Любовь - это война...

      Проходит несколько недель. Александрия полностью погружена в работу. Мартин так и не удалось вытащить подругу куда-либо, чтобы развеяться, но темнокожая девушка не сдаётся, продолжая соблазнять подругу на веселье, пока они идут по коридору на обход. — У нас завтра выходной. Давай сходим в стрип-клуб для лесбиянок. Никогда в таких не бывала. — Ну и незачем. — А я хочу. — Ого. Кажется, Байрону надо начинать беспокоиться. Микаэла закатывает глаза. Скоро ей придётся заказать стриптизёршу Лексе на дом, но не факт, конечно, что ей позволят исполнить хотя бы один танец. — Я скоро отчаюсь. — С нетерпением жду. Девушки продолжают идти. Заворачивая на повороте, они натыкаются на Коллинза. Мужчина выглядит напряжённым. — Привет, девчонки, — машинально говорит он. — Вы куда? — Посмотреть, как дела у пациентов. Вдруг у кого-то есть ухудшения, — отвечает Мартин. — Да, да… это хорошо… — задумчиво бормочет мужчина. Его рассеянность и тревожность, видимая невооружённым взглядом, заставляет Дельфино насторожиться. — Финн, что-то случилось? Коллинз тяжело вздыхает, запуская пальцы в свои растрёпанные волосы. — Мм… помните, я рассказывал, как дня три назад делал сердечно-лёгочную реанимацию женщине, которой стало плохо на улице? — девушки кивают. — Так вот, мне сегодня звонила её адвокат: она подаёт на меня в суд за сексуальное домогательство. Видите ли, я её, оказывается, облапал, воспользовавшись беспомощным состоянием! Мартин от удивления раскрывает рот, не найдя что сказать. Она помнит, что Финн очень гордился тем, что ему удалось реанимировать ту женщину, хотя он однозначно поздно начал это делать. Так что, Коллинз буквально невозможное сделал, а в итоге вон оно как оборачивается. — Аха, — несдержанно вырывается у Лексы, которая тут же прикрывает рот рукой, пытаясь заставить себя прекратить смеяться. Ситуация, рассказанная её куратором, почему-то сильно её смешит, да так, что шатенка не может успокоиться, из-за чего Мартин осуждающе шикает на подругу. — Извини, — всё ещё улыбаясь, говорит Дельфино. — Нет, Лекс, можешь смеяться, потому что это действительно смешно. Я хохотал минут десять, пока не понял, что это не шутка. Короче, теперь мне нужен адвокат. Кто-нибудь, может, помнит, были ли за последнее время у нас пациенты адвокаты? Темнокожая девушка хмурится, сосредоточено пытаясь вспомнить хоть кого-нибудь, у кого в паспортной части значилось бы, что он является лицензированным советником. А вот Александрия сразу вспоминает, но ей не хочется озвучивать этот вариант. — Прости, Финн, — виновато произносит Микаэла. — Вот так навскидку никто в голову не приходит. — Что ж, придётся прошерстить просторы интернета. Кажется, я знаю, чем занять свой очередной скучный вечер! — Э… — неопределённо тянет Дельфино, которой очень хочется помочь ставшему за эти месяцы ей другом Коллинзу. — Вообще-то, у меня есть кое-кто на примете. Правда, она ещё не совсем адвокат, но работает на лицензированного советника. Она мне давала визитку с номером, но на ней есть адрес фирмы. Если хочешь, я дома поищу и тогда тебе скину адрес смс-кой. — Это было бы очень круто! Спасибо, Лекс… эм… а ты не могла бы ей позвонить тогда? Ну, чтобы я пришёл и меня там приняли, уже будучи в курсе дела… нет?.. Лицо Дельфино выражает резкое неудовольствие идеей Финна, ибо разговаривать с Джей-Джей ей не хочется, так как она предчувствует, что подружка Кларк, слишком заинтересованная в ней, в Лексе, не упустит момента сыскать выгоду в этой ситуации. — Понимаешь… мне бы не хотелось… Она, наверняка, захочет взамен пригласить меня на свидание, а… — Она позвонит!.. — внезапно прерывает подругу темнокожая девушка, увидевшая отличную возможность достигнуть ту цель, которую преследует уже несколько недель. — Позвонит, Финн, будь спокоен. — Микки!.. — возмущённо восклицает Александрия. — Правда?.. — с сомнением уточняет мужчина. — А то мне как-то… — Конечно! Ей