Roter Sand

Доктор Лектер никак не мог привыкнуть к виду из окна своего кабинета. Остроконечная башня Елизаветы в закатном свете казалась намного мрачнее, чем была на самом деле. Ганнибал и подумать не мог, что когда-нибудь решит осесть в Лондоне, связав свою жизнь с шумным центром, так близко к обычным людям. Впрочем, это было действительно интересно. На Лондоне настоял Уильям, сразу же решительно отказавшись от предложений с городами потише. И чем ему не угодил Виндзор с его охотничьими угодьями или Питерборо, вечно зелёный город? Но, как бы не жалел Ганнибал о своем выборе, он обязан был признать, что сердце его замирало, когда они проходили мимо величавого Вестминстерского дворца. А театры! Какие великолепные театры! Британская актерская школа считалась лучшей в мире не без причины, в чем доктор Лектер каждый вечер убеждался. Даже спящий Уилл на соседнем кресле ничуть не огорчал. Ганнибал давно оставил попытки приобщить своего спутника к культурному просвещению, с уважением относясь к его собственным интересам. Но наслаждение, которое испытывал доктор Лектер, когда Уилл невольно заслушивался его игрой на органе, нельзя было описать ни одной метафорой. Это стоило дороже постоянного восхищения искусством. — Уильям, — улыбнулся Ганнибал, когда дверь его кабинета робко приоткрыли. Убедившись, что в кабинете нет пациентов, Грэм смелее двинулся дальше. Сбросив сумку на пол, он плашмя упал на диван, громко и страдальчески застонав. — Доктор Лектер, меня приняли, — победно промычал в подушку Уилл. Различить интонацию звуков было крайне тяжело, но Ганнибал был отчего-то уверен, что мужчина счастлив. — Куда ты и хотел? Скотленд-ярд? — медовым голосом поинтересовался психиатр, неспешным шагом подходя к винному шкафу. — Именно! Мне не придется менять любимую специальность, — вздохнул Уилл уже отчетливее, потому как оторвался от подушки и перевернулся на спину. — Ты не читал еще лондонских газет? Ганнибал не сразу ответил мужчине, жестом попросив его подождать. Бутылка из черного стекла оказалась в руках доктора, сам же он придирчиво втягивал винный запах от пористой пробки. Доктору Лектеру порой казалось, что запах можно увидеть. Проникая с долгим вдохом, тонкий аромат старого вина оседал в легких мягкой пеленой волнения. Цветные завихрения перед глазами менялись с каждым вздохом, становясь то ярче, то тусклее. Ганнибал знал каждый из этих узоров: тот, что расцветает ярче — испанский виноград, старая лоза, а окутывающий его бледный вихрь — бархатная текстура дубовой бочки, в которой букет насыщался. Каждое вино, подобно человеку, имело свой характер. — Ганнибал, — протяжно напомнил о своём присутствии Уилл, улыбаясь. Доктор Лектер улыбнулся в ответ. — Ты советуешь ознакомиться? — Советую, — кивнул Грэм, принимая свой бокал. — Газеты периодически шумят о Шерлоке Холмсе, очень интересная личность. Я видел его сегодня в Скотленд-ярде. Ганнибал заинтересованно вскинул брови. Качнувшись на каблуках ботинок, мужчина невольно прислушался. На его памяти Уилл редко о ком-то говорил столь хвалебно. Не удивительно, что впечатлить эксперта криминалистики мало кому удавалось. — Я тебя заинтересовал, — улыбнулся Грэм, поболтав содержимым бокала. — У меня появилось неудержимое желание почитать газету. — Шерлок Холмс похож на меня, — наконец поведал мужчина. — Если я использую свое воображение для реконструкции нужных событий, он действует исключительно при помощи логики и невероятных дедуктивных способностей. Ганнибал дежурно приподнял брови, символизируя этим, что слушает. Пусть то было и непрофессионально, но доктор Лектер питал уверенность о совершенстве своего спутника. Хотя на это и повлияли эмоциональные привязанности, но факт оставался фактом: Уилл являлся личностью столь уникальной, что второго такого этот мир пережил бы с большим трудом. — Я познакомлюсь с Шерлоком при возможности и попробую узнать его получше, — сообщил Грэм, отпивая вина. Без утайки, детектив восхищался достижениями Холмса, что отчасти насторожило Ганнибала. — В целях научного интереса? — будто бы совершенно безучастно поинтересовался психиатр. Уилл же на это звонко рассмеялся и одарил Ганнибала снисходительным взглядом. — А ты что ожидал? — весело поинтересовался Грэм, ловко ухватив Лектера за запястье. — Мне интересно узнать себе подобного. — Ты один в своём роде. Решение Ганнибала было непоколебимым. Мужчина позволил себя притянуть, замерев в сантиметре от губ Уилла. — И потому советую тебе не искать двойников. Нового детектива Скотленд-ярда завораживал тягучий и тихий голос доктора Лектера. Мягкий, спокойный, расчетливый. Он стекал патокой в разум, заставляя бездумно вглядываться в глубокие глаза своего собеседника. Уилл готов был сейчас согласиться с чем угодно, с любым словом Ганнибала. То ли сам мужчина был настолько подвержен гипнозу, то в действительности глаза Лектера обладали сей удивительной особенностью. А, быть может, виной всему совершенно иная причина?.. Ганнибал, казалось, чувствовал и видел каждую мысль Грэма, угадывал наперед. Вот мужчина терпеливо замер, вот осторожно провел языком по губам. Он никогда прямо не скажет. Да и смысла нет в словах. Когда долгожданный поцелуй коснулся губ Уилла, тот судорожно вздохнул. По спине пробежали мурашки, осели жаром внизу живота. — Доктор Лектер, — тихо и хрипловато произнес он. Детективу доставлял удовольствие каждый звук в фамилии и имени психиатра. Ганнибал чувствовал это трепещущее чувство на устах Уилла. В его беглых прикосновениях, взглядах. Они никак не могли отвыкнуть от привычных обоим эмоций. Желание уничтожить сменилось полыхающей страстью, что не утихала уже который год. Но любовники продолжали терзать, рвать друг друга, каждый раз будто возрождаясь из пепла. А сейчас, расслабляясь в руках доктора Лектера, Уилл ощущал его дразнящие поцелуи на своей шее. Ганнибал знает цену каждой вещи, каждому чувству. И он никогда не отдаст что-то просто так. Заставит просить, молить, стоять на коленях… Горячий кончик языка мужчины прошел по нежной шее. — Попроси меня, Уильям.