Черное болото

      — Вот что беспокоит меня, Элисса, — тихо проговорил Андерс, аккуратно снимая пропитанные кровью бинты. — Каждый раз после его приезда ты сама не своя.       Женщина, сидящая к нему спиной, глубоко вздохнула, не зная, что ответить.       — Почему ты не скажешь ему «нет»? Ты ведь сама говорила, что разлюбила, и что больше не будешь идти у него на поводу.       — Неужели мне снова и снова надо повторять, что я в состоянии о себе позаботиться? Но раз уж ты затеял этот неприятный разговор, то позволь напомнить тебе: я твой командор и обсуждать свою личную жизнь не собираюсь ни с кем.       — Нет, Элисса, — злобно оборвал ее целитель, с силой отрывая последний кусок прилипшего бинта. — С того момента, как ты узнала мою тайну, а я стал невольным свидетелем твоей, все рамки формальности стираются, когда мы остаемся наедине. И я хочу быть уверен, что… что… ты будешь под надежной защитой и о тебе будет кому позаботиться.       Элисса упрямо вскинула голову, и светлые пряди ее волос взметнулись. Понимая, куда он клонит, женщина окутала себя холодом отчуждения.       — Андерс, прошу тебя, не веди таких разговоров. Завтра ведь очень важный день, мне нужно как следует выспаться.       — Нет. Выслушай меня до конца. Не будешь же ты всю жизнь убегать от этого, правда? Ты — прекрасная, молодая, но вместе с этим упрямая, сильная и решительная, и не всегда следуешь здравому смыслу.       Он медленно начал водить пальцами, окутанными в нежно-зеленое свечение по глубоким порезам, наблюдая за тем, как размеренно дышит единственный человек, который ему дорог.       — Я не могу отказать ему, — Элисса опустила глаза. — Еще тогда, перед Собранием Земель, я знала, что он не выберет меня. Когда все закончилось, он не захотел расстаться, сказал, что я нужна ему и должна быть рядом всегда. Практически каждую ночь он приходил ко мне, говоря, как сильно меня любит и что наша любовь не увянет. Потом была коронация, и… он пришел ко мне той же ночью, а на утро, молча оделся и ушел. Потом была пышная свадьба, на которой я вернула ему эту моровскую розу. Оторвав единственный лепесток в память о тех временах, когда мы были счастливы. Ты бы слышал, как он кричал. Такого Алистера я еще не видела. Он грозился убить меня, сыпал проклятьями, но все равно отпустил. И сейчас, спустя два года, он постоянно напоминает о себе. Говорит, что если бы можно было вернуть все назад, все было бы по-другому.       Андерс положил ладонь ей на плечо.       — Прошлое оставило на тебе глубокие раны. Я знаю, ты сильно страдала. Но забудь об обидах прошлого, живи сегодняшним днем и смотри в будущее.       — Это кто говорит сейчас со мной? Справедливость или Андерс? — рассмеялась Эллиса, ухватив мага за щеку. — Я перестаю тебя узнавать. Где мой любимый похотливый весельчак Андерс?       — Какого мора, Элисса! — вскрикнул целитель, отталкивая ее руку, — Я ухожу! Я не могу спокойно сидеть и смотреть! — вспыхнул целитель, его глаза загорелись синим свечением, а тело окутала светлая аура, заставляя обнаженную кожу покрыться мурашками. — Чем ты лучше магов, которые добровольно загнали себя в клетку, позволяя храмовникам делать все, что вздумается? Ты сидишь сложа руки, и не достойна зваться сильной женщиной.       Быстро вскочив, Элисса обхватила лицо одержимого руками, начиная успокаивать его:       — Справедливость, позволь мне попрощаться с другом.       Пламя глаз вспыхнуло сильнее, а после вообще погасло:       — Я уйду, но пока еще не время. Архитектор сказал, что нужный мне артефакт спрятан на тропах в Вольной Марке. Вход находится в Киркволе. Я отправлюсь, как решу последнюю проблему.       — Ты собираешься мстить? — спросил уже Андерс, обнимая женщину. — Прости ее и забудь.       — Нет, все мои беды начались с нее и на ней закончится моя прошлая жизнь.       — А как же Натаниэль? Он ведь любит тебя, и ждет, когда ты будешь готова подпустить его.       — Ты сам знаешь ответ. — прижимаясь все ближе, дрожащим голосом ответила Кусланд.       — Вот, — отстранившись от девушки, маг снял золотую серьгу. — Теперь у тебя пара. Конечно, она отличается от той, что ты носишь. Но теперь сможешь носить две.