это не составит труда. У них… эм… сложные отношения, и она просто цену набивает. Так что всё нормально, она договорится. Дельфино остаётся лишь молча возмущаться, попеременно открывая и закрывая рот. Возражать что-либо она не пытается, хорошо понимая, как это будет выглядеть, поэтому копит негодование и злобу глубоко внутри, готовая обрушить их на подругу, когда они останутся наедине. — Спасибо, Лекс, — радостно говорит Коллинз, обнимая шатенку. — Тогда будем на связи. И Александрии ничего не остаётся, как согласиться. *** Проходит ещё несколько недель…       Надо сказать, расчёт Микаэлы её подвёл — к великому счастью Александрии, Рид даже не собиралась ничего просить за свою помощь, поэтому Дельфино с ней встретилась только на слушании дела, и то только потому, что Финн попросил их с Мартин присутствовать для моральной поддержки.       Заседание суда уже в самом разгаре. Джейсон нахмурен. Собственно, это его обычное состояние — никто не видел, чтобы адвокат Маккориган когда-либо улыбался, только изредка привычная хмурость сменяется покер фейсом… Допрос Финна уже прошёл, но чувствуется, что несмотря на то, что правда на его стороне, судья не особо расположен к нему, и Джейсон это замечает. Вот в чём причина его хмурости. Сейчас заканчивает допрос истицы длинноногая в короткой юбке брюнетка — её сексапильная кошечка-адвокат, глядя на которую судья испытывает «радость» в своей промежности и совершенно этого не скрывает. В такие моменты Маккориган проклинает весь вероломный судейский род, в особенности тогда, когда ничего не может с этим поделать, ведь, как говорят: «Против лома нет приёма, если нет другого лома». На этот раз случай не тот, ибо у него под боком два недоадвоката. Поэтому, вместо того, чтобы слушать ту лапшу, которую навешивает Сидни Лэй, адвокат истицы, мужчина мысленно анализирует, у кого из его помощниц параметры зачётней. — Кларк, иди, — шепчет Джейсон, когда приходит время идти допрашивать истицу. — Я?.. — Да, да. Только расстегни пуговицы своего пиджака. Взволнованная Гриффин неловко поднимается, на ходу расстёгивая пуговицы. На том слушании, на которое она просила прийти Лексу, она облажалась, из-за чего Маккориган сердился, поэтому она не ожидала, что ей дадут возможность постараться проявить себя в этом деле. — Э… кхм… — издаёт неопределённые звуки блондинка, смутившаяся от взгляда и похабной улыбочки старого развратника-судьи. — Миссис Грант, так значит, вы утверждаете, что мистер Коллинз воспользовался вашим беспомощным состоянием для того, чтобы, цитата, «облапать» вас? — Да. — Зачем бы ему это делать? — Протестую, — произносит Лэй, поднимаясь. — Моя клиентка не может судить о мотивах и поступках ответчика. — Но, ваша честь, речь не о том, что думал мистер Коллинз, а о том, как себе представляет его мысли миссис Грант, — возражает Кларк. Лично Александрии кажется, что Гриффин сейчас какой-то бред несёт, но у судьи на это другое мнение. — Угу… хм… да, пожалуй. Отклонено! Продолжайте… как вас?.. — Мисс Гриффин. — Прекрасная фамилия. — Спасибо, — блондинка улыбается уголками губ, на что Сидни закатывает глаза. — Итак, прошу вас ответить на поставленный мной вопрос, миссис Грант. — Ну откуда я знаю, зачем он меня облапывал. Может, его возбуждает, когда женщина в предсмертном состоянии. Услышав подобное, Финн непроизвольно ударяет ладонью по столу, выражая своё возмущение сказанным истицей, после чего Джей-Джей, сидящая по правую руку от него, призывает его успокоиться. — Понятно. Правда ли, миссис Грант, что у вас уже бывали подобные приступы? — Да. Это мой второй раз, а что? — Я просто уточнила. Так что же, в первый раз вам оказывали помощь, отличную от той, которую вам оказал доктор Коллинз? — Протестую! — прерывает допрос своей клиентки Лэй. — Согласно медицинским показаниям миссис грант была без сознания оба раза, поэтому не может судить о том, различную или одинаковую, так называемую