Современный замок Хаула

Как оказалось, ничто за порогом простиралось всего на дюйм. Вдали маячила широкая ровная дорога, на вид очень твердая, и ряды домов по сторонам. Софья, ежась под снегопадом, оглянулась, чтобы поглядеть, откуда она пришла, и обнаружила, что замок превратился в здание розового кирпича в 17 этажей с большими окнами. Здание, как и соседние дома, было квадратное, совсем новенькое, с парадной дверью из матового стекла. Судя по всему, на улице никого не было. Возможно, виной тому был мороз, но Софье пришло в голову, что, несмотря на обилие домов, они находились где-то на самой окраине города. — Хватит любопытствовать! окликнул ее Хоул. Серый с алым наряд потемнел от влаги. Чародей потряхивал связкой странного вида ключей, большинство из которых были желтые и плоские, — видимо, от желтых зданий. Когда Софья подошла к железным дверям Хоул объявил: — Надо одеться по наряднее. Наряд его затянуло мглой, словно изморось сгустилась в туман. Когда мгла рассеялась, костюм стал смокингом, только совсем другого покроя. Хвосты на рукавах исчезли, камзол висел мешком. Теперь он казался здорово истрепанным. Куртка Майкла превратилось во что-то стеганое длиной едва до пояса. Майкл поднял ногу, обутую в холщовую туфлю, и изумленно оглядел тугие синие штаны, обтянувшие его ляжки. — Так даже колени не согнуть, — растерянно пробормотал он. — Привыкнешь, — отмахнулся Хоул. — Идем, Софья. К изумлению Софьи, Хоул повел их по дорожке назад к розовому зданию. Она обнаружила, что на спине его мешковатой куртки начертаны таинственные словеса: "Олег Джинцов.Король Баскетболла". Майкл семенил за Хоулом, шагая не без труда — такие тесные были у него штаны. Софья опустила глаза и увидела, что костлявые ноги над шишковатыми башмаками видны почти до колен. Больше в ее наряде ничего не изменилось. Хоул отпер дверь матового стекла одним из ключей на связке. Рядом с ней на цепочке висела деревянная табличка. «Соукон», — прочла Софья, и Хоул втолкнул ее в опрятную светлую прихожую. В доме явно кто-то был. Из-за ближайшей двери доносились громкие голоса. Когда Хоул распахнул ее, Софья поняла, что голоса исходят из ярких волшебных картинок, плясавших на передней стенке большого квадратного ящика. — Хоуэлл! — воскликнула женщина, сидевшая перед ящиком с вязаньем в руках. Она с несколько раздосадованным видом отложила вязанье, но не успела подняться, как мужчина,лет 77 кинулся ему в объятия. — Сынок! заверещал она и, повис у Хоула на шее, обхватив его шею руками. — Отец! — заорал в ответ Хоул. — Это мой отец Дмитрий Борисович Джинцов, моя мать Софья Андреевна Пергаментова, а это моя сестра Рита. Рита, это Михаил Рыбин и Софья…,а это МАША И АРТУР-ДЕТИ МОЕЙ СЕСТРЫ! Марина сдержанно и неодобрительно пожала им руки. Она оказалась старше Хоула, но очень на него похожа — то же узкое треугольное лицо, — только глаза у нее были голубые и беспокойные, а волосы потемнее, чем у брата. — Да тише ты, Машенька! — скривилась она, и ее голос перекрыл чужеземную болтовню. — Надолго к нам, Хоуэлл? — Так, на секундочку зашел, — ответил Хоул, спуская Марию на пол. — Глеба еще нет, — с нажимом сказала Марина. — Как жалко! У нас совсем нет времени, — развел руками Хоул, улыбаясь ласково и фальшиво. — Я только хотел познакомить тебя с моими друзьями… И еще задать дурацкий вопрос. Скажи, Николай в последнее время не терял листок, с заданием по литературе? — Ничего себе! Откуда ты знаешь? — воскликнула Марина. — Он и вправду в прошлый четверг все тут вверх дном перевернул! Понимаешь, у них новая учительница литературы, и такая строгая — не просто запятые им исправляет. Просто всю душу вытрясла, чтобы сочинения вовремя сдавали! Ничего, Николаю полезно. Он весь четверг места себе не находил, а разыскал всего-то странный планшет… — А! — прервал ее Хоул. — А что он с ним сделал? — Я ему посоветовала отдать бумажку этой Анне, — ответила Марина. — Пусть знает, что он, по крайней мере, старался. — А он что? — допытывался Хоул. — Откуда я знаю? Спроси у Коли! Он наверху, в спальне, с этой своей машиной, — фыркнула Марина. — Только ты от него проку не добьешься. — Пошли, — бросил Хоул Майклу и Софье, засмотревшимся на яркие серо-голубые узоры на стенах. Хоул взял Машу за руку и повел их вверх по лестнице. На ступенях даже был ковер — коричневый с черным. Поэтому возглавляемая Хоулом процессия практически беззвучно добралась до красно-зеленого коридора наверху и проникла в комнату с розово-фиолетовым ковром. Правда, Софья подумалось, что два мальчика, склонившиеся над столом у окна, сплошь уставленным телевизором, не подняли бы головы, даже если бы к ним вломилась целая армия с духовым оркестром в авангарде. Главный компьютер, как внизу, только показывал не картинки, а письмена и какие-то чертежи. — Николя, — позвал Хоул. — Не мешайте, — отмахнулся один из мальчиков. — А то он жизнь потеряет. Поскольку речь шла о жизни и смерти, Софья с Майклом поспешили ретироваться к двери. Однако Хоула, похоже, перспектива убить родного племянника ничуть не взволновала — он шагнул к столу и с корнем выдернул компьютер из стены. Картинка на главном ящике пропала. Оба мальчика разразились потоком слов, которых, как подумалось Софье, не знала даже Марта. Второй мальчик развернулся и закричал: — Машка! Ну я тебе за это задам! — А это не я, не я! Съел? — завопила в ответ Маша. Нил еще сильнее развернулся и злобно уставился на Хоула. — Как дела, Николай? — учтиво поинтересовался Хоул. — Это еще кто? — спросил первый мальчик. — Да дядюшка мой, чтоб его, — скривился Ниолай. Он не сводил с Хоула обвиняющего взгляда. Николай был смуглый, густобровый, и взгляд у него оказался что надо. — Ну чего тебе? Воткни провод в розетку. — Тоже мне гостеприимство! — возмутился Хоул. — Воткну, когда задам тебе вопрос, а ты ответишь. КОЛЯ тяжко вздохнул: — Дядя Хоуэлл, я как раз дошел до следующего уровня в игре… — Новая? — спросил Хоул. Оба мальчика недовольно нахмурились. — Нет, та, которую мне на Рождество подарили. — Коля отвел взгляд. — Сам знаешь, завели шарманку насчет транжирства и пустой траты времени… Раньше дня рождения мне новой не видать. — Тогда все очень просто, *— улыбнулся Хоул. — Раз ты в нее уже играл, то можешь и прерваться, а я тебя еще и подкуплю новенькой… — Правда? вскинулись оба мальчика, а Николай добавил: — А можно, ты опять достанешь нам такую, которой ни у кого нет? — Хорошо. Только сначала погляди сюда и скажи, что это, — попросил Хоул, протягивая Нику планшет. Оба мальчика поглядели на него. — Это стихи, — сказал мальчик. Обычно таким тоном говорят: «Это дохлая крыса». — Нам это Анна Савельевна задала на той неделе, — добавил другой мальчик. — Помню-помню —Сердце и Душу. Это про Любовь. Пока Майкл и Софья переваривали это сообщение, недоумевая, как же это им самим в голову не пришло, Николай воскликнул: — Да это же мой планшет с заданием! Я его потерял! Откуда он у тебя? — Когда вспомнишь, что там дальше, в этом стихотворении, я подарю тебе новую игру— огорошил его Хоул. — Так нечестно! — Николай прямо подскочил. — Я не помню даже то, что вот только что записал! Ты меня нарочно мучаешь! — Он осекся, потому что Хоул, рассмеявшись, пошарил в мешковатом кармане и вытащил какую-то плоскую штучку. — Вот спасибо! — благоговейно произнес Николай и без лишних слов вернулся к компьютерам. Хоул с усмешкой воткнул корешки обратно в стенку и поманил Майкла и Софью прочь из комнаты. Мальчики с головой ушли в таинственную деятельность, а Маша изо всех сил пыталась втиснуться между ними, от усердия засунув в рот палец. Хоул зашагал по черным ступеням, а Майкл и Софья замешкались у дверей, недоумевая, что бы это все могло значить. Было слышно, как Николай читает: — Вы находитесь в зачарованном замке с четырьмя выходами. Каждый из них ведет в разные измерения. В первом измерении замок находится в постоянном движении и может оказаться где и когда угодно… Софья, ковыляя по лестнице, подумала, что почему-то это описание кажется ей смутно знакомым. Она едва не наткнулась на Майкла, который смущенно застыл на полпути. Внизу Хоул горячо спорил с сестрой. — Ты что, с ума сошла — продавать мои книги?! — шипел Хоул. — Мне они нужны, особенно одна! Они же не твои, как ты посмела ими распоряжаться?! — Да не перебивай! — тихим яростным голосом ответила Рита. — Послушай меня! Я тебе уже говорила, что мой дом не склад для твоих пожитков! Ты позоришь нас с родителми, ходишь неизвестно в чем, даже не можешь купить себе нормальный костюм, чтобы прилично выглядеть, якшаешься со всяким отребьем и смеешь приводить их к нам домой! Ты что, хочешь, чтобы