Стихийное бедствие

Попытайся полюбить меня, а я попытаюсь тебя спасти. Twenty One Pilots — Lovely.

       Марк Тищенко теперь у Вас в друзьях. Антон открыл его профиль и увидел, что это ничем не примечательный парнишка со светло-русыми волосами, кареглазый, бледный, как лист бумаги. Телефон завибрировал, а на экране пришло уведомление о новом сообщение. Марк Тищенко. 19.05. Привет!

Вы. 19.05 Привет. Знакомы?

Марк Тищенко. 19.07. Нет, но хотелось бы познакомиться.

Вы. 19.07. Извини, я занят, не могу общаться.

Он выключил телефон, и убрал его в сумку. Что-то мешало ему общаться с Марком. Что-то отталкивало его. Не мог он просто взять и начать общаться с этим парнем. Становлюсь социопатом. Пиздец. Шастун взглянул на пейзаж, который проносился с необыкновенной скоростью, и понял, что он скучает. Скучает по Москве. Скучает по его маленькой уютной квартирке. Но он счастлив, что смог спасти своего друга, ведь Антон очень любит этого хвостатого говнюка. А еще он понял, что скучает по одному единственному человеку, который так и не писал ему после самолёта. Он скучает по Арсению Сергеевичу. Прошло всего несколько часов нахождения в Питере, а Антон уже соскучился по голубым глазам. Глаза голубые, прямо как он сам. Шастун улыбнулся своей шутке, но потом резко убрал улыбку с лица. Интересно, как там Арсений, спокойно ли ему? Не волнуется ли за Шастуна? Миллион вопросов крутились в голове у парня, но из котла раздумий его вывел голос Позова. — Приехали, Шаст, — Дима заплатил таксисту, и вышел, а Антон за ним. Перед ними было очень старое здание, в котором только в нескольких окнах горел свет. Они вошли в парадную и их тут же встречает консьержка. Поз сказал номер квартиры, а пожилая женщина дала ему ключи, и направилась обратно в свою каморку. Лифта в здании не было, и пришлось идти пешком до четвертого этажа. Когда они приблизились ко второму этажу, друзья почувствовали запах домашних пирожков. Приблизившись к четвертому, парни почувствовали, что где-то рядом место, в котором готовилась выпечка. Поз пошел на поиски квартиры, а Шаст ходил по этажу и осматривался. Найдя квартиру, Дима крикнул другу, чтобы тот шел к нему. Друзья вошли в просторное помещение, которое пропахло сыростью. Антон сразу же увидел огромную кровать, и сняв обувь, побежал к ней. Он упал на нее, и чуть сразу не провалился в сон. Позов легонько ударил по ноге друга, и ушел в другую комнату. Шастун лег на спину, и взял телефон. На дисплее сразу высветились сообщения Марка. Шастун нехотя о открыл диалог с этим парнем. Марк Тищенко. 19.10. Ты освободился? Марк Тищенко. 19.12. Антон? Марк Тищенко. 19.15. Может погуляем?

Вы. 19.24. Я сейчас не дома. И вообще не в городе.

Марк Тищенко. 19.25. А где ты?

Вы. 19.26. Не твое собачье дело. Неважно.)

Марк Тищенко. 19.27. Когда вернешься?

Вы. 19.28. Завтра.

Марк Тищенко. 19.29. Встретимся?

Вы. 19.30. Может быть.

