Look, I love you.

В немецком языке есть слово «hassliebe». Если по словарю, то оно переводится как «чувство, колеблющееся между любовью и ненавистью». — Эльчин Сафарли

      Как наши близкие влияют на наши поступки и решения? В детстве мы подражаем родителям, в юношестве стараемся идти им наперекор, а, когда вырастаем, признаем, что мама с папой были правы. В сложные времена нам необходимы их советы, а иногда именно родители совершают необходимые действия. Но, к сожалению, это не всегда верные решения. Яркий пример — родители Шерил.       -Аппарат абонента выключен или находится все зоны действия сети, — металлический голос с другого конца телефона в который раз повторил эту дурацкую фразу.       -Шерил, да что происходит? — слишком громко выругалась я, отчего в мою сторону стали кидать многозначительные взгляды другие посетители кафе.       В «Pop’s» к вечеру стали подтягиваться парочки для свидания, компании друзей, семьи — у всех было с кем поговорить. А я должна была сидеть в одиночестве, не понимая, почему Блоссом не отвечала на мои звонки. Признаться честно, меня это задело: вроде бы мы и не ссорились, но Шерил просто взяла и скинула меня. Я начинала злиться на рыжеволосую девушку, но при этом, мне казалось, что без нее у меня выбили землю из-под ног. Шерил, какой бы стервой она ни была, заставляла меня чувствовать себя в относительной безопасности. С Блоссом я знала, что мы будем купаться в лучах школьной славы: она в роли королевы, а Кессиди Хеннинг — ее лучшая подруга, ее главный советник.       До меня донесся звук барабанивших капель дождя по стеклу. Свинцовые тучи, которые несколько дней подряд угрожающе нависали на Ривердейлом, наконец-таки разрослись до такой степени, что пошел ливень. Лес, дорога, машины, проезжающие мимо, ближайшие дома скрылись за почти непроницаемой стеной бело-серого дождя. Желание уйти из кафе и отправиться домой резко пропало.       Я заказала вишневое мороженое и прислушалась к фоновой музыке. Эд Ширан пытался уверить меня в том, что все будет хорошо. Но я в этом глубоко сомневалась. Перемены грядут, и даже великой Шерил Блоссом не остановить их, не говоря уже обо мне.       Колокольчики над дверью зазвенели, оповещая всех в кафе, о новом посетителе, как раз в этот момент мне принесли мое мороженое. Я посмотрела на парня, с которого чуть ли не ручьем стекала вода. С темных волос Джагхеда капли устроили водопад. Он снял куртку, пытаясь не намочить все вокруг. Я услышала, как хозяин кафе недовольно выругался, но не отравил брюнета обратно на улицу. Джонс пообещал, что уберет за собой, если что-нибудь испортит. Я еле заметно улыбнулась.       Потом, ища место, где можно сесть, Джаг встретился взглядом со мной. Я подумала, что еще секунда-другая, и он просто сядет за свободный столик — не рядом со мной. Брюнет бы так поступил, но что-то между нами поменялось, и мне было страшно от того, что я не знала, как на это реагировать. Ведь это могла быть просто моя фантазия.       -Я могу сесть рядом с тобой, — в его голосе не было ни намека на вопрос.       У меня перехватило дыхание, в голове промелькнул миллион вопросов, но ни на одном я не смогла сосредоточиться. Джаг небрежно кинул куртку рядом с собой и уселся ровно напротив меня. От него пахло дождем, хотя я не могу описать этот аромат, но уверена, что это был запах осеннего ливня.       -Кессиди, — его голос был настолько глубоким, что я могла в нем запросто потонуть, — я говорил, что ты странная?       -В каком это смысле? — я немного опешила от такого заявления.       Парень не спускал с меня взгляда, от этого мне становилось не по себе: брюнет как будто посадил меня под микроскоп и стал изучать. Моя мимика, все эмоции, любое движение, нервный импульс — все это было для него как на ладони. И то, что Джонс сел за один со мной столик, не было проявлением дружелюбия. Может между нами и пропасть, шириною в шесть лет, но даже для меня не было секретом то, что Джаг не считал меня своим другом.        -Я просто ни разу не видел, что бы человек, подражающий кому-то другому, стал проявлять себя в экстренной ситуации, — его голос звучал так, словно он рассказывал кому-то забавную историю.- Может, все-таки ты и Шерил и считаете себя подругами? Хотя многие и думают, что Блоссом просто использует тебя.       Мне стало обидно- его слова сильно задели меня. Тон Джага, его холодный взгляд, этот непонятный разговор до жути пугал меня и раздражал. Я чувствовала себя как на допросе. И от этого становилось только противнее: как в мою голову пришла мысль о том, что брюнет захочет просто поболтать со мной?       -Мы друзья, — тихо отозвалась я.       -А что, если Шерил Блоссом действительно такая сучка, которая могла довести Трейси Линн до края, а потом и толкнуть? — он сощурил глаза, отчего голубо-зеленый оттенок сменился на темно-синий.       -Пока это не доказали, она для меня будет прежней Шерил, — как можно тверже заявила я.- Да, она не самая добрая на свете, и нимб над ней не висит. Но мы дружим, и этот факт не изменится.       -Она же даже с тобой не поделилась подробностями своей ссоры с Трейси?       Я сглотнула, поправила волосы, нервно почувствовав, как холодеют кончики пальцев. Взгляд сам собой опустился на таявшее мороженое. Вишенка, которая когда-то была ровно посередине, съехала немного вбок. Я внезапно вспомнила, что Джаг обожал есть именно ее в десертах. В детстве он всегда упрашивал меня отдать свою вишенку ему. И я почему-то всегда ее отдавала.       Да, Шерил не рассказывала мне про их ссору с Линн. Да, и буду честной, я не старалась ее расспрашивать об этом. Тайны Блоссом редко затрагивали меня, тем более что все имеют право хранить своих скелеты в шкафу. Вот мои сидели прямо передо мной, и я чуть ли не ненавидела их.       -Меня это не касается, — было тяжело выдержать взгляд этих проницательных глаз.       -Ты же понимаешь, что секреты семьи Блоссом погубят многих, и тебя просто затянет в этот круговорот событий?       -А ты понимаешь, что лезть в чужие дела, не делает тебе чести? — я чувствовала, как внутри все сжимается от резкого наплыва гнева.- Ты слишком любопытен, но спрашивать меня о секретах моей подруги, Джаг, ты не можешь. О моих — да, о чьих-то еще — нет.       Джонс долго смотрел на меня, его темные волосы чуть больше закрутились от влаги. В его глазах легко было рассмотреть любопытство, которым он не был обделен еще с детства. Только раньше, чтобы добраться до правды, Джаг не был таким грубым. Я внезапно подумала, что брюнет стал бы отличным журналистом: прямолинейный и упертый — идеально сочетание. Только вот мне неприятно от такого отношения к себе: приходить и настырно спрашивать то, что его не касалось, было перебором.       Я взяла лежащую рядом со мной сумку, оплатила счет, встала и хотела уже уйти, как парень задал вопрос, который еще долго будет крутиться у меня в голове, словно на повторе.       -Если бы я попросил тебя рассказать все свои секреты, ты бы это сделала? — в его голубых глазах не было ледяных искорок, даже наоборот, их оттенок стал мне казаться теплым.       Я бы рассказала ему все секреты, стоило бы ему по-настоящему ими заинтересоваться. Но это бы не произошло, даже, если на Земле не осталось, кроме нас, людей. И сказав сейчас правду, я грозилась сильно подставиться. От этого становилось так страшно, что и описать невозможно.       -Ты можешь съесть вишенку с моего десерта, — коротко бросила я.

Сообщение от анонимного пользователя с пометкой «слухи»: -Полиция пришла к выводу, что психическое состояние Трейси Линн перед ее кончиной было стабильным: не было признаков депрессии, или наличия у каких-либо суицидальных мыслей. Рассматривается версия доведения до самоубийства или убийство. P.S. задумайтесь, может кто-то из ваших знакомых не тот, за кого он себя выдает?.