***

      Застыв от напряжения словно статуя, разбойник наблюдал за дорогой, освещаемой светом полной луны. Его конь Антива был так послушен, что не приходилось даже натягивать поводья, и, когда он взмахивал головой, упряжь ни разу не звякнула в лесной тишине. Одежда делала мужчину похожим на тень, лицо скрывала маска в форме черепа птицы. Этот необычный атрибут был вызывающей деталью его одежды, смелого негодяя антиванца, который называл себя Вороном и утверждал, что имеет права клевать каждого, кто хоть какие-то дела имеет с его бывшими собратьями. Хотя поблизости никого не было видно, Ворон «летал» не один. Он послал своих людей на запад и на юг, чтобы они могли предупредить его о приближающейся опасности или долгожданной жертве. Не двигаясь, он ждал сигнала, и только обрывки длинного плаща летали на ветру.       Наконец, с юга донеслось уханье совы, а затем странная птичья трель. Это означало, что цель близка. Причем, не кортеж с охраной, а всего пара человек. Он замер, пока не услышал топот быстрых лошадей, а затем резко свистнул и, выскочив из-за деревьев, направил скакуна к приближающейся карете. Испуганный кучер натянул поводья, когда почувствовал резкую боль в область груди. Не успело тело свалиться, как карета остановилась.       — Месье, мадам. — открыв дверцу кареты, разбойник приветствовал пассажиров легким поклоном головы.       Пока говорил, он изучающе разглядывал своих жертв, насколько позволяла темнота.       — Превосходно.       Это была молодая дама со своим старым шевалье. Леди выглядела скорее рассерженной, нежели испуганной; ее губы были плотно сжаты.       — Чтоб ты ослеп, висельник! — зарычал мужчина, — Я шевалье при дворе герцогини. Тебя козня… — не успел он закончить, как в его шею всадили стрелу.       Женщина не шелохнулась, лишь яростно засмеялась.        — Ты снова дал промах. Она уже да…       И снова стрела влетела прямо в раскрытый рот, не позволяя дамочке закончить.       — Милая Сэра, ну опять. Она же не успела договорить.       Услышав лишь отдаляющийся смех, Ворон продолжил, обращаясь к своим помощникам:       — На этом ваша работа закончена. Все, что найдете, забирайте себе и расходитесь. А меня ждет тяжелая работа с письмом. — вздохнув продолжил мужчина, прижимая к груди, маленькое кольцо на цепочке.

***

      — Командор, вам посылка! — рапортовала белокурая девушка, чье имя за эти пару лет Элисса так и не запомнила.       Махнув рукой и получив долгожданный конверт, Кусланд быстро направилась в кабинет. Закрыв дверь, она села за стол и зажгла свечу.       Перед ней лишь маленькая коробочка, которая может изменить всю ее жизнь. Сломав красную печать, письменным ножичком, Эли глубоко вдохнула и быстро достала письмо:

«Приветствует вас, Командор Ферелдена. Уже много лун, меня не было в этих суровых дождливых краях. Смею заметить, что вас, командор Серых Страж, никто не согревает. Даже если и пытаются, все тщетно. Так что шлю Вам бутылочку вина с солнечной Антивы. Ваш тайный воздыхатель З.»

      Улыбнувшись, Элисса прижала письмо к лицу, вдыхая забытый запах масел, окутавший всю комнату. Достав из коробки бутылку без обертки она пристально начала ее разглядывать. И не зря. С внутренней стороны дна, было что-то нацарапано, и рассмотреть символ не получится, пока бутылка не будет пуста. Откупорив пробку, Кусланд вдохнула терпкий аромат уже забытых трав, ударивший в нос. Развалившись на стуле и закинув ноги на письменный стол, командор Серых Стражей сделала маленький глоток прямо из горлышка.

