Look, I love you.

Любовь… — повторила она медленно, внутренним голосом, и вдруг, в то же время, как она отцепила кружево, прибавила: — Я оттого и не люблю этого слова, что оно для меня слишком много значит, больше гораздо, чем вы можете понять. Лев Толстой «Анна Каренина». С первого поцелуя их любовь стала неизбежной. Им еще предстояло узнать, как мало между ними общего, как фатально они не подходят друг другу, насколько разные у них цели в жизни. Но было уже поздно… Энн Мэйджер, «Я ищу тебя».

      Иногда я чувствую, что тону в школьной, нудной рутине. Огромным плюсом в нашей программе было то, что для Лисиц составляли гибкие графики, чтобы нас не перетруждать в физическом плане. И это имело свои преимущества. Мне, например, разрешалось без претензий не ходить на глупые занятия в бассейн на второй неделе декабря. Но не теперь.       В этом году проблем стало в разы больше, чем раньше. И, к счастью, я уже не стала удивляться тому, что меня попросили прийти к директору для объяснения, почему отказалась плавать в бассейне. Пришлось долго сидеть в приемной директора, прежде чем мне удалось придумать стоящую причину отказа.       Я сидела на неудобном стуле, который, очевидно, только для вида обили мягкой тканью. Меня держали здесь уже больше получаса, так что это уже стало походить на настоящую пытку. Все было бы проще, если бы директор сам принял меня, а не заставил писать объяснительную.       Скука и раздражение не отпускали меня, так что мне пришлось собрать все свои силы для того, чтобы оставаться сосредоточенной. Гнетущая тишина, вопреки ожиданиям, не успокаивала меня, хотелось бы, чтобы я здесь была не одна.       Дверь со скрипом открылась, я попыталась сделать вид, что совсем не заинтересовалась новоприбывшим. Стук каблуков по деревянному полу гулко отдавался по всей комнате. Аромат ее духов достиг меня раньше, чем я смогла увидеть ее рядом с собой. Ярко-выраженный мускатный орех с примесью какого-то сладкого экзотического фрукта. Она много раз говорила его название, но я так и не смогла его запомнить. Даже не видя ее, я знала, что пришла Шерил Блоссом.       Она отодвинула рядом со мной стул, села, взяла бумагу и ручку и стала что-то писать. Мы сидели, почти соприкасаясь локтями. Я почувствовала ностальгию, от этого мне стало даже в какой-то мере спокойнее. Хоть в последнее время мы с Шерил и были не в ладах, она все равно оставалась одним из самых близких моих друзей.       -Ты пропускаешь занятие по плаванию? — не смотря в ее сторону, спросила я.- Тебе же они всегда нравились.        -Да? Никогда за собой этого не замечала, — она отбросила рыжие локоны с лица.- Одна моя подруга никогда не была от этих занятий в восторге, так что мне без нее нет смысла идти в бассейн.       Это немного шокировало меня. Я в растерянности посмотрела на Шерил. На мою идеальную подругу. Она еле заметно улыбнулась, прищурила глаза. Я вспомнила, как раньше смотрела на нее с придыханием, как чувствовала, что завидую ей, что хотела быть на ее месте. Но… почему-то сейчас мне этого не хотелось. После того, как я все высказала Джагу, с меня словно камень свалился во всех смыслах моей узконаправленной жизни.       -И тебя из-за меня заставили писать объяснительную, — я улыбнулась.       -О, нет, ты что, забыла? Я делаю только то, что сама хочу. Вот, поняла, что с тобой нам так и не удалось поговорить, и решила, что пора бы взять инициативу в свои руки.       -Нам надо поговорить.       -Да, я уже поняла, — рыжеволосая девушка с привычной для нее элегантностью отклонилась на спинку стула.- Думаю, здесь нам никто не помешает.       -А как же директор?       -О нем можешь не волноваться, у него сейчас и без меня дел хватает. Что насчет тебя?       По ее взгляду я поняла, что она все знает. Абсолютно все. В ее карих глазах рядом с любопытством появилось и ожидание. Шерил хотела, чтобы я все ей рассказала. Она сложила пальцы в замок и немного наклонилась ко мне.       -И как давно? — в ее голосе звучало нетерпение.       Я поерзала на своем месте. Мне уже намного лучше удавалось выдерживать взгляд ее проницательных глаз. Было бы неправильно, если бы я сказала, что мы с ней отдалились друг от друга, на самом деле просто теперь Шерил приходится считаться с тем, что мое мнение тоже имеет значение. Я больше не была ее продолжением.       -Точно я тебе этого не скажу, — я посмотрела на белоснежный потолок, пытаясь кое-что вспомнить.- Возможно, год-два.       -Вот при всем моем уважении, вот как тебя так угораздило. Он же такой мрачный и кажется неприветливым, его все считают грубым и нелюдимым, даже его как бы друг Арчи. Я даже представить не могла, что Джагхед Джонс тебе нравится.       -Ну, у тебя увлечения были не на много лучше, — рыжая искренне улыбнулась.- Хотя в чем-то ты и права, Джаг действительно… нелюдим. Возможно, это даже по моей вине.       Шерил немного расширила глаза, показывая тем самым, что она немного озадачена сказанным.       -И что же тогда тебе в нем нравится? Я имею в виду, что вина обычно не слишком помогает романтическим чувствам.       -А вот без понятия, — я глупо хихикнула.- Он тот еще засранец, и если как следует пораскинуть мозгами, что я уже в принципе и делала, то мне сложно будет сказать, что именно мне нравится в Джонсе. Он просто нравится и все, без дополнений или пояснений.       Шерил короткими, но местами размашистыми движениями закончила писать объяснение. Ее почерк был по девчачьи красив с небольшими завитушками над гласными буквами. Я не смогла не отметить, что ее объяснительная получилась в разы короче моей. Это еще одна особенность девушки — коротко и емко излагать свои мысли.       -Все это как-то странно, — проговорила Блоссом.- То есть, ты сама не знаешь, что тебя привлекает в Джагхеде. Ты вообще уверена, что любишь его?       Она в упор посмотрела на меня, на ее лице ярко прослеживалась взволнованность, как будто я сейчас ей раскрою самую великую тайну вселенной. Это было даже в какой-то мере мило, если бы не одно «но». Я не знала, что ей сказать. Не то, что бы ни было подходящих слов, чтобы все объяснить. Просто я сама для себя не могла определить, что именно привлекает в Джонсе. А уж говорить такими клишированными и громкими словами и речи не шло.       -Эм, — я в очередной раз отвела взгляд, — мне кажется, что «любовь» тут не при чем. Как бы это правильно объяснить. Если сравнивать со всеми моими предыдущими увлечениями, сейчас многое по-другому. Он, кажется, один из тех людей, кому я могу сказать все, что думаю, прямо в глаза. И… как бы это ни прозвучало, его желания почти так же важны, как и мои собственные. Я хочу сказать, что я не кинусь со скалы только по его желанию. Мне хочется донести то, что мои чувства к Джагу совсем не затуманенные, они позволяют мне думать прежде, чем действовать. И еще его советы… Я беспрекословно доверяю ему. Даже то, что он принял мои чувства, но, кажется, отверг их, не портит мое мнение о Джонсе. Я благодарна ему за все, — Шерил не сводила с меня взгляда.- И если ты спросишь, что же дальше? То я отвечу, что буду поддерживать его в качестве друга. И мне будет этого достаточно.       Морозный воздух отрезвлял меня, приятно пощипывая мои щеки, лоб и нос. Я чувствовала себя если не самим великим Шерлоком Холмсом, то точно его верным другом и помощником доктором Ватсоном. По какой-то странной и таинственной причине мне было необходимо узнать, что же все-таки произошло с Трейси в день ее рождения.       