Коллекционер

Но ужину не суждено было состояться: Питер опять отправил их к утренним наркоманам. В больнице они отошли от препаратов и бросились добивать друг друга. Уже на месте Дерек и Стайлз кинулись помогать дежурным офицерам. Стайлз, заломав особо активного и менее всех травмированного, со злостью зачитал ему права и припечатал мордой в подушку. Всё пространство виделось в красном цвете альфа-зрения, обостряя восприятие всего окружающего. – Полегче, детектив, – бросил ему вошедший в палату Дерек. – Этот... Сорвал мне свидание, – выразительно посмотрел он на Дерека, надеясь, что тот вспомнит свои слова и поймёт шутку. Которая, на самом деле, была шуткой только отчасти. – И что тебе до утра-то не терпелось? – уже прошипел он выворачивающемуся задержанному, который покрывал его матом на ломаном английском. – Завтра сходим, – Дерек едва заметно улыбнулся, но Стайлз не успел распробовать тепло, разлившееся в груди от его слов, потому что заметил наконец, что руки Дерека по локоть в крови, как и его футболка. – Господи, ты цел? – Стайлз даже удивился силе своего испуга. Дерек сам зашёл, ровно стоял и внятно говорил – вряд ли у него серьёзная рана. Да и вообще, при работе копа всё возможно, и они потенциально к этому готовы. Нужно не паниковать, а действовать профессионально. Но сейчас он испытал страх сродни тому, что чувствовал после тяжёлых задержаний в Бикон-Хиллз, когда рядом находился отец. – Это не моя кровь. Вдохни и ослабь хватку, детектив. Стайлз встрепенулся, поняв, что действительно задержал дыхание, отчего слишком сильно сжал руки задержанного, выдающего сейчас маты на несколько октав выше. – Этого осмотрит врач, и повезём в участок, – сказал он, согнав с глаз красноту в несколько глубоких вдохов. – Отправим с дежурным патрулём. А нам придётся собрать показания медперсонала и составить рапорт. Но сначала я отмоюсь, – Дерек как-то виновато встряхнул руками. – Думаю, что в таком виде показания мы соберём быстрее, – рассмеялся Стайлз, окончательно успокоившись. Задержанный, придавленный для надёжности к койке коленом, опять возмущённо крякнул, и Дерек, покачав головой, помог стянуть его запястья пластиковым фиксатором. Ночка обещала быть длинной и нудной. *** На следующий день, за восемнадцатичасовую смену, Питер дал им выходной, и Стайлз думать не думал, что Дерек ещё помнит про обещание перенести ужин на завтра. То есть, уже сегодня. Но тот, как ни в чём не бывало, заехал за ним в семь. Друзей в Лос-Анджелесе у Стайлза было не так много, и обычно без предварительного звонка к нему заявлялся только Скотт, поэтому-то он и открыл дверь в боксерах и домашней футболке со штурмовиком на груди. И по ехидной ухмылке Дерека, Стайлз понял, что именно на такой вид тот и надеялся. Но, собственно, кроме пристрастия к «Звёздным войнам», стесняться ему было нечего. Ну и, может, лёгкого холостяцкого беспорядка в квартире. Скотт, живущий с хозяйственной и педантичной, как большинство японцев, Кирой, часто говорил, что Стайлзу жизненно необходим постоянный омега, чтобы упорядочить этот хаос. Но он знал, что порядок никак не зависит от пола. Рабочему столу Дерека, например, позавидует даже Лидия, а в её вотчине всегда стерильно. – Заходи и не обращай внимания на... всё это, – Стайлз обвёл рукой разбросанные у телевизора провода и диски от игровой консоли, брошенную на диван толстовку и кружки на кофейном столике. – Ты вовремя, я голодный как волк. Дерек не стал комментировать беспорядок и вообще ничего, хотя мог бы. И наверняка сделал бы, но сегодня находился в каком-то задумчивом настроении. *** Стайлз думал, что они завалятся в какую-нибудь забегаловку, где можно по-быстрому перехватить недорогого пива и буррито, но Дерек привёз его в небольшой мексиканский ресторанчик, где с порога сшибало запахом пряных специй и мяса. Желудок Стайлза громко и жалобно отозвался на эти призывные запахи, но Дерек и ухом не повёл, не став острить, как наверняка сделал бы сам Стайлз. И этот факт показался... донельзя приятным. Стайлз расслабленно вздохнул и плюхнулся