Look, I love you.

They don’t realise that I’m thinking about you It’s nothing new, it’s nothing new Halsey «Eyes Closed»

      Мы всегда разные. В начальных классах нас учили, если мы хотим узнать больше о себе, надо спросить у других. Только вот это полная чушь, которая была направлена лишь для социализации детей. Каждый, с кем мы общаемся, видит нас по-своему: друзья, родители, учителя, даже мы сами. И иногда, отвечая на вопрос «кто ты такой?», мы неопределенно пожимаем плечами.       Я сидела за столиком около окна, превращая в мелкие кусочки уже третью по счету салфетку. Мой собеседник явно опаздывал, хотя сам назначил мне встречу. Такая непунктуальность сильно нервировала, заставляя придумывать разные причины для задержки. Я была близка к тому, чтобы уйти.       Сидеть одной за большим столиком на одном из самых выгодных мест, было не очень. Казалось, что все укоризненно смотрят в мою сторону, особенно те, кто ютился большой компанией в тесном углу. От нервозного настроя руки предательски вспотели, чувство неуместности неумолимо росло. Похожие эмоции я испытывала только на важных экзаменах.       Поэтому, когда колокольчик звякнул, оповещая о новом клиенте, я чуть привстала, как будто вошел учитель в класс, приветствуя Люка. Все-таки он привлекал довольно много женского внимания. Краем глаза я заметила, как несколько девушек оценивающе посмотрели на юношу. Да, их прекрасно можно было понять. За то время, что мы не виделись, светловолосый парень явно пришел в относительную норму: синяки под глазами хоть и не исчезли окончательно, но теперь не так сильно привлекали внимания, волосы приобрели здоровый блеск, вернулась прежняя стать. Можно было сделать вывод о том, что Люк пришел в себя после смерти Трейси. Так, по крайней мере, казалось сначала.       -Кессиди, — парень улыбался той самой голливудской улыбкой, за которой не разглядишь истинных чувств, — неужели я настолько опоздал? — он кивнул на меленькую пирамидку из разорванных салфеток.       -Да нет-нет, ты вовремя, — я немного растерялась под взглядом его бесцветных глаз, — ты хотел что-то сказать?       Блондин, не ответив, присел напротив меня, взял меню и, не отвлекаясь, стал изучать его. Мне ничего не оставалось кроме, как молча вернуться на место. Я не понимала, для чего Люк позвал меня в «Попс», и это меня раздражало.       -Ты не голодна? — как бы невзначай спросил парень.- Я бы, наверно, быка бы сейчас проглотил.       Он заказал говяжий бургер, колу, большую картошку фри и целую миску луковых колец. Я старалась держаться как можно более отстраненно, не понимая, что же Люк от меня хотел. Он вроде бы извиниться пришел, но количество заказанного намекало на долгий ужин.       -Мне бы сначала хотелось бы извиниться, — тяжело вздохнув начал светловолосый юноша, — я посмотрел на фотографии вашего класса, и ты действительно не Блоссом, — я коротко кивнула.- Рыжие волосы — единственное, что я нашел у вас общего. Просто когда вы пришли, у меня были… тяжелые времена — было сложно привыкнуть, что Трейси убила себя, но свыкнуться с тем, что кто-то ее убил, было еще труднее.       -Да, могу себе представить.       -Поэтому я надеюсь, что ты не сильно на меня обижаешься. Если хочешь, я могу постараться ответить на твои вопросы. Судя по выражению лица того парня, мне не удалось утолить его любопытство.       Я почувствовала, как внутри что-то расцветает. Это была возможность, которая могла помочь нам разобраться в жизни Линн. Но я не обладала проницательностью Джага и могла сильно напортачить. Пришлось включить все свое воображение, весь свой интеллект. Необходимо было стать Джагхедом Джонсом.       -Ты говорил, что к тебе не приходили детективы, — я нервно крутила на пальце выбившуюся из косы прядку, — почему? Ты же был… парнем Трейси.       От меня не ускользнуло, как сильно Люк сжал пальцы в кулаки. Это было странно, ведь вопрос не подразумевал эмоционального ответа, но, очевидно, что бы парень ни говорил, ему было сложно вспоминать о Линн. Хотя мне было сложно понять почему.       -Все просто, — на удивление, его глубокий голос не дрогнул, — никто не знал о том, что мы встречались. По-моему, Трейс рассказала об этом только Тиере, остальным, как она обожала повторять, не обязательно было знать. Ей нравились наши тайные свидания, я много раз видел, как она забавно краснела, когда говорила маме, что гуляет с подругами, хотя на самом деле сидела у меня дома.       -Почему она не хотела, чтобы все знали о том, что вы встречаетесь?        Он тяжело вздохнул, даже не так, парень с силой втянул воздух, явно пытаясь собраться с мыслями. Удивительно, насколько шла ему печаль. Да нет, Люку любая бы эмоция подошла.       -Еще до того, как мы начали встречаться, она мне сказала, что моя репутация не внушает ей доверия, и что я, наверняка, ни одной юбке проходу не даю, — на этом месте светловолосый юноша искренне улыбнулся, показывая на щеках симпатичные ямочки.- Причем Трейс так сильно была в этом убеждена, что иногда ее ревность доставляла мне проблемы.       Я неловко поерзала на своем месте, для меня было неожиданно, что он с каким-то особым облегчением будет рассказывать о Линн. В голове была добрая сотня вопросов, которые хотелось задать. Почему она ревновала? Как они познакомились? Что у них были за отношения? Что он испытывал, когда сказали, что Трейси совершила самоубийство? Кто ему об этом сказал? Некоторые из этих вопросов я бы никогда не смогла задать.       Нам принесли колу и ярко-желтую картошку. Я рассматривала ровно-нарезанные кусочки картофелины, обдумывая следующий вопрос. Самый лучший вариант прозвучал абсурднее, чем мне бы хотелось:       -А как вы познакомились?       -Она пришла на тренировку моей команды.       -То есть? — мне кажется, что у меня вытянулось лицо от удивления.- Я вроде бы не помню, что бы Трейси ходила на наши тренировки. А тут…       -О да, она вообще «отлично» разбиралась в спорте, — Люк сделал пальцами кавычки.- Ее Тиера туда затащила. Вот там мы и познакомились. Она меня критиковала, вот я ей и заинтересовался. Можно я не буду об этом говорить?       -Да-да, конечно, — что-то в его голосе заставило меня покрыться мурашками, — мы же не на допросе. Ты можешь в принципе не отвечать на мои глупые вопросы.       Люк прямо посмотрел на меня. В его бесцветных глазах тяжело разглядеть какие-то эмоции. Было ощущение, словно напротив меня сидел какой-то манекен, безжизненный, не имеющий хоть какие-то намеки на чувства. Я смотрела на него и не могла сформировать определенное мнение о Люке. То он разбит горем, то зачем-то зовет в «Попс», прячась за сомнительными извинениями.       -Можно, я задам еще один вопрос? — мне нужен был ответ.       -Конечно, — светловолосый парень стал поглощать аппетитно выглядящий бургер.       -Если вы держали отношения в секрете, как ты пошел к ней на день рождения? Она же должна была бы тебя как-то представить.       -А я не ходил, — голосом, в котором слышались холодные нотки, сказал юноша.- За несколько дней до ее праздника мы очень сильно поссорились. Мне было сказано, что я «лгун и предатель» и что меня не желают видеть. Трейс была в ярости, кричала, говорила, что ненавидит меня, и мне действительно не стоило к ней подходить.        -А какая была причина? — меня захлестнуло любопытство, я чуть заметно поддалась вперед.- Судя по всему, ссора была немаленькая, почему Трейси так разозлилась?       Подбросив тонкий ломтик картошки фри, и ловко поймав его ртом, блондин искоса посмотрел на меня, словно за секунду превратился в самого хладнокровного и жестокого человека на земле. Эти и так бесцветные и холодное глаза приобрели оттенки ненависти. Люку было важно знать, что же произошло с Линн, и, поняв, кто лишил его девушки, он не будет сдерживать себя.       -Тут-то самое интересное, — я поежилась от атмосферы, исходящей от парня.- Ей кто-то сообщил о том, что я якобы с кем-то встречаюсь за спиной Трейси. До недавнего времени мне не удавалось трезво мыслить, вот только-только сейчас до меня доходит некая доля разумности. Я вспомнил, что в тот вечер в порыве ярости Трейс крикнула, что кто-то прислал ей на почту сообщения, где было подробно описано, когда, в каком месте, сколько по времени я встречался с какой-то девушкой. Она заикнулась про фотографии, так что, думаю, они тоже были в сообщении, — он схватил очередную картофелину.- И потом мне про Шерил тоже сообщили через анонимное послание. Я, конечно, все понимаю, в этом городке много доброжелателей, но почему-то они все прячутся под маской неизвестности.       -И ты думаешь, что…       Я почему-то не смогла найти в себе силы, чтобы высказать свои догадки. Даже не для супер-гениальной девчонки было не так уж сложно выстроить элементарную логическую цепочку. Это как дважды два. И именно простота меня и пугала больше всего. Если до этого догадались подростки, почему же ничего не делают детективы?       -Это может быть один и тот же аноним, — закончил Люк.- И мне хотелось бы выяснить, кто это.       -Так обратился бы в полицию. Зачем ты все это мне рассказываешь?       Сколько мы находимся в «Попсе»? Может, мне уже можно уйти? Вот если я сейчас встану и уйду, то Люк будет в ярости? Он же уже принес мне свои извинения. Но стоило ему поднять на меня свой взгляд, чуть ужесточить его, как я почувствовала, как поджилки предательски затряслись. Напротив меня не сидел просто подросток, который потерял любимую девушку. Люк хотел ответы, ему нужна была справедливость. возможно, даже любой ценой.       -С вами, я думаю, ответы быстрее найдутся. Ты же мне будешь помогать?       Кто убил Трейси Линн? Что теперь делать с Люком? Почему я влезла в это дело? И влезла ли? Почему бы просто не жить своей обычной жизнью, Кесси? Ходить в школу, болтать с Шерил, сплетничать. Так нет, надо же влезть в одно из громких убийств в этом городе, и погрязать в нем по уши. Отлично, что еще сказать.        -Я знаю, что вы все заняты к подготовке зимнего бала, — начала куратор выпускного класса, — но, мне бы хотелось, чтобы вы уделили немного внимания и кое-чему другому.       Серьезно? Зимний бал? Она действительно думает, что большинство сейчас этим озадачено? Возможно, стоило бы отвлечься от всех забот на это торжество, но это у меня не получалось. Как-никак я в какой-то степени обязана Линн. Без нее мне бы не удалось наладить хоть какую-то пусть даже шаткую связь с Джагом.       -Социальный работник хотел бы увидеть ваши эссе по наблюдению за каким-либо объектом. Не важно, что это объект будет: стол, собака, цветок, человек, нам главное посмотреть, как вы его опишите. Так мы поймем ваше эмоциональное состояние перед выпускными экзаменами.       Еще и какое-то эссе писать. Супер. Можно мне просто побыть дома, в теплой кровати с кружкой горячего какао?       -То есть вы разрешаете нам следить за любым? — подал голос кто-то очень остроумный.- И если на мне предъявят обвинения, я смогу сказать, что это домашнее задание?       -Нет, следить запрещается, а вот брать интервью, давать подробное описание можно, — учительница сложила все в одну папку.- У вас есть месяц.       Все стали расходиться, только я сидела на своем месте, нервно покусывая губы. В последнее время титул королевы школы пустовал, так как Шерил не было в городе, и девчонки нервно поглядывали друг на друга, чувствуя нарастающую конкуренцию. Хотя, кроме Блоссом в лучах славы могла купаться только Вероника. И хоть она делала вид, что ей все равно, я думаю, брюнетка бы не отказалась побывать в центре всеобщего внимания еще раз.       Джаг невдалеке собирал свой ноутбук. Он как всегда выглядел отстраненно, словно ничего вокруг его не касалось. Сутулая фигура, шапка, скрывающая под тенью лицо, серьезный вид, — я была уверена, что описание любого предмета, сделанное этим человеком, должно получиться превосходно. Но все-таки велика вероятность того, что я никогда не смогу прочесть его творения.       Я сидела чуть поодаль от него, на заднем ряду, так что фактически мне опять удалось лицезреть только спину брюнета. Он так далеко от меня, что за многие года мне не удастся до него дотянуться. И Джонс никогда не оглянется, чтобы посмотреть, кого он там оставил позади.       Мне было грустно от этого. Но это была тупая грусть, которая бы не смогла заставить биться в слезах об подушку. От нее сильно ныло за грудиной, словно вот-вот случится сердечный приступ. И в какой-то момент я поняла, что оно не бьется. Буквально на секунду оно остановилось.       Джагхед оглянулся. Впервые за шесть лет, он посмотрел назад, туда, где всегда стояла я. Может, это всего лишь моя фантазия, но брюнет, мне показалось, искал меня. Наши взгляды встретились, и я не отвела его. Мы просто смотрели на друг друга, словно впервые увидели. Джаг не разговаривал со мной уже неделю, делал вид, что меня не существует, и вот сейчас… Этот двоякий взгляд небесно-зеленых глаз действительно как магнит тянул меня.       -Эй, Кесс, привет, — на долю секунды я возненавидела этот голос.       Тиера. Застенчивая улыбка тронула ее губы, она выглядела, как невинный цветочек, который пытается выстоять в плохую погоду. Я еле заставила посмотреть на нее, краем глаза продолжая следить за брюнетом, который уже выходил из класса. В эту секунду эта блондинка раздражала меня.       -Тиера, — я придала голосу веселый тон, — ты что-то хотела?       Надеюсь, что не выглядела грубой. Просто у нас с ней слишком мало точек соприкосновения, и эта милашка, как я думаю, об этом знала. Так же, как и понимала, что дружба с Шерил наложила на меня определенный отпечаток.       -Как тебе наше новое задание? — она отводила небесного цвета глаза.- Интересное?       -Э-э, отличное.       -Что будешь описывать? — она терпеливо шла со мной по коридору.- Или, может, кого?       -Я еще не решила.       -Может, это странно, но разрешишь мне описывать себя?       Ее ангельский голос так быстро протараторил эту фразу, что я чуть не упустила ее смысл. Это было немного странным, что Тиера выбрала меня. Мы не друзья. Я не лучший собеседник. Она только-только потеряла подругу. Слишком много отрицательных аспектов.       -Почему я?       -Ты мне кажешься интересной, я думаю, мы бы могли стать друзьями.