мы опустились до твоего уровня? У тебя такое образование, а работу себе искать не желаешь, болтаешься где попало, тебе не жалко ни времени, потраченного на колледж, ни денег, тебе плевать на то, какие жертвы ради тебя приносят… Рита вполне могла потягаться с Болотной ведьмой. Она все говорила и говорила. Софья начала понимать, откуда у Хоула такая страсть к увиливанию. Рита была из тех людей, которые вызывают живейшее желание тихонечко улизнуть в ближайшую дверь. К несчастью, Хоула теснили к лестнице, и Софья с Майклом оказались в ловушке у него за спиной. — Ни дня не работал по-честному, ни разу не нашел себе места, которым я могла бы гордиться, позоришь нас с мужем, а еще смеешь приходить сюда и портить мне Машу! — немилосердно наседала Рита. Софья отпихнула Майкла в сторону и как могла горделиво заковыляла в прихожую. — Идемте, Хоул, — царственно уронила она. — Нам давно пора отправляться. Мы теряем время, а тем временем деньги тают, да и как бы слуги не решили без нас продать золотое блюдо. Приятно было познакомиться, — обратилась она к Рите, добравшись до последней ступеньки. — Надо спешить. Хоул такой занятой человек. Рита едва не поперхнулась и вытаращилась на Софью. Соня улыбчиво кивнула ей и подтолкнула Хоула к двери матового стекла. Майкл залился густой краской. Софья это увидела, потому что Хоул на пороге обернулся и спросил Риту: — А что моя машина? Стоит в гараже или ты и ее продала? — Ключи-то у тебя, — сурово ответствовала Рита. -Приходи еще,сынок!-Кричали ему в след родители. Больше она ничего не сказала на прощание. Дверь захлопнулась, и Хоул повел Майкла и Софью к квадратному белому домику в конце ровной черной дороги. О Рите Хоул не произнес ни слова. Отпирая широкие ворота домика, он заметил: — У той свирепой литераторши наверняка есть экземпляр. Следующий эпизод Софья предпочла бы забыть. Они поехали в черном Джиппе. Софи зажмурилась, вцепилась в ручку торчащую из сиденья, и отчаянно надеялась, что это скоро кончится. Мимо нее проплывали деревья и магазины,стоящие на дороге. К счастью, так и оказалось. Они приехали на относительно ровную улицу, по обеим сторонам которой стояли дома, и остановились у большой витрины, забранной белой занавеской, к которой было приколото объявление: «Магазин джинцев закрыт». Однако когда Хоул нажал кнопку у дверки рядом с витриной, Анна Савельевна, несмотря на объявление, открыла ему. Все разинули рот. Для свирепой литераторши она оказалась ошеломляюще юной, стройной и прелестной. Гладкие рыжие волосы обрамляли ее оливковое личико сердечком, а глаза были невероятно огромные. Свирепость проявлялась, пожалуй, лишь в том, как пристально и прямо эти огромные глаза оглядывали гостей, словно бы вынося им приговор. — Вы, должно быть, Хоуэлл Дженкинс, — сказала девушка Хоулу. Голос у нее был низкий, мелодичный и вместе с тем веселый и уверенный в себе. Хоул был сражен наповал. И тут же включил свою улыбку. И Соня поняла, что ее Надежде на его Любовь пришел конец. — А вы, должно быть, Анна Савельевна, — проговорил Хоул. — Простите, что беспокою вас, но на прошлой неделе я по дурацкой оплошности унес домашнее задание моего племянника вместо важного документа, который был у меня с собой. Я так понимаю, что Коленька показал его вам, чтобы вы убедились — он не виноват и не жульничает. — Он так и сделал, — кивнула Анна. — Входите, я отдам вам вашу бумагу. Софья была уверена, что невидимые глаза вылупились, а невидимые шеи вытянулись, когда они с Майклом вслед за Хоулом вошли в двери и поднялись на пролет в крошечную, скудно обставленную гостиную. — Не хотите ли присесть? — предупредительно обратилась Анна к Софье. Соня все еще трясло после гонки в безлошадной повозке. Она с радостью уселась на один из двух имевшихся в наличии стульев. Он был не очень-то удобный. Сидя на нем она заметно помолодела. Хаул сел рядом.Он слегка приобнял Софью. -Это ваша жена?-Спросила Анна. -Нет,я бы никогда не женился на стой уродливой девице!-Уверенным голосом произнес Хаул. Вокруг закружилась бумага и Хаул дико зарычал. Он схватил Софью и помчался вместе с ней прочь от злополучного домика,но круг для снятия магии догнал его. -Хаул,нет!-Крикнула Софья. Она поцеловала его.Бумага обсыпалась и они упали на мягкую траву. Хаул был без сознания. Продолжение следует....