Пять шагов

- Рицка-кун, твои... предположения подтвердились? - женщина сидит слегка в тени, сегодня так падает солнце, и она этому рада. Рада, что Рицка не видит обеспокоенного выражения ее лица, иначе начал бы уверять, что все лучше, чем было раньше. Он чуть откидывается на спину и сцепляет ладони. Кацуко-сенсей кажется, что перед ней сидит не 16-летний юноша, а взрослый человек. Человек, с которым случилось очень много плохого. - Да, сенсей. Но... прогресс... он наблюдается, - Рицка позволил себе немного улыбнуться - устало, болезненно но все-таки чуточку счастливо, - вчера он сам выбрал цвет пластилина, - кошачьи ушки слегка дрогнули, выдавая облегчение своего хозяина, - но произвести множественный выбор пока не удается. - Прием с перенесением своей личности на представителей другой социальной группы? - женщина вскидывает бровь, но все-таки она немного рада. Эта беседа сейчас может оказаться гораздо более продуктивной, нежели многие другие за неделю. - Перенесение на социальную группу под названием Коты. Это помогает ему самостоятельно выполнять определенные действия, которые совершают Коты, - вздохнул Рицка и потер виски. Сенсей терпеливо ждала, когда Аояги вновь продолжит беседу. Где-то внутри она чувствовала, как необходима юноше эта коротенькая передышка, небольшой рубеж, на котором можно остановиться. И пойти дальше. - Отождествление с котами выбрано не случайно. До этого происходило отождествление себя с собакой - покорным существом, прислужником. Перенесение на котов необходимо для смены заложенного в сознание образа. Коты - свободолюбивые существа, которые "гуляют сами по себе", - прокашлявшись, произнес Рицка, и Кацуко-сенсей кивнула, делая пометку в блокноте. - Восстановление биоритмов? - Происходит... немного трудно, - Рицка сжал пальцы так, что костяшки побелели, - за последнюю неделю удалось сдвинуть на полчаса вперед. Теперь подъем происходит в пять утра, - выдохнуть, потому что воздуху в легких слишком тесно. И хотелось бы заплакать, но ему нельзя. Непозволительно. Он сильный. Он Жертва, а это значит, что когда его Боец в опасности, он не может проявить и тени слабости. - Рицка-кун, это уже очень много. В первую очередь необходимо восстановить цикл сна и бодрствования, ты это прекрасно понимаешь не хуже меня. Через две недели, если рецидива не произойдет, можно переходить к следующему пункту. - Сенсей...спасибо, - шепнул Рицка и поднялся. Женщина поднялась следом, чтобы проводить юношу к выходу. - Я верю, что у тебя получится, - ободряющая улыбка. Она не врет, она чувствует какой-то долей подсознания, что Рицка справится с этой нелегкой задачей. Она же проконтролирует правильность процесса в теории. Это важно не меньше. - До свидания.

