Холодные цвета.

Дин не видел Кастиэля целых две недели. Все вопросы с ним в это время решали трое: глава финансового отдела, Захария, главный Юрист, Уриэль, и, конечно, личный помощник Новака, Мэг. Надо сказать, что с кадровой политикой в компании всё было идеально, так как эти трое хотя и казались в первые мгновения довольно милыми людьми, чётко вкладывали в голову мысль, что если Дин нарушит навязываемые ему правила игры, то его мучительно убьют, потом призовут его дух обратно с помощью крови христианских младенцев и будут жестоко издеваться несколько вечностей подряд. Первой из тех, с кем познакомился Винчестер на следующий день, стала Мэг. С милой улыбкой ярко-алого рта она диктовала, что и как они теперь будут делать, походя рассказывая интересные факты о боссе, которые следовало знать Дину по роду должностных обязанностей. Она же безапелляционно озвучила план действий на ближайшее будущее, и отправила Винчестера к Захарии, решать вопросы финансов. План был довольно прост и почти сказочен, если сильно не вдумываться. Две недели спустя Сэм, в сопровождении Бобби, должен был отправиться на лечение и реабилитацию в Швейцарию, в одну из самых лучших клиник. Теперь уже родная компания брала на себя всё, от оплаты услуг врачей и номера в отеле для Бобби, до оформления всех документов. Взамен же Дин переходил в практически полное распоряжение босса на целых восемь месяцев. Уриэль долго и нудно формулировал что-то, но Дин, ставя подпись под документами, хорошо понимал только одно - он продаёт себя в рабство. Две недели шла подготовка. Сэм лежал в больнице, его готовили к перелёту. Бобби собирал вещи и пытал Дина, как тому удалось так ловко всё провернуть, Дин тайком отвозил сумки в новенький коттедж, купленный Кастиэлем, но пока стоящий пустым. Всё рабочее время он проводил с Мэг, изводившей его бесконечными документами, которые он подписывал, не глядя, и рассказами о том, какие обязанности ему предстоит выполнять помимо прямых. К концу второй недели один её голос вызывал у Винчестера приступы острой головной боли. И вот, две недели спустя, Дин лежал на огромной кровати и пялился в нежно-бежевый потолок. Только что звонил Бобби, сообщил, что они удачно долетели, и теперь Винчестеру надо было подняться, сесть в машину и ехать в отель, забирать Кастиэля. Но мысль о ещё одной утомительной поездке с Мэг под боком вызывала в нём не то, чтобы ужас, но страх, как перед походом к стоматологу. - Вставай, красавец, погнали. Босс ждёт, - Мастерс пнула шофёра толстым ботинком по свесившейся с кровати руке. - Наконец-то он уже будет жить дома, как нормальный человек! - это была странность Мэг. Довольно жестокая и холодная, а порой ведущая себя, как сука, она почему-то относилась к начальнику с большой трепетностью и переживала за него так, словно доводилась ему если не мамочкой, то старшей сестрой как минимум. - А почему он, кстати, живёт в отеле, а не здесь? - подозрительно спросил Винчестер, покорно вставая и направляясь к выходу из спальни. Они только что завезли последние вещи и он прилёг отдохнуть, так как был на ногах, а точнее по большей части за рулём, с шести утра, и у него затекло всё тело. - Значит слушай сюда, - каким-то чудом девушке удалось обогнать его, так что по лестнице Дин спускался уже следом за ней. - Есть две вещи, которые тебе следует знать о Касе прежде всего, - она подняла вверх два пальца, сложенные в знак V. - Первая! Новак у нас самый настоящий гений. И это никто не сможет оспорить, - указательный палец загнулся, так что теперь девушка, фактически, показывала Дину довольно неприличный жест. - Вторая! Гении имеют право на странности. Наш босс ненавидит новые вещи, что довольно странно, в общем-то. И чем крупнее вещь, тем с меньшей охотой он её меняет. Он прожил в своей первой комнате, которую снял ещё на первом курсе, довольно долго после того, как разбогател. Потом случился пожар, и он переехал в отель. Купил дом, но так и не решился туда въехать. - И что изменилось теперь? - они уже вышли из дома, так что Винчестеру пришлось галантно открыть перед дамой переднюю дверь. Не то чтобы водитель был образцом вежливости, просто иначе с Мастерс было просто не сладить. - Теперь у него есть плюшевый мишка, - хмыкнула Мэг, усаживаясь и сразу доставая сигареты. Рука её на секунду задержалась на пачке, но быстро сунула её в бардачок. - Маленьким детям это помогает привыкнуть к новому месту. - Да уж, - Дин завёл машину