Антон положил телефон на тумбочку, снял с себя футболку, и залез под одеяло. Мимо кровати Шаста, Дима проходил очень тихо, что даже нельзя было услышать шаг или скрип пола под ним. Позов, направляясь в свою комнату, положил на тумбочку билет на ранний рейс в Москву. Как только Поз зашел к себе в комнату, Антон скинул с себя одеяло и взял билет. 9.00. Он охуел? Я же не встану. Шастун поставил будильник на семь часов, и снова накрылся одеялом. Однако, он заснул очень быстро, хотя в Москве не мог уснуть до утра. Зевая, Шастун присел на сиденье в зале ожидания и быстро надел капюшон. Женский неприятный голос раздался из динамиков, и он гласил, что уже можно идти в самолет. Парень быстро встал с места, взял свои вещи, и прошел к выходу. Ему быстро проверили паспорт и билеты, и наконец выпустили из здания. На белом железе бегали солнечные зайчики, некоторые попадали на окна, а люди, которые сидели около них морщились от попадавшего им в глаза света. Зеленоглазый сел на свое место, и стал рассматривать соседей. Женщина лет сорока и мужчина лет шестидесяти, который видимо дремал. Классные соседи. Шастуну было одиноко без своего лучшего друга, который остался в Питере, чтобы навещать Сережу. Он вспоминал, как в самолете они могли беситься, что их могли рассадить. Они были, как два ребенка. Рядом с Димой он вспоминал свое детство у бабушки и ему сразу становилось тепло на душе. Радовало лишь одно, что скоро он наконец встретит Арсения Сергеевича. Он очень соскучился по его голосу, по его запаху в машине. Такие мелочи, а не хватает всего этого. Пилот объявил, что самолет уже в воздухе и беспокоиться не о чем. Надев свои наушники, Антон включил музыку и задремал. Его разбудил недовольный сосед, который хотел выйти, а Шастун видимо ему мешал. Блондин встал с места, давая пройти мужчине, который бормотал себе под нос что-то на подобии «развелась эта молодежь, никакого уважения, тьфу», на выход. На выход? Антон осмотрелся, и понял, что он остался в самолете совсем один. Он быстро выскочил из самолета, и мысленно поблагодарил пожилого мужчину. Он благополучно вышел из аэропорта, и вдохнул запах Москвы. Питер отличался от Москвы. В нем было что-то завораживающее, но и в Москве такое было. Но все-таки Москву он любил больше, чем Питер. Зеленоглазый сел в такси, назвал адрес, и поехал домой. Наконец-то. Квартирка родная моя. Парень включил телефон, и зашел на профиль своего учителя. Тот был онлайн, Антон поспешил написать ему.

Вы. 11.06. Здравствуйте, Арсений Сергеевич.

Арсений Попов. 11.08. Здравствуй, Антон. Что-то хотел?

Вы. 11.09. Вы не обиделись на меня за те слова?

Арсений Попов. 11.09. Нет, конечно нет, что за чушь. Я на такое не обижаюсь.

Вы. 11.10. Я так по вам соскучился. Арсений Сергеевич, давайте сходим куда-нибудь? Я просто уже дома.

Арсений Попов. 11.12. Шастун, у меня вообще-то пары, кстати на которых ты должен присутствовать.

Вы. 11.13. Ну, Арсений Сергеевич… Ну, пожааалуйста!

Арсений Попов. 11.14. Шастун, с тобой по-плохому надо?

Вы. 11.15. А Вы можете?

Арсений Попов. 11.16. Блять, Шастун! Отъебись, я пару веду как бы.

Вы. 11.17. У Вас уже эрекция что ли?

Арсений Попов. 11.18. ШАСТУН! Я тебя за такие слова отшлепаю!

Вы. 11.18. Да Вы пиздите врете! Вы не сможете.

Арсений Попов. 11.19. Шастун, ты нарвался. Шастун только-только хотел написать еще одно сообщения, но его отвлек голос таксиста, который требовал деньги за проезд. Отдав свои двести рублей, зеленоглазый вышел из машины, и, улыбаясь, посмотрел на свою многоэтажку. Он уже хотел идти к подъезду, но его кто-то окликнул. Антон обернулся на зов, и увидел парня, который уверенно шел к нему. Зеленоглазый понял по внешности, что это тот самый Марк, и уже хотел было сказать «привет», как его вдруг тянут вниз и он падает. Тищенко достает скотч и клеит его на рот Шастуну. Тот пытается вырваться из хватки человека, который держит его руки. Марк достает из кармана телефон Антона, и включает его. Кареглазый что-то печатает там, и кидает в багажник машины. Человек, который держал руки Антона, взял на руки блондина, и небрежно положил его в багажник. — Молодец сын, так держать, — мужчина явно говорил это с ужасной ухмылкой. — Пап, но здесь не столько денег, ты обещал боль- — Завались, ты сделал дело, я отдал деньги, тебе мало что ли?! — Ладно-ладно… — Тищенко ушел. Мужик сел в машину, завел ее, и выехал в неизвестном направлении. Марк и его отец явно забыли о руках Шастуна и не завязали их ему (Антон молился всем богам о том, что ему не показалось), и тот найдя свой телефон, написал Попову.

Вы. 11.26. Арсений Сергеевич, помогите, меня похитили.

Арсений Попов. 11.26. Пробил ваше направление и номер автомобиля, выезжаю.