***

- Коты раз в день разговаривают с другими Котами, - произнес Рицка, сидя перед Соби на полу. Мужчина поднял голову, услышав тихий голос юноши. На лбу, между бровей, образовалась небольшая складка - Боец пытался понять, что от него требуют. Рицка поставил на пол перед собой одну из тарелок, взятых на кухне и положил руки на колени. - Коты отвечают на заданные вопросы и задают свои вопросы, - ладонь указала на тарелку. - Кот спрашивает Кота: что это за предмет? - мужчина смотрит на тарелку и склоняет голову набок. - Кот отвечает, что это тарелка, - Рицка кивает ему. Правильно. - Кот должен задать Коту вопрос: "Для чего нужна тарелка?", - пальцы сжимают шершавую ткань джинсов на бедрах. Соби молчит. Он смотрит на тарелку расфокусированным взглядом, словно перед ним лежит совершенно непонятный объект, и поэтому он его не замечает. Часы тикают на кухне. Рицка слышит их отсюда, из гостиной, отчего становится слегка неприятно. Но он продолжает неподвижно сидеть и ждать, пока разум Соби осмыслит информацию. - Кот спрашивает Кота: для чего нужна тарелка? - наконец, выдыхает он, и Рицка кивает ему. Верно. Продолжай. - Кот отвечает, что тарелка нужна для еды, - тонкие пальцы поднимают предмет, переворачивая лицевой стороной к Агацуме. - Кот спрашивает Кота: какого цвета тарелка? - и снова мужчина молчит, смотрит сквозь посуду, а затем, словно очнувшись от оцепенения, произносит: - Кот отвечает, что тарелка синего цвета, - Рицка кивает. Молодец. Все правильно. - Сегодня Коты задали вопросы. Он относит тарелку на кухню, ставит на место. Пальцы до боли сжимают столешницу, впиваясь в нее ногтями, потому что его кожа уже давно в многочисленных царапинах. Но они - ничто. Гораздо страшнее смотреть на руки Бойца, покрытые длинными глубокими порезами, которые очень тяжело заживали. После осталось слишком много шрамов, но Рицка не может их вылечить. Сила все еще должна поступать по каплям. Это как введение лекарства: слишком большая доза может вызвать анафилактический шок. Он должен идти по ступеням в правильной последовательности, иначе велик шанс рухнуть. Рицка возвращается в комнату и видит Соби сидящим в той же позе. Осторожно берет его за руку и отводит к кровати и усаживает на нее, позволяя ему опереться на спинку. - К Котам приходят другие Коты. Их много. Сейчас придет один Кот. Ты понял? - Рицка сидел перед ним на стуле и осторожно держал за руку. Мужчина осторожно кивнул, и его пальцы чуть сжала юношеская ладонь, но тут же отпустила и уложила мужскую руку на колено. Юноша поднялся и медленным шагом направился к двери. Соби пугался, когда он совершал резкое движение. Это было заметно по учащавшемуся дыханию и по тому, как менялся его взгляд - из пустого и бесцветного он становился загнанным, словно подернутым пеленой. - Кио... проходи на кухню медленным шагом, не заглядывай в комнату, - зеленоволосый студент кивнул и тихо разулся. Рицка, показывая, как надо идти, прошел на кухню первым. Кио следовал за ним тенью, не было слышно обычного звяканья сережек - Аояги попросил снять их на время. - Рицка, что происходит? Как он тут оказался? - шепотом произнес Кайдо, усаживаясь за стол. Рицка вздохнул и поставил чайник на огонь. - Кио, сейчас ты должен услышать то, что я тебе скажу. Соби не сошел с ума. Это хуже. Он сломлен, как личность, как человек. Память частично утрачена или заперта в подсознании, я не уверен. Он был на грани. Из-за Сеймея. Я не знаю, каким образом он его довел до такого состояния, - Рицка медленно разливал чай по чашкам, в то время как Кио, впервые на его памяти такой серьезный, внимательно слушал его. - Я и мой психолог составили последовательность действий, с помощью которых возможно удастся вернуть его к почти нормальному состоянию. Он... с трудом возвращается, - юноша закусил губу, делая глоток обжигающей жидкости. - Я помню, как ты говорил, что он был зомби. Будь готов к тому, что ты увидишь не зомби, а бесцветную куклу. Без воли, без желаний, без самосознания, - Кио взглянул на Аояги тяжелым взглядом. - Рицка... Ты уверен, что