Астэль

Ты меня... С перебоями... Слышишь На конце вселенского провода. Мне хотелось бы знать, ты дышишь Только мной, только мной... Без продыха.

Судёнышко принадлежало никому иному, а контрабандистам. На чужестранные артефакты в Эндрии налагалась ощутимая пошлина. Поэтому некоторые хитрые купцы изощрялись, как могли. В данном случае, на борту не присутствовал даже квалифицированный маг-специалист по судам дальнего плавания. Артефакты провозились утопленными в бочках со спиртным, а потом продавались втридорога. Обо всём этом я узнал, уже пребывая в пространстве Моря Туманов. «Наперсница удачи» (название судёнышка значилось кривыми буквами на его правом боку) была нагружена провизией и контрабандой и, тяжело вздымая вёсла усилиями гребцов, рассекала спокойную водную гладь острым носом. По утрам в прохладном воздухе висел полупрозрачный туман, из-за которого море и носило своё прозвище. Путешествие, по словам ехидно оскалившегося на мой вопрос Инриса, обещало продлиться несколько месяцев с небольшими остановками в восточных пределах Аривии и широтах Юга. Ветра, на беду, хоть сколько-нибудь подсобившего бы в трудном пути, в день отправления не было. Паруса лишь едва колыхались, но задерживаться капитан не пожелал. Я в мачтах, реях и прочих частях корабля разбирался чрезвычайно плохо. Однако познакомившись с весёлым и удивительно дружелюбным рулевым Эльмирийцем по имени Рийлен, я понял, что к концу плавания вполне смогу усвоить хоть что-то. Пока я торчал на палубе и болтал с периодически появлявшимися из недр корабля гребцами, одновременно служившими матросами, Зейлим прозябал в каюте. Нет, эльф не стеснялся нашего нового неприятного положения. У него обнаружилась морская болезнь. Вообще команда относилась ко мне нормально, не показывая презрения, как воин и капитан. Те двое предпочитали свысока отпускать комментарии по поводу и без. Если капитана я мог простить из-за того, что он не знал ситуации, то поведение нашего надсмотрщика изрядно бесило. Я бы, возможно, насладился поездкой, если бы… Причин не наслаждаться насчитывалось много. Солёные брызги изредка долетали до моего лица, когда я стоял неподалёку от рулевого, заглядывая за борт. Море имело сизо-синеватый цвет, вода пенилась, растревоженная судном, постепенно успокаивалась, когда «Наперсница» оставляла тот или иной участок позади. Близился вечер. Мой желудок был приятно наполнен стряпнёй кока, казавшегося едва ли не шеф-поваром неискушённому в эльмирийской кухне мне. Только вот на душе свернулась клубочком тоскливая пустота. Зей с горем пополам задремал, вымотанный ужасным самочувствием и отсутствием аппетита. Я проверил разок-другой, не проснулся ли приятель, да так и остался в компании Рийлена, разрешившего сократить своё имя до ёмкого Лен. Подкрадывалось время заката. Солнце почти докатилось до горизонта, подрумянивая редкие облака. - Эй, Володя, выше нос! Ты чего загрустил? Представляешь, как-то раз… Я пропустил весёлую историю мимо ушей. Меня девятым валом накрывало понимание, что я не встречу Астэля, что не признаюсь ему, как он понравился мне своей жуткой улыбкой, поведением. И он не найдёт меня. Из-за глупого решения ослабить нашу связь. Из-за глупой игры. Из-за глупой обиды. Надо было отвлечься, пока мне самому не понадобился психолог. - Лен, а кто будет ночью за маршрутом следить? – резко сменил тему я. - Так капитан меня сменит! Постой, - зеленовато-серые узковатые глаза зыркнули на меня с подозрением. – Ты мне зубы не заговаривай! Признавайся, как ты вообще к нам попал! От тебя прежний хозяин избавился? Или хозяйка? - Я сам его от себя избавил, - кулаки стиснулись сами собой. – Я не ценил того, что было, вот и расплачиваюсь. Ведь не важно, как тебя называют, правда? Главное, что любят? Он бы непременно понял. Он бы влюбился именно в меня, а не в призрак бывшего. Из последних сил я сдерживал отчаяние. - А дриал? Как бишь его… Он тоже из рабов твоего хозяина? – любопытствовал Эльмириец. – Вместе бежали? - Зей, он мой друг. Всё из-за спора. Нет, решено, я тотчас сбегу, как только куда-нибудь причалим! Я сам его найду! – во мне затеплился крохотный огонёк надежды. - Ну куда ты сбежишь? – качал головой Рийлен. – Отловят и продадут на первом же рынке. Смирись. Были бы у меня деньги, я бы тебя выкупил. Но моя Старшая супруга запрещает... Эльмириец как-то слишком глубоко вздохнул. Его маска весельчака шла трещинами. - Тебе с ней плохо? Зачем же ты женился? – изумлялся я. Небо уже ярко алело, представляя собой дивное, пугающее зрелище. Облака висели низко-низко, красные, как впитавшая кровь вата. Оранжевый глаз солнца торопился убраться восвояси, уступив место ночи. - Брак был выгоден моей