      Это смс пришло ко мне поздно ночью тогда, когда я уже крепко спала. Не сложно было догадаться о том, что такое заявление взбудоражило если не всю школу, то большую половину уж точно. Я видела, как все перешептываются каждый в своем углу, стараясь не поднимать шумихи. Многие были на той вечеринке, так что никто не был уверен в том, что рядом с ними не стоит тот, кто мог желать зла Линн.       Я хотела бы абстрагироваться от всего этого, но часто кидаемые в мою сторону взгляды заставляли мурашки бегать по коже. Отсутствие Шерил породило множество слухов вокруг ее личности: ведь, по логике толпы, если ты не ходишь туда, где тебя обсуждают, значит, тебе есть что скрывать.       В голове не было мыслей, воображение дало течь, но час художественного искусства никто не отменял. Я вяло водила карандашом по бумаге, пытаясь изобразить гладиолусы, стоящие в центре класса. Правда, выходило не очень прилично от того, что мне совсем не хотелось заниматься учебой.       Насколько подсказывала мне моя интуиция, если Джаг включил свое любопытство, то это значит, что дело Трейси действительно не такое прозрачное, как могло показаться на первый взгляд. Джонс обожал детективы, и мы раньше постоянно разгадывали загадки, которые давала нам моя мама. Ну, как разгадывали «мы»: маленький Джаги делал логические цепочки и сам находил решения, без моей помощи. В пять-шесть лет меня сильно задевало, что брюнет так легко со всем справлялся, но после того, как он получал свою награду, Джонс протягивал половину конфет мне со словами: «Ты вроде бы мне помогала. На, только не плачь». Взрослея, я перестала ему завидовать, мне стало нравиться быть «на подхвате».       -Выглядит немного угловато, — голос Вероники звучал словно из-под воды.       Я посмотрела на брюнетку, которая приветливо мне улыбалась. Мне было странно видеть ее так близко, обычно мы сидим на приличном расстоянии друг от друга. Лодж внимательно смотрела в мои глаза, но при этом у нее не было того самого надменного взгляда, которого я, откровенно говоря, ожидала увидеть.       -Так и было задумано, — грубо буркнула я, стараясь вернуть внимание на свой рисунок.       -Да не бурчи ты так, я же не хочу тебя обидеть, — темноволосая девушка все продолжала улыбаться, отчего мне эта улыбка стала казаться натянутой.- Кеси…       -Я «Кеси» только для друзей, — злобная ложь сошла с моих губ раньше, чем я смогла осмыслить ответ.       -Окей-окей, Кессиди, может, станем друзьями, чтобы я больше не допускала таких промашек?        -Вот так вот просто? — я нахмурила брови.- Если ты думаешь, что мне понадобился друг, хочу сообщить: мне есть с кем общаться.       -Не будь такой букой, ты же не Шерил. Этот образ, серьезно, сидит хорошо только на ней.       -Какой еще образ? — Вероника уже окончательно начинала меня раздражать.- О чем ты?       -Об образе неисправимой стервы, который так хорошо смотрится на Блоссом.       Я не ответила: врать было бессмысленно, когда твой собеседник знает правду.       -Давно вы с ней дружите? — Лодж перестала улыбаться.       -Дольше, чем ты можешь себе вообразить.       Я понимала, что такая агрессия вовсе не была свойственна мне. Когда случались какие-то перепалки, мне не хотелось как-то ввязываться в них, поэтому я предпочитала молчаливо кивать, стоя рядом с Блоссом. Поэтому такая агрессия в сторону Лодж действительно делало меня похожей на Шерил. Я задумалась, ведь действительно со стороны мы очень с ней похожи. Осталось только накрасить губы красной помадой, красиво отбросить рыжие волосы назад, и все: Блоссом вернулась в школу. Меня бы выдавали только бледно-зеленые глаза, но и этого бы, наверно, никто не заметил.       -Ее влияние чувствуется, — словно читая мои мысли, бросила обидную фразу Вероника.- А что насчет Джага?       Я снова удивленно уставилась на брюнетку, на этот раз, растеряв всю свою напускную надменность. Для меня было необычно с кем-то обсуждать Джонса. От этого что-то похожее на панику сковало меня. Да и с кем мне бы такую тему обсуждать? Никто бы не заметил мои взгляды, вздохи и так далее в сторону Джага. Мама не в счет.       -Мы… с ним…- я пыталась взвесить каждое слово, — не друзья. Просто ходим в одну школу.       -Мы с тобой тоже ходим в одну школу, но ведь друзья, — на этот раз она по-настоящему улыбнулась.- Знаешь, почему я это спрашиваю?       -Нет, я же не умею читать мысли, — я закусила внутреннюю сторону щеки.       -Когда ты к нам тогда подсела в кафе, мне это показалось странным. Поэтому я решила узнать у Арчи, может быть вы с ним старые добрые друзья. Он мне любезно все рассказал. Точнее, то, что знал, то и рассказал. Тебе нравится Джаги?       -Что?!       Стало вдруг тяжело дышать, словно воздух раз в сто поплотнел. Я почувствовала, как кровь прилила к лицу. Это, безусловно, выдало меня с потрохами. Мне не хотелось продолжать разговор, который явно перешел за рамки дозволенного между простыми знакомыми.       -Видимо, у вас не все хорошо? — я приняла решение ничего не говорить, хотя наверняка моя мимика и так меня выдавала.- Знаешь, переехав сюда, я не собиралась становиться очередной «королевой» без друзей. А ты так хорошо ладишь с Шерил, вот я и подумала о том, что ты и со мной найдешь общий язык, — Лодж лукаво улыбнулась.       -Это похоже на шантаж, — я недоверчиво сощурила глаза.       -Возможно, это он и есть. Но компания парней мне немного… приелась. Кеси, ты мне нравишься, давай не упирайся. Мы будем хорошими друзьями.       -Шерил это не понравится.       -Ей и Джаг не нравится. Представь, что с тобой будет, если она узнает о том, что ты неровно дышишь к Джонсу.       Я сощурилась. Мне было неизвестно, как именно отреагирует Блоссом на такое заявление, именно по этой причине я и не рассказывала об этом рыжеволосой девушке. Хотя может это слишком долго затягивалось? Может мне стоило уже давно ей рассказать? Ведь фактически, если смотреть правде в глаза, между мной и Джагом нет ничего. К сожалению, нет.       -Я тебе предлагаю стать просто подругами, — Вероника отвела волосы назад так же, как делала это Шерил.- Только мне ты сможешь рассказывать все, что тебя будет тревожить.       Схватив карандаш, я стала прорисовывать тени под вазой. Это было заманчивое предложение. Даже очень. Но и последствия могут быть серьезными. В конце концов, все стало переворачиваться с ног на голову именно тогда, когда эта девушка переехала к нам в Ривердейл. Возможно, это была либо нереальная удача, либо сделка с самым коварным человеком в моей жизни.       -Ладно, я согласна, — мой ответ звучал неуверенно.- Будем жать друг другу руки?       Лодж лучезарно улыбнулась, отчего моя неуверенность почему-то испарилась. Вероника обладала такой способность входить в доверия людям, что от этого становилось завидно. Она не была «королевой» подобно Шерил. Лодж была хорошим человеком, в отличие от нас с Блоссом.       Телефон в кармане тихо пискнул, оповещая о новом сообщении. Моя рыжеволосая подруга словно чувствовала, как я от нее отдалялась. Но я все же была к ней слишком сильно привязана, чтобы вот так быстро скидывать со счетов.       Мне казалось, что с двенадцатилетнего возраста я выросла. Тогда мне не приходило в голову, что дружба очень хрупкая вещь. Я легко оттолкнула Джага тогда, выбрав самую милую, красивую, лучезарную девчонку в школе. Делать то же самое с Шерил было бы слишком подло.       Тем более, сейчас я бы не бросила брюнета на произвол судьбы.