то... что вы придумали, сработает? - Рицка отставил чашку и вздохнул. - Нет, Кио, это лишь предположение, догадка, но другого у нас нет. Психологи... В данном случае не помогут. Сейчас я объясню тебе, как ты должен себя вести, чтобы не напугать его. Постарайся запомнить все, я буду корректировать и подсказывать, если что, - студент кивнул, отставляя пустую чашку. - В первую очередь, не делай резких движений. Это его пугает. Говори медленно, простыми предложениями и, постарайся это запомнить, связывай все с Котами, вот так: Коты делают рисунки, Коты умываются по утрам. Так надо, иначе он не поймет, - Рицка откашлялся и продолжил: - Не задавай ему вопросов и говори, в основном, сам. Он почти не разговаривает. Он будет молчать, он не будет отвечать на вопросы или, если будет, то старайся не задавать дальнейших. Ты все понял? - молодой человек, сидевший за столом, осмысливал услышанное, а затем кивнул. - Иди за мной, - Рицка поднялся и осторожно прошел в комнату, где Соби сидел все так же, со сложенными на коленях руками, опершись на спинку дивана и глядя пустым взглядом в пространство. - К Котам пришел Кот, - медленно произнес юноша, усаживаясь на диван рядом с мужчиной. Кио, слегка пошатываясь, приблизился к стулу, стараясь унять дрожь по всему телу. То, что он увидел, заставило волосы на голове зашевелиться. Он видел в своей жизни многое - и по телевизору, и в живую. Но такого не показывают ни в одном кино: человек без души, по-настоящему без души, с пустым взглядом прозрачных синих глаз. Это так отличалось от того Агацумы, которого он знал, которого считал своим другом, что, вопреки собственному желанию, он едва ли не упал на стул. Рицка покачал головой и сжал пальцы мужчины. - Э-э-э... Коты... м-м-м... иногда дружат, - произнес он настолько медленно насколько смог. Соби повернул голову и взглянул на него, вернее, сквозь него, а затем кивнул. - Кот... эм-м, пришел проведать своего друга-Кота... - Кио взглянул на Рицку с немой просьбой помочь. Он знал, как общаться с Агацумой Соби. Он не знал, как разговаривать с оболочкой Агацумы Соби. Юноша заглянул в глаза Соби и произнес: - Котам нравятся цветные карандаши. Коты приносят другим Котам карандаши, - Рицка поднялся вместе с Соби и подошел к столу. Боец несколько минут смотрел на гладкую деревянную поверхность, пока Рицка спокойно стоял рядом. Кайдо не знал, что ему делать. Он взглянул на юношу, и тот лишь осторожно приложил палец свободной руки к губам. Пальцы Агацумы взяли цветастую коробочку, он повернулся и вернулся к дивану. Аояги присел вместе с ним, и Кио дрожащей рукой принял протянутую коробку, стараясь унять свою дрожь. Но у него не получалось. Это было слишком для него. - Кот говорит Коту спасибо, - прошептал молодой человек, и Рицка вздохнул. - Коту пора идти к другим Котам. - До сви-да-ни-я, - прошептал Соби, и Кайдо ошарашенно взглянул на юношу. Аояги сидел, обхватив своими пальцами ладонь Бойца и смотрел на него влажными от слез глазами. - Кот отведет Кота к выходу, - прохрипел Рицка, с трудом поднимаясь с мягкой поверхности дивана и на ватных ногах идя в прихожую. Кио следовал за ним и едва успел подхватить юношу, когда тот покачнулся и заплакал, бесшумно, со счастливой улыбкой и совершенно безумным взглядом. - Он почти не говорит сам, Кио. Только продолжает за мной заученные фразы. Но с тобой он попрощался. Сам. Кио, сам! - задушено прошептал юноша, утыкаясь в плечо молодого человека, позволяя слезам пропитать тонкую футболку. - Рицка, ты вернешь нам нашего старикана. Только... очень постарайся, хорошо? - Аояги кивнул и вытер слезы с щек. - Кио, приходи по воскресеньям, пожалуйста, - произнес юноша, стоя на пороге. - Рицка, если что-нибудь надо... звони и не стесняйся, я же вижу, что ты скоро сам просвечивать начнешь, - юноша вздохнул и кивнул. - Если у тебя есть какие-нибудь фотографии с Соби, привези, пожалуйста. Желательно, печатные. До встречи, Кио. Едва дверь закрылась, юноша сполз по ней спиной и прижал ладони к глазам. Душа рвалась на части, счастье, пока еще