и тронулся, косясь на соседнее сидение. Мэг что-то усиленно набирала на телефоне. Винчестер уже привык, что эта девушка говорит только тогда, когда сама этого хочет, и разговорить её не вариант. Путь до отеля преодолели в полном молчании, так что настроение у Дина заметно поднялось. Если честно, у него был сильный стресс всё то время, что брат и Сингер находились в воздухе. Дело в том, что он ужасно боялся самолётов, а потому каждую секунду ждал плохих новостей. А теперь до послезавтра, до того момента, когда Сэма будут оперировать, Винчестер-старший может быть спокоен. Если, конечно, не считать Кастиэля... - Привет, Дин, - спокойно сказал Новак, когда водитель выбрался из машины и забрал у него сумку с вещами. Сумка оказалась совсем небольшой, если не сказать маленькой, для парня, который жил в отеле уже прилично давно. - Здравствуй, - хмуро буркнул Дин, убирая сумку в багажник. Мэг тем временем перебралась на заднее сидение. Винчестер старался казаться хмурым и замкнутым, надеясь, что так он будет подавать меньше поводов для странных игр босса. Надо было сразу дать понять, что это вовсе не доставляет Дину удовольствие, просто неприятная работа, которую надо делать, а остальное - лишь физиология, и больше... - Не напрягайся так, - то ли приказал, то ли посоветовал Новак, проходя мимо и усаживаясь на переднее сидение. Кажется, поездка обещала быть очень и очень некомфортной. - Здесь мило, - сказал Кас, как только Дин снова появился перед ним. Винчестер занёс сумку наверх, пока босс осматривался, и хотел было сесть в комнате, но неожиданно почувствовал, что должен спуститься. Причём немедленно. Это было какое-то ощущение то ли внутреннего такта, то ли ещё чего-то необъяснимого. - Ты что, раньше здесь не был? Это же твой дом, - Дин неуверенно пожал плечами, подходя ближе. Он не знал, что ему вообще тут делать, а Новак, очевидно, не желал пока этого объяснять. - Впрочем, я уже привык. Ты странный, забьём на детали. - Мне так нравится, что это принадлежит мне, - Кастиэль потёр подбородок указательным пальцем. - Знаешь, я довольно долго к этому шёл, - вид у него был даже довольный. Впрочем, видеть любую эмоцию на этом лице было непривычно. - Милый домик, - водитель снова пожал плечами. Ничего особенного в коттедже он не видел, тем более судя по тому, какие деньги вращались в компании. В смысле, к такому дому может долго идти какой-нибудь клерк или брокер, но босс такого уровня? - Я имел в виду тебя, - приблизившись, Новак провёл пальцами по щеке Дина, опускаясь до шеи и останавливаясь там. - Обладание Дином Винчестером мне сильно льстит, знаешь ли. Мне нравится, что ты мой. И что ты будешь делать то, что я скажу, - Винчестер молчал. - Но для начала тебя надо раздеть. - Я... И сам могу, - попытался отступить Дин. Руки у начальника были холодные, примерно такие же, как глаза. И вообще он весь сейчас был какой-то холодный, замёрзший. И это почему-то пугало гораздо больше, чем перспектива секса с человеком одного с собой пола. - Позволь позаботиться о тебе, - покачал головой Кастиэль, стягивая с плеч подчинённого его куртку и начиная оглаживать его руки от запястий и до локтей, постепенно поднимаясь выше. Это было настолько плавно и расслабляюще, что Дин закрыл глаза. - Я буду присматривать за тобой, - серьёзно произнёс Новак, убирая руки, уже успевшие добраться до шеи, и приподнимая футболку своей "собственности". Руки у него всё-таки были невероятные. Дина никто и никогда так не ласкал. Его вообще мало ласкали, но он точно был уверен, что никто и не смог бы так. Так медленно, что кажется, это будет длиться вечность, и время, соответственно, теряет всякую значимость. Как и всё остальное. Винчестер сам тянулся к этим рукам, стремился прижаться и оказаться в полной власти, и стонал уже тогда, когда с него ещё даже брюки не стянули. Между тем Кастиэль, кажется, совсем не думал о себе, и от этого у Винчестера руки подрагивали. Это отсутствие банального эгоизма било по телу новым, незнакомым чувством. Когда Дин, пытаясь отдышаться, повис на боссе, вцепляясь руками в пиджак, он совершенно точно осознал, что он хочет, чтобы его сейчас отвели в спальню, уложили на кровать и отымели. Да, именно так. Более того, ему кажется, что без этого мир просто напросто рухнет. - На сегодня хватит, - всё с тем же ледяным синим спокойствием сказал Кастиэль, отстраняя подчинённого от себя и явно любуясь его распалённым лицом. - Ты устал. Отдохни.