Табу

      Женщина устало откинулась на спинку высокого кресла и убрала выпавшую прядь жемчужных волос.       Сказать, что это было тяжело, значит ничего не сказать.       Ее не воспринимал всерьез собственный народ. Ее ненавидели и презирали некогда близкие союзники. Самые близкие ей существа были раскиданы по Вселенной и участвовали в таких мероприятиях, которых и врагу не пожелаешь. Ее… муж…       «Не будем об этом», — тяжело вздохнула она.       И как бы тяжко ей сейчас не было, Алура была обязана справится с этим. В конце концов, она сама во все это ввязалась, прекрасно осознавая все последствия… и приз.       Призрачная надежда на то, что ее народ вернется во Вселенную. Холодными одинокими ночами за стройными рядами цифровых докладов, из темного угла ее огромных апартаментов на нее нападала тоска, которой даже нейролептики не могли противостоять. Единственное, что вытаскивало ее из бездны отчаянья это черный шар — послание от Хаггар и призрачный приз.       Поразительно, насколько сильно могли успокоить слова той, что до недавнего времени была врагом, а сейчас являлась учителем.       «Ты не одинока», — как порой сильно нужно услышать эти слова. Даже если их произносит человек, которого ты можешь недолюбливать или даже презирать. Даже от него… да что уж там, тем более силен эффект от услышанного.       «Ты не одна. Пусть и в меньших масштабах, мне пришлось пройти все то же, что и тебе. И я справилась. И ты справишься, потому что ты намного сильнее меня. Ты не одинока».       Там было еще много напутственных слов. Много всего того, что юной алтеанке еще только предстояло узнать. Слава всем силам Вселенной за то, что женщина решила сделать этот шар многоразовым. Однако, перестраховщица Алура все же переписала ее наставления на электронный носитель… в нескольких экземплярах.       Сказать, что ей было тяжело, значит ничего не сказать. Но она должна была сделать все от нее зависящее, чтобы стало проще. Не ей, но тем, кому сейчас действительно плохо.       — Ваше Высочество? — прозвучал низкий бархатистый голос по внутренней связи.       — Да, Бармон, что случилось?       — Вы давали разрешение на испытательный полет Вольтрона?       — Что? Кому? Все пилоты в разных концах мира, кому я могла бы отдать этот приказ? — женщина нагнулась к пульту управления и начала копаться в своих данных. Спустя минуту на экранах высветились картинки с камер наблюдения. Их было пять. На всех на них были лица паладинов. И все они были именно там, где им и положено было быть.       — Тогда у нас проблема.       — Что за проблема?       — Вольтрон, госпожа… он…       — Что?! — поторапливала подчиненного алтеанка.       — Он… улетел…       — В смысле? — от удивления Алура вновь откинулась в кресло. — Ты хочешь сказать, что львов кто-то увез?       — Не львов, Ваше Высочество. Вольтрона. Ангар покинула уже сформированная машина.       — Свяжитесь с кабинами пилотов! — Алура хлопнула руками по пульту.       — Не отвечают.       — Перехватите!       — Мы послали следом фракталы, но они не поспевают за его скоростью.       — Квизнак! У нас во всей империи нет ни одной маленькой и шустрой машинки для слежки?       — Есть, госпожа.       — Тогда почему никто из них еще не на крыле?       — Они все в юрисдикции Его Высочества.       — Ты не мог сразу ему сказать?       — Он не доступен, Ваше Сиятельство.       Это могло означать две вещи: или он на очень-очень важном совещании, или в битве. Так как Алура просила его не выступать в очень опасных завоевательских миссиях, то вероятнее всего это был первый вариант.       На этот случай у господ всегда была выделенная линия.       — Да солнышко? Это срочно, я сейчас немного занят? — На заднем плане послышались взрывы и визги.       Пообещав себе устроить взбучку горе-императору, она мысленно вздохнула и поставленным голосом отчеканила.       — Требуется разрешение на использование твоих элитных фракталов.       — Сколько?       Алтеанка прикинула:       — Три машины. Причем немедленно. Со Столицы или ближайших систем, если возможно.       — В Столице сейчас два. Ближайший в соседней Галактике.       — Думаю, двумя обойдемся.       — Хорошо, тогда даю добро.       — Принято. Встретимся завтра на приеме у квариев.       — Конечно, милая, — как-то неловко вымолвил он, после чего связь прервалась.       — Бармон, слышал?       — Да, госпожа. Машины уже подняты в воздух и направляются вслед за Вольтроном. Должны успеть, прежде чем наши сканеры потеряют его из вида.       — Спасибо, Бармон. Можешь, пожалуйся, сделать кое-что еще.       — Да, Ваше Высочество?       — Собери паладинов в конференц-зале.       — Будет слетано!              Он открыл свои глаза и обнаружил себя в собственном Нексусе. В том самом помещении, которое симулировал для своих «гостей». Только теперь светлая комната не пульсировала узорами в такт мерцающему сердцу. Теперь здесь было грязно, как в сырой заброшенной кузнице. Только вместо мха и лишайников по углам ютятся черные фантомы — его самые сильные сомнения, проникнувшие так глубоко, что он уже не мог понять, часть ли они Нексуса или помеха.       Сейчас они были единым целым, а это значит, что Нексусы его братьев и сестер были близко. Настолько близко, что он может их видеть… обычно. Но он не видел их, сколь сильно бы не вглядывался в кромешную тьму.       — Кто ты? — слабым бесцветным голосом спросил Черный. Он ощущал остальных. Они были поглощены полностью. Все они. От них ничего кроме сомнений уже не осталось. Даже Желтый.       Из тьмы перед его глазами материализовалась структура, которую он очень часто видел в своих «снах». Чаще, чем хотелось, он показывал ее в симуляциях. Хотя он даже не помнил, кто или что это такое.       Судя по виду, это был пожилой гуманоид. Балахон не мог скрыть этого, как и странных немигающих желтых глаз. Что-то в этой поблекшей черной чешуе показалось ему смутно знакомым.       Заргатка. Что-то неуловимое, живущее в его сознании с самого его рождения. А может и раньше. Может быть она живет здесь дольше, чем существует сам мир.       Лев повторил свой вопрос.       — Мы столько раз обсуждали это. — Хрипло прошелестела она.       — Я не помню.       — И это естественно. Нас никто не помнит. Нас можно только мельком припомнить, однажды случайно увидев. Но это знание тут же ускользает, будто бы нас никогда и не было.       — И все-таки, кто ты?       Заргатка тяжело вздохнула:       — Хочешь, чтобы я еще раз рассказала тебе это? Хорошо, я расскажу. Я часть огромной Империи, поражающих своими масштабами воображение любого живущего в этой Вселенной создания. Моя Империя намного больше и могущественнее той, что ныне правит здесь. Нашу разницу невозможно даже сравнить. И прежде, чем ты перебьешь меня своим вопросом, позволь мне закончить.       Лев закрыл рот.       — Мы были слишком неосторожны. Мы погубили себя собственным могуществом. Но, чтобы не кануть в небытие, мы придумали способ, как сохранить себя в сознаниях наших меньших братьев. Каждый рожденный во всех параллельных мирах, которые мы населяли, смутно помнит нас. Видя наши образы, или что-то похожее на них, создание тут же вспоминает о нас, и мы живем. А иногда даже можем что-нибудь сделать. Как-то повлиять на их жизнь. Чаще бесцельно, но не в вашем случае.       Она подошла ближе ко льву и заглянула в его отдающие слабым светом желтые глаза. Тьма шлейфом тянулась за ней, проникая в Святая Святых, подчиняя себе свои новые владения.       — Мне подвернулась огромная удача, стать частью вашего, котятки, сознания. Более того, мне повезло прорастить из ваших Нексусов свои частички настолько, что бы вспомнить саму себя. А это не удавалось ни одному из моих сородичей уже почти сотню тысяч лет. Но кроме того, что теперь я могла придумывать себя когда захочу, я получила доступ к неограниченному запасу живой энергии. — Оно обошла льва и протянула чешуйчатую руку к Нексусу. — А ты понимаешь, что это значит? — Заргатка обернулась и вновь уставилась ему в лицо.       — Зверь? — ужаснулся лев.       — Именно, мой милый. — Улыбнулась она зубастым ртом. — Что для меня стоило поместить свой разум в то тело? Зверь слишком мал и не отесан, так что он даже не почувствовал моего присутствия. А теперь…       Перед львом появилась картинка. Он видел свою кабину, в которой, как и десять тысяч лет назад гордо восседал Заркон. Только это больше не был Заркон. Лев сам его убил. И пустил в его тело свое творение, зараженное его же собственным вирусом.       — Как он делает это один? — с восхищением спросил аватар льва.       — Это тебе нужно сказать спасибо. — Заргатка вновь потянула руки к Нексусу. — Они настолько любят тебя, настолько тобой дорожат, что сразу же поддались, стоило им лишь почуять угрозу для тебя. — Поблекшая чешуя коснулась сердца. Лев задохнулся. Аватар без движения упал на пол. Сознание, из последних сил цепляющееся за реальность, начало таять. — А теперь поспи, мой котенок. Мне нужно кое-что сделать.              — Где он? — кинула запрос зеленый паладин, как только голографический образ Императрицы появился перед ее глазами.       Начали подтягиваться и остальные. Все, кроме Широ.       Бармон отрапортовал о передвижении Вольтрона.       — Как возможно, что Вольтрон объединился без пилотов внутри? — почесав макушку, спросил голографический Ханк.       — Ты у меня спрашиваешь, приятель? — уточнил Лэнс. — Откуда мне знать? У нас вы с Пидж умники.       — Такое возможно, — подтвердила их опасения девушка. — Однако для этого необходимо очень и очень много других составляющих.       — Например? — уточнила алтеанка.       — Продвинутое сознание всех львов, для создания прочной связи в состоянии Вольтрона.       Ханк начал загибать свои голографические пальцы.       — Огромное количество квинтэссенции, сравнимое с волей пяти пилотов, но выделяемое одним.       — Но внутри никого нет! — перебила ее Алура.       — Это Вы так думаете, Ваше Высочество, — влез Ханк.       — Ханк прав, Алура. — Подтвердила Пидж. — То, что они не ответили вам еще не значит, что их там нет. Картинку могли заблокировать по той же причине.       — Хочешь сказать, внутри есть пилоты? — удивилась женщина.       — Как минимум один. — Кивнула зеленый паладин. — Хотя, я не знаю никого достаточно сильного, чтобы активировать Вольтрона в одиночку.       Глаза Лэнса плавно раскрылись до состояния двух чайных блюдец.       «Может ли это быть? Да нет, в нем ведь только трое… Но… Нет, это не может быть он».       — Разберемся с этим позже. И где Широ? — настойчиво переспросила Алура у связующего. Тот лишь пожал плечами и покачал головой. Связь была, человека не было.       — Квизнак.       — Вы стали много ругаться в последнее время, Ваше Высочество, — нахмурился Коран. Так как они летели вместе с Китом, ему позволили присутствовать на собрании.       — Мне нравятся девушки с характером, — лучезарно улыбнулся МакКлейн, стреляя глазками, — так что если холодными одинокими ночами…       — Не продолжай, если не хочешь, чтобы тебе что-нибудь отрубили. — Предупредила его Алура.       Несмотря на сталь в голосе, Алура улыбнулась. Это был их маленький, ставший уже привычным, ритуал. Он всегда радовал и расслаблял женщину. Лэнс знал это.       — Каковы наши дальнейшие действия? — задал интересующий всех вопрос Коганэ.       — Пока нет Широ, мы не можем ничего предпринять, — вбросил Ханк, — или можем?       — Можем, — кивнула Пидж. — Здесь есть все.       — Нет! — сразу прервала их Алура. — Я не буду этого делать. Я просто не могу. Если я отлучусь хотя бы на пять минут, все может рухнуть.       — На сколько все серьезно? — уточнил Кит.       Коран наклонился к его уху и начал шептать:       — Она спит всего пару варгов в квинтант. Питается преимущественно внутривенно. В ее комнате установлена кабина для быстрого проведения всех, — старик смутился, — биологически необходимых телу операций.       — Все очень серьезно, — смутившись, заверил команду Кит. — Хорошо. Сколько времени понадобится, чтобы собрать всех в Столице?       — У тебя есть план, Кит? — уточнила Пидж.       — Как бы далеко не улетел Вольтрон, мы всегда сможем добраться до него с помощью замка.       — Это… Приемлемо, — подтвердила Алура.       — Значит все, что нам нужно, это собрать команду и…       — И? — все навострили свои уши.       — Попытаться поговорить с ним.       — С Вольтроном? — уточнила на всякий случай Пидж.       — Ну или с теми, кто внутри. Тут уж как выйдет. Помните, львам никто не может приказать. Они все… слишком разумны для этого.       — Особенно сейчас, — подтвердил его слова Лэнс.       — Так сколько нужно времени?       — Два квинтанта и семь плюс-минус несколько варгов. На расторопность Лэнса, — ехидно добавила Пидж.       — Эй! — возмутился стрелок.       — Хорошо, тогда командую сбор паладинов в Столице. Бармон, распорядись, чтобы команде подготовили каюты на корабле.       — Что делать с медотсеком?       — Чуть позже разберемся с этим. Все всё поняли?       Команда, воодушевленная скорой встречей радостно отчеканила:       — Да.       — Есть.       — Так точно.       — Принято.       — А что делать с Широ? — уточнил Ханк.       — Он в Столице. — Подхватил Кит. — Мы с Кораном прибудем раньше всех, так что я передам ему отчет о собрании и попытаюсь его растормошить.       — Удачи, дружище, — улыбнулся ему Лэнс.       — На этом все.       Комната связи опустела. Алура расслабила напряженную осанку и ссутулилась. Это напряжение, в отличие от ее повседневного распорядка, было намного-намного приятнее.              Он открыл уставшие, полные песка глаза. Сколько лет он проспал? Тысячу? Может миллион? Где он? Кто он? Почему в голове такой хаос? Но он привык к нему. Помехи всегда были в его сердце. Сейчас они стали его частью. Но… как ни странно, благодаря этому он видел свой стержень, чувствовал, на что можно опереться.       Вокруг была тьма, космическая тьма. Редкие звезды мерцали почти в кромешной темноте. Редкие отблески фиолетового пульта управления маячили в пределах видимости.       Он моргнул. Затем еще раз. А потом до него дошло.       Пытаясь не паниковать и не делать резких движений, он осторожно перевел взгляд на руку, судорожно вцепившуюся в штурвал собственной кабины.       Теперь было понятно, как один смог управлять всеми. По одному на каждого.       Заркон.       Зверь.       Лэнс.       Заргатка.       И он. Сам Черный лев собственной персоной.       Судя по всему, сейчас вирус был занят какими-то махинациями, поэтому у него появилось немного возможностей для свободных манипуляций. Лев откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, осторожно прощупывая связи, которые были у него.       Все тело, не только Заркона, но и Вольтрона, стало его частью. Или он стал частью их. Уже и не разобрать. Все смешалось.       Важнее было другое.       — Ну и куда мы?       Сообщение пришло сразу от всех львов. В том числе и от него самого. Странно было слышать себя самого со стороны.       «Значит, вот как это ощущают пилоты».       Он не знал этого места. Никогда не бывал там прежде. И не хотел побывать впервые. Слишком далеко оно было от его дома. От его нынешнего дома.       — Не хочу, разворачиваемся.       Заргатка внутри него проснулась. Как очень сильная помеха, которая старалась захватить его Нексус. И, кажется она захватила его, только это был Нексус механического льва.       Черный улыбнулся. Как только у него забрали контроль над пилотом, он вновь стал машиной. Он снова ощутил все связи, но теперь со стороны льва. И если бы здесь не было это заргатского вируса, вероятней всего, он бы смог достичь высшей формы сознания. Они все стали бы единым организмом. Но здесь был лишний, которого хватало только на кого-то одного: на машину или на пилота. Его нужно было заменить. Вычленить из себя. И лишь его настоящие пилоты могли помочь ему с этим.       В качестве машины проще было управлять всем своим телом, он мог позволить себе остановится и замереть на месте. Но лишь в качестве пилота он мог связаться с ними.       Было еще кое-что. Что стоило выяснить перед тем, как начать действовать.       — Братья и сестры, вы меня слышите?       Их сознания были замусорены, загрязнены сомнениями. С чего бы? Они же были в прекрасном состоянии в последний раз, когда собирались? Все они поднялись на новый уровень развития и…       Заргатка. Вероятней всего с развитием львов развился и этот вирус. Захватил сознание младших с помощью самого примитивного, но самого действенного оружия — сомнений.       — Братья и сестры, я жив, со мной все хорошо. Вы слышите меня?       Первым откликнулся Сила. Его Нексус слабым сиянием замаячил где-то у правой ноги Черного льва.       — Я слышу тебя брат. Что случилось? Почему все спят?       — Потому же, почему и ты.       — Нет, Черный. Я сплю потому что слишком силен и не способен управлять собой.       — Тебя что, не коснулось сознание заргатки?       — Этого вируса? Нет, Черный. Я давно смирился со своими страхами, ей не на что давить.       — Тогда почему ты здесь?       Синий долго не отвечал, но потом наконец послал мыслеобраз Красного льва.       — Лидер мне приказал.       Черный улыбнулся. Скоро все встанет на свои места.       — Старший, что происходит? — тихо отозвался Нексус Желтого.       — О, ты проснулся. Синий, будь добр, помоги Желтому отчистить всех нас от этой скверны.       — Ты же понимаешь, что она наплодит еще? — уточнил Синий. — К тому же без этой скверны мы просто распадемся.       — Мне не нужно, чтобы вы пробудились совсем. Я просто хочу узнать у вас ответ на один единственный вопрос. Так что Синий, пожалуйста.       — Хорошо, Черный.       Сила потекла по кругу от Синего к Желтому. Желтый активировал свой Нексус и начал стягивать чужие страхи для обработки в свое операционное ядро. Начали просыпаться Красная и Зеленая.       — Вот до чего ты довел нас, Черный. Погляди. Вирус захватил нас, и мы больше не в состоянии управлять даже нашими сознаниями, не то, что телами. — Начала с наезда Красная. — В ее руках находится огромная сила, способная не только защищать, но и уничтожать миры. Как ты оправдаешься теперь?!       Черный улыбнулся.       — Я не собираюсь оправдываться, Красная. Я хочу спросить у вас всех.       — Ага, когда дело заехало в тупик, он наконец-то решил попросить нашей помощи. Замечательно!       — Не помощи, Красная. Разрешения.       — Разрешения? — удивилась она. — На что?       — На то, чтобы убить нас всех.              Простого «Вольтрон в беде» было достаточно для того, чтобы он осознанно взглянул в глаза Киту и сорвался с места.       В указанное время они все были внутри корабля.       — Как в старые добрые времена, — Пидж плюхнулась на свое кресло.       — Все в порядке чувак? — Ханк с Лэнсом вошли на мостик последними. Сосредоточенность стрелка на собственной левой руке пугала механика.       — Рука дергается уже второй день. Не могу понять, в чем причина, — нахмурился МакКлейн.       — Может тебе в капсулу прилечь на полварга? — предложил здоровяк, проводив его до его места.       — Может тебе последовательность записать, идиот? — предложила Пидж.       Он злобно зыркнул на нее и перекинул ей на терминал бессмысленную последовательность дерганий его руки. Это не была азбука Морзе или любая друга известная ей двоичная последовательность.       — Ну-ка, дай взглянуть, — Ханк подошел к ней и взглянул на ее монитор.       Пидж перекинула последовательность на мониторы всех паладинов и на панель управления кораблем.       Мельком взглянув на шифр, Кит сначала не понял, что увидел, но потом до него дошло. Он озабочено уставился на Широ, который кивком подтвердил его догадки. Поняв, что им не мерещится, они перевели текст, созданный по шифру из симуляции.       «Нужен один пилот. Заменить сознание врага. Смерть неминуема»       — Приехали. — После перевода всплеснул руками Лэнс. Рука вновь непроизвольно дернулась, добавив комичности в ситуацию.       Широ начал хихикать. Его мелкий смех все усиливался, пока не перерос в истерику из-за которой он едва держал себя в руках.       — Еще и командир с катушек слетел. Вообще конец, — Лэнс, все это время стоявший рядом со своим терминалом, плюхнулся в кресло.       — Широ? — Кит осторожно встал со своего места, подтянулся к креслу Широ и заглянул ему в лицо. — Все хорошо?       — А ты не видишь, да? Не видишь связи? — искренне улыбнулся ему мужчина.       — Какой связи, Широ? О чем ты?       — Я должен пойти туда. С меня все началось. Мной и закончится.       — Что? — вступила в беседу Императрица. — О чем ты, Широ? Что началось? Что закончится?       — Меня не должно быть здесь сейчас. — Ответил он ей, поднявшись из своего кресла. — Если бы лев не попытался спасти меня, всего этого не было бы сейчас, — развел руками Такаши. — Львы бы не находились в таком положении. Тапика была бы жива. Заркон Мертв. Вы бы были единой командой…       — Бороздящей просторы космоса в поисках бесполезной надежды спастись от элитных бойцов Лотора. — Закончил за него Кит. — Алура бы не стала Императрицей. Или стала? А может быть кто-то из нас умер бы по пути? Это не важно Широ, то что произошло — уже произошло. Гадать как бы оно стало — бесполезно. Сейчас у нас есть проблема и нам нужно ее решить.       — Решение стоит перед тобой Коганэ Кит.       — Ты не пойдешь туда. Не для того мы с Черным тебя столько вытаскивали, чтобы ты в очередной раз пожертвовал собой.       — Хорошо, Кит, — Широ выставил перед собой руки и немного отступил от напирающего Коганэ, — тогда давай так. — Мужчина улыбнулся. — Благодаря тому, что это послание пришло от Лэнса, мы знаем, что враг внутри — это Заркон. Зверь. — Улыбка переросла в недружелюбный оскал. — А так как ты единственный из присутствующих здесь пилотов не способен влиять на Зверя, тебе и выбирать, кто из нас умрет.       Это прозвучало как громкая пощечина.       — О чем говорит ты говоришь? — вклинилась в разговор Пидж.       — Он говорит дело, — бесцветно вымолвил Кит. Лэнс обеспокоенно приподнялся в кресле, хмуро наблюдая за разворачивающейся сценой. Он знал немного про зверя и иерархию. Слишком на многое в реальности влияла та сцена, которой даже не происходило с живыми людьми.       — Но погодите, Зверь же сам передал нам это сообщение. — Высказался Ханк. — Как он может…       — Зверь не знает этого языка. — Помотал головой Кит.       На этот раз на него уставились уже несколько пар глаз.       — Когда был создан и воспроизведен язык, Зверь уже умер. Шифр был только у меня, Широ и Черного, если Черный конечно не передал его Заркону вместе с сознанием Зверя. — Коганэ тяжело вздохнул.       — Это ничего не меняет. — Подтвердил его переживания Широ. — Туда должен идти кто-то, кто будет сильнее Зверя. И это точно не ты, Кит.       — Я не должен выбирать, — тихо пробормотал он.       — Давай, Коганэ. Все здесь готовы отдать свои жизни ради Вселенной! Так ведь? — он оглянулся на пилотов.       Ханк невольно сжал плечо Пидж, рядом с которой стоял, однако он настойчиво кивнул. Заменив это, девушка положила свою ладонь на его руку, улыбнулась и тоже кивнула.       Лэнс выпрямил обе руки:       — Я тоже готов.       — Как и я, — подтвердил Широ. — Как и ты.       — Эй, а я? — вступила в диалог Алура.       — Со всем уважением, Ваше Высочество, императрицам слова не давали, — пресек он ее попытки обратить на себя внимание. — И как единственный, кто не может повлиять на ситуацию, тебе и выбирать. — Пожал плечами Такаши.       «Он что, пытается выбесить меня?» — нахмурился парень, глядя на Широ. Он не узнавал мужчину. Не видел в нем того, в кого влюбился когда-то, в ком отчаянно нуждался. — «Он делает все, чтобы я выбрал именно его».       Увидев понимание в глазах юноши, Широ вновь вернул своему лицу привычную мягкую и теплую улыбку. Такую, которой он восхищался. Все они.       «Мы так и не смогли исцелить твоих ран», — сокрушенно помотал головой парень. Его глаза наполнились слезами.       — Ну же, Кит, хватит страдать херней и тянуть кота за яйца. Выбери уже наконец.       Это был тычок в самое сердце. Потому что речь сейчас шла не только о том, кого послать на смерть.       Ханка и Пидж он посылать бы не стал. По самым очевидным причинам. А вот выбор между Широ и Лэнсом. Черт, это было слишком. Он еще не готов к этому. Еще рано.       Мужчина пожал плечо парня, наклонился к самому уху и прошептал:       — Отпусти меня, Кит.       Отвлекшись от столь интимной сцены, Лэнс вдруг обнаружил, что тремор прекратился.       — Вольтрон замер, — крикнула Пидж.       — Время не ждет. Решим на месте. Я телепортирую нас! — сказала Алура и раскрыла червоточину.