Smoke and Mirrors

Его черный костюм выделялся на фоне белых стен. Мужчина сидел на стуле, оперевшись локтями о колени с сцепленными руками в замок. Гудящую тишину иногда нарушали короткие крики, которые эхом отдавались в его голове. Он наблюдал за ней. Глаза метались под полуприкрытыми веками. По лбу стекала капля пота, которая тут же скрывалась в темных волосах каждый раз, когда девушка шевелилась. Ее тело содрогалось, руки то и дело взметались вверх, будто защищаясь от чего-то. Но все движения были скованы эