Сладкий ужас

      Утром Тим в Оранжерею не поехал, он очень переживал, как Джок сдаст историю. Тим сел на скамейку напротив школы и стал ждать. Погода была пасмурная, но без дождя, ветер шумел в кронах деревьев. Это навевало тоску и не способствовало позитивным мыслям. Чтобы отвлечься, Тим стал думать каково это сдавать выпускные экзамены, зная, что скоро у тебя начнется совершенно другая жизнь. А Тиму еще два года учиться. Как долго. Джок вышел только через час и сразу направился к Тиму. - Четверка! – объявил он, широко улыбаясь. – Мне даже дополнительных вопросов не стали задавать. Джок выглядел усталым, под глазами залегли тени. Он явно учил всю ночь. - Молодец, - отозвался Тим, чувствуя себя очень виноватым. – Ты из-за меня не смог нормально подготовиться. - Что ты, - Джок присел перед Тимом и взял его руки в свои. – Какие холодные, - заметил он. – Замерз? Джок сел рядом и приглашающе приоткрыл полу куртки. Тим благодарно прижался, ощущая тепло и любимый запах. - Даже не думай об этом, - жарко прошептал Джок ему на ухо, отчего сладкий ужас заструился по позвоночнику. – Мне очень хорошо с тобой, мой цветочек. Я люблю тебя, я все сделаю чтобы быть с тобой. Я получу этот аттестат и в институт поступлю. - Для меня неважно какой у тебя будет аттестат и какое образование, - возмущенно возразил Тим. - О, я знаю, - засмеялся Джок и добавил со всей серьезностью. – Понимаешь, Тими, для меня физкультурный институт единственный способ получить высшее образование и выбиться в люди. Мне достаточно будет получить положительные оценки на вступительных экзаменах, потому что во мне заинтересованы. В какой-то другой институт я на квоту не сдам, а учиться платно для меня не вариант. Да, я могу после школы пойти в техникум, и получить какую-нибудь рабочую специальность. Но я хочу играть, у меня получается, я могу чего-то достичь. И у тебя должно быть все самое лучшее. - Постыдились бы, - раздался чей-то недовольный голос. – Прямо на улице обнимаются. Вот времена пошли. Мимо прошел пожилой омега, смерив парочку презрительным взглядом. Но Тиму не было стыдно, он только плотнее прижался к Джоку. Тим вел себя идеально, работал в Оранжерее и ездил с родителями на дачу. Первый предел был преодолен, аттестат Джок получил, но теперь нужно было готовиться к вступительным экзаменам. Тим не хотел, чтобы он отвлекался. Ожидание давалось тяжело, Тим очень переживал. Узнавать результат они поехали вместе. Погода была прекрасной, солнечной, жаркой, Тим посчитал, что это хороший знак. Красивое здание института с колоннами и лепниной весьма впечатляло. И внутри все было здорово, просторно, гулко: высокие потолки, широкие лестницы, коридоры с паркетным полом. Они приехали рано и им еще пришлось ждать пока принесут и повесят списки зачисленных в студенты. Таких, как они было много и когда списки повесили, у доски образовалась толпа. Тим остался в стороне, а Джок отправился на штурм. Тим стоял, вытирая о штаны мокрые ладони, а Джок все не шел и не шел. Тиму стало здорово не по себе, даже во рту горечь появилась. И когда Джок наконец выбрался из толпы, то на нем просто не было лица, щеки посерели, а губы казались бескровными. Тим бросился к нему, заглянул в глаза. - Меня нет в списке, - потерянно прошелестел Джок. – Я не поступил. Как же так … Я старался … - Посиди, - строго сказал Тим. Он оставил Джока на скамье в холле и вернулся к доске объявлений. Тим решительно протолкался через толпу, наплевав на недовольство окружающих и несколько замечаний в стиле «Что это за наглый малявка?» и «Брысь, мелочь». В висках стучало и Тим приказал себе сосредоточиться, а то строчки расплывались перед глазами. В списке было два Смита, но один из них являлся омегой, а второго звали Джозеф. Джон, Джозеф, может перепутали? Может просто описка? Тим на всякий случай еще раз прочитал все списки, не взирая на алфавитный порядок. Тим вспомнил больные глаза Джока, глаза побитого пса. Сердце болезненно сжалось. Нет, не может быть. Тим зашел в кабинет администратора, здесь сидел молодой альфа, видимо студент старшего курса. - Я по поводу списка, - сказал Тим. – Можно проверить, вдруг кого-то случайно забыли включить? Альфа тяжело вздохнул. - Если в списке тебя нет, то значит тебя не приняли. Прости. - Но Вы все же проверьте, - попросил Тим. - У меня такой же список, их печатают под копирку, - ответил парень. - Ну, пожалуйста, - взмолился Тим. - Как твоя фамилия? – сдался администратор. - Это не я, - торопливо пояснил Тим. – Это мой друг. Джон Смит. Пока парень водил кончиком карандаша по строчкам, Тим задержал дыхание. - Мне жаль, но Джона Смита в списке нет. - Понимаете, он сдавал на квоту, - Тим решил не сдаваться. – Он … - На квоту? Так это другой список, - в недоумении сообщил администратор. – На доске висит объявление, что претендентам на квоту нужно подойти к администратору. Где это там такое написано? Тим не видел и Джок явно тоже. Но Тим решил не возражать, в нем всколыхнулась надежда. Альфа достал из папки другой список, совсем короткий, всего один лист. Сердце пропустило удар. - Ну вот, - возвестил администратор. – Джон Смит. Распространенное имя. – Он встал и порылся в картотеке. – Посмотри, это твой парень? - Да! – радостно воскликнул Тим, увидев на карточке фото Джока. - Отлично. Я сейчас выпишу направление, с ним нужно подойти в канцелярию. Это на втором этаже направо. Там оформят документы и скажут куда их нужно отвезти. Сделать это нужно обязательно, иначе квота будет недействительной и зачисления в группу не произойдет. Все понятно? Чувствуя себя невероятно счастливым, Тим пробежал через холл. - Джок, Джок, - закричал он, размахивая бумагой. – Ты поступил! Это был другой список! Тебе срочно нужно в канцелярию. На лице Джока медленно появился румянец. Он смотрел на Тима так, словно тот совершил чудо. - Идем, - Тим потянул его за руку. – У нас много дел. Тим резко проснулся. Стояла августовская жара и в открытое окно не проникало никакой прохлады, ни ветерка, но Тим чувствовал сильный холод. Он не просто замерз, он окоченел. Тим завернулся в одеяло, дрожа как осиновый лист, но это нисколько не помогло. Его сердце неровно трепыхалось в груди, и Тим вдруг понял, что дело не в нем. Даже когда Джока не было рядом, Тим ощущал его присутствие, как будто неподалеку находился весьма приятный источник тепла, а сейчас это тепло пропало. С Джоком что-то случилось, что-то плохое. Тим мог бы предположить, что он заболел или ему все только кажется, но Джок ведь чувствовал, когда с Тимом не все было в порядке, когда его избили в туалете, когда у него началась течка. Значит Тим тоже так может. Он резко вскочил, натянул шорты, футболку, и сунув ноги в сандалии, выскочил из квартиры. Тим не думал о том, как выглядит и что омеге одному лучше не появляться ночью на улице. Сжимая в кулаке мелочь, Тим добежал до телефона-автомата и ворвался внутрь. Дрожащими руками он сорвал трубку, всунул монету и набрал номер квартиры Джока. Документы по снятию опекунства и на получение жилплощади еще оформлялись и до конца августа Джок еще мог жить в частном детском доме. В трубке раздались гудки и долго никто не подходил, Тим чуть с ума не сошел от беспокойства. - Алло, - услышал он наконец недовольный сонный голос. Тим не понял кто подошел и торопливо затараторил: - Здравствуйте, это Тим. Извините, пожалуйста. Джок дома? Тиму очень хотелось, чтобы Джок был дома и его приступ паники оказался пустой фантазией. На том конце провода возникло какое-то шуршание, затем вдали раздались взволнованные возгласы. - Тим? Это Рэми. Джона нет дома. Что случилось? Тим сжал трубку и ощутил, как по щекам бегут слезы. Он не может раскиснуть, он должен все объяснить. Но из горла вырывались только жалкие всхлипы. Из подъезда во двор выбежали его родители, заметили Тима в телефонной будке и подбежали к нему. - Тим, что ты вытворяешь? – заполошно закричал папа. – В чем дело? Кому ты звонишь? - С Джоком что-то случилось, - простонал Тим. – Я знаю. А его нет дома. Отец отнял у него трубку. Пока отец общался с Рэми, папа утешал Тима, получалось не очень. Тиму было холодно и страшно, его внутренности будто превратились в лед, страх был самый плохой. - Он пошел на склады что-то разгружать, - сообщил отец. – Мы договорились встретиться там. Тим был так благодарен, что ему поверили и помогают, что даже испытал некоторое облегчение. Большой комплекс складских помещений располагался не слишком далеко, идти было всего полчаса. Склады были освещены и вокруг них, несмотря на ночное время, бурлила жизнь. Подошел Майкл, Тим впервые видел второго опекуна Джока. Это был крупный альфа с сединой в волосах и небольшой темной бородкой. Они ходили между огромных фур, и расспрашивали грузчиков, которые таскали ящики, тюки и коробки. Джока многие знали, но никто не мог сказать где он сейчас. Тим поразился насколько это тяжелая работа и решил Джока от нее во что бы не стало отговорить. Наконец, им удалось найти группу парней, с которой Джок работал нынче