***

      — Брайс, это правда? — удивленно спросил Рендон, сидя за столом, накрытым специально для явившихся гостей.       Ответить старший Кусланд не успел, так как виновница их разговора вошла в просторный зал.       — Вы прекрасно выглядите миледи. — игриво произнес король, слегка привстав со стула.       — Вы мне льстите, Ваше Величество. — с натянутой улыбкой Элисса присела в реверансе, прежде чем присоединиться к завтраку.       — Брайс, так ты не ответил на вопрос? — строго переспросил Логейн, отпивая медовую настойку из железного кубка.       — Я решил, что мои дети должны сами выбирать себе супругов. Вот Фергюс женился на замечательной девушке.       — Но она же из Орлея? — язвительно вставил Рендон Хоу.       — Рендон, былые обиды нужно оставить в прошлом, — спокойно вмешался Кайлан, подмигивая Элиссе, слегка рассмеявшись. — Мне вот что интересно, почему вы, юная леди, оказались одна в лесу, в мужской одежде и с таким количеством оружия?       Единственная дочь Кусланда отложила приборы, не обращая никакого внимания на его смех, мило улыбнулась:       — Чтоб найти вас, король Кайлан.       Молодой король расхохотался, а Элисса тем временем получила неодобрительный взгляд матери. Пока Элеонора пыталась перевести разговор в другое русло, Логейн изучающе смотрел на молодую тейрну. В мужской одежде она казалась ему очень красивой, слишком красивой, а в женской — просто обворожительной и необыкновенно соблазнительной. При звуках ее слегка хриплого голоса в Логейне снова вспыхнул огонь желания. Он взглянул на Кайлана, на этого взбалмошного мальчишку всем своим видом и поведением напоминающего молодого Мерика, и понял, что тот тоже находит Элиссу привлекательной. Логейн сердито нахмурился, когда в очередной раз этот мальчишка окутывал девушку моложе его лет на семь своими чарами, так еще и при будущем тесте. Отвратительно! И в то же время, Логейн поймал себя на мысли, что сам не лучше.       — Думаю, нашей дочери, Брайс, действительно стоит задуматься о замужестве. Ведь благодаря ее играм внуков у нас не прибавится.       — Моя любимая матушка, — вмешался в разговор Фергюс, замечая вспыхнувшие щеки сестры. — Она еще молода, пусть сама решит, когда захочет.       — Я сомневаюсь, что у такой красавицы до сих пор нет поклонников.       — Брайс, я думаю, тебе стоит… — Мрачно взглянув на Кайлана, который явно флиртовал с Элиссой, Логейн заговорил тверже. — Своевольность в характере вашей дочери до добра не доведет. И что было бы, если не мы встретились ей по дороге, а шайка разбойников, у которых принципов и благоразумия никогда не было и не будет? Все же стоит подыскать ей супруга.       Спокойно доев кусок хлеба намазанный медом, Элисса смело встретилась взглядом с Логейном.       — А кто вам сказал, что человека, которому я подарю свое сердце, еще нет?  — приподняв угол губы, она взглянула на тихого Натаниэля, который весь завтрак отмалчивался.       — И кто же этот счастливчик? — заинтересованно спросил Кайлан.       — Натаниэль. — спокойно ответила младшая Кусланд, потянувшись к сыру.       Нат тихо поперхнулся, схватив подругу детства под столом за ткань подола платья. Но заметив пристальный взгляд темно-зеленых глаз сверкающих от злости, решил подыграть:        — Если мы не говорим о замужестве, это не значит что мы не обдумывали его.       — Натаниэль? — встревоженно вмешался его отец.       — Отец. Я не хотел пока это озвучивать, потому что мы слишком молоды, и я в скором времени покидаю родину. Когда вернусь, все само решится. — спокойно ответил младший Хоу, отводя взгляд от Делайлы, которая всем видом показывала, что ей не терпится все узнать в подробностях.       — А что на ваше утверждение, господин Логейн, так от постоянного сидения взаперти, даже ради собственного блага, человек может совершать глупости. Логейн кивнул, прекрасно понимая, что она имеет в виду. Он ведь тоже чувствовал что-то похожее, пока Орлей безнаказанно шнырял по Ферелденской территории. Чтобы чувствовать себя в заточении, высокие стены не нужны. Элисса спокойно доела кашу, толкнув локтем Натаниэля:       — Спасибо за завтрак. И прошу разрешения, матушка, мы бы хотели с Натаниэлем пойти потренироваться.       Рендон только хмыкнул, а Элеонора во избежание скандала спокойно улыбнулась.       — Дорогая, она вся в тебя. — рассмеялся Брайс, разбавляя напряженную ситуацию.       Выйдя из зала, Элисса изо всех сил пыталась справиться с охватившим ее ужасом и смятением и сохранить бесстрастное выражение лица.       — Теперь объяснись! — раздраженно прошептал Натаниэль, схватив подругу детства за локоть, когда они зашли за лестницу.       — Спасибо что подыграл. Если бы не ты…       — Я не об этом говорю. Что ты натворила?       — Ты о чем? — недоумевала Элисса.       — Нам теперь нужно будет пожениться!       — Не говори глупостей. Ты уедешь в Вольную Марку, а когда вернешься, скажешь что разлюбил. Не ты ли сам говорил, что такие «замухрышки» как я, тебе не нравятся? — раздраженно зашептала Кусланд, выдергивая руку из цепкой хватки.       — Я…       — Да, ты. Вчера ты со своим братцем дали ясно понять, что я вам не нравлюсь.       — Элисса… — тихо прошептал Натаниэль, потирая шею.       — Что?! — раздраженно отвернулась тейрна, осматриваясь вокруг.       — Ну, я считаю тебя красивой. — семнадцатилетний Натаниэль отвернулся в сторону, явно скрывая свое смущение, но из-за угла послышались голоса прислуги, и Элисса быстро пошла в сторону:       — Поговорим потом Натаниэль. — улыбнулась та, подмигивая парню.

