ID работы: 5249814

Король-дракон и Ванадис.

Гет
R
Заморожен
1545
Размер:
168 страниц, 10 частей
Описание:
Посвящение:
Примечания:
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Поделиться:
Награды от читателей:
1545 Нравится 898 Отзывы 613 В сборник Скачать

Глава VII

Настройки текста

Не может жизнь по нашей воле течь. Мы, может статься, лучшего хотим, Но ход событий не предвосхитим.

Уильям Шекспир "Гамлет, принц датцкий."

Столица Дзктеда ожидаемо была большим и оживлённым городом. Даже слишком оживлённым - на узких улочках сливались воедино крики торговцев, кабацкий гогот, ржание лошадей, цокот подков по мостовой и мириад прочих звуков, выделить из которых хоть что-то внятное было решительно невозможно. Силезия. Один из крупнейших городов этого мира и место, где по воле монарха окончательно решится моя судьба. Я улавливал в этом некоторую иронию - пережить семь смертей лишь затем, чтобы самому шагнуть в объятия восьмой. ...Я немного утрирую, конечно, но если подумать, то в последнее время моей новой жизни опасность и в самом деле стала угрожать уж больно часто. Уже трижды я оставался жив лишь благодаря слепой удаче. Постойте, а последний случай можно считать за божественное вмешательство? Вопрос, на самом деле, вовсе не тривиальный. Как бы то ни было, но до сих пор события развивались поразительно благополучно, что давало мне самую малость иррациональный повод надеяться на лучшее. Сражение при Юнавире закончилось сокрушительным поражением сил герцога Тенардье. Никто не считал убитых поголовно - вернее, я отбыл до того, как мне доложили - но речь идёт по крайней мере о полутора тысячах убитых, раненых и захваченных в плен. Колоссальная цифра, в которой виновен мой план - расчленённый на неравные части противник был зажат в тиски и в буквальном смысле сброшен в реку. Ну, лучше они, чем мы. Наши потери... среди моих Эльзасцев - семеро. Вроде бы ничтожно мало, но не скажу, чтобы мне было приятно стоять на их похоронах. Потери среди людей Элеоноры были, вполне понятно, куда более серьёзными относительно моих, но всё ещё ничтожными относительно размаха достигнутой победы. Я спрашивал - семьдесят четыре убитыми и сто сорок восемь ранеными, из которых не меньше трети - тяжело. Короче, в задницу всё это. Навоевался. Теперь о приятном. Оба дракона мертвы, причём половина Эльзаса уже уверена, что их граф бился с тварью один на один и, видя, что честная сталь не берёт чешую зверя, отважно запрыгнул чудовищу в пасть пронзив тому нёбо мечом. Что ж, кто я такой, чтобы их переубеждать? Второй дракон пал от руки Ванадис - судя по дошедшему до меня пересказу, она убила ту каким-то колдовством, призвав с небес ураган. Жаль, я этого не видел. Разочаровала и убившаяся об меня крылатая тварь, из которой я по началу хотел сделать себе чучело. Чешуя оказалась настолько прочной, что все инструменты были практически бесполезны, оставляя после себя только неглубокие царапины. Кто-то предложил мне попробовать жечь тушу, пока не останутся только кости и чешуйки, но дракон горел настолько плохо, распространяя столь ужасный смрад, что я не выдержал и плюнул на это дело, велев просто закопать останки поглубже. Зато я смог от души насладится видом трофеев, ставших отрадой для глаз, видевших в тот день слишком много вещей, что я предпочёл бы не видеть никогда. К моему сожалению, войсковую казну Эллен оставила себе, как и немногочисленных знатных пленников, но да у меня в любом случае не было возможности содержать их. Хорошо, хоть на месте не казнила - это было бы расточительно, не говоря уже о уготованной мне по в таком случае сомнительной репутации. И так теперь думать, что делать с простой солдатнёй. Возвращать врагу глупо, кормить за свой счёт жалко, а взять и поголовно казнить рука не поднимается. Зато, хотя большая часть лошадей противника была либо убита, либо разбежалась, но из тех, кого удалось поймать, я сумел отбить себе приличный кусок. Наконец-то у меня появятся графские конюшни! ...Ну, или продам вместе с целой грудой трофейного оружия и доспехов. Некоторые проблемы доставляли разве что многочисленные дезертиры из тех, что сумели переплыть реку или оставались вместе с обозом и имели достаточно времени, чтобы оценить ситуацию и заблаговременно дать дёру. Ну да ладно - даже уйди они от погони, беглецы либо покинут графство, либо сгинут в диких лесах Эльзаса. Итак, мёртвых похоронили, добычу поделили и тут встал закономерный вопрос: "А дальше-то что?" Чуть ли не первым делом я направился прямиком к городскому жрецу и под предлогом переосмысления жизненных ценностей на фоне чудесного спасения допросил того на тему местного пантеона, с которым до сих пор был знаком достаточно бегло. Интересовали меня, по вполне понятным причинам, богини. Вот тогда-то я и услышал новое для себя имя - Тир На Фал, примечательное уже тем, насколько оно выбивается из общего ряда божеств откровенно славянского толка. Богиня ночи, тьмы и смерти, не имеющая устоявшегося культа. Жена или сестра Перуна, а также - его враг. В общем, создавалось впечатление, что речь идёт о богине не то пришедшей со стороны, не то просто более древней, нежели нынешний пантеон, в который её пытались интегрировать. Естественно это относится к фольклорному персонажу и я понятия не имею, принадлежал ли тот голос богине. Тем