помощь, она получила в обоих случаях. — Но разве она может в таком случае утверждать, что доктор Коллинз, оказывая ей помощь, воспользовался её бессознательным состоянием, если была без сознания? — Э… — адвокат истицы нервно облизывает губы, но судья ждёт от неё ответа, одаривая свою экс-фаворитку в этом заседании вопрошающим взглядом. — Когда моя клиентка очнулась, то увидела, что её блузка расстёгнута, а мистер Коллинз как раз засасывал её губы. И этому есть множество свидетелей. Они присутствуют сегодня в суде, ваша честь. — Хорошо, мы обязательно их заслушаем… у вас всё, мисс Гриффин? — Нет, ваша честь. — Тогда продолжайте. — Спасибо. Правда ли, миссис Грант, что у вас огромные долги по кредиту, взятому ещё аж в две тысячи пятнадцатом году? — Протестую, какое это имеет отношение к данному делу? — Действительно, мисс Лэй… так какое, мисс Гриффин? — По нашим данным, — блондинка подходит к Джейсону, забирая у него из рук лист размеров А4, — банк требует с миссис Грант сто сорок тысяч долларов, что в два раза меньше суммы, требуемой ей с мистера Коллинза. Не значит ли это, что мой клиент всего лишь дойная корова, а значит, всего лишь жертва обстоятельств? — Хм… — судья неопределённо мотает головой. — Как-то попахивает домыслами и выдумками… — Вы совершенно правы, но при условии, что у меня есть письменные показания эксперта, уважаемого доктора Хорна, который подтверждает, что для проведения искусственной вентиляции лёгких в сочетании с непрямым массажем сердца, которую, согласно показаниям доктора Коллинза, он делал, требуют освобождения грудной клетки от одежды, дабы более правильно определить локализацию нажатий на неё, а также необходимым является проведение дыхания рот-в-рот, что и говорила миссис Грант, описывая то, что увидела после того, как пришла в себя, между прочим, благодаря этим манипуляциям моего клиента. Кроме того, у меня также есть письменные показания парамедиков, прибывших на место во время первого приступа миссис Грант, которые утверждают, что проводили те же самые мероприятия. Они здесь и готовы повторить то, что записано в их показаниях. Так может, истица хочет и им предъявить иск всего лишь за то, что они вернули её к жизни? — Советник даёт показания! — восклицает Лэй. — Извините. Робко улыбнувшись, Кларк садится на место. Маккориган поощрительно сжимает ладонью её плечо. Трудно не признать, что блондинка справилась на пятёрку. Даже Микаэла это отмечает, шепнув на ухо Дельфино короткое «Она хороша», и хоть она и не является фанаткой Гриффин, прекрасно помня всё то, что та сделала с её подругой, но это не мешает ей судить по справедливости, впрочем, как и Лексе, находящейся под впечатлением от произошедшего.       Во время перерыва все выходят подышать. Точнее, всего лишь чинно пройтись по коридору суда, ведь надо же как-то убить злосчастные пятнадцать минут, отведённые судьёй для отдыха. Пока Маккориган обсуждает некоторые нюансы с Финном, Лекса, взяв под руку Мартин, неспешно идёт в направлении противоположного конца коридора. Мимо снуют куда-то спешащие людишки. Одна из них, девушка-блондинка, задевает Александрию плечом, на что хочет возмутиться, но, увидев, что это Кларк, всего лишь окликает её, заставляя остановиться. — Ты куда так торопишься? — спрашивает Дельфино. — Я ухожу, — бросив взгляд на темнокожую девушку, говорит Гриффин. — Жалко, — отвечает Микаэла. — Ты была просто потрясающей сегодня. Думаю, Финн победит. — Я буду рада, если мои старания не пройдут даром. — Микки! — кричит Коллинз, маня девушку к себе рукой. — Подойди, пожалуйста. Гриффин и Дельфино провожают взглядом удаляющуюся Мартин, после чего шатенка неловко продолжает разговор. — Э… слушай, извини, что я не пришла, когда ты просила. Я… не смогла выбраться. Знаешь… — Знаю, — прерывает Александрию блондинка. — Ты не должна ничего говорить. Развернувшись, Кларк собирается уйти, но останавливается, потому что Лексе