напротив Дерека на предложенный официантом диванчик. Приятный парень-омега с лёгким испанским акцентом поинтересовался, принести ли что-нибудь сразу? – Пиво, – одобрительно кивнул Стайлз. – Может, ты сначала поешь? А то на голодный желудок быстро развезёт, – выгнул бровь Дерек. Стайлз только фыркнул и покивал на вопросительный взгляд официанта, подтверждая заказ. Дерек покачал головой и попросил себе лимонад, пока ждёт фахитас с говядиной. Стайлз подумал, что тако, которое он так хотел, продают на каждом углу, а пряный мясной фахитас со свежими тортильями в его жизни, наполненной фастфудом, пиццей и китайской едой из доставки, случается редко. – Блюдо за мой счёт, – одобрил Дерек выбор. – За пиво платить не буду, вредный засранец. Я, между прочим, твой лейтенант. Где послушание? Как ты с таким подходом раньше работал? Стайлз расплылся в улыбке, как от похвалы. – Раньше я тоже не очень-то подчинялся старшим по званию. Ты же по-любому читал моё личное дело, Дерек. После выпуска я проработал год помощником шерифа Стилински в маленьком, но родном Бикон-Хиллзе, а затем перебрался в Лос-Анджелес. – Работал на отца? И почему тогда уехал? – Шериф вышел на пенсию, – пожал плечами Стайлз. – А новый шериф тебя уволил к чертям за невыполнение приказов? – хмыкнул Дерек. Официант принёс лимонад и пиво, и Стайлз присосался к бутылке, чтобы не отвечать, но под пытливым взглядом вздохнул и сказал: – Причин несколько, на самом деле. И нет, меня никто не увольнял. Наоборот, у Стайлза Стилински была лучшая раскрываемость. Я и в подростковом возрасте совал свой нос во все дела отца, до которых мог дотянуться, за что, конечно, получал наказания. Но те несколько раз, когда оказывал реальную помощь, считаю стоящими всех прочих последствий. А получив образование, я обзавёлся новыми знаниями. Но инстинкт самосохранения остался на нуле. – Ты считаешь, что отец ушёл на пенсию из-за тебя, – прищурил глаза Дерек и отхлебнул лимонад. Стайлз невесело хмыкнул. – По твоей статистике раскрываемости я знал, что ты хорош, но раскусить меня за пару предложений – это сильно, лейтенант Хейл. За ужин плачу я. В знак уважения. Дерек снисходительно кивнул и, улыбнувшись, откинулся на своём диванчике. Стайлз сделал несколько жадных глотков пива, ополовинив бутылку. Приятное тепло моментально всосавшегося алкоголя расслабило тело и развязало язык. – Папа считал, что я гнию в Бикон-Хиллзе и в департаменте шерифа, чтобы приглядывать за ним. У меня ведь образование, – скривился он. – Уголовное право. Кто бы сомневался, что Дерек знал. – Да, и «Юриспруденция куда безопаснее, сынок!», – Стайлз старательно изобразил отца и хлебнул ещё пива, чтобы смыть привкус досады. – Он даже на пенсию сбежал, чтобы я бросил работу в департаменте! Работу, которой он буквально посвятил жизнь! А я с детства мечтал быть, как отец. Конечно, перестав работать, папа стал выглядеть значительно лучше: пропал этот вечный налёт усталости на лице, плечи расправились, даже похудел, занявшись спортом, на который раньше не было времени. А ещё он съехался с матерью Лидии, что было для нас обоих серьёзным шоком. – Так вы с Лидией сводные брат и сестра? Стайлз почувствовал лёгкий триумф, разглядывая изумлённо поднятые брови Дерека. – Типа того. Неисповедимы пути господни, даром, что я атеист. Ведь в школе я пытался за ней ухаживать и говорил всем, что вот она, любовь моей жизни. А не сестра. Братом я всегда хотел видеть Скотта, поэтому мы не один год пытались свести наших родителей, а вышло вон как. – А как же «Я никогда не интересовался девушками»? – прищурился Дерек, и хоть Стайлз ни разу не видел, как тот проводит допрос, но очень живо представил, что его выражение лица именно такое, когда кто-то начинал путаться в показаниях. Наверняка подозреваемые не раз клали в штаны от этого пристального взгляда-рентгена. Но Стайлз не врал ни единым словом, поэтому только ухмыльнулся. – Я учился в третьем классе, Дерек, и мало что понимал о своих сексуальных предпочтениях. На самом деле да, у меня не было ни одной женщины и