более - той самой богине. Как вариант - я просто бредил... но долгожданного быка жрецу на заклание всё же отдал. Мало ли. - Волнуешься? Вопрос застал меня врасплох. - Как сказать. Не то, чтобы особо, но не каждый день у тебя состоится аудиенция с королём. - Ну и зря, - бросила Элеонора, - Всё равно нас сегодня не примут. Скорее всего встреча состоится завтра или послезавтра, если Его Величество пожелает лучше ознакомится с ситуацией. - Но не позже? - Едва ли. Дело у нас слишком важное, чтобы с ним тянуть. В общем, Тигре, - повернулась онако мне лицом, - Можешь особо не переживать. У нас будет время осмотреться, да и не станет король рубить с плеча. - Знаю. Иначе чёрта с два я бы оставил Эльзас. - И я совсем не удивлена. Очень в твоём стиле, - кивнула девушка, - Но на самом деле, Тигре, я не могу гарантировать королевской благосклонности. Только то, что Его Величество Виктор почти наверняка воздержится от решительных мер и займёт выжидающую позицию. Я кивнул. На самом деле своими действиями мы подложили правителю Дзктеда изрядную такую свинью. Он не может просто взять и объявить действия Эллен незаконными, поскольку подобный ход не только создаст неприятный по отношению ко всем Ванадис прецедент и рискует пошатнуть баланс сил, но и вызовет недовольство существенной части того самого дворянства, которое он Ванадис противопоставляет. В конце концов, далеко не всем по душе пассивная политика короля и в эпоху, когда могущество державы измерялось в первую очередь площадью подконтрольных территорий, добровольный возврат буквально просящегося в руки графства мог быть воспринят как слабость или даже трусость. Есть и вторая причина. И заключается она в простом вопросе: "Возвращать кому?" Если наш король - в смысля, король Брюна - не принимает даже собственных вассалов, едва ли он снизойдёт до послов иного государства. Не говоря уже о том, что старина Фарон, вероятно, уже некоторое время "не у дел." Значит, договариваться придётся с кем-то из мятежников, но уже сами по себе подобные переговоры могут быть восприняты как поддержка той или иной стороны. Добавим ещё одну сложность - между Ганелоном и Тенардье, кто победит? Смотря на ситуацию объективно, за герцогом Тенардье стоит внушительная репутация и он популярен в рыцарский кругах как жесткий, но решительный воин и военачальник, в то время как фигура Ганелона куда менее однозначна. Когда дело дойдёт до войны, то шансы первого со стороны выглядят несколько лучше, нежели второго, даже если у Тенардье больше не осталось этих проклятых драконов. Конечно, Ганелон мог бы попытаться выиграть побольше времени для усиления своих позиций в столице и центральной части страны и на вербовку наёмников, но разве Тенардье даст ему эту возможность? Вот тут и всплывает проблема - с точки зрения соседей, включая Дзктед, было бы весьма нежелательно видеть на троне Брюна правителя, известного своими милитаристскими и откровенно агрессивными взглядами, которые просто обречены перенестись на проводимую им внешнюю политику. Проще говоря - как следует поразмыслив над проблемой и разложив по полочкам имеющиеся факты я пришел к выводу, что в ближайшее время моя голова всё же останется на плечах. Между тем, пробравшись через людную площадь, мы добрались до пункта назначения - королевского дворца. И зрелище, надо сказать впечатляло. Центральную часть комплекса занимал, конечно же, старинный замок, который очевидно не единожды расширялся и достраивался, постепенно превращаясь из монументального оборонительного сооружения в символ власти, величия и богатства короны. Тем не менее, высокие башни по-прежнему смотрели наружу узкими бойницами, а подступ к главному зданию преграждала стена, не преодолев которую невозможно было приступить к штурму самого замка. - Госпожа Элеонора Вилтария, - сразу же узнали её гвардейцы, что, право же, неудивительно, хотя наша небольшая компания и путешествовала без знамени, - Позвольте увидеть Ваш Виральт. Виральт. Драконий клинок. Сверхъестественное оружие, которым обладает каждая Ванадис, и которое, как я слышал, само Ванадис и выбирает, хотя я понятия не имею, как именно это работает на практике. В любом случае, для Дзктеда эти клинки былы намного большим, чем просто магическими артефактами - они были символом. Нет Виральта - нет и Ванадис. Эллен обнажила Арифал и я сразу почувствовал дуновение лёгкого ветерка, взявшегося буквально из ниоткуда, словно меч радовался мимолётной свободе. Мои мысли украдкой скользнули к Черному луку, который по-прежнему не подавал никаких признаков "жизни," к добру или худу. - Кто ещё из Ванадис присутствует? - Госпожа Людмила Лурье и госпожа София Обертас, - с коротким поклоном ответил караульный. Вот как? Знать бы ещё, хорошо это или плохо, тем более, что про вторую я не знаю ничего совершенно, а по взявшей официальный тон Эллен нельзя было судить наверняка. Дальше нам пришлось разделится - у Элеоноры, как у Ванадис Лейтмерица, были собственные покои, в то время как мне, знатному гостю, выделили гостевую комнату. Разместили и полудюжину человек сопровождения, среди которых был и Батран. Правда, в казарме, но всё лучше, чем на улице, поскольку найти постой в оживлённом городе без нужных знакомств могло быть не так уж и просто. Ближе к вечеру мне сообщили, что король примет нас уже завтрашним днём.