приходит в голову продолжить беседу. — Ты какая-то… сама не своя, как мне кажется. — Да… здесь слишком много людей, — бросая взгляд в сторону, отвечает блондинка. — Из-за этого я чувствую себя несколько не комфортно. — У тебя боязнь людей? — Мой психиатр говорит, что это не боязнь людей, а просто отсутствие желания контактировать с ними. — Правда? Я что-то не замечала этого раньше. — Это потому, что ты меня не знаешь. Мой круг общения резко ограничен. — Но ты же адвокат. Здесь контакт с людьми неизбежен. — Я учусь и преодолеваю себя… Ладно, удачи твоему другу. Еле улыбнувшись, блондинка разворачивается и наконец-таки делает то, что ей уже давно хочется — уходит. — Спасибо… Прощальная фраза Лексы едва ли услышана Гриффин, но это уже и неважно ни для одной, ни для другой… *** Ещё несколько дней спустя…       В конце концов, как и ожидалось, судья вынес решение в пользу Финна, отклонив иск миссис Грант. Более того, также удовлетворён встречный иск, о котором Маккориган успел сообщить до вынесения решения, тем самым сэкономив время своё и судьи и деньги налогоплатильщиков, и результатом явилась выплата моральной компенсации размером 20 тысяч долларов. Коллинз изначально не хотел вообще подавать этот иск, но опытный адвокат убедил его, что в суде не до благородства — здесь надо пользоваться всем для извлечения собственной выгоды.       Вечером после вынесения решения судьи Лекса и Микаэла идут в бар, расположенный неподалёку от кампуса Колумбийского Университета и из-за большого скопления там студентов по праву называемый «студенческим», — Дженнифер, работавшая всё это время с Джейсоном, предложила отметить успех. Она и Финна приглашала, только вот мужчине нужно разгрести работу, накопившуюся, пока он бегал по судам, поэтому было решено праздновать втроём. Почему втроём? Да потому что Кларк больше не появлялась, а сама Рид ничего не говорила о намерениях Гриффин к ним присоединиться… Девушки пробираются сквозь непроходимую толпу студентов. Сегодня суббота — традиционный день для вечеринок, и все, кого не пригласили на тусовки, устраиваемые различными клубами Колумбийского, проводят время здесь. Тихая музыка практически не слышна из-за крика и ругани, доносящейся в самом центре, где народу ещё больше, нежели в остальной части бара, хотя, кажется, больше уже и некуда. Ведомые любопытством, Дельфино и Мартин идут в эпицентр событий, уже на подходе понимая, что перебранка между двумя девушками. Подойдя ближе, они сразу узнают в одной из них никого иного, как Гриффин, что сильно удивляет Александрию, хотя, в принципе, что-то подобное она видела в доме Эбби, когда отбирала у блондинки бонг: девушки, сцепившись, треплют друг друга за волосы и одежду, выкрикивая ругательства. Парни пытаются их растащить, но успех в этом неблагодарном занятии приходит далеко не сразу. Когда, наконец, им это удаётся, девушки, уже не в состоянии причинять друг другу физическую боль, посылают напоследок проклятья. — Гори в аду!!! — кричит смуглая кудрявая брюнетка. — Чтоб ты сдохла, сука-Гриффин! — Не дождёшься! Я ещё станцую на твоих похоронах!! — парирует блондинка. Кларк вырывается из рук какого-то парня, оттащившего её от брюнетки, и, не обратив на него никакого внимания, застёгивает пуговицы, выпавшие из петель, пока она боролась со своей соперницей. Идя с опущенной головой прямо на Мартин и Дельфино, блондинка вскидывает голову только тогда, когда замечает у себя практически под носом две пары чьих-то ног. Тогда на лице её появляется удивление и испуг, красноречиво говорящие, что она не ожидала увидеть здесь Лексу и её подругу. — Привет… — растерянно произносит Гриффин. — А… а что вы тут делаете?.. — Джей-Джей пригласила нас, — отвечает Дельфино. — Не знаешь случайно, где она? — Нет. Быстро отведя взгляд, Гриффин ретируется и отходит к свободному столику в углу, садясь там и уткнувшись лбом в свои ладони. — Кажется, психиатр ей несильно