Табу

      Льва отбуксировали в корпус старого линкора. Новый быстро залатали и бравой компанией отправились в путешествие по гиперпространству. Прямо до флагманского корабля Заркона.       Так как пилот был в кабине, силовое поле не оберегало льва от вторжения.       Лотор грациозной змеей проник внутрь.       — Миленько у тебя тут, — отозвался он. Галрианец провел кистью по косяку, но его шибануло током, и он отдернул руку. — Кажется, я ему не нравлюсь. Ну, ничего, еще успеем подружиться. Привет тебе… — он замолчал, увидев в кресле расслабленно сидящего Кита, — что, даже сопротивляться не будешь?       — А я должен? — нахально уточнил тот.       — Ну, почему бы и нет? — пожал плечами Лотор. — Был бы повод пристрелить тебя на месте, а так ты у нас типа военнопленный.       Кит усмехнулся:       — А почему сам зашел? Неужели не боишься?       — Ну, коли нарвался бы на пулю, так сам виноват, но, а вообще-то мне было просто интересно.       — Интересно? — удивился Коганэ.       — Если бы ты вышел сам, лев бы захлопнул пасть, и я так и не увидел бы, что здесь да как.       — Ну, да, — подтвердил пилот. — Насмотрелся?       — Да, вполне, — еще раз огляделся Лотор. — Пойдем?       — Ага. — Кит поднялся на ноги.       — Что, даже баярд не заберешь и не попробуешь взять меня в заложники? — вновь удивился принц.       — Можно, — немного безнадежно попросил Коганэ, — он останется здесь?       — Кто? Баярд?       — Да. Я… я не уверен, но это, кажется, важно для льва.       Вторженец хмыкнул:       — Мне нравится твоя честность. И, так как сбежать у тебя все равно не выйдет, пусть торчит. Вреда от него не будет. — Лотор пропустил заложника вперед и упер пушку ему в затылок.       — Просто чтобы ты понимал, — холодно заговорил галрианец, — я простил тебя за тот корабль, но многие из моих ребят жаждут порвать тебя на кусочки. Они конечно не посмеют, без моего личного на то согласия, но вот пощупать могут. Так что как бы сильно ты мне не нравился, на людях мы враги. Усек?       — Четко и ясно, — напряженно отчеканил юноша.       — Ну, вот и славно. Шагай!       Он вывел его наружу, где уже ждал сопроводительный эскорт. Принц опустил пушку, но продолжил шагать рядом со стражей, провожая парня. Они отошли уже на приличное расстояние, но лев так и не закрыл своей пасти. Так и не выпрямился. Так и не активировал поля.       — Что это с ним? — позволил себе короткую реплику Лотор.       Кит ему не ответил.              Заложника довели до камер. Впрочем, оставили его здесь ровно до обеда, от которого он настойчиво отказался. Не потому что ему не хотелось есть или он боялся, что его отравят. Еда просто ползала по его тарелке, и Кит боялся, что его нервы не выдержат этого.       После обеда двое стражников надели на него кандалы и довели его до огромных дверей. Закинув парня в комнату, они закрыли двери и оставили его одного. Кандалы, естественно, остались при нем.       Коганэ решил осмотреться. Комната была довольно просторной. Во всю левую стену было расположено голографическое панно, изображавшее неизвестные Киту созвездия. Рядом с панно находилась панель управления, которая тонко намекала, что это была не просто красивая картинка, но монитор здоровенного компьютера.       У другой стены была расположена кровать довольно экзотического внешнего вида. Огромный круг, сформированный словно из щупалец какого-то странного черного монстра, был завален шарообразными подушками фиолетового цвета. Рядом находились несколько тумб и приборов, назначения которых Кит не знал.       Кроме этого в комнате наблюдалась еще пара кресел и небольшой журнальный столик с планшетами на нем. И все это в антураже классического галрианского корабельного дизайна: прямые линии, черные и фиолетовые цвета, красная и лиловая подсветка.       Кит сделал пару шагов, но стука обуви не услышал. Взглянув на пол, он понял, что между ним и собственно черным полом есть какая-то силиконовая прослойка. Удивленный парень быстренько прошлепал к терминалу и попытался его активировать.       К его удивлению, панель управления действительно отреагировала на его движения. Впрочем, понять что-либо из написанного на здоровенном мониторе или на клавиатуре парень все равно не смог.       Дверь распахнулась. Кит дернулся, но из-за кандалов не удержал равновесия и плюхнулся на пятую точку. В комнату вошел сам Лотор.       В жизни он выглядел не менее странно, нежели на экране: большие мохнатые уши, светлые волосы почти до лопаток, спереди лишь пара непослушных прядей, которые он тут же откидывает назад. Он был выше Кита. Может быть даже выше Широ. На нем был надет не привычный галрианский доспех, а какая-то черная обтягивающая форма, на подобии той, что носят ребята из «клинка Морморы». И несколько опознавательных знаков, которые Кит, к сожалению, не разобрал.       — О, так в тебе действительно есть галрианская кровь, — искренне удивился Лотор.       — С чего ты взял? — нахмурился юноша.       — Активировать галрианскую технику можно только двумя способами: имея коды доступа или имея галрианскую кровь. И что-то я сомневаюсь, что у тебя есть коды доступа к терминалам этого корабля. — Лотор зашел внутрь, подошел к терминалу и протянул парню руку. Кит подозрительно уставился на него.       — Я не кусаюсь, — заверил его принц.       — А вот я кусаюсь, — честно ответил юноша, но помощь принял.       Поставив мальчишку на ноги, он тут же оттолкнул его в сторону кресла и заставил сесть.       — В таком случае, думаю, ты не будешь против, если я оставлю тебе кандалы.       — На здоровье, — отмахнулся парень, устраиваясь удобнее. С ним возились, причем не абы кто, а сам командующий элитной эскадрильей. Вероятно, его жизнь была вне опасности. Во всяком случае, пока. Ну и память зверя подсказывала, что этот Галра был нормальным типом, и если Кит начнет перегибать палку, тот его притормозит. Так или иначе, беспокоиться пока что было не о чем. Можно немного расслабиться и осмотреться. Может что-нибудь из окружающих его предметов даст возможность сбежать.       — Ты голоден? — осведомился Лотор, набирая что-то на галрианской клавиатуре. Кит совершенно ничего не шарил в том, что видел перед собой.       — Если это опять будет та бурда из обезьянника, я — пас.       — Обезьянник? — удивился незнакомому слову командующий.       — Кутузка. СИЗО. Тюряга. Камера, — пояснил ему Кит.       — Сколько невероятных определений для одного и того же помещения, — искренне восхитился галрианец, продолжая что-то набирать на терминале. — А что, вполне сносная еда. Не хватает специй, тут согласен, но…       — Не люблю, когда моя еда ползает по тарелке, — скривился Кит.       — Серьезно? — снова искреннее удивление. Кажется, этот парень вел себя чертовски открыто. — А мне наоборот нравится. — Или хотел, чтобы Коганэ так думал. Хотя чего уж там. Что такого мог дать пилот командующему? Он не знал ничего, кроме боев и тренировок. Дальнейшие планы? Смеетесь? Он свой последний ближайший план только что завершил. Там кстати как раз должен был…       «Твою ж мать!» — чертыхнулся про себя парень. Он искренне надеялся, что лев окажется достаточно умным, чтобы не материализовывать мужчину в окружении врагов. Да и к тому же, что с ним вообще произошло?       — О чем задумался? — невзначай бросил Лотор.       — Пытался представить себе ползающую в тарелке еду, которая могла бы мне понравиться.       — Придумал что-нибудь?       — Не-а.       Галра засмеялся и набрал еще пару кнопок:       — Я распорядился. Тебе принесут более-менее подходящую еду.       — О, спасибо! — искренне поблагодарил его Кит.       — Не против, я сделаю пару важных звонков? — уточнил командующий.       — Нет, что ты. Я не буду мешать?       — Нет. Главное не говори под руку.       Коганэ кивнул. На экране возникла морда закрытая шлемом.       — Докладывай, — совершенно изменился его голос и поведение. Он лишь слегка приосанился, чуть сжал глаза, встал как-то по особенному. Галрианец стал настоящим командиром, который приковывал внимание, не позволяя ослушаться, хотя фактически ничего не поменялось. Кит невольно задумался, в чем еще этот странный парень мог использовать столь невероятный актерский талант.       — Мы легли на курс. Прибудем на место в течении, — он назвал какое-то неизвестное Киту числовое значение.       — Принято. Переводи линкоры в режим парения. Пусть ребята немного расслабятся, — и все-таки в его командном голосе оставалось немного места фривольности. Кажется, он был для них не просто начальником, но своего рода отцом полка. Хотя выглядел он довольно молодо. Впрочем, Заркон тоже не выглядел на свои овер десять тысяч лет.       Связь прервалась, и Лотор вызвал на экран новое изображение.       — Докладывайте, принц Лотор, — отозвалась старуха Хаггар.       — Можете передать отцу, что лев с пилотом у меня.       — Пилот? Мужчина?       Галрианец взглянул на ошарашенного Кита.       — Нет, скорее мальчишка, — пожал плечами тот и отвернулся обратно к экрану.       — Тогда убей его. Заркону он не нужен.       — О, это пусть решает сам отец. Конец связи.       Связь прервалась. Скалящийся от самодовольства командир обернулся к прибывающему в ужасе Киту:       — Что-то случилось?       Коганэ как-то упустил эту его реплику, сказанную в самом начале боя. Но теперь он вспомнил: «…понадобилась моему отцу…». Юноша не скрывал своей паники. Слишком много мыслей навалились одновременно:       — Принц? У этого… у Заркона есть сын? И… Заркон жив? — Кит посмотрел на свои трясущиеся от страха руки.       — А ты думал, вы его убили? — удивился Лотор.       Лев солгал ему? И теперь он отключился. Значит ли это, что Широ мертв? «О боги, что же мне делать?» — бесился маленький воспаленный мозг.       — Ну-ну. Не переживай ты так. Ну, ошибся, с кем не бывает.       Кит взглянул на своего пленителя. Сын, мать его за ногу, Заркона. Гребаный принц империи Галра. Ну и что ему теперь делать?       — Что ты со мной сделаешь? — прошептал парень, не в силах говорить в полный голос.       — А мы ведь так мило болтали. Ненавижу эти чины, честное слово. — Он тяжело вздохнул и посмотрел на пленника. — Доставлю к отцу. В целости и может быть почти сохранности.       — Почти?       — Эй, брат, я говорил, что простил тебе корабль. Но я ведь обещал, что если не сдашься, будет медленно и мучительно. Я не могу обещать тебе именно смерти, но медленно и мучительно точно будет. Ты, все-таки, моих людей убил.       — Ты поверишь мне, если я скажу, что это был не совсем я и что я за это уже поплатился?       — Если представишь доказательства, — серьезно кивнул Лотор. — Впрочем, это все равно ничего не изменит. Ты как, есть сейчас будешь или потом?       — В зависимости от того, что меня ждет.       — О, это будет моим маленьким сюрпризом.              Не стоило заниматься перелопачиванием собственной памяти сейчас. Он сам был виноват в том, что натравил людей Заркона на семью. Зверь ведь знал, зверь чувствовал, пусть и ненадолго. Этого хватило, чтобы его люди нашли их.       Как не вовремя лев запустил процесс форматирования Нексуса. Он, конечно, сохранил самые важные программы и данные, составлявшие основы его текущей личности, но чтобы вернуть их обратно нужно хотя бы вычистить то, что уже есть в Нексусе. Сделать это в бою невозможно.       Вольтрон — краеугольный камень его отношений с другими львами и пилотами. Все они, каждый из механических котов настраивался на альфу как на камертон. Когда камертон звенит фальшиво, фальшивит и весь оркестр. При объединении все четверо услышали голос его зашлакованного помехами сердца. Они тоже начали сомневаться. Черный просто надеялся, что они успели донести своих пилотов до дома.       Он отложил восстановление Широ до лучших времен, пока не разберется в себе. Этим он лишил всех дорогого человека. Он подвел не только львов, но и пилотов.       Сейчас Черный не мог даже защитить себя, потому что не знал, кто враг, а кто друг. Сейчас он боялся продолжать форматировать Нексус, потому что возможно ему не захочется вставлять прежние данные обратно. Он обязан был сделать это в кругу семьи. Он ведь любил их, пусть и так жестоко предал.       Все совершают ошибки, и хорошо, если только им же самим и нужно было за них платить. Это не был его случай.       Черный находился на корабле противника, где был захвачен его пилот, содержал в своем сознании еще одного пилота, был одержим собственными демонами и летел в лапы к человеку, который по переписанной сути своей являлся Зверем со всей памятью Кита и Заркона в одном лице.       И вот хрен его знает, кто из них двоих оказался сильнее.              Он все-таки поел. Еда оказалась на удивление приятной на вид и вкус. Следующие полчаса он провел в ожидании своей участи, а потом началось.       С ним, в частности с его телом, провели множество манипуляций, многие из которых подозрительно походили на те, что заставила его делать Пидж в свое время. И Киту очень не хотелось думать, зачем именно все эти механические щеточки так натирали его кожу.       В комнату его доставили в одной плотной черной накидке. Здесь уже был Лотор. Он сидел в кресле перед столиком и увлеченно исследовал какие-то данные на планшете.       — А я и не знал, что ритуалы квейньйол аолум еще проводят. Ты действительно заплатил свою цену за уничтожение моего корабля. — Он отвлекся от документов и посмотрел на юношу перед собой. — Впрочем, как и тот, кто любезно одолжил тебе свою нервную систему. Как его зовут?       — Его имя тебе что-нибудь даст? — затравленно осведомился Кит.       — Как минимум то, что это не искусственная нервная система и что это с большей вероятностью парень. Впрочем, не важно. Я все равно услышу это имя, когда ты будешь стонать как сучка.       Кита бросило в холод.       — Что… ты сказал? — тихо переспросил пленник.       — Ты все прекрасно слышал, эм… как тебя там?       Кит не ответил.       — Ой, да ладно тебе, — Лотор поднялся со своего места, откинул планшет и подошел к парню в кандалах, — я обещаю не делать тебе больно… на первых порах, — уточнил он.       Коганэ задышал чаще. Когда чужая рука потянулась к нему, он всплеснул наручниками и огрел галрианца по руке.       — Действительно кусаешься, — встряхнув ушибленной кистью, оскалился принц. — Ладно, значит будет по-плохому.       Шаг, он исчез из поля зрения. Юноша замахнулся и ударил наручниками наотмашь, метя себе за спину. Попал… почти. Лотор принял удар на щиток запястья, закрутил наручники и подтащил парня к себе. Подножка и юноша ударился затылком об пол. И в догонку чужая рука хватает его за лицо и бьет еще раз.       Командующий поднимает наглеца, переворачивает на живот, перестегивает магнитные наручники ему за спину и кидает на кровать. Мягкие шарики нежно подхватили прилетевшее на них тело. «Монстр» тут же начинает шевелиться, становясь ниже и шире.       — Интересно взглянуть на человеческую анатомию, — срывая с Кита накидку, проговорил Лотор. — Судя по тому, что я читал, она должна не очень сильно отличаться от нашей. В конце концов, Тапика все-таки смогла зачать и родить от человека.       — Тапика? — тихо произнес Кит. Щупальца его подхватили и перевернули на спину. «Монстр» каким-то невообразимым образом сцапал его за наручники и перекатил на середину кровати. Коганэ оказался совершенно раскрытым и беззащитным перед чужим взглядом. Впрочем, на защиту его психики тут же пришел инстинкт зверя. В конце концов, у Кита действительно было обалденное тело, и стесняться его не стоило.       — Красив, — восхитился Лотор. Поставив колено между раздвинутых ног, он своей рукой провел по поджарому юношескому телу. — Скажи, у тебя уже был человеческий секс?       — Почему тебя это так интересует? — злобно выплюнул юноша.       — Не знаю, — честно пожал плечами принц, отодвигаясь от кровати. — Наверное, просто пытаюсь отвлечь тебя разговорами.       Кит не понял, серьезно тот или нет. Мало ли чего от психов ждать.       — Я читал, — начал рассказывать Галра, скидывая с себя форму, — что на земле секс имеет очень широкий спектр выражаемых эмоций. Любовь, шантаж, договор, взаимовыручка, симпатия, антипатия или подчинение. — Его форма сходила с него, словно вторая кожа отслаивалась, оголяя впечатляющее тело. Да, он был галрианцем и его анатомия несколько отличалась от анатомии людей. Но немногим. — В культуре Галра секс несет в себе только две эмоциональные окраски: желание продолжить род или подчинение. У нас вполне себе обычен акт изнасилования личности представителем его же пола. Нет судебных разбирательств, нет наказаний и тяжб, как это есть в вашей культуре. Для нас нормально, если кто-то надругается над тобой, — тихо прошептал Лотор. — Это значит, что ты слаб. И у тебя есть два пути — отомстить или продолжать быть подстилкой, потому что просто так от тебя не отстанут.       Скинув остатки одежды, принц вновь вернулся к кровати и, каким-то невообразимым способом держа равновесие на шариках, навис над Китом.       — Собираешься меня насиловать? — просто осведомился юноша. Под ложечкой сосало знатно, но он уже был в подобных ситуациях. Да, его имели ненастоящие и немного родные люди, но это не отменяет того факта, что они были достаточно грубы.       — Все зависит только от тебя, — пожал плечами Лотор.       Ну, расслабляться и получать удовольствие Коганэ умел.       Галрианец наклонился к парню и вдохнул его запах. Никто в его жизни еще не пах так. У него даже не было слов, чтобы описать этот запах. Запах человека.       «Интересно, все люди пахнут так?»       Принц наклонился еще ниже. Его волосы щекотали лицо Кита, и он смешно морщился.       — Мешают? — спросил его пленитель.       — Отвлекают, — признался пленник.       Лотор улыбнулся и на секунду вернулся к сброшенной броне. Вытащив из кармашка какой-то агрегат, он замотал им волосы, образуя на голове незатейливый пучок. Мило и элегантно. Впрочем, мужчина не торопился возвращаться на кровать. Он вытащил из брони еще что-то. Кажется, это была баночка со светящейся желтоватой жидкостью.       — Что это? — нахмурился паладин.       — Много чего, — неопределенно ответил Лотор. — Но оно немного подождет. — Он откинул баночку на кровать, и та утонула в шариках. — А пока. — Он снова вернулся к Киту. Его прямой как у отца нос смешно дергался, когда обладатель шерстил по чужому телу в поисках новых интересных запахов.       — О, вы со зверем точно спелись бы, — отвесил свой нервный комментарий Кит.       — И кто этот зверь? Твой любовник? Кажется, это так называется у вас на Земле.       — Зверь? Любовник? — почти искренне засмеялся паладин. — О, я бы взглянул на это.       Лотор прищурился, но так и не поняв, о чем речь, продолжил. Оказавшись у паха юноши, он шумно вдохнул чужой запах. Этот запах Галра знал. Хищно облизнувшись, он оскалился Киту.       — Только с зубами поосторожнее. Там… довольно нежное местечко.       — То есть, — нахмурился мужчина, — если его оторвать, оно не отрастет снова?       — Нет, — ошарашенно посмотрел на командира парень.       — Точно?       — Абсолютно! И лучше не царапать. И вообще не трогать.       — Как вы еще не вымерли, как вид? — искренне удивился принц. — С таким слабым детородным органом.       Кит лишь неловко пожал плечами:       — Мне не с чем сравнивать.       — Ничего, сегодня появится.       Лотор легко коснулся чужого органа. Член, естественно, был в опавшем состоянии. Чужие прикосновения к себе заставляли юношу дергаться и нервничать. Бархатная из-за мелкой шерстки кожа Лотора очень нежно гладила область паха. Легкие поглаживания были невероятно точны и рассчитаны.       «Он что и порнушку смотрел?» — удивился Коганэ, глядя на то, как обходительно принц относится к его достоинству. Впрочем, Лотор играл с ним не очень долго. Вскоре ему наскучило, и он просто пристроился рядом.       — Что, прям так сразу без подготовки? — просто на всякий случай уточнил пленник.       — Расслабься. Я же не изверг. Я люблю, когда жертвы просят еще, а не брыкаются в агонии.       «Жертвы? Видимо у этих ребят особый пунктик на слабости. Им физически болезненно ее проявлять, что ли?»       И тут Кит честно говоря пасанул, потому что перед ним появился половой орган этого больного мутанта. До этого анатомия Лотора отличалась от его собственной лишь наличием пары реально лишних кубиков на прессе, повышенной волосатостью на всей поверхности тела и половым строением пластикового Кена. Так вот, он больше никогда не будет доверять анатомии пластикового Кена!       Там где у человеческого мужчины торчал член, здесь была продольная складка, как у женщины, длинной почти от пупка. Из-за обилия шерсти ее не было видно, но когда она разверзлась. Оттуда вышло нечто… теперь он понимал, с чем у галрианцев ассоциируется эта кровать. Куча длинных проворных щупалец сплетенных в одно раскрылись словно цветок, являя миру довольно длинный и тонкий агрегат, который отдаленно можно было бы назвать половым членом. И все это было невообразимых кричащих пурпурных и оранжевых цветов.       — А какого цвета ваша кровь? — вдруг поинтересовался Кит.       — Темно-красная. Ближе к фиолетовому, на самом деле.       — А почему тогда оранжевый? — нахмурился парень, взглядом указывая на некоторые из щупалец в его «цветении».       — Самок привлекать, — пожал плечами принц.       — Вы реально этим светите перед самками?       — Раньше светили. Лет этак с пару миллионов назад. Может раньше. Историки расходятся во мнениях, когда это перестало играть роль.       — А какие еще бывают цвета?       — Довольно много разных. Лично мне доводилось видеть ядовито зеленые, красные, желтые и голубые.       — А… эм… они передаются из поколения в поколение?       — По-разному. Но от генов зависит, это да.       Секс с представителем другой цивилизации реально становился интересным.       — И, я так понял, если их оторвать, они отрастут?       — Ага.       — Это больно? — уточнил Кит.       — Смотря в какой момент. Если сейчас — то неприятно. А если после кладки, то можно тут же еще раз осемениться. Но затягивать не стоит, иначе будет действительно больно. Где-то в пределах получаса, если я не путаю временные интервалы.       — Кладка? Осеменение?       — Еще предстоит узнать. Реально, проще показать будет.       Кит немного истерично хохотнул:       — А часто ты с представителями других рас спишь?       — Сплю? — удивился выражению принц.       — Трахаешься, — поправился Кит. — Занимаешься сексом.       — Эм… да нет, вообще-то. За последнюю тысячу лет где-то партнеров 25-30 было.       Последнюю… тысячу…       Коганэ впал в небольшой ступор.       — Сколько тебе лет, говоришь?       — Три с небольшим тысячи, в земном летоисчислении.       — У вас все так долго живут?       — Ну, честно, нет. В основном в пределах пары тысяч. Мне повезло родиться в нужной семье.       — У вас Императорский род дольше прочих живет?       — Просто Хаггар помогает. Без нее отец уже был бы мертв. Да и я тоже.       Кит тяжело вздохнул. Он уже успел как следует рассмотреть чужой половой орган. И тот перестал так уж сильно его пугать. Оставалась лишь моральная дилемма, но ведь можно на секундочку представить, что он в симуляции. Да и вообще, Кит — военнопленный. Лэнс должен это понять…       Он попробует все объяснить, когда вернется…       Если вернется…       А Лотор вновь вернулся к телу Коганэ. Вытащив из шариков злосчастную баночку, он вылил немного себе на руки и начал водить прохладными мохнатыми ладошками по чужой теплой немного дерганой коже.       — Может, расскажешь, что это? — все-таки осведомился Кит.       — Попробуй угадать. Я буду говорить, если правильно.       Парень задумался. Чем таким мог обрабатывать его тело галрианец? Впрочем, по реакции организма можно было догадаться сразу же:       — Афродизиак, — не узнав собственного голоса, часто задышал паладин.       — И это тоже. Мы ведь не хотим, чтобы ты кричал от боли?       — У тебя странные понятия о пытках. Если ты так много прочел о нас, должен все понимать… — Кит слабо соображал, что говорил. И это предоставило следующий ответ. — Сыворотка правды?       — Ага. — Просто ответил принц. — Если все, что я о вас прочел — правда, ты тоже должен понимать.       За этим крылось что-то. Что-то очень ценное, очень важное. Но расплывающийся в ощущениях мозг терял нить, которая лежала у него под носом.       Коганэ тряхнул головой. Ощущения путались, мешались. Внизу начал организовываться маленький тугой комок.       А Лотор тем временем начал свое плавное наступление. Его руки стали шарить сразу везде. Он ощупывал мышцы, гладил кожу и волосы, забирался туда, куда забираться было нельзя.       Лицом к лицу. Скованный юноша напротив властолюбивого принца. Две расы впервые слились в слабом, пробном поцелуе. Или не первый. Кит же откуда-то имел галрианскую кровь.       Слабое прикосновение губ переросло в неистовый, несдерживаемый порыв. Принц рвал, цеплял острыми зубами, углублял и подавлял. Паладин сопротивлялся, как мог. Он не сдавал напор, держа оборону до последнего.       — Неплохо целуешься, — принц оторвался, чтобы сделать глоток воздуха. Кит промолчал. Слишком шумно было в его голове.       Пока Лотор атаковал сверху, его ловкие руки уже нащупал чужой организованный стояк. Он сжал чужой член настолько сильно, что Кит невольно взревел и пропустил противника в свой рот, сдавая все позиции разом. Галрианец улыбался ему в губы.       Эта сука просто игралась с ним. Он все знал! Абсолютно все о человеческой анатомии. Все эти разговоры были лишь для отвода глаз, своеобразная проверка. Кит так расстроился, что со злобы прикусил чужой язык.       Но Лотор не был настроен на шутки. Ощутив чужое сопротивление, выходящее за рамки их маленькой игры, он сильнее сжал чужой пенис.       — Хватит, оторвешь! — крикнул Кит, сжимаясь в комок.       — Да ладно? — не успокаивался принц. — Тебе же нравится поострее.       Кит пересилил себя и крякнул-таки:       — Мне не нравится, когда со мной играют.       — Ты здесь не на тех условиях, чтобы выбирать, деточка, — прошептал ему на ухо Лотор. Облизнув раковинку, он осторожно в нее подул, вызвав целую стаю мурашек, бегущих по спине Кита. — Начнем?              Содрав с головы ни в чем не виноватый шлем, он в сердцах кинул его об пол, надеясь, что тот просто разлетится на тысячу кусочков. Как будто это смогло бы унять его боль. Но шлем отпружинил и поскакал дальше по кабине заснувшего кота. Машина вырубилась уже на подлете к замку и прочертила собой борозду в полу взлетной полосы.       Лэнс очень грязно выругался. Сдерживать слезы было невмоготу. Да и какого черта он должен себя сдерживать?!       Он орал как резанный, пытаясь донести до мира, как несправедливо тот обошелся с ним.       