***

Недовольно сопя, я поправил свой лучший (и единственный) камзол, проверил пояс на раздражающе облегающих ноги бриджах, для верности провёл руками по тщательно вычесанным волосам. Невозможность заглянуть в зеркало не позволяла убедится в качестве всего этого безобразия, в которое при других обстоятельствах я предпочёл бы не рядится по возможности никогда, но как раз сейчас необходимость соблюсти некоторый "дрес-код" имела место быть. - Немного поздно прилизываться, Тигре, - шепотом заметила Эллеонора, когда мы встали в самом конце выложенного мрамором коридора. - Ничего, - тихо пробормотал в ответ я, - Мне нужно произвести впечатление на короля, а эти мордовороты пускай смотрят. Под "мордоворотами" имелся в виду караул из закованной в латы стражи, исполняющий свою декоративную функцию не хуже знаменитых Букингемских гвардейцев. Как и я, Эллен была одета непривычно торжественно и её бело-синее платье просто восхитительно сочеталось с заплетёнными в хитрую причёску волосами, а от обнаженных плеч мне пришлось вполне осознанно отвести взгляд. Уже далеко не в первый раз я замечаю несколько она красива и от этого понимания только злее на душе. Я, в конце концов, не железный, но... как-то не сложилось. Городскими девками я не то, чтобы прямо так брезговал, но и желания проявить инициативу особо не возникало, да и не до того было, опять же. Рядом, правда, постоянно вилась Тита, но на девочку у меня просто рука не подымалась. Я отдавал себе отчёт, во всяком случае достаточно, чтобы не лгать самому себе. Естественно, мне нравилась Элеонора. Даже если я всё ещё немного опасался её как человека, от, по большему счёту, капризов которой зависела моя жизнь. А ещё я знал, что мне хватит самообладания засунуть свои гормоны куда подальше, поскольку иначе и наши отношения, и вся ситуация в целом сильно усложнятся. Возможно, потом. Как-нибудь. Если доживу.

***

- Ванадис Лейтмерица, Элеонора Вилтария! Граф Эльзаса, Тигревурмуд Ворн! Представили нас пусть и торжественно, но сухо и кратко, по существу. Не знаю, было это нормой или по разным случаям существовали разные правила, да и не важно. Ступая по самой настоящей ковровой дорожке, я, вслед за Эллен, размеренным шагом ступал к ступеням трона, изо всех сил стараясь не обращать внимания на взгляды придворных, да и просто не пялится по сторонам на витражи. Честно говоря, я надеялся, что встреча будет проходить в менее... публичном формате, но, видимо, король Виктор уже всё для себя решил и мы шли больше выслушивать его решение, нежели принимать участие в формировании оного. Что ж, уже то, что меня приняли и титуловали графом внушает определённую надежду. Примерно в десятке шагов от подножия трона Эллен остановилась и медленно опустилась на одно колено и я, немного позади, последовал её примеру. - До Нас дошли слухи, - сухо проговорил правитель Дзктеда, - Что ты, Наша Ванадис, самовольно пересекла границу с королевством Брюн и заняла соседнее графство Эльзас. Это так? - Ваше Величество правы, - с совершенно не свойственной ей кротостью ответила девушка. - Осознаёшь ли ты, насколько непозволителен твой поступок? - Осознаю, Ваше Величество. - Тогда объяснись. Можешь поднять голову. Ты тоже, граф Ворн. Король Виктор был ещё не слишком стар, лет шестьдесят, но выглядел он для своих лет откровенно паршиво. Пусть король был высок, а его осанка пряма, но сухощавое телосложение, невыразительные глаза и впалые щёки производили своеобразное впечатление, словно он может в любой момент рассыпаться прахом, причём впечатление это только подчёркивалось частыми нитями седины в ухоженных волосах и бородке. - Как Ваше Величество справедливо заметили, я действительно разместила в графстве войско, но сделано это было по непосредственно просьбе законного графа Эльзаса, Тигревурмуда Ворна, в обмен на защиту преклонившего предо мной колено. По залу прокатилась волна приглушенного гула неопределённого тона и содержания. Для многих из присутствующих это стало новостью. - Да. Мы слышали, граф был взят тобою в плен в недавнем сражении. И как же так вышло, что положив конец одной войне, ты решила начать ещё одну? Кто дал тебе такое право? - У меня не было и нет намерения начинать войну с Брюном. Я остаюсь верной Ванадис Вашего Величества, и всего лишь действовала в защиту интересов своего вассала. - Вассала короля Брюна, ты хотела сказать. Что позволило тебе считать, что ты можешь принять клятву лорда, уже бывшего вассалом иного владыки, не спросив Нашей на то воли? - Мне хорошо известно, - как по писанному ответила Эллен, - Что в плену граф Ворн писал королю Брюна Фарону с просьбой внести за него справедливый выкуп, поскольку он был взят в плен выполняя королевскую волю, однако просьба эта не только не была удовлетворена, но полностью проигнорирована. Более того, воспользовавшись царящей в королевстве смутой, герцог Неметоценны Феликс Тенардье, не имея на то каких бы то ни было оснований и не предоставив никаких объяснений, направил в сторону Эльзаса свою армию с приказом установить контроль над всем пограничным регионом. Самое замечательное - всё это чистая правда. Идея кидаться камнями в Тенардье принадлежала мне самому, а то уж больно удобную мишень он из себе представлял, чтобы не сделать его козлом отпущения. - Не смотря на открытый мятеж, король Фарон продолжал хранить молчание, - без запинки продолжала идти по плану Элеонора, - И потому, когда брошенный собственным сюзереном на произвол судьбы граф Эльзаса обратился ко мне за помощью, я сочла это благовидным поводом положить конец опасным манёврам у наших границ. Действовать следовало незамедлительно и мне пришлось взять на себя