***

      Допив последний глоток, Элисса покачала бутылкой. Поднеся донышко к свету, она заглянула внутрь. В центре была нацарапана капля с крестиком у основания. Когда-то очень давно Зевран учил ее всем тайным знакам Воронов и столько лет спустя они ей пригодились. Достав из ящика еще пару свечей, девушка торопливо зажгла их и, поднеся коротенькое письмо к огню, стала ждать. Лимонный сок, вот что означали эти странные символы. Обычная химия. Написав письмо соком лимона легко скрыть желанную информацию, а при нагревании она снова проявится.       «Ну, здравствуй, мой милый Страж.       Прошу простить, что не писал тебе так долго, ведь ты дала не легкое задание, которое не выполнить я не мог. Спешу сообщить, что Лилиана покинула Антиву. Пригрелась под крылом вашей Верховной жрицы. Так что, добраться до нее мне не удалось. С прискорбием сообщаю, что попыток было много. Но я знаю, куда она направится в скором времени, если планы не изменились. Буду ждать тебя через двенадцать полных лун со дня получения письма в Киркволе. Надеюсь, ты до этого закончишь все свои дела.       Хочу тебе сообщить, не было и дня, чтоб я не любил тебя; не было и ночи, чтоб я во снах не сжимал тебя в своих объятиях. Я проклинаю свою гордыню и амбиции, которые вынуждают меня оставаться вдалеке от тебя, душа моя. Я рад, что тогда, перед битвой в Денериме, пока глупый король наслаждался ласками с этой ядовитой ведьмой, ты пришла ко мне.       Мой Страж!       Помнишь ли ты, что я сказал тебе тогда:       Не бойся, дорогая моя Элисса; моя любовь будет длиться вечно. Ты изменила меня. Дала повод жить. Я весь твой.       Ничто в мире не могло одарить меня большим наслаждением, чем твое присутствие. Неважно любовь с твоей стороны или признание. Но я верю, что где-то глубоко в душе, ты любишь меня.       Знаешь, ведь ровно четыре дня назад была годовщина нашей первой встречи. И у меня приготовлен для тебя подарок.       P.S: Чем больше я думаю, тем сильнее убеждаюсь, что мое существование не может быть отдельно от твоего.       Твой Зевран.»