не будет. Теперь уже точно нет. С Лидс мы хорошие друзья. Но, знаешь, я человек, западающий именно на человека. И готов многим жертвовать для дорогих мне людей. Это я тебе уже цитирую отца. Он видел, во сколько всякой херни я вляпывался из-за Скотта, и считал, что ради него я сгнию в нашем захолустье, – Стайлз сам не понимал, зачем делает все эти намёки, но перестать уже не мог. – Тогда, похоже, мне повезло с напарником, – сказал Дерек, не отрывая от него задумчивого взгляда. – Хочется верить, что да. Надо рассказать отцу: он бы одобрил тебя и перестал дёргаться, узнав, что его мальчик в надёжных руках, – улыбнулся Стайлз, но по загоревшимся глазам Дерека понял, что спорол что-то не то. Чёрт, а ведь он больше не хотел сыпать намёками, но, кажется, язык действовал без его на то ведома. – Мне тоже повезло с напарником, – тут же добавил он, чувствуя, как жар румянца расползается даже на шею. – Если бы Скотт выбрал уголовное право, а не ветеринарию, отец бы рехнулся. – Что, всё так плохо? – Ну, однажды, меня приняла за Скотта и чуть не пристрелила тётка его девушки Эллисон. Я тебе говорил, что она – Эллисон, не тётка – похожа на объект преследования нашей второй жертвы – Дэлера. – И чем же ей не угодил Скотт? – Тем, что он альфа. Ходили слухи, что у них в семье много лет назад случилась какая-то жуткая трагедия с дедом-омегой Эллисон, когда тот ещё был молодым. То ли его изнасиловали, то ли что-то такое, но крыша у него поехала конкретно. Эллисон не сильно в курсе семейной драмы, но рассказывала, что её двенадцатилетнему отцу-альфе тогда пришлось уехать к родственникам, потому что дед не выносил всех альф. И так же воспитал свою дочь Кейт. Вот она-то, решив попробовать наладить отношения с братом и подружиться с племянницей, меня чуть и не пристрелила, приняв за альфу Эллисон. А я всего лишь подвёз её после занятий, когда Скотту назначили внеплановую тренировку. Прикинь, эта Кейт даже работает в госпитале только для омег. До чего ненавидит альф. – Сколько вам было? – не проникся историей Дерек. – Шестнадцать, – нахмурился Стайлз, всё ещё помня ощущения от наставленного ему в грудь охотничьего ружья. – Я бы тоже был не прочь припугнуть альфу моей шестнадцатилетней племянницы. Тем более такого, как твой Скотт. Это не значит, что она ненавидит альф, с братом же приехала общаться. И есть специальные медицинские центры для омег, где занимаются сугубо их здоровьем, в этом нет ничего странного. – С тобой неинтересно, Дерек, – фыркнул Стайлз, закатывая глаза. – Эта история всегда казалась мне классной, а ты в несколько аргументов опустил её крутость ниже плинтуса. – Потому что я коп и у меня не такое богатое воображение, как у шестнадцатилетнего тебя. – Это ты ещё не знаешь, на что способно моё двадцатишестилетнее воображение, – нацепив ухмылку, поиграл бровями Стайлз. – Даже боюсь представить, – на удивление покладисто кивнул Дерек. – Вот видишь! Не запрещай себе фантазировать, Дерек. Но отвечать тот не стал, лишь смерил нечитаемым взглядом зелёных глаз. В это же время им принесли сводящий с ума своим запахом фахитас, и они накинулись на еду, оставив разговоры. Подкинув Стайлза до дома, Дерек махнул на прощание рукой, и Стайлз испытал лёгкое разочарование, что их свидание закончилось ничем. Будь на месте Дерека омега, он бы не постеснялся сорвать хоть мимолётный поцелуй, а то и продолжить вечер в постели. Но Дерек омегой не был, а это никак не влияло на снижение градуса желания Стайлза. Никакого кризиса самопознания он, впрочем, тоже не испытывал. Он не переключился на альф, он хотел одного конкретного альфу. Дерека Хейла. И от мыслей, что, возможно, когда-нибудь получит, у Стайлза поджимались пальцы на ногах, а в паху тяжелело. Позже, уже лёжа в кровати и сжимая в кулаке набухший узел в основании члена, Стайлз без угрызений совести представлял сильное тело Дерека, его горящий красным взгляд и такой же, как у него, узел. И даже подумать не мог, что его это так заведёт. «Я человек, западающий именно на человека». И сейчас Стайлз запал на Дерека Хейла.