Сидя на скамейке около дома, я представила себя настоящим детективом, достала блокнот и стала делать пометки. Пересмотрев лучшие сериалы, связанные с раскрытием убийств, я поняла, что для начала нужно понять мотив, средства и возможность преступления. Сначала мне казалось, что стоит только мне расчертить в три колонки блокнот, как тут же все получится, и дело само собой разрешится. Но прошло как минимум сорок минут, а я не продвинулась ни на йоту.       У всех людей, которых я записала, так или иначе, пустовал один из столбов. У Люка были возможности и мотив, ведь, насколько я могла судить, он с Линн сильно поссорились перед ее днем рождения, и этот парень выглядит довольно-таки сильным, чтобы инсценировать самоубийство через повешение. У Шерил, да я и ее туда вписала, были мотив и возможность, но Блоссом бы без следа после драки с Трейси не осталась. Тиера обладала только возможностью, так что ее пришлось почти сразу отмести.       Вот так я сидела и пыталась связать все кусочки этой загадки. Так как с Шерил у нас вроде как наладились отношения, я умудрилась ее разговорить и выясняла, почему они с Линн ссорились. Как оказалось, моя рыжеволосая подруга случайно увидела в школьных закрытых статьях, что Трейси страдала приступами необоснованной агрессии. И, как и ожидалось от Шерил, она обвинила Линн в том, что она являлась потенциально опасной для общества. Слова за слово, Линн обвинила Блоссом во лжи, и все пошло по накатанной.       Как вообще следователи с этим справляются? Столько много загадок, а ответов больше не становится. Кто такой Аноним? Если Джагхед прав, то человек, скрывающийся под пеленой интернетной тайностью, напрямую связан с убийцей Трейси.       Прежде чем подняться домой, я оставила несколько пометок, чтобы не забыть:       -Разобраться в том, кто такой «Аноним».       -Понять, у кого были мотив, средства и возможность.       -Посмотреть в досье Линн, какой именно диагноз был у нее. По возможности понять, были ли у нее агрессивные друзья/враги.       -Привет.       Я под влиянием шока вместе с невероятной неожиданностью подняла глаза на человека, вошедшего только что во двор моего дома. Со стороны могло бы показаться, что передо мной стоял настоящий инопланетянин. Хотя в какой-то мере так оно и было. Мне казалось, что все кончено, но, очевидно, что нет.       Он стоял, сильно раскрасневшийся на морозе. Создавалось впечатление, что юноша ходил кругами около моего дома, собираясь с силами, чтобы прийти к моей двери. Парень нависал надо мной, хотя и заметно ежился от холода: руки глубоко засунуты в карманы, плечи чуть больше приподняты, шапка и выглядывающие из-под нее темные, почти черные волосы, были припорошены снегом. Джагхед со стороны смотрелся уверенным в себе, хотя я видела, как брюнет был растерян, не знал, что делать, зачем он вообще пришел ко мне.       -Прохладно сегодня, не находишь? — с явным намеком произнес Джонс, пряча от меня свои глаза.- Ты выглядишь совсем продрогшей.       -Да, наверно, — вставая со своего места, забирая блокнот, проговорила я.- Хочешь чай или кофе?       -Я, пожалуй, не откажусь.       Дома меня не оставляли сомнения и вопросы. Хотелось бы сразу же, невзирая на морозную погоду, усталость, поговорить с ним. Но его внешний вид и подозрения, что Джаг тянет время, переубедили меня. Брюнет выглядел сомневающимся, неуверенным в каждом своем шаге. Я словно пожирала его взглядом, желая посмотреть ему прямо в глаза, чтобы он не смог спрятаться за громкими словами. В чем-чем, а в укрытии своих чувств и эмоций Джагхед был мастером.       Он без моего приглашения сразу направился в гостиную. Я видела, как брюнет устроился в кресле, принял ложно расслабленную позу. Это был фарс, и от меня его не удалось скрыть. Впервые Джонс был для меня открытой книгой. Не знаю, хочет ли он или нет, но на этот раз я пролистаю его страничкой за страничкой до самого конца.       Над двумя кружками чая поднимался пар. Мягкие тапочки с бантами заглушили мои шаги, так что мне казалось, что брюнет хотя бы вздрогнет, когда я появлюсь из-за его спины. Но юноша никак не выдал свое волнение, он лишь коротко поблагодарил.        