дерзость принять решение самостоятельно. Я могу лишь молить Ваше Величество о снисхождении. - То есть ты утверждаешь, что действовала в Наших интересах? - Всё так же невыразительно спросил король. - Я Ваша верная Ванадис, Ваше Величество. Происходящее постепенно начинало напоминать мне фарс, в котором король Виктор изображал из себя гневного владыку, а Эллен - покорную слугу, причём оба при этом фальшивили. - И тебя не беспокоит перспектива войны, отныне нависшая надо всем Дзкдедом? - Я не думаю, что мои действия создали новых врагов для королевства. Лицо Виктора исказилось в странной гримасе между усмешкой и раздраженным прищуром. Он словно одновременно и признавал справедливость прозвучавших слов и был недоволен тем, как прямо они были сказаны. Наконец, он вздохнул: "Очень хорошо. Граф Эльзаса Тигревурмуд Ворн." Я непроизвольно напряглся. - Наша Ванадис оказала тебе покровительство, но её вассал - это Наш вассал, а права решать, кто есть Наш вассал, а кто нет, у Элеоноры Вилтарии не имеется. Так ответь же, почему Мы должны принять лорда, однажды уже изменившего своим клятвам? - Ваше Величество, я не предавал короля Фарона. Напротив, я отклонил предложение присоединится к мятежу и до последнего надеялся на помощь из Ниццы. Но король остался глух к моим мольбам и не сделал ничего, чтобы остановить возмутительные действия герцога Тенардье. Многие поколения моих предков верно служили королям Брюна и именно потому я не мог позволить этому предателю делать, что вздумается. Я убеждён, что лучше вверенное мне графство отойдёт в руки мудрого правителя, нежели достанется предателю Короны и послужит его подлым замыслам. - И всё же ты изменил клятве, - не повёлся на неуклюжую лесть правитель Дзктеда. Я неуютно повёл плечом: "Строго говоря, Ваше Величество, я никогда не приносил королю Фарону клятвы лично." - Хм? - приподнял брови Виктор. - Ваше Величество, я принял титул графа Эльзаса не так давно и до сих пор не имел возможности предстать пред монархом. Забавный, кстати, казус. Понятное дело, что подтверждение оммажа - жест почти всегда исключительно формальный, но королю я действительно ни в чём не клялся, что, чисто теоретически, не позволяет мне вступать в наследство. Фактически, впрочем, на подобные мелочи зачастую закрывают глаза, поскольку и лишать права наследования без веского повода тоже как-то не принято, а каких-либо конкретных сроков для такого рода вещей не предусмотрено. - И чего же ты хочешь, молодой граф? Что тобой движет? - Передать Эльзас своему сыну так же, как я получил его от моего отца, а он - от своего, - выдал я нейтральный и предельно понятный, лишенный ненужного пафоса ответ, в тайне надеясь, что обстоятельства сего гипотетического события будут несколько иными, нежели в моём случае. Король молчал. На самом деле, думаю, я понимаю этого человека. В некотором роде мы были похожи. Виктор плевать хотел на все эти пляски с бубном вокруг престола Брюна, не имел никакого желания ввязываться в не несущий явных перспектив конфликт, и вообще в гробу видел одну беспокойную Ванадис, которая не даёт ему дожить оставшиеся годы в покое и стабильности. Да, я его прекрасно понимаю. К сожалению, как и у меня, у него нет адекватного выбора и из двух зол он скорее выберет меньшее. Наконец, испустив обречённый (если дать волю воображению, разумеется) вздох, Его Величество чинно кивнул. - Да будет так. Поскольку король Брюна Фарон Солей Рауль Блаинвилль де Чарльз не способен обеспечить мир между своими вассалами, тем самым подвергая опасности границы Нашего государства; поскольку Мы видим братоубийственную войну в Брюне неизбежной и опасаемся беспорядков и смуты; поскольку больше нет никаких гарантий соблюдения Брюном заключенных пред ликом богов договоров о мире и торговле; поскольку под угрозой оказываются Наши верноподданные, Мы оставляем за Нами право принять любые меры для защиты Наших пограничных владений. Граф Ворн! Поднимись. - Да, Ваше Величество. От непривычной позы ноги затекли, а сердце в волнительном предвосхищении тяжело билось в груди, но при этом голова моя была на удивление ясна. - Мы признаём, что твой сюзерен пренебрёг своими обязанностями, допустив причинение тебе несправедливой обиды. Ну, на самом деле формально у моего сюзерена нет по отношению ко мне никаких обязанностей, только у меня - по отношению к нему, но я же не дурак спорить. - Мы так же признаём, что Наша Ванадис, Элеонора Вилтария, действовала исходя из Наших интеоресов. Однако! - Вдруг поднял ноту король, - Нашим Ванадис не должно самовольно решать вопросы требующие королевского внимания и без Нашей на то воли присоединять к своим провинциям сопредельные территории. Таким образом, Мы объявляем, что отныне графство Эльзас находится под Нашей защитой. Мы подтверждаем права графа Тигревурмуда Ворна на эти земли, а так же его титул и все надлежащие человеку его положения привилегии. Далеко не идеально, но могло быть куда хуже. Лично меня очень заинтересовали слова про "защиту." То есть выходит, что он просто "защищает" графство, но не владеет им. Не владеет им, выходит, и Эллен. Спрашивается, а чьё тогда графство? А моё. То есть, если что-либо пойдёт не так, то Виктор всегда может улыбнуться и сказать, что, мол, Эльзас больше в защите не нуждается. Ну а граф... а что граф? У графа даже наследника нету. С другой стороны, сложись ситуация благоприятно, куда этот самый граф от короля Дзктеда денется? Просил о защите? Просил. Вот то-то и оно. Никуда тогда Эльзас от него не денется. - Тебе есть, что сказать, граф Ворн? - ...Премного благодарен Вашему Королевскому Величеству за проявленное великодушие. На большее меня не хватило.

