Глава 27. Рыцарь для принцессы.
5 июля 2022 г., 06:29
Это случилось спустя год после того, как Брюс покинул Готэм. Долгое время он скитался, вёл жизнь бродяги, узнавал всевозможные стороны жизни, учился понимать людей. Было тяжело, но вместе с этим мужчина чувствовал, словно какая-то его часть сбросила с себя путы и освободилась. Да, он чувствовал себя по-настоящему свободным. Он контролировал свою жизнь, каждый его выбор был именно его выбором, а не сухим долгом, связанным с громким семейным именем.
Однако было и одиночество. Липкое, навязчивое, оно преследовало его каждый день, особенно давая о себе знать перед сном и после него. Он ложился в очередном холодном и грязном месте, доставая из потёртых джинсов маленький снимок улыбающейся брюнетки, улыбался ей в ответ. Ему хотелось спросить, как она там, за сотни тысяч миль от него, нашла ли друзей, нравится ли ей в университете, как любит проводить свободное время, счастлива ли. Счастлива ли освободиться от него.
Улыбка гасла, он прижимал фото к губам, шептал виноватое «прости» и прятал драгоценное изображение обратно в карман.
Спустя год таких скитаний, он влез в очередную драку, которая оказалась не такой уж очередной. Никто не замечает бродяг. Вот и пробегающий мимо него мужчина в солидном костюме не заметил. Брюс удивлённо смотрел, как следом за ним неслышно проскочила тень, сверкнув острым кинжалом. Что-то побудило мужчину пойти за ними, попытаться выбить клинок у таинственного убийцы. Но, конечно, Уэйн недооценил противника. Однако, слушая инстинкты, ведомый жаждой справедливости, стоял до конца. Времени хватило, чтобы жертва скрылась. И всё же убийца, казалось, не расстроился, а как-то странно взглянул на едва стоящего Брюса. Вдруг он снял свою маску. Это был мужчина в возрасте, с бородкой, заплетённой в тугую косичку с золотыми колечками. Он улыбнулся, сверкнув зубами, украшенными драгоценностями.
– Единицы способны продержаться так долго в бою со мной. Кто ты такой, парень?
Брюс сплюнул густую кровь, балансируя на грани потери сознания.
– Я – никто.
Незнакомец поднял брови.
– Надо же, какое совпадение. Я тоже.
Колени Брюса подкосились, и он рухнул на твёрдую землю, тяжело дыша.
– Вот что парень. Я предлагаю тебе шанс выбраться из той дыры, в которой ты находишься. Я обучу тебя, станешь моим учеником. Идёт?
Уэйн растеряно посмотрел на протянутую ему руку.
Замешкался на пару секунд. Нахмурился. И протянул свою в ответ.
– Ты только… – мужчина приблизил к Брюсу своё обветренное лицо, – …выживи.
***
Лига Убийц обучает далеко не каждого. Но быть избранным ещё мало – надо, по меньшей мере, не умереть на тренировках. По большей – проявить себя. Брюс понял это уже спустя один день тренировок. Он выкладывался на максимум, забываясь в усердиях, боли и крови. Так шли дни, недели, месяцы. Мужчина понемногу черствел и забывался. У него просто не оставалось времени на эмоции и воспоминания. Стать лучше, сильнее, способнее – он обязан был это сделать. И вот, однажды его тренировки стали проходить не с его учителем, а со странным человеком, назвавшимся Ра’с аль Гулом. С ним всё стало ещё опаснее и труднее. Каждый день испытания воли, выносливости, сообразительности, силы. Он не знал, что о нём думает его новый учитель. Ра’с лишь потирал подбородок и кивал. Кивок – Брюс справился. Хмурый вид – что-то пошло не так. Так дни побежали вновь. Снова забытьё в тренировках и щемящее чувство в груди, которое он уже научился игнорировать. Ему начали поручать задания в жаркой стране, которая находилась недалеко от их базы. Кража, запугивание, но не убийства. Таких дел ему пока не давали. Каждый раз идеальное выполнение. С осложнениями или без, Брюс всё исполнял отлично. Его движения были отточены, удары точны и быстры. Глаза превратились в лёд – холодный и острый. Лишь с одним заданием возникли серьёзные проблемы. Он хотел завершить миссию как можно быстрее, а потому не угадал со временем и подставился. Сильно раненый, он, опираясь о кирпичную стену, брёл через тёмный переулок, в надежде сэкономить как можно больше сил, чтобы добраться до убежища. Но собственное тело подводило, дыхание сбивалось всё быстрее, всё больше крови он терял. И тут он увидел принцессу. Словно сошедшая со страниц волшебной сказки она стояла на балконе большой виллы и смотрела на него широко распахнутыми тёмными глазами. Брюс рвано выдохнул и поспешил скрыться в тени переулка. Надо найти обходной путь, чтобы не пугать девушку. Он побрёл назад, зажимая рану на боку, как услышал лёгкий бег позади. – Прошу вас, постойте, вы ведь ранены! – воскликнул нежный женский голос, и лёгкая ладонь прикоснулась к его руке. – Нет, всё… в порядке, – он отвернулся и плотно сжал зубы. Но она обхватила лицо Уэйна ладонями, заглядывая прямо в глаза, чуть оттягивая ткань его маски. – Прошу! – настойчиво повторила девушка, и на секунду ему почудился в тёплых карих оттенках знакомый металлический блеск. Он обессилено выдохнул и шагнул за ней.***