Я, поджав под себя ноги, уселась на диван, чтобы быть как можно ближе к нему. Пальцы, ранее замершие на морозе, обжигались, сжимая кружку с ароматным чаем. Я не сводила с брюнета взгляда, ожидая, когда же он, наконец, заговорит. Но время все шло, а комната была наполнена тишиной. Инициативу пришлось взять в собственные руки.       -Трейси страдала неконтролируемой агрессией.       -Что? — Джонс искренне удивился, ожидая всего что угодно, но только не это.        -Шерил сказала, что видела ее документы. Трейси страдала от неконтролируемой агрессии. Ты же все это знаешь?       Тяжелый вдох. Выдох. Джаг прямо посмотрел на меня, и я увидела что-то такое, что заставило меня на минуту забыться. В его взгляде было детское любопытство, перемешанное с взрослыми сомнениями. Юноша не хотел говорить о Трейси, но и истинную причину пока что был не в силах раскрыть мне. Он подхватил нить разговора, хоть и не слишком охотно.       -То, что рассказала мне и, очевидно, тебе Шерил не совсем правда, — я почувствовала, как глаза чуть ли не вылезают из орбит от удивления.- Нет, я уверен, что Блоссом не солгала, возможно, она просто ошиблась. Мне пришлось как следует потрудиться, но нет ни одного документа, который могли бы подтвердить то, что Трейси Линн страда от психического расстройства. Может быть, эти документы были кого-то другого.       Я, сама того не желая, вскочила на ноги, заходила по комнате, подошла к большому окну, стала лихорадочно думать, глядя на уличное спокойствие. Если не Трейси была агрессивной, тогда кто, и почему она тогда ругалась с Шерил? Внутреннее разочарование накрыло меня, как внезапное цунами, которое обрушилось на крохотный остров. Я надеялась, что Джагхед все разгадает, но он так же, как и я, не знал ответ на вопрос.       -Тогда, — мой голос неожиданно дрогнул, не знаю, заметил ли это Джонс — может, если Трейси сама не была агрессивной, она знала, кто страдал от этого? Или подозревала? А что, если…       -Кессиди, — Джагхед попробовал привлечь мое внимание. Я не ответила, продолжая вглядываться в заснеженный парк, в котором нашли Линн.       -… ее и убили, потому что она узнала, кто этот человек?       -Кессиди! — я вздрогнула от его голоса. Он прозвучал так хрипло, жестко, умоляюще… он звучал так близко, почти у моего уха.       Мое тело непроизвольно среагировало на это. Я резко развернулась и почти столкнулась с Джагом. Он стоял в нескольких сантиметрах от меня. Это расстояние балансировала так, чтобы мои щеки залились краской от такой близости, но оно было слишком большое, чтобы я ощутило тепло тела юноши. Мой взгляд застыл на его белой футболке, я чувствовала напряженный взгляд, направленный на меня, юноши. Мне еле хватило сил посмотреть сначала на его остро отчерченные ключицы, плечи, острый подбородок, тонкие губы, правильный нос, и только потом я встретилась с его песчаными глазами.       Кессиди, вдох.       -Я сейчас не хочу говорить про это, — глубокий голос заставил меня замереть на месте.- Да и ты, я уверен тоже.       -И что же ты хотел сказать?       Он смотрел на меня сверху вниз, я видела как от темной радужки глаза к зрачку перетекает преломленный свет. И еще я видела себя: маленькую, с очерченными скулами, не по размеру большими глазами, со странным цветом волос — темные у корней, но резко окрашенные в рыжий по большей длине. Мне впервые удалось увидеть свое отражение в его глубоких глазах.       -После того… разговора, — Джагхед буквально вцепился в меня взглядом, — в кладовке, я долго думал. Если честно, то только этим и занимался, пытаясь понять, что делать дальше. Сначала я думал, что это просто недоразумение, которое под собой ничего не имеет. Но, чем больше рассуждал, тем отчетливей понимал, какой же я дурак. Сам же говорил, что ты не смогла бы мне соврать, а в итоге, придумывал предлоги, чтобы уверить себя, что ты на самом деле ничего ко мне не чувствуешь.       