***

Выйдя из зала в коридор я замер и зажмурился, сильно, до боли, и резко распахнул веки. Затем с шумом втянул в себя воздух и со свистом выдохнул. - Фу-ух. Рядом обрывисто хихикнула Эллен, хотя этот её жест показался мне несколько вымученным, лишенным обычной живости и лоска. Тем не менее, по сравнению со мной девушка явно куда проще справлялась с напряжением. Хотя, полагаю, она с самого начала волновалась куда как меньше одного определённого графа, совершенно неопытного в делах придворных. - Неплохо справился, Тигре. Я и не думала, что всё пройдёт настолько гладко. Король к тебе расположен. - Как будто в этом есть много хорошего, - буркнул я. - Кто знает, - пожала она плечиками, - Между королевским гневом и королевской милостью второе обычно всё же предпочтительнее. Я не сомневалась, что он поостережётся вдаваться в крайности, но была действительно уверена, что мы загубим куда больше времени, пока не выжмем из него приемлемый для нас вариант. Думаю, ты произвёл на Его Величество определённое впечатление. - Это комплимент? - Комплимент? - То есть, это хорошо или плохо? - Сказала же - кто знает. Время покажет. Я тебя в любом случае так просто не оставлю. Должен же кто-то осуществить ту самую "королевскую защиту." - Его Величество ничего такого не говорил, - приподнялись мои брови. - Он ничего и не запрещал и не отрицал. В этом наш король, - вздохнула она. - Не хочет играть по-крупному, но и не запрещает помогать мне. Выходит, любой исход если и не придётся ему на руку, то во всяком случае не выйдет боком, а? Эллен ничего не ответила и высказанная ирония так бесцельно и повисла в воздухе. Правитель, что не отказывается от выгоды, но при этом не желает ни идти на риск, ни возлагать на свои плечи лишнюю ответственность. Он не гнушается использовать Ванадис, но при этом опасается потерять над ними остатки контроля. Быть может, этот человек и был неплохим администратором, но едва ли он был хорошим лидером. Делает это Виктора плохим королём? Да кто его знает, на самом деле. Не собираюсь я его судить. Устав от неловкого молчания, я спросил: "Что теперь? Мы ещё задержимся в городе?" - У меня нет никаких дел в Силезии, - повела она плечами, - Но я хотела бы успеть встретится с Софи. - Софией Обертас? Вы в хороших отношениях? - Припомнилось мне имя ещё одной Ванадис. Кажется, она должна была быть на приёме, но тогда я был слишком взволнован, чтобы глазеть по сторонам. К слову, Людмила, Ванадис, передавшая мне предложение Тенардье, тоже должна сейчас быть во дворце. - Да, - мягко улыбнулась Элеонора, - Уверена, Софи подскажет нам что-нибудь стоящее. Она хорошо разбирается в политике и всём таком подобным. Она уже должна ждать нас. Вот как? Что ж, хорошие новости, я полагаю. Вскоре мы вышли на открытый воздух, где почти под самой сенью крепостных стен располагался небольшой сад с фонтаном и мраморной беседкой. - Так ты всё же решила задержаться, Эллен, - поприветствовала нас девушка лет двадцати в нарядном, если только несколько на мой вкус излишне откровенном зелёном платье. Богато украшенный посох в её руках весьма однозначно выдавал её личность, - Зная, как тебе не нравится во дворце, я уж было подумала, что ты не утерпела. - Спасибо тебе, Софи, - подтвердила Элеонора мою догадку, - Ты нас здорово выручишь. - Рада возможности познакомится с Вами, господин Тигревурмуд. Я одна из Ванадис, София Обертас, но Вы можете обращаться ко мне просто Софи. - ...Граф Тигревурмуд Ворн. К Вашим услугам, Ваше Сиятельство. - Выдавил я в ответ на приятную улыбку златовласой Ванадис, - И не нужно формальностей. - Тогда мне хотелось бы поблагодарить тебя за то, что приглядываешь за Эллен. Я пришла на сегодняшний приём готовая вмешаться при необходимости, но всё завершилось на удивление благополучно. - С-софи! - Не желаете ли фруктового сока? Я попросила принести немного с кухни. Действительно, на столике стояло несколько бокалов и стеклянный графин стоивший, вероятно, намного больше собственного веса золотом. От его содержимого я, впрочем, отказался, вместо этого подхватив из стоящей тут же вазы яблоко, да и то больше для вида. - Я слышала, что случилось с сыном герцога Тенардье, - взяла София бокал, - Боюсь, он будет искать мести против вас обоих и найдёт для этого немало союзников, причём не только внутри Брюна. Эллен нахмурилась: "Хочешь сказать, у него есть сторонники и при дворе короля Виктора?" - Многие выиграют от его победы и многим создаст проблемы его поражение. Герцог Тенардье, нет, правильнее будет сказать, вся его династия имеет прочные торговые и даже династические связи в Дзктеде. В первую очередь - в Ольмюце. Какой бы не была будущая политика Тенардье, но прямо сейчас его победа для множества влиятельных людей означает стабильность, а его поражение - хаос и неопределённость. То же самое можно сказать и о Ганелоне, но нас сейчас волнует не он. - Из-за Людмилы, да? - Ещё сильнее сдвинула брови Эллен. - Верно, - кивнула София, внимательно смотря на нас обоих, - Я слышала кое-что про этого человека и не думаю, что Людмиле он нравится, но её семья много десятилетий была близка с Тенардье. - Так вот почему она снизошла до того, чтобы лично доставить Тигре письмо герцога. - Не стоит считать, будто Людмила бегает у него на побегушках, - покачала головой старшая Ванадис, - Но она вполне может согласится оказать герцогу несколько услуг за торговые преференции или во имя сохранения хороших отношений. Если Тенардье добьётся своего и станет королём, то любые вложения наверняка окупятся. Она может стать для тебя, для вас обоих, очень опасным врагом. - Но Его Величество обещал мне защиту, - вмешался я. София только повела головой, отчего грива её волос качнулась из стороны в сторону: "Безусловно, Людмила не станет действовать непосредственно против тебя, граф, но эта девочка сможет найти иные способы. К тому же", - перевела она взгляд на Эллен, - "Когда дело касается конфликтов между Ванадис, Его Величество..." - Предпочитает не вмешиваться, - прикусив в раздражении губу закончила за Софией Элеонора. Вот же блин! Действительно, нехорошо получается. Не слишком приятно признавать, но без помощи Эллен мои собственные ресурсы ничтожны. Поможет ли мне Массас, не смотря ни на что? Кто-либо из моих соседей? Можно нанять наёмников, но как сдержать их в узде, даже если я и наскребу достаточно средств? Помимо этого остаётся только (предположительно) благосклонная ко мне богиня и волшебный лук, которым я до сих пор понятия не имею как пользоваться. - Тогда, Софи... - Конечно, Эллен, - продолжала улыбаться та, - Я соберу информацию о всех возможных сторонниках герцога Тенардье, но, - посерьёзнела девушка, - Больше ничем помочь я тебе не смогу. Что бы не произошло, я не намерена вмешиваться, ладно? - Да, только вот ещё. Ты можешь разузнать, откуда у Тенардье взялись драконы? - Драконы? - Впервые выражение лица Софии дрогнуло, - Ты уверена, Эллен? - Я сама сразила Земляного Арифалом, - кивнула она, - А Тигре убил Виверну. - Но как? - Широко распахнулись на меня зелёные глаза девушки. - Тварь мною, кхм, подавилась. - Подавилась? - Тигре скромничает! - С лисьей ухмылкой вклинилась Эллен, сверкая глазами-рубинами. - На самом деле, видя, что честная сталь не в силах пробить чешую дракона, он самоотверженно прыгнул чудищу в пасть и ударил своим мечом в незащищённое нёбо! София в изумлении прикрыла рот ладошкой. Я обречённо склонился над столешницей и устало зажмурился: "Да. Можно сказать и так." - Ладно, Софи! - Привстала Элеонора, явно довольная произведённым эффектом, - Хочешь поиграть с Луни? - Он с тобой?! - Просияла та. - Ага, никак не мог успокоится, пока не взяли его вместе с нами. Ну так что? - Конечно! - Тигре? - Я тебя потом найду. Чувствую, я буду там лишним. До сих пор не пойму, чего эта рептилия так ко мне привязалась? А главное - с чего это мы считаемся с капризами домашней зверушки? ...Даже если однажды он и вымахает до размеров взрослого дракона. Я остался в беседке один, наслаждаясь приятной, спокойной тишиной и с ностальгией вспоминая Эльзас и прошлые пару лет, когда самыми насущными из стоящих предо мной вопросов были "существую ли я" и "быть или не быль", а затем "что бы сожрать сегодня на ужин." Надеюсь, эта Обертас действительно на нашей стороне и сможет помочь хоть чем-нибудь, хотя бы информацией. Лишним уж точно не будет. Кстати, интересно, как там Тита? Не смотря на жаркие протесты, мною было принято волевое решение оставить девочку в графстве, обосновав это необходимость оставить надёжного человека "на хозяйстве." Отчасти это было правдой, поскольку Батрана я забирал с собой и, вернись старик Массас или ещё кто в Эльзас и застань они там знамя Дзктеда над моей резиденцией, да Лимлишу в придачу, так проблемы были бы обеспечены. Титу же знают достаточно хорошо, чтобы поверить ей на слово. К тому же, она приходится внучкой нашему жрецу и сама вроде как должна была стать жрицей, но эту историю в подробностях я не знаю. В общем, некоторый авторитет, подкреплённый оставленным мною письмом, а главное - моим доверием, у девочки был. Но основной причиной оставить её дома была банальная жалость. Наш небольшой отряд собирался в путешествие ставя в приоритет скорость, а не комфорт, и я совершенно точно