Sleepwalking

Пламя расползалось по всему телу вверх, словно адская саранча, что вгрызалась в открытую плоть, жевала ее, пускала свой обжигающий, парализующий яд. Он до крови сжимал руки в кулаки, запуская в толстую кожу ладоней свои острые, как бритва когти, и они погружались, просачивалось, медленно, с хрустом. Нужно было исцелиться… чем быстрее, тем лучше, главное — исцелиться. Но исцеление не приходило, голова уже кружилась, погружаясь в агонию боли, в глазах потемнело, помутнел рассудок, ноги больше не держали его на месте, он падал, медленно падал в черную дыру смерти, пока… Пока не услышал чей-то заразительный юношеский смех… кто-то, словно раскатом грома среди белого дня, заливал своим весёлым хохотом все оставшееся пространство, что еще было нетронуто огнем и клубами черного дыма. Дерек зажмурил глаза, дабы получше разглядеть чужака помутневшим взглядом, его рука потянулась к лицу, дабы стереть с него усталость, вернуть силу, но только кровь, собственная кровь размазывалась по коже, просачивалась в нее горящим пленом огня. Тень… вдалеке образовалась только чья-то тень, широкоплечая, худощавая тень, что отбрасывалась на обугленных стенах непослушным ежиком густых волос. В груди все загорелось адским пламенем, жгучим пламенем, что не уступал в мощности настоящему, лижущему белые кости ног. Теперь наоборот, этот внутренний огонь горел ярче любого, что приходилось ранее встречать. Огонь ярости, ненависти, признания, отчаянья и невообразимого желания… убить… Смех оборвался так же быстро, как возник, резко, словно кто-то рубанул по ушам острым топором. А вместе со смехом исчезли и все остатки кислорода, как снаружи, так и внутри, в крови, в легких… повсюду. Дерек больше не мог терпеть, он должен был что-то сделать, он должен, наконец покончить со всем этим, уничтожить эту чертову тень, стереть ее с лица земли, дабы больше не приходилось вновь погружаться в этот Ад, в личное адское кольцо мучений. Он делает решительный шаг вперед и наступает тишина… Все вокруг в миг погасло. Пламя, словно послушный зверек, спряталось в норку, в свое место обитания, до следующего раза. Все пространство вокруг погрузилось во тьму. Стало как-то тесно и не уютно, словно не в своей коже, словно в космосе… в невесомости. Левая нога, что первой ступила вперед, сразу же потеряла точку опоры, потеряла твердую почву, словно повиснув в воздухе. Дерек инстинктивно раскинул руки в стороны, дабы вернуть себе равновесие, но с места больна не сдвинулся, замерев на одной ноге, словно птица перед полетом. В лицо дул приятный ветерок, на душе было спокойно как никогда прежде, и ничто вокруг не могло отвлечь от погружения в душевное равновесие. Затем и тело начало обдувать приятным холодком. Такого приятного ласкания ветра он давно не ощущал, ранее раз за разом погружаясь в пламя. Но понять, от куда этот ветер дул было сложно, как и то, куда Хейл мог попасть на этот раз в больных фантазиях своего разума. Глаза вновь зажмурились, в висках бешено барабанила кровь, что отдавалась металлическим привкусом страха на языке. За спиной что-то было. Он чувствовал, как это что-то прожигает его взглядом насквозь, как оно дышит ему в затылок, как оно практически касается своей рукой его плеча. Хотелось обернуться, хотелось посмотреть, что там, или отпрянуть в сторону, но страх закрался глубоко внутрь, под самою кожу и распространялся по всему телу со скоростью света, парализуя словно яд. Он не оборачивался, он надеялся, то, что позади оставит его в покое рано или поздно, но оставит. Он верил в то, что стоит перебороть себя, стоит только выстоять и оно уйдет. Дерек всеми фибрами своей души ощущал угрозу, исходящую совсем недалеко, из-за его спины. Но он, словно парализованный, ничего не мог поделать, будто и правда ошибочно попал не в то место и не в то время. — Когда дверь не дверь… — послышался тихий шелест старых листьев, он окутывал шею теплым влажным дыханием. — Когда дверь не дверь… Он мог бы закричать от испуга, он мог бы вздрогнуть всем телом или рвануть наутек, но ужас, стоящий в его костях и мышцах не позволил сдвинуться с места. Дерек уже задыхался от ужаса, он давился им, все еще ощущая то самое дыхание. «Это не мое, это чужое… чужой страх… чужой кошмар…» — отзывалось эхо глубоко в подсознании. Но этот чужой страх парализовал намного сильнее адского пламени, что день за днем, ночь за ночью, обнимало, затягивало в свои темные и жаркие объятья. Нужно было как-то избавиться от этого неприятного ощущения, нужно было как-то покончить с этим… осталось лишь сделать шаг. Ветерок приятно дул в лицо, на душе было… гадко, словно сердце залепило куском грязи, а душу изваляли в грязной луже, или еще хуже… Тьма начала медленно расползаться по углам, уступая место тусклому свечению луны над головой, что все еще пряталась за темными клубами облаков. Теперь он мог свободно дышать, полной грудью, почувствовать себя в относительной безопасности, даже если чёртово ощущение, что за спиной кто-то есть, не исчезало. Как только кислородное опьянение ушло, как только глаза вернули себе прежнюю ночную зоркость, Дерек с ужасом осознал, что видит пышные верхушки зеленых шапок деревьев у себя под ногами, что видит далеко внизу каменную дорожку, ведущую к чужому дому, к дому, на крыше которого он сейчас стоял, на одной ноге, готовясь прыгнуть в пустоту. «О боже…» — ужас вновь наполнял тело непонятным страхом. — Когда дверь не дверь?.. — резко разделся шелестящий голос за спиной и что-то сильно толкнуло его вниз, на дорожку возле гаража, где еще недавно была припаркована чья-то машина…