МакКлейн бесновался минут пятнадцать, прежде чем решил-таки покинуть кабину. Быстрая мысль, проскользнувшая в его голове, заставила в рекордные сроки добежать до комнаты управления. У терминала управления лежала обессилившая Алура. Рядом с ней находился Ханк.       — Что случилось? — настойчиво поинтересовался стрелок.       — Бой сильно вымотал ее. Сильнее, чем она думала, — пояснил инженер.       — Когда она очнется?       — Я не сплю, — подала слабый голос девушка.       — Тогда мы должны срочно возвращаться обратно, чтобы…       — Чтобы что? — на мониторе возникло лицо Пидж. Девушка, не снимая брони, уже копалась в технике Зеленого льва. — Лэнс, будь реалистом. Все наши львы отключились. Мы не сможем вытащить Кита лишь с помощью замка. Не в состоянии принцессы.       — Ты предлагаешь просто сидеть и ждать?! — всплеснул руками парень.       — Я предлагаю попросить помощи олкари и Слава для того, чтобы как можно скорее решить проблему со львами, — честно ответил зеленый паладин.       — Номер пять дело говорит.       — А если за это время с Китом что-нибудь случится?       — Мы узнаем об этом, — поправила очки Пидж, пряча свои обеспокоенные глаза.       — Как? — изумился парень, но вдруг понял. Татуировка на его теле. — Она исчезнет, когда он?..       — Да, — тихо ответила девушка.       — Тогда нам тем более нельзя ждать ни минуты! Нужно позвать клинки и олкари. И вообще всех, кого мы успели спасти за время бездействия Галра! И напасть на их главный штаб, чтобы окончательно…       — Послушай, что за чушь ты несешь, — тихо осадила его девушка.       — Это не…       — Империя не просто не пала. У нее есть наследник! И, если ты не заметил, он обладает оружием, которое глушит наши возможности к мгновенным перемещениям. Сейчас Галра сильна, как никогда. Мы должны действовать разумно, а не рубить сгоряча.       — Даже если это значит бросить Кита и Черного, в котором, между прочим, находится Широ, на растерзание врагу? Напомнить мне, что без всех пяти львов у нас нет возможности собрать Вольтрона, а это значит, нет шансов противостоять Империи?       — Именно поэтому атаковать в слепую будет наихудшим выходом. — Пидж спокойно выдохнула. Произносить такое вслух было больно, но необходимо. — У нас есть одно небольшое преимущество перед врагом. Широ, о котором они ничего не подозревают. Даже если Кита… не станет, Широганэ все еще сможет забрать Черного.       Лэнс задохнулся от возмущения. Он вдруг понял, что та небольшая семья, которой они стали за это время, отвернулась от него. Не проронив больше ни слова, он развернулся и покинул командный центр.       — Это было довольно жестоко, номер пять, — обеспокоенно заметил Коран.       — А то я не знаю, — маска непроницаемости слетела с нее вместе со снятыми очками. Она потерла переносицу и промогралась. Покрасневшие от сдерживаемых слез глаза опустили свой взгляд. — Так или иначе, пока татуировка еще есть, время тоже есть. К тому же, на нашей стороне небольшое преимущество.       — Что за преимущество? — осведомилась принцесса, все еще не рисковавшая вставать на ноги. Ханк сидел рядом с ней, придерживая ее за плечи. Это неприятно кололо сердечко зеленого паладина.       — Львы сейчас не работают. Это касается и Черного. Заркон — единственный, кто мог бы догадываться о том, что с ним происходит, мертв. Так что Лотору выгоднее держать Кита живым, чтобы выведать, как заставить Черного работать. И если Кит достаточно умен…              Лэнс буквально содрал с себя доспех и ринулся под холодный душ. Когда леденящий тело поток стал перекрывать накатывающую внутри бурю, он позволил себе включить теплую воду и, не сдерживая чувств, начал просто бить кулаками по стене душа. Как же, черт подери, он ненавидел моменты, когда был неправ. Он прекрасно понимал все, что говорила ему Пидж, но чувство того, что его просто кинули не покидало смущенной души.       Слишком сильно они сблизились с тем придурком. Слишком дорога ему стала его жизнь. Лэнс все понимал, но он привык всегда ориентироваться на свои ощущения, на свою чуйку. И сейчас она верещала, оглушая здравый рассудок пилота.       Обессиливший от обуревавших его эмоций, МакКлейн дошел до своей комнаты и плюхнулся на кровать. Тело болело от напряжения, разбитые в хлам костяшки тянули засохшей коркой крови, содранное горло саднило. Ничего не хотелось. Особенно думать. Особенно чувствовать.       От чего-то очень сильно разболелась голова. Потом он почувствовал второй удар.       Глаза вспыхнули пониманием. Парень испуганно подскочил с кровати и уставился на свои кисти. Татуировка отсвечивала успокаивающим голубым сиянием. Только под ложечкой сосало очень сильно.       Лэнс ждал. Он с замиранием сердца ощущал каждый свой нерв, каждое чужое движение, пытаясь понять, что происходит с напарником.       И он дождался. Его накрыло не сдерживаемой волной чужого возбуждения. Стрелок терялся, не в силах понять, какого черта происходит с Коганэ.       «Изнасилование? Нет, он явно возбужден, но тогда…»       Чужие поцелуи, как противостояние. Кит сопротивлялся…       Стрелок ощутил жгучее давление в паху. Было больно. Стало понятно, напарника принуждают. Во всяком случае, Лэнс очень хотел в это верить.       