семье. Мать получила дом на поверхности. - А ты был счастлив с супругой? – допытывался я. В моей голове не могло уложиться, что этого молодого мужчину с заразительной улыбкой и чудившимися очень старыми в тот миг глазами просто принудили. - Если бы я был счастлив, я бы не стоял сейчас у руля, - скупо отозвался Лен. Мы оба разбередили раны друг друга. Чтобы успокоиться требовалось время, которого было навалом и также очень мало до того, как «Наперсница удачи» прибудет на Запад. Я поплёлся в каюту к эльфу с камнем на душе. Как оказалось, я ненавидел одиночество. *** Прошла неделя с отплытия из Восточного Порта Диких Ветров. Море Туманов почему-то волновалось. Матросы суетились на палубе, закрепляя паруса, потрескивающие от сильных порывов разгулявшегося шторма. Погода гнала «Наперсницу удачи» вперёд с приличной скоростью. С неба лило, не переставая. Рулевой упорно стоял на ногах, управляя судном, в прилипшей к телу белой рубахе и до нитки мокрой безрукавке. Косая чёлка Лена, потемневшая с оттенка серого мха до более тёмного серо-коричневого, вкупе с мелким хвостиком на затылке представляла жалкое зрелище. Я жался к двери, ведущей в сухие каюты, но не уходил. Тревожное чувство не покидало меня. Вдруг вдали замаячило что-то крупное. Когда мы подплыли ближе, я с неудовольствием узнал громадный камень, высовывающийся из-под воды. На приличном расстоянии от него виднелся ещё один. Корабль вполне мог проскользнуть между этих странных скал. - Лен, сворачивай! Вдруг врежемся? – крикнул знакомому я. - Ерунда! Сколько раз тут плавали, и ничего не происходило. Слухи, конечно, были. Дескать, природная аномалия здесь. Но пока мы будем разворачиваться и брать западнее, потеряем время, - ответил Эльмириец. Я занервничал сильнее. С природными аномалиями продолжать знакомство не хотелось. Камни приближались. Я насчитал ещё пять, высившихся в отдалении. С моим невезением я ставил девяносто шансов против ста, что аномалия сработает. Среди клубящихся дождевых туч сверкнула молния. «Наперсница» рыбкой скользнула в прогал. Оставалось преодолеть ещё один такой же. Но видимость внезапно уменьшилась. Дождь зарядил так, что глаз не видел дальше рук. Со всех сторон поползла белая марь. - Что за шварово наваждение? – воскликнул рулевой. – Как бы не промахнуться мимо проёма! - Бесполезно, - выдохнул я. – Мы попали. На палубу выскочил заспанный капитан. Он отобрал штурвал у Лена, стал прикрикивать на команду. Но сделать не мог ровным счётом ничего. Дымка заползла на борт, поглотила даже верхушки марселей. А когда видимость наладилась, мы заметили землю. *** Орхиис проснулась от того, что ей не хватало воздуха. Женщина откинула край одеяла, потянулась и обнаружила на горле чужую руку. Она широко распахнула веки и схватилась за запястье склонившегося над ней мужчины. Его ноздри трепетали от еле сдерживаемого гнева, а тонкие розоватые губы сжимались в полоску. Его длинные нечёсаные космы цвета самой ночи почти касались магички. А лицо его было слишком осунувшимся, почти мёртвым в отсветах зелёных кристаллов, так идеально сочетавшихся с яростью прищуренных глаз. - Он был у вас. Отвечай, куда вы его спрятали, - Астэль царапнул женское горло, не угрожая, а предупреждая. - Кого? – Эльмирийка понимала, он убьёт её, как только получит ответы на свои вопросы. Однако колдунья хотела жить. Она посвятила жизнь магии, исследованию других народностей не для того, чтобы её знакомый Бог обрубил одним махом остававшиеся ей столетия. О, это были замечательные годы её юности! Молодая Эльмирийка рискнула совершить путешествие в Священную Аривию. Всё чудилось таким новым, экзотичным, по сравнению с ледяными просторами родины. Она расспрашивала различных магов о методах их волшбы, много бродила по городам. И среди толчеи в знойный полдень она уцепилась взглядом за маскировавшееся под обывателя существо. - Глупая любопытная девчонка! – презрительно рыкнул Астэль, отпуская женщину. – Я начинаю жалеть, что не показал тебе моего Младшего. Он был у вас. Отвечай. - А ты сначала поклянись, что не убьёшь меня, - Орхиис жевала свои пересохшие губы, напряжённая, как струна. Теперь она не сомневалась. Мальчишка с полным бардаком в голове был натворившим бед Младшим богом. Ну, кто ещё мог мечтать о любви такого чудища, как Старший? Если бы она разобралась раньше… - Не убью, - лаконично бросил Астэль. - Нет, произнеси клятву полностью! - Хорошо же. Клянусь, что не убью тебя, глупая зазнайка. Слово Старшего Бога. - Порт Диких Ветров. Оттуда их должны были повезти на Запад. И ещё… На дриале и вашем Младшем – рабские браслеты. Колдунья зажмурилась в ожидании удара. Когда она осмелилась приоткрыть левый глаз, в комнате было пусто.