ночью. Молодые альфы расселись на пустых ящиках и попивали пиво. У них был перерыв. - Да у него живот прихватило, - сказал один из них. – Он пошел до кустов. А что? Все посмотрели в указанную сторону. Рядом со складами был пустырь, темный, заросший высокой травой, кое-где виднелись кучи мусора. Тим чуть не умер от страха. - Давно он ушел? – уточнил Майкл. Парни переглянулись. - Порядком. Еще до перерыва. Сегодня железяки какие-то пришлось таскать, тяжесть жуткая. Так что мы решили передохнуть. - Почему вы его не ищете? - в негодовании завопил Тим. - Чего вы сидите? Может быть человеку плохо. А он точно знал, что Джоку плохо. Парни уставились на Тима в изумлении. Но с ним были взрослые, отец и Майкл поддержали Тимово возмущение. Парни снялись с ящиков и все вместе принялись прочесывать пустырь. У кого-то нашлись фонарики и сполохи света кружили среди травы. Джок лежал крючком и когда его стали тормошить пришел в себя. Он был будто в бреду и у него был жар. Майкл вызвал скорую помощь. В больнице выяснилось, что у Джока развился острый аппендицит и ему положена срочная операция. Домой никто не пошел, они вчетвером остались ждать в холле больницы. Тим прилег на скамейку, положив голову папе на колени. Он закрыл глаза, но не спал, и слышал, о чем говорят взрослые. - Мы разрешаем Джону подрабатывать, - объяснял Майкл. – Разгрузка тяжелая работа, но там все честно и сразу платят. Мальчику же нужны свои деньги. Джон хороший парень. Упорный. Если ему лишь чуть-чуть помочь, то у него все получится. - Не волнуйтесь, мы за ним присмотрим, - ответил папа, в его голосе чувствовалась улыбка. - Хорошо, что вы так к этому относитесь, - благодарно отозвался Майкл. – Ваш сын еще несовершеннолетний. - Вы же видите, что творится, - вздохнул отец. - Я не знаю, как им это запрещать, - добавил папа. – Рука не поднимается. - Вас будут осуждать, - по-доброму предупредил Майкл. – Вы должны быть готовы. Это весьма неприятно, уж мы-то с Рэми знаем. Нас постоянно осуждают. Почему-то люди думают, что мы живем за счет сирот. Да, мы получаем зарплату и пособия, но мы работаем и отчитываемся за каждую потраченную монету. И мы действительно хотим помочь этим детям. Джон попал к нам настоящим волчонком, только что не кусался, а теперь у него есть будущее. Голоса журчали и Тим задремал. Он был очень благодарен опекунам Джока, за все что они для него сделали, и ему было стыдно за то какое впечатление произвел на него их дом. Тим был благодарен своим родителям, за их понимание и участие. Он был благодарен провидению, за дар, который позволил ему предупредить беду. Вышел врач, сообщил что операция прошла успешно, что если бы они опоздали, то были бы проблемы, а так все в порядке. Джоку не делали наркоза и его можно было сразу увидеть. Все прошли в палату. Джок лежал бледный и нахохленный. - Мне нельзя болеть, - недовольно проворчал он. - Болеть ты будешь не больше недели, - строго возразил ему Майкл. – Но поднимать тяжести тебе будет можно не скоро. Тим присел на край кровати и остальные тактично вышли. Тим смотрел на Джока. Даже думать было страшно, что Джок мог умереть на этом пустыре. Тим чувствовал себя виноватым, догадывался для чего Джоку деньги. Наверняка решил сделать Тиму очередной подарок. В старинных романах писали, что истинные пары долго не живут друг без друга и Тим теперь в это поверил, потому что жить в том холоде, который он ощущал, невозможно. - Ты все время меня спасаешь, - смущенно улыбнулся Джок. Тим взял его за руку, пальцы утонули в большой ладони. В конце августа Тим и Джок приехали на дачу помочь дедушке Тима и побыть на природе. Скоро начинался новый учебный год, который для обоих обещал быть напряженным. Дедушка ушел в лавку за хлебом, а они собирали яблоки. Пока было не понятно, разрешит ли дедушка лечь вместе, и ребята немедленно воспользовались его отсутствием. Джок поставил ящик с яблоками и привлек Тима к себе. Внезапно Тим вывернулся и побежал через сад. Он вспомнил как бежал когда-то от Джока, но сейчас это было совсем другое. Он словно летел, ощущая невероятную легкость и азарт. Джок догнал его быстро, схватил и повалил на траву. Прижал его запястья к земле, навис, заслонил весь Мир. Сладкий ужас заструился по его венам, сердце бешено колотилось, в ушах шумело, тело пробирала дрожь, но как же все это было приятно. - Ты невероятный, - прорычал Джок ему в ухо. Тим выгнулся тонкой змейкой в сильных руках Джока, запрокинул голову, отдаваясь охватившему его чувству, радуясь и предвкушая.