Потом начались настоящие пытки. МакКлейн уже проходил такое. Тело испытало на себе весь спектр сексуальных ощущений: его целовали, гладили, царапали, кусали, облизывали, растягивали и прочее прочее. Мозг сходил с ума от фантомных ласк. Хотелось чтобы поскорее пришла боль, потому что ее выдержать было бы проще. Чтобы не захлебнуться в чужих ощущениях, Лэнс подумал закрыть себя в криокапсуле, но потом понял, что хочет быть с Китом. Разделись с ним эти чувства. Тем более если это его последние чувства.       Парень откинулся на подушку и расстегнул штаны. Ему оставалось просто лежать и чувствовать то, что чувствует другой в той стороне космоса, до которой Лэнсу не дотянутся.       Чужие мягкие ладони ласкали его бедра и бока. Зубы покусывали напряженные соски, ловкий язык касался укусов, пытаясь освободить от болезненно сладких ощущений. Что-то сумасшедшее творилось с ним. Нервная система истерично напрягалась, сокращаясь в такт дыханию. Его трясло, каждая клеточка находилась словно в кисло-сладком сиропе. Лэнс никогда не пробовал наркоту, но судя по ощущениям, сейчас ему дали что-то невероятно забористое. Хотелось снять тело как скафандр, смыть всю желеобразность, в которой он застрял и тонул, тонул. Дыхания не хватало. Это не было похоже на секс с Китом. Это было похоже на моральное изнасилование, от которого он не мог просто отбиться.       Ласки приходили волнами, раскачивая психику, подготавливая к новой волне, заставляя с ужасом ожидать того, что будет дальше. Что-то, МакКлейн не смог понять что, прикоснулось к его члену. Ласки были скользкими, липкими, затягивающими, высасывающими душу. Партнер был так настойчив и обходителен, что Кит не сдержался и кончил.              — Знаешь, что самое интересное в галриансом сексуальном акте?       Кит задыхался. Было слишком много всего, чего он предпочел бы не чувствовать.       — Мы можем продолжать это столько, сколько захотим.       Коганэ взвыл не сдерживая себя. Член принца осторожно проник в него, выводя свою медленную и мучительную пытку на новый уровень.              Через некоторое время Ханк решил-таки проведать своего друга. Поводом для визита стала еда, самый простой и безопасный метод проникнуть в чужое закапсулированное пространство.       Он без стука вошел в комнату (постучаться в разъезжающие автоматически двери довольно сложно), но увидев изнемогающего на скомканных простынях Лэнса с внушительным стояком из расстегнутых штанов, резко развернулся и порывался уйти. В мозгу что-то переклинило. Инженер обернулся обратно и прикрывая обзор на чужой орган тарелкой с едой задал беспокоящий его вопрос:       — Кит?       Гортанный рык кончающего в третий раз за последние полтора часа парня был ему ответом.       Лэнс захныкал и сжался в комок. Стыдно? Да, черт побери, ему было невероятно стыдно! Но больше напрягало не это, а вымотанное тело. Чертова пытка грозилась убить не только Кита, но и самого Лэнса в придачу.       «А что, это мысль! Зато Киту будет легче это перенести», — проскользнула в голове шальная мысль.       Он вытер свой член уже порядком измазанным одеялом и заправил орган в штаны. Это, естественно, не отменило чувственных ощущений с той стороны.       — Ты не пробовал залезть в капсулу?       — А если его грохнут в процессе? — всхлипнул удрученный стрелок.       — Может, хочешь отвлечься на еду?       Лэнс жалобно уставился на друга. В его руке была здоровенная тарелка с какими-то аппетитностями. МакКлейн был так утомлен, что даже на еду смотрел с трудом. Но поесть стоило. Возможно, это действительно немного заглушит чужие ощущения.       Ханк вошел в комнату и сел на пол прямо перед напарником, поставив тарелку между ними. Лэнс спустил ноги с кровати и взял с тарелки что-то отдаленно напоминающее бутерброд. Глядя на то, как сильно трясется его рука, здоровяк судил об ужасном состоянии друга. Механик невольно помассировал свой безымянный палец. Татуировка уже совсем сошла, но безобидная привычка слишком сильно укоренилась в нем.       — Хочешь, я расскажу, как продвигается дело со львами?       Лэнс неопределенно пожал плечами.       Времени прошло не так много, но Пидж уже успела добиться определенных успехов. Когда Алура дала официальное разрешение на проведение исследований и поисков в архивах дворца, работа зеленого паладина ускорилась в несколько десятков, а то и сотен раз. Теперь не ей одной приходилось перелопачивать невероятные объемы данных.       Всего через несколько часов и три тарелки ханковых вкусняшек, пилот и ее бригада ученых смогли вскрыть данные на львов. И дальше началась магия, потому что по-другому это назвать было не возможно.       То, что они нашли в этих архивах, было сложно описать словами. Это было похоже на секрет создания жизни, рождения души в мертвом изначально теле. Это было просто невероятно и по сути своей считалось невозможным. Но львы были живым подтверждением того, что написанное было правдой.       Чем глубже ученые погружались в чертежи и исходный код, тем глубже понимали саму идею Вольтрона, а так же связь львов со своими пилотами. Узнавая все новые подробности, Пидж становилось все сложнее смотреть на огромного механического кота как на простой объект взаимодействия пилота с системой управления. Нет, она давно поняла, что львы живые и обладают каким-то своим аналогом сознания, но она не подозревала, что этот механизм будет куда более совершенным, чем что-либо известное ей до сих пор. Даже человеческий мозг, если судить по данным, был лишь ступенькой на пути к тому, чем являлось полностью сформированное сознание Вольтрона, объединявшее в себе сознания всех львов и всех пилотов.       