помогает, — комментирует поведение блондинки Микаэла. — Хочешь выпить? — Да… слушай, принеси мне какой-нибудь коктейль. Шатенка делает шаг в сторону Кларк, но её останавливает темнокожая девушка. — А ты куда? — Хочу поговорить с Кларк. — Что?! Зачем??? — Ты видишь, какая она? Мне кажется, что с ней что-то происходит. — Ооо, да это к гадалке не ходи! Тихо, мирно и шурша едет крыша не спеша!.. В любом случае, тебя это не касается. — Почему ты такая злая? Может, ей нужна помощь. — Ой ли. — Просто принеси мне выпить и найди Дженнифер. Мартин недовольно фыркает, но уходит, а Александрия идёт по направлению к блондинке, которая не замечает Дельфино даже тогда, когда она садится к ней за столик. — Я полагала, что такие, как ты, не ходят по барам, клубам и вечеринкам, — говорит Лекса. Отнимая ладони ото лба, ошарашенная внезапным для неё появлением кого-то постороннего Кларк испуганно смотрит на шатенку. — Э… что значит «такие, как я»? — Интроверты. Помню, несколько дней назад ты говорила, что сторонишься контактов с другими людьми, а здесь, гляди-ка, их чрезвычайно много. — Я также говорила, что борюсь с собой ради мечты быть адвокатом. Но конкретно здесь и сейчас я быть не хочу. — Из-за той девушки, с которой ты дралась? — Господи, да далась вам всем Шана?! Эта тупая сука, которая гнобит меня с самого первого курса, никак не влияет на мою жизнь! Вообще!!! — Окей, ладно, — Лекса вскидывает руки, принимая стойку а-ля «сдаюсь». — А что тогда влияет? — Джей-Джей, — со вздохом отвечает блондинка. — Только не говори, что в неё влюблена, потому что тогда она будет второй девушкой, к которой у тебя есть чувства и которую ты при этом френдзонишь. Это очень странно, если честно. — «Странность» — моё второе имя, но на самом деле нет. С Джей-Джей всё не так, как с Октавией. Нет, конечно, я её люблю, но как сестру. И как сёстры мы ссоримся. В последнее время очень часто, а всё потому, что я идиотка. Кстати, я должна извиниться перед тобой… — Ой, ладно, Кларк, ты уже извинялась. — За другое… знаешь, я попыталась исправить ситуацию с тобой и мамой, поэтому попыталась объяснить ей, что между нами ничего не было, да и вообще, что ты ни капли перед ней не виновата, — Александрия, затаив дыхание, округлыми глазами смотрит на Гриффин. — Но я полная дура, потому что сказала, что мы с тобой виделись здесь в Нью-Йорке, на что мама отреагировала очень плохо. Кажется, я ещё больше всё испортила. Прости, теперь я понимаю, что не надо было. Многое из того, что я делаю, не надо было делать… Выражение лица блондинки становится измученно-страдальческим. По ней видно, что она искренне сожалеет, что её благие намерения не оправдали себя. Сама же Дельфино, сначала с надеждой слушавшая, что говорит Кларк, теперь разочарована. Но блондинке этого она не показывает. — Ну… ты пыталась… — облизывая губы, произносит Александрия, решившая быть снисходительной. Она понимает, что Гриффин хотела как лучше. — Нет твоей вины, что Эбби… неправильно всё расценила. Ты не должна из-за этого расстраиваться. — Не могу, потому что на этой почве мы и с Джей-Джей поссорились. Она меня осуждает. Постоянно осуждает. Да я и здесь из-за неё. Думала, найти кого-нибудь, к кому бы я могла перехать хотя бы на время, потому что, если мы останемся с Джей-Джей под одной крышей, то кто-то из нас умрёт. Александрия хмурится. Идея, возникшая у неё в голове, противоречит всякой логике и даже её собственному желанию, но почему-то ей кажется, что так будет правильно. — Если хочешь, можешь пока снимать квартиру со мной. — Правда?.. — А почему бы и нет. Я одна живу с тех пор, как Микки переехала, поэтому одна комната свободна, и ты можешь там поселиться. Не думаю, что хозяин квартиры будет против. — Спасибо тебе большое… Ты меня даже не заметишь! Гриффин с благодарностью смотрит на шатенку, которая всё ещё в сомнениях, не поспешила ли она со своим предложениям, но забирать слова обратно уже поздно…