Я сделала шаг ему навстречу, словно ведомая гипнозом. Легкие болезненно сжались, трезвоня о том, что кислород не поступал в них чуть больше минуты. Надо было контролировать дыхание, поэтому я мысленно приказала себе:       Вдох.       -Это так глупо, — продолжал брюнет, разглядывая мои эмоции, — этого не должно было произойти. Что бы ты влюбилась в меня, звучит более абсурдно, как если бы кто-то сказал, что Земля плоская. А вдруг она действительно плоская? Вдруг солнце не центр нашей галактики? Вдруг ты действительно любишь меня?       Выдох.       -Но раз мы говорим о правде, то нельзя упускать и мои чувства, — он делает еще один шаг.       Все. Я чувствовала, как подошла к краю пропасти, к точке не возврата. Еще шаг, движение или, возможно, мысль, и тогда меня не остановит ни стеснение, ни любая другая причина. Я чувствовала его прерывистое дыхание на своей коже, и еле сдерживала себя, чтобы не кинуться в объятия Джагхеда.       -И что же ты чувствуешь? — мой голос звучал со стороны, словно говорила не я.       -Не знаю, но сейчас разберусь…       Он сделал последний шаг, который помогал моему миру не разрушиться вдребезги. Его губы слегка коснулись мои. Такие мягкие, горячие… я захотела большего, чем легкое прикосновение. Сделав еще полшага, его тело увеличило площадь соприкосновения с моим. Я прикрыла глаза, ожидая большего: поцелуй должен был стать страстным и всепоглощающим. Руки Джага оказались на моей пояснице, он хотел прижать меня ближе ко себе.       Я ждала, зная, что инициатива полностью в его руках. Джонс мог делать со мной все, что сам захочет. У меня не будет ни сил, ни желания препятствовать ему. Чувства обострились, изнутри все жгло, кончики пальцев заледенели. Это было не похоже ни на что другое, что я когда-либо чувствовала. С некоторыми парнями мы доходили до бесконтрольных обжиманий друг с другом, целовались как сумасшедшие, но все это сейчас казалось настолько пустым…       Мы просто стояли рядом: наши губы соприкасались, его руки прижимали меня к себе, теплота его тела обволакивала всю меня — все это вызывало больше эмоций, трепетаний, желания. Я хотела его не только, как собеседника. Мне было необходимо, чтобы Джаг прижимал меня к себе сильнее, его накаченные нежные руки гуляли по моему телу, заставляя его трепетать в ответ на каждое мимолетное касание, губы касались шеи, блуждали за ухом, не разрешая мне отвлекаться от их движений… Я хотела его во всех грязных, пошлых, разрывающих смыслах.       Если бы мне хватило сил и решимости, я бы не разрешила брюнету в следующую минуту отстраниться от меня. Его лицо снова было непроницаемо, словно каменная маска. Я не успела заметить хоть какой-то намек на то, что Джонс испытывал в ту секунду. И вот единственное, за чем мне разрешили наблюдать — его широкая, уверенная спина, удаляющаяся от меня. Все снова повторилось.       Что же ты чувствуешь?       Я шла по лесу, ведомая тайнами и неизвестностью. Солнце светило высоко, отражаясь от маленьких снежных сугроб. Все выглядело таким мирным и спокойным, ничего не выдало, что никто бы не догадался о том, что совсем недавно среди этих деревьев нашли тело юной девушки. Зимнее умиротворение умело создало ложную пелену безопасности.       Но впереди меня ожидала разгадка тайны, которая мучила всех вокруг несколько месяцев. Кто же такой этот Аноним? Он сам связался со мной, не понятно, по какой причине.       «Если хочешь узнать, кто я и что я знаю, приходи туда, где нашли ее тело».       И вот я шла туда, не задумываясь о грозящей мне угрозе. Но мне даже в голову не приходило, кого я увижу, стоящего около того дерева. Если бы меня кто-нибудь предупредил заранее…