преждевременное, слишком раннее, уже вырывалось наружу, сквозь ребра, мышцы, ткани и оболочки. Он тихонько рассмеялся - слегка истерично, пытаясь задушить слезы, но все-таки рассмеялся. Надо успокоиться. Соби в комнате. И надо его накормить. Рицка, слегка пошатываясь, зашел в ванную и умылся, стараясь остудить пылающее лицо. Холодная вода стекала по лицу на раковину, а юноша закусывал губу, чтобы отрезвить себя хоть немного. Это даже не половина пути. - Котам пора есть, - произнес юноша, проходя в комнату и осторожно беря мужчину за руки. Пальцы Соби всегда были холодными, сколько Рицка его знал. Холодные пальцы - горячие губы. Юноша потянул Агацуму в сторону кухни, осторожно, шаг за шагом, и тот медленно следовал за ним, глядя прямо перед собой, в глаза Жертвы. Рицка усадил мужчину за стол и поставил перед ним тарелку с супом. - Синяя, - слово на грани выдоха, Соби смотрит на стоящую перед ним посуду, и Рицка впервые видит во взгляде хоть какое-то осмысление. - Правильно, синяя, - шепчет юноша, будучи не в силах скрыть улыбку на губах. Этого слишком много для одного дня. Этого слишком мало для полутора месяцев. Агацума переводит взгляд на Аояги и повторяет это мимическое движение. Улыбка выходит похожей на оскал, но Рицка кивает ему. Соби берет ложку и начинает есть. Рицка смотрит в окно на темнеющее небо, и в груди зарождается что-то большое и странное. Ожидание. Вера. - Спаси-бо, - Рицка убирает посуду и берет мужчину за руки. Еще одна кроха - маленькая искорка - скользнула по связи в глубину души. Она еще есть. Рицка знает. Просто она разбита, и ее нужно собрать. Каждый осколочек должен лечь к осколочку иначе ничего не выйдет. В ванной Рицка набирает воду и следит, как мужчина снимает одежду. В воду погружается небольшой детский термометр для ванны в виде уточки. Соби молча ждет, стоит у стены и не двигается, смотрит в одну точку на кафеле. Шум воды. Шорох одежды. Плеск. Щелчок тюбика с маслом. Аояги помогает Бойцу залезть в ванную, присаживается на краешек бортика. Исхудалое тело все равно сохранило свою прежнюю красоту, даже отголосок той силы, которая была в нем прежде. Юноша осторожно смачивает длинные волосы водой - Агацума откинул голову так, чтобы вода не лилась на лицо. Куда-то пропало само понятие стыда. За все это время он ни разу не усомнился в правильности своих действий. Соби отдал себя для него, а значит, и тело тоже. Юношеские пальцы плавно массировали голову мужчины, намыливая длинные пряди. По ванной разошелся аромат шалфея и мяты, будоража рецепторы. Рицка хотел бы представить, что все это - страшный сон, а если он откроет глаза, если сможет проснуться - окажется, что он просто задремал вместе с Соби, и ему приснился кошмар. Но он знал: это все - реальность. Вода уносила с собой душистую пену, омывала кожу, уносила прочь даже тяжелые мысли Рицки. Он взглянул на часы, лежащие на тумбочке. - Котам пора спать, - прошептал он, помогая мужчине выбраться из ванной и укутывая его в полотенце. Соби взглянул на него и кивнул, все так же медленно, даже чинно, прикрывая при этом глаза. Рицка почувствовал, как его пробирает дрожь - приятная дрожь ожидания. Он с нетерпением ждал встречи со своим Соби. Пока Агацума одевался, юноша разложил постель и откинул одеяло. Спали они вместе: во сне Агацума принимал Силы больше, чем во время бодрствования, и так Рицка мог контролировать продолжительность сна. Постоянной подпиткой он осторожно продлевал его. Сначала Соби пытался совсем не спать, дремал урывками, по несколько минут, пока Рицка не начал аккуратно вливать Силу - мелко-мелко, по каплям, медленно. Даже Сила Рицки тогда была для Бойца ядом. Постепенно ему удалось довести мужчину до сна в 4 часа. Он укладывался в 12 ночи и просыпался в 4 утра. Сейчас мужчина спит шесть с половиной часов, но этого все равно еще слишком мало. Рицка после короткого душа забрался под одеяло, беря мужчину за руку. - Спокойной ночи, - прошептал Соби, прикрывая глаза, и Рицка позволил себе провести ладонью по убранным в косу светлым волосам. - Спокойной ночи, любимый.