не желал на долю Титы всех тех дорожных невзгод, к которым сам уже начинал постепенно (и против собственной воли) привыкать. - Признаться, не думала встретить Вас вновь, граф Ворн. Тем более, при подобных обстоятельствах. Смутно знакомый голос едва не заставил меня вздрогнуть, вырывая из глубокой задумчивости, но, видимо, я и самом деле начиная привыкать к подобным вещам, поскольку появление предо мной Людмилы Лурье было воспринято как нечто практически ожидаемое. Вполне возможно, ещё один смертельно опасный противник. Вежливо поднявшись, я коротко поклонился: "Госпожа Ванадис." Всё те же невозможно-голубые волосы и пронзительные синие глаза, разве что её платье имело несколько более нарядный и формальный вид, чем то, которое я видел во время нашей короткой встречи в Лейтмерице. - Я искала встречи с Ванадис Вилтарией, но будет даже лучше, если мы с Вами сможем поговорить без свидетелей и прочих... помех. Против воли я покосился на её Орудие Дракона в виде копья с ледяным навершием. У меня не было причин сомневаться ни в магических свойствах этой штуки, ни в умении Ванадис им пользоваться. Если Людмила мой взгляд и заметила, то предпочла не подавать вида. - Очень хорошо. Сок? - Вспомнил я про всё ещё наполовину полный кувшин. - Нет, благодарю. Вы позволите? - Кивнула она на место напротив и, не дожидаясь формального согласия с моей стороны, опустилась на скамью. - К тому же, Вы и сами не самый большой поклонник этого напитка, не так ли? - И что же меня выдало? Сок я не то, что не любил, но испытывал некоторые граничащие с паранойей сомнения относительно соблюдение его производителями санитарных норм. К чёрту, с вином как-то спокойнее. - Три бокала, - ровным голосом подметила она очевидное, - И только один чистый. Элеонора была здесь вместе с Софией Обертас, не так ли? Это она особенно любит яблочный сок. Мне оставалось лишь смущённо прокашлять в кулак. - Вы знаете, в иной раз я бы с радостью предложила бы Вам чашечку чая, но я готовилась к королевскому приёму, а не задушевным разговорам, так что придётся обойтись без него. ...То есть, обычно чай всегда при ней? Стоп. - Чай? - Вы ценитель? - Проявила интерес Людмила. - В некотором роде, но в моих краях трудно найти импорт, а в Ницце я бываю нечасто. На самом деле никогда, да и про существование в этом мире чая я узнал только что от неё самой, но не суть. - Понимаю, - кивнула синеглазая Ванадис, - К сожалению, даже мне приходиться выписывать чай у крупных купеческих домов в столице, но в целом в Дзктеде этот напиток достаточно известен. Если бы я знала, что найду у Вас понимание, то непременно захватила бы что-нибудь из своей коллекции. - И сколько, если не секрет, стоит, скажем, пуд этого удовольствия? - Зависит от сорта. Если Вы не особо привередливы, то сорок копеек. Сорок копейных монет. Не сказать, что нереально дорого, как за шестнадцать килограмм, но ведь речь идёт об обычном чае... - ...Да, жаль, что не захватили. Уголки губ Людмилы самую малость приподнялись, показывая, что она оценила неловкую шутку. - Чай везут из далека, да и налогом он облагается особенно. Но хватит о постороннем. Как бы мне не хотелось продолжить обмен любезностями, обстоятельства диктуют обратное, граф. Кажется, в нашу прочую встречу я сказала, что Ваше упрямство Вас же и погубит. Я уже и не помню содержание той беседы дословно, но смысл был примерно такой, да. - Признаться, я и не представляла, что Элеонора зайдёт настолько далеко ради Вас, граф Ворн. Мне стало любопытно, что же в Вас такого особенного? - И что же? - Не знаю, - резко отрубила она. - Возможно, Вы и производите не самое худшее впечатление, но это ни в коем случае не оправдывает её безрассудных решений. То же я могу сказать и о Вас. Вы думаете, своими действиями Вы защищаете своих людей? Выполняете свой долг? Это благородная цель, граф, но только если у Вас были бы шансы на успех. В противном случае, это не благородство - это глупость. -...