Пидж все еще не представляла, как Алфор смог создать нечто подобное, при этом все еще оставаясь человеком. Напрашивался вывод о том, что он сам не до конца осознавал, что за величайшую силу призывал на защиту Вселенной.       Но, при всем величии львов, как и у любого живого создания, у них были свои слабости. И лишь пройдя через препятствия и закалив эти слабости в бою, можно было превратить их в ту огромную мощь, которой на самом деле являлся Вольтрон.       — Все дело в Нексусе. — Заявила она, когда все собрались по ее зову в комнате управления. Команда сгруппировалась около ее кресла, позволяя ей показывать им изображения и лишь ей понятные графики. — Я не знаю, что произошло во время симуляции Черного, но это как-то повлияло на настройки его Нексуса, он…       — Что такое Нексус? — неловко уточнил Ханк.       — Ядро операционной системы самосознания львов.       — Эм…       — Их сердце, — выдохнув, проще пояснила девушка, — но не только сердце. Это их душа, их мозг, их центр принятия выбора, генератор волевого решения и… квинтэссенции.       — А это?.. — вновь порывался задать вопрос Ханк.       — Тема отдельной лекции. Сейчас некогда.       Механик заткнулся.       — При последнем формировании Вольтрона у Черного было так много «помех», что он передал их другим львам. Сейчас все наши машины находятся в состоянии, которое можно сравнить с человеческой депрессией.       — С этим можно как-то разобраться? — забеспокоилась Алура. — Можно помочь им?       — Именно об этом я и хотела поговорить, — Пидж взглянула на Лэнса.       Парень сидел на бортике рядом с ее креслом облокотив лоб на кисти рук упертых в колени. Его мелко трясло, он был весь мокрый и знатно помятый. Складывалось ощущение, что он заболел, но… татуировки были при нем, а значит, его состояние можно было интерпретировать как:       1. Нервное напряжение.       2. Откат от Кита.       И что-то девушка не горела желанием уточнять, что именно переживал ее напарник. Не потому что ей было все равно. Она не хотела еще сильнее ранить чужие чувства. С некоторых пор она стала с большим вниманием обращать на посторонние состояния и эмоции. И пусть это требовало больших психологических затрат, она старалась как могла. Ради блага всех членов ее команды.       — Нам всем придется погрузиться в сознания наших львов и вытащить их из той каши, которую заварил там Черный. Только так можно заставить их вновь работать.       — Погоди, — нахмурилась принцесса, — ты хочешь сказать, сами они никогда с этим не разберутся?       — Разобрались бы со временем и Черным. Но у нас нет ни того, ни другого, так что придется нарушать кое-какие правила.       — Нарушать правила? — уточнил Ханк.       — Одно из основных табу, вписанных почему-то последним по времени, стоит тотальный запрет на погружение в «Святая Святых» львов.       — Но ведь номер четыре… — начал было Коран.       — Как и номер один, — подтвердила его догадки Пидж. — И вот к чему это привело.       — А мы точно не сделаем хуже? — немного испуганно заметила Алура.       — Еще раз напоминаю, что у нас нет другого выхода.       — Тогда… — Алура взглянула на Лэнса, который все это время лишь слушал, не поднимая головы. Кит, кажется, все-таки отключился, потому что мучения временно прекратились. Его немного трясло, но в целом жить было можно. Правда не очень адекватно.       — Я и Ханк возьмем своих. Вы с Лэнсом возьмете Синего и Красного, — произнесла вслух Пидж. — Лэнс, — наконец отметила она, — ты справишься?       Юноша боялся того, как прозвучит его голос, поэтому просто кивнул. Он понимал, что своим состоянием напрягает остальных, но не хотел создавать им лишних проблем.       — Тогда по машинам, ребята, — негромко призвал зеленый паладин. — Я загрузила в интерфейсы основные распоряжения, так что вам ничего не нужно будет делать. Просто запустите программу, когда будете в кресле.       Принцесса отправились к креслу Синего, Пидж запустила спуск к зеленому. Коран остался следить за кораблем.       Ханк подошел к Лэнсу и тихо уточнил:       — Ты как?       — Жить буду, — прошептал он, все еще боясь того, как будет звучать его голос.       — А как он?       — Более двенадцати часов изнасилования подряд, — истерично заметил стрелок, взглянув-таки в лицо напарника. — Отключился, не выдержав.       Здоровяк немного смутился, но взгляда не отвел.       — Тебе помочь дойти до кресла?       Лэнс хотел ответить грубостью. Ему было так паршиво, что хотелось хоть на кого-то скинуть часть своего бремени. Но Ханк этого не заслуживал. Его приятель всегда был внимательным. Большой и добрый здоровяк помогал в любых ситуациях, даже когда сам Лэнс вел себя как последний говнюк. И даже сейчас, если бы МакКлейн сморозил какую-нибудь глупость, напарник не стал бы его обвинять, просто принял бы удар в свое большое мягкое сердце и, облегчив чужую душу, помог.       Лэнс не хотел чувствовать себя еще и виноватым, чтобы потом извинятся. Стрелок просто тихо всхлипнул и кивнул.       С чужой помощью добравшись до кресла Кита, МакКлейн осторожно плюхнулся в него и начал погружаться в пучину чужого ада.