Брюс не помнил, в какой именно момент отключился. Да и события до этого он помнил очень смутно. Нетвёрдые шаги, подгибающиеся колени, сочащаяся кровь и чужое тепло рядом. Комната, в которой он очнулся, была просторной, в восточном стиле. В глазах рябило от обилия золотых узоров и разноцветных подушек. Мужчина попытался встать, но бок пронзила резкая боль и он глухо, сквозь зубы застонал, принимая прежнее положение. – Тише! – девушка быстро перебежала через всю комнату и склонилась над ним. На лоб Уэйна опустилась холодная ткань. Мужчина постарался сфокусировать взгляд на её лице, но удавалось выхватывать лишь фрагменты. Нежная улыбка, добрый взгляд, лёгкий румянец, изогнутая бровь. Она дала ему напиться прохладной воды, и он вновь погрузился в мучительное забытьё. Около трёх суток у Брюса была лихорадка. Загадочная незнакомка заботилась о нём так внимательно, что он очень быстро пошёл на поправку. Уэйн уже мог вставать, потихоньку ходить, есть и пить. Раз в несколько часов девушка делала новую перевязку, шепча что-то ободрительное. Брюс молчал на все вопросы, не желая впутывать её в его сложную, опасную жизнь. Он часто думал, что оправился достаточно, чтобы уйти, но почему-то каждый раз приходил к мысли, что может ещё немного задержаться. Мужчина ни за что бы не признался себе в том, что ему нравилось наблюдать за ней. Как она улыбается, посмеивается, хмуриться, ворчит на него. Он и сам едва заметно улыбался, не ощущая прежнего убийственного одиночества. И однажды, когда она готовила свою постель для сна, он тихонько сел на своей тахте. – Как твоё имя? Девушка удивлённо вздрогнула и тут же широко улыбнулась ему. – Заговорил-таки? Меня зовут Талия, а тебя? – Это неважно, – отвернулся он. – Ну хорошо, ты не выглядишь самым открытым человеком на свете… я не буду больше ничего у тебя спрашивать, – она вновь улыбнулась. – Спасибо, Талия. За всё. На следующий день Брюс покинул поместье принцессы, спасшей ему жизнь. Мужчина ожидал наказания от своего наставника за столь долгое отсутствие, но Ра’с лишь спросил о результате миссии и остался удовлетворён. Вновь потекли привычные суровые будни, перетекающие в опасные ночи. С прежней силой защемило в груди. В голове Брюса то и дело звучал смех его спасительницы, голос, полный сочувствия и тепла. Этот образ стал таким ярким, что затмевал все остальные мысли. И мужчина стал мечтать встретить её ещё хоть раз. Он иногда тайно сбегал с базы, чтобы понаблюдать за домом Талии. Увидев хоть тень её силуэта, он находил в себе силы прожить всю следующую неделю. Его тянуло к ней со странной силой, подобно тому, как замерзающего в стужу тянет к единственному пылающему очагу. Уэйн стал питать странную надежду однажды похитить прекрасную принцессу и увезти её далеко-далеко. Она залечит его раны, но на этот раз душевные. Он полюбит её так же сильно, как девушку, которая его отвергла. И Талия… захочет принять его любовь. Такие мечты питали его измученную душу, и он грезил всё больше. Это и подтолкнуло его однажды прийти на балкон её комнаты и встретить взгляд удивлённых карих глаз. Он поцеловал её сухими холодными губами с жадностью по её светлому теплу. На удивление, Талия не отпрянула, а прижалась к нему сильнее. Так в жизни Брюса Уэйна появилось утешение. Он крал у суровой реальности ночи без одиночества, тоски и вины, в объятиях милой принцессы, которая принимала его без вопросов. И Брюс решил, что как только закончит обучение, он будет ухаживать за ней, как она того заслуживает. Но этим эфемерным грёзам, вызванным страшной, отчаянной тоской совсем по другому человеку, не суждено было сбыться. Проведя два года в Лиге Убийц, Брюс завершил своё обучение и увидел одобрительную улыбку на лице Ра’с Аль Гула, главы Лиги Убийц, прозванного Головой Демона. Устроили большой праздник, на котором Ра’с хотел сделать какое-то объявление, не особо интересное Уэйну, потому как он хотел вскоре покинуть Лигу. Там же будущий защитник Готэма встретил и своего прошлого учителя. – Я рад, что заметил тогда того никчёмного мальчишку, – усмехнулся он, сверкнув ровным рядом золотых зубов. Брюс только холодно кивнул в благодарность. Он никому здесь не доверял. – Но господин заметил больше моего, – загадочно подмигнул убийца и скрылся в толпе. Уэйн нахмурился, нехорошее предчувствие сжало его горло. В этот момент Голова Демона обратился к подчинённым с речью. – Уже долгое время я надеялся встретить достойного человека, способного когда-то занять моё место. – Ветер развивал его тёмно-зелёный плащ, придавая ему ещё более внушительный вид, – И наконец, я могу сказать, что встретил такого. Этого человека я нарекаю сегодня своим наследником и женихом для моей дочери. Талия, выйди ко мне. «Талия? Совпадение?» Но совпадением это не было. Она появилась в эффектном белом наряде, который подчёркивал все не раз изученные им формы. И тут их взгляды встретились. Его, растерянный и хмурый, и её, сверкающий странным торжеством и надменностью. Это были глаза незнакомой ему женщины, потому что Талия, которую он знал, никогда не смотрела так. – Брюс Уэйн, – произнёс Ра’с аль Гул, тоже смотря на него. Брюс стиснул зубы, услышав своё настоящее имя. Конечно, они всё о нём узнали. Талия резко протянула к нему руку и поманила пальцем. – Иди сюда, любовь моя. И мужчина пошёл, ощущая странный горький привкус во рту. Привкус разбитого доверия к ней. – Талия, что происходит? – холодно спросил он. Милая принцесса усмехнулась улыбкой злой ведьмы. Талия аль Гул властно сжала его предплечье. – Мы будем править вместе, Брюс. Я, дочь Головы Демона, и ты, самый сильный мужчина, рядом со мной. Все черты её лица исказились и стали совершенно незнакомыми Брюсу. Доброта обратилась в высокомерие, тепло в разъедающий яд, сострадание в маниакальную жадность силы и власти. Он отпрянул от неё, ошарашенный осознанием обмана. Да, она лицемерно притворялась перед ним, чтобы влюбить и привязать к себе. Но хуже всего было то, что Брюс сам позволил себе обмануться. Он настолько нуждался в ком-то рядом, в ком-то любящем, что даже самая блеклая свеча показалась ему ослепительным солнцем, что покинуло его. Его самообман зашёл слишком далеко. В конце концов, он хотел быть рыцарем только для одной принцессы. Упрямой, воинственной, вечно куда-то от него бегущей, но неизменно настоящей. Она могла скрывать свои чувства и мысли от него, но никогда не пыталась выдавать себя за другого человека или манипулировать им. А он, идиот, стал искать её подобие, подпуская его непозволительно близко к себе. – Тебе нужно только убить, Брюс, – Ра’с впился в него требовательным взглядом, – Это твоё последнее задание в качестве ученика. – Сделай это для меня, любовь моя, – зашептала Талия, сильнее стискивая его руку. Брюс чувствовал, как медленно задыхается в густом омуте. На помост вывели человека с мешком на голове, Талия, предвкушая зрелище, втиснула в руку Уэйна кинжал. И он крепко сжал его. – Я никогда не убью человека, – твёрдо произнёс он и метнул кинжал в один из высоких подсвечников. Загорелась штора, люди в шоке отпрянули. Но Брюс не забыл, что перед ним опытные наёмники, а потому действовать нужно было быстро. Оттолкнув что-то кричащую ему Талию, он ринулся к ближайшему окну. Мужчина действовал расчётливо и стремительно. Его побег увенчался успехом, если не считать пары глубоких ран. Но они зажили, оставив только шрамы.***
В подземной камере было сыро, и холодно. На стенах ярко горели факелы. Брюс выдохнул облачко пара, силясь собраться с мыслями, но чувствовал, что ядовитый токсин всё ещё расползается по венам. Необходимо было быстро что-нибудь придумать и действовать. В этот момент мрачный страж Готэма услышал лёгкие неспешные шаги в сторону своей камеры. «Кто бы это ни был, это может быть моим шансом на побег» Наконец, фигура вышла на свет. У Брюса на секунду спёрло дыхание. Неужели опять галлюцинация? – Ты проснулся… За столько лет ни разу не навестил… Знаешь, я ведь скучала, любовь моя, – Талия хохотнула, подошла ближе и присела на корточки прямо перед решёткой, – Нам столько нужно наверстать.