Не сочтите за дерзость, но Вы высказывали сомнения на счёт моих шансов и раньше. - И была не права, признаю, - холодным тоном согласилась она, - Но на вашем месте я бы не рассчитывала на слова Его Величества слишком сильно. Он мудрый правитель и будет в первую очередь смотреть на выгоду государства. Или, быть может, Вы надеитесь и дальше прятаться за Ванадис Элеонорой? - Вы хотите сказать, что не позволите этому случится? - Прямо спросил я. - Именно. Не позволю, поскольку это не в моих интересах, - прозвучал столь же открытый ответ. - Я не думаю, что у Вас получится победить герцога Тенардье, граф. Вы и сами должны это понимать. Но мне хотелось бы спросить ещё раз, оглядываясь назад - оно того стоило? Вы жалеете, что не приняли его предложения, когда ещё могли? Её взгляд был необыкновенно тяжел и строг, как будто и не было ещё минуты назад непринуждённого разговора о мелочах жизни. Я чувствовал себя, словно на меня направили метафизический клинок, неуютно и небезопасно... и внезапно я понял, почему. Она была полностью, на все сто процентов уверенна в собственной правоте. Вот почему она смотрела на меня с таким высокомерием - как на деревенщину, не способного отличить реальную жизнь от куртуазного романа. Задумавшись над ответом я провёл пальцами по вспотевшему на жаркой погоде лбу, подбирая правильные слова, пока не плюнул на это дело и не решил ответить более-менее честно. Я ведь не политик, вот ведь незадача. Я просто неудавшийся гуманитарий, не всегда способный с ходу вспомнить дату начала Второй Мировой. - Возможно Вы и правы, - пожал я плечами. - Возможно, мне и следовало поступить по уму и согласится на сделку с герцогом. И тогда, кто знает? Если бы я лизал сапоги его сынишки достаточно усердно, то мог бы даже получить награду после победы. Земли, возможно даже новый титул. Вот только... - перевёл я дыхание, - Вы знаете, не смотря на свои размеры, Эльзас довольно тесное местечко. Это не Ольмюц, и не Леймериц, и уж точно не Силезия. Каждое утро я просыпаюсь и пью молоко, которое приносит живущая улицей ниже старушка Эмма. Мне прислуживает только одна служанка, Тита, но мой особняк довольно небольшой и она со всем справляется. Во всей Целесте есть одна-единственная кормчая, принадлежащая хромому Моро. Его милая дочурка как раз готовится выйти замуж за сына мельника, не помню, правда, как его зовут, но дело не в этом. Дело в том, что в кормчей на всеобщем обозрении висят шкуры зверей, некоторых из которых добыл ещё мой дед, а жена нашего мельника готовит выпечку, которую потом продаёт на площади перед храмом. Признаться, я ожидал, что Людмила перебьёт меня и потребует прекратить нести чушь, но вместо этого она внимательно слушала без единой эмоции на лице, словно ледяная статуя. - Когда я прочитал послание герцога, я просто представил, как три тысячи грязных, голодных, маящихся от скуки в утомительных маршах воинов завалятся в городок, который не видит столько народу даже на осеннею ярмарку. Я представил, как они заберут себе их скот, хлеб, женщин, кров и оставят всех этих людей выживать грядущей зимой на своей же земле. Я представил, как буду смотреть на всё это и понял - я не смогу. Не смогу смотреть. Я не герой и не рыцарь в сверкающих доспехах, это уж точно, не защитник всех слабых и обездоленных. Но я не подлец. Разозлённый собственными словами, я покачал головой и поднял взгляд прямо на Людмилу, смотря ей в глаза. - Возможно, я слишком сентиментален. Возможно, это делает меня слабым или недальновидным графом. Возможно, мои действия только усугубят ситуацию. Возможно. Но знаете, что? Я так не думаю. - И что же ты думаешь? - Прервала Ванадис долгое молчание, - Что может думать провинциальный граф, у которого нет ничего своего, достойного упоминания? - Я думаю, что уж лучше быть глупым провинциалом, чем неблагодарным мерзавцем. А ещё я думаю, что Вы рановато списываете меня со счетов. Она наградила меня прощальным взглядом - острым и... злым? Но почему-то я совсем не был уверен, что её злоба направлена на меня. Быть может, она злилась просто на вновь потраченное в пустую время? Или на всю эту безобразную и никому на самом деле не нужную ситуацию? - Будем считать, что Вы утолили моё любопытство, граф. Вполне возможно, при следующей нашей встрече мы уже будем врагами. - И я благодарю Вас за откровенность, Ваше Сиятельство. - Прощайте, граф Тигревурмуд Ворн. Она ушла, оставив меня в полном одиночестве. Журчал фонтан, светило солнце, зеленел вокруг ухоженный королевский сад, маячил перед глазами наполовину пустой графин с недопитым яблочным соком. Неторопливо оглядевшись по сторонам и убедившись, что поблизости нет ни единого свидетеля, я с размаху ударил по сосуду, запустив тот в сторону мраморной колонны. Можно подумать, я хочу этого! Можно подумать, мне недостаёт проблем! Можно подумать, я уже не навоевался! Можно подумать, у меня есть выбор! Раздался звон разбившегося стекла. Липкая, рыжеватая жидкость стекающей к полу кляксой осталась на отполированной до блеска поверхности камня. - Будь всё проклято!
Примечания:
Отношение автора к критике
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.
Права на все произведения, опубликованные на сайте, принадлежат авторам произведений. Администрация не несет ответственности за содержание работ.