторожно дошел до спальни Лэнса и не стучась вошел внутрь. Стрелок, естественно, спал. Парень подошел к чужой кровати и встал перед ней на колени. МакКлейн так мило посапывал, что будить его абсолютно точно не хотелось. Кит улыбнулся. Чувства были, странные, несуразные, не такие как с Широ, но они были. И от этого было лишь больнее. Пока у него были симуляции, его никто не заставлял выбирать. Ему очень не хотелось выбирать.       «Да что за чушь? Это же только один поцелуй! — пытался успокоить себя парень, не веря однако своим собственным словам, — Он и не такое со мной вытворял!» — это было лишним. Зардевшись, мальчишка отвернулся, не в силах смотреть на спящего напарника. Они все были там.       И Лэнс, и Широ были в симуляции. «Может быть, Широ поймет, когда вернется?» — маячила в его голове слабенькая надежда.              Лэнс проснулся и не глядя подскочил с койки. Запнувшись обо что-то он, с громким криком свалился на пол. От его крика проснулся и Кит. Оба удивленно уставились друг на друга.       — Ты чего? — уточнил немного дезориентированный Коганэ.       — Я? Это ты чего? Когда пришел? Почему не разбудил? — сразу наехал Лэнс.       — Ты так мило спал, — пожал плечами Кит.       Лэнс смущенно улыбнулся и чмокнул паря в щеку. Стремительно переодевшись, МакКлейн потащил напарника в столовую, где намеревался найти Пидж.       Зеленая и желтый паладины увлеченно завтракали, стараясь не обращать внимания друг на друга.       — Эй, ребят! Смотрите, кого я привел!       Красный и синий сели за стол, намереваясь позавтракать, но Пидж под предлогом расстрела запретила им брать хоть что-то в рот. Вместо этого она потащила их в душ, всучила им какую-то коробку с чем-то внутри и, сунув наскоро написанную инструкцию, удалилась доедать свой скользкий завтрак.       Пока Кит ошарашенный скоростью происходящих вокруг событий искал, куда поставить коробку, Лэнс, краснея, читал написанную девушкой инструкцию.       Инструкция предписывала довольно сложный процесс подготовки организма к предстоящей операции. Подготовка заключалась в основном в тотальной отчистке собственного тела. В том числе и внутри.       — Что там? — уточнил Кит, заметив, что Лэнс слишком долго читает довольно небольшую бумажку.       Закрывая рукой лицо, МакКлейн, сгорая со стыда, протянул ему инструкции. Удивленный такой реакции Коганэ забрал у него листок. От написанного даже он смутился. Впрочем, представляя, как он все это делает, он зарделся еще сильнее и неловко выдавил из себя:       — Сможешь тут кое с чем помочь?       — Ага, — пискнул фальцетом юноша.       В коробке нашлась и парочка любезно предоставленных Пидж халатов. Так что по окончании своих водных процедур двое до скрипа чистых и красных как помидоры парней отправились в лабораторию, которую зеленая и желтый пилоты оборудовали специально под данную операцию.       Комната была просторной. Белые стены и потолок, приятное освещение, которое не резало глаза и не отсвечивало от матового черного пола. Здесь стояли несколько тумб с приборами и какими-то пробирками, а также два операционных стола. Один был просто покрыт белой тканью, второй выглядел как какой-то высокотехнологичный агрегат для пыток. Им-то сейчас и занимался Ханк, махнувший вошедшим.       — Отлично, — очень уж беспристрастно поприветствовала девушка напарников. — Раздевайтесь и ложитесь. — Сразу начала командовать она.       — Так, стоп. Остановитесь на секундочку, — выставил руки вперед Кит. — Что здесь вообще происходит?       — Помнишь записку?       Коганэ кивнул.       — Это то самое.       — Я понял, не идиот. Что конкретно вы собираетесь делать?       — Кит, ты мне доверяешь? — обезоруживающе улыбнулся Лэнс.       Пидж скептично взглянула на идиота МакКлейна.       — Что за дурацкий вопрос? — Подтвердил ее мнение Кит. — Конечно, доверяю. — Опроверг ее мнение Кит.       — Серьезно? — удивилась девушка.       — Почему нет? — пожал плечами Коганэ.       — Серьезно, Кит? Вы же двое ненавидите друг друга!       — От любви до ненависти… — невзначай бросил Лэнс. Синий паладин подумал, что куда проще рассказать правду, чем что-то придумывать. Тем более, что девушка единственная из присутствующих не знала.       — ЧТО?! — воскликнул зеленый пилот.       Тоже про себя подумал и Кит. Нет, он был не против разглашения, просто… просто не сейчас, когда он находится на краю сраной накатывающей эмоциональной бури.       Пидж кинула быстрый взгляд на Ханка, но не обнаружив на его лице удивления, удивилась еще сильнее:       — Ты знал?!       — Ну, да, — пожал плечами здоровяк. — Лэнс попросил меня не рассказывать, что они встречаются.       У зеленого пилота задергался глаз.       — Встречаются, — нервно пробубнила она. — Господи…       — Это проблема? — Невзначай уточнил Кит, невольно обратив внимание на состояние Лэнса.       — Нет, просто… Черт! Вы двое! Вы же самые остервенелые соперники, которых я знаю! Вместе! Боже! Куда катится мир?       — А ты говорил, что я единственный так эмоционально на все реагирую, — пихнул стрелок напарника.       Тот улыбнулся:       — Ну, мой косяк. В той истории Пидж сама была действующим лицом.       Усмехнулись уже оба.       — Ладно, хватит, — девушка вернула себе маску безразличия. Она нарыла в своих инструментах какой-то странный шприц с пятью иглами, снабдила его светящимся зеленоватым зарядом и подошла к Киту.       — Надеюсь, ты не собираешься тыкать в меня этой штукой?       — Ты же все равно ничего не чувствуешь, — безэмоционально ответила она. — Не беспокойся, это просто релаксант, чтобы ты не напрягал мышцы в процессе. Ты ведь их не контролируешь.       Юноша без задней мысли позволил вколоть себе в шею странный агрегат. Спустя секунду его повело в сторону и он плавно рухнул в объятья зеленой.       — Ханк, подсоби.       — Что ты с ним сделала? — немного истерично спросил Лэнс.       — Расслабься. Он просто спит. Чтобы не слышать твоих девчачьих визгов.       Ханк поднял тело напарника, дотащил его до стола, положил лицом вниз и раздел. С такого ракурса ягодицы Кита выглядели довольно аппетитно.       — Можно подумать, я визжу как девчонка…       — Будешь, — совершенно серьезно заметила девушка. — Это очень болезненная процедура, — она краем глаза взглянула на механика, который фиксировал тело Коганэ на столе, — и если он относится к тебе таким образом, лучше, чтобы он не слышал твоих криков, потому что прерывать процедуру нельзя ни в коем случае.       Зеленая совершенно серьезно посмотрела в лицо Лэнса и вновь задала тот же вопрос:       — Ты точно готов пойти на это Лэнс? К сожалению, в силу специфики процедуры, я не могу ввести тебе обезболивающие или другие препараты. Еще не поздно отказаться.       — Быстрее начнем, быстрее закончим, — в любимой манере ободряюще улыбнулся стрелок.       Зеленый паладин кивнула и указала ему на свободный операционный стол. Немного смущаясь присутствия девушки, синий пилот снял с себя халат и быстренько улегся на ткань.       — Ты настоящий мужик, — подбодрил напарника Ханк и начал фиксировать его непонятно откуда взявшимися ремнями.       — Так, начнем с ног, но сперва, — девушка взяла в руки опасно острую бритву и парой легких движений сняла лишнее с висков и затылка Лэнса.       — Эй!       — Так надо, — прервала его жалобы техник.       — А почему ему не надо? — недовольно пробубнил стрелок.       — Потому что с ним будет работать робот. Я не робот и мне твои патлы будут мешать.       — А почему со мной не может работать робот?       — Я не нашла программного обеспечения для такого робота. А разрабатывать его сама я не рискну. Так что придется тебе довольствоваться моими ручками.       Напоследок она засунула ему в рот кляп «чтобы ненароком себе что-нибудь не откусил».       Заправив жидкостью татуировочную машинку, Пидж выключила свет и включила голографическую схему, которая отмечала прямо на теле Лэнса, где нужно было вести краску. Зеленый паладин вздохнула и посмотрела на Ханка:       — Тебе, наверное, лучше выйти.       — Я буду мешать?       — Нет, но…       — Тогда я останусь. — Улыбнулся здоровяк. — Хочу посмотреть, как ты работаешь.       — Пфф, — отвесил свой комментарий Лэнс, за что чуть не получил шлепок по заднице.       — Хорошо, я начинаю, — кивнула девушка, перехватила машинку поудобнее, наклонилась к телу напарника и начала плести свой магический узор.       Сначала МакКлейн не понял, что это он кричит. Ощущения ударили так сильно, что его буквально выбило из собственного тела. Лишь на блаженную секунду, за которой, как откат, началась бесконечность из жидкой боли, разливающейся по венам. Осколки стекла, плывущие в потоке раскаленной магмы, находящейся под высоким напряжением плавно растекались из того места, где девушка касалась своей адской машинкой для пыток.       Парень начал биться в истерике. Он готов был оторвать свою собственную ногу, лишь бы не чувствовать этой боли. Он рвал так сильно, что крепления грозились лопнуть в любой момент просто от напрягающихся мышц. Но Ханк делал с расчетом на себя, так что у Лэнса не было и шанса.       В голове проскочила идея самоубийства, но бешенный крик, рвущийся из его горла не позволял ему не дышать достаточное для этого время.       Спустя, наверное, вечность, Лэнс уже не видел ничего из-за слез, не слышал хриплых звуков из содранного горла. Только всепоглощающая боль медленно и обстоятельно сжигала его ногу. А ведь Пидж едва добралась до колена.       Узор был не сложным, МакКлейн напрягался, но крепления фиксировали его прочно, а небольшие погрешности в рисунке исправлялись самой жидкостью. Однако руки девушки все равно ужасно тряслись. Какой бы бесстрастной она не выглядела в данный момент, доставлять подобные мучения члену своей команды — это неоправданная жестокость. Но они уже пошли на этот риск. И Пидж не имела права останавливаться сейчас.       За ее спиной в такт ее действиям мерно жужжали сервоприводы татуировочного робота, который покрывал черной краской тело Коганэ.       Ханк исподволь наблюдал за сосредоточенными действиями техника, непроизвольно потирая саднящий палец. Она так цепко держала татуировочную машинку, что агрегат больно впился в ее сведенный от напряжения безымянный палец. Механик чувствовал ее напряжение, чувствовал ее боль, но невольно наслаждался тем, как усердно она старается. Ради своих друзей, ради команды Вольтрона. Маленькая фея, мозги которой работают за них всех.       Парень выдохнул. Мозг должен оставаться холодным в любой момент, даже когда это невозможно. Но когда даже мозг не справляется…       — Ханк, — где-то в районе бедра устало произнесла девушка. Перекрикивать Лэнса уже не нужно было, тот продолжал биться в агонии, но его голос был сорван, так что он просто хрипел, — можешь подменить?       Когда мозг теряет свой холод, в игру вступает сердце. Горячее, наполненное любовью к каждому члену команды, оно создано, чтобы оберегать всех их в те моменты, когда уже ничего не остается.       Девушка сменила картридж с жидкостью в машинке и освободила место здоровяку. Его рука шла значительно легче и ровнее, он продвигался быстрее. Пидж наблюдала за тем, как играючи механик справляется с поставленной задачей, просто повторяя схему, начерченную голограммой на теле Лэнса. Легко и беззаботно, будто стрелок не испытывает от этого адских мук, которые пережил Кит, теряя связь со своей нервной системой.       От этой спокойной улыбки на чужом лице зеленый паладин невольно пустила слезу. Не в состоянии понять, что творится с ее телом, девушка покинула операционную и убежала в ближайшую уборную.       Пидж оказалась намного слабее, чем думала. О чем она вообще думала? Ей нет оправдания. А теперь еще и Ханк был вынужден вытягивать за нее ее слабость. Он там в одиночестве, напротив напарника, причиняет ему ни с чем не сравнимую боль. И все из-за ее глупости.       Пилот взглянула на свою татуировку, которая уже почти сошла. Ей тяжело быть там, но девушка все-таки может поддержать Ханка.       Она легонько коснулась своего безымянного пальца, бережно погладила его и осторожно коснулась самым кончиком губ.       Рука Ханка невольно дернулась, но, как ни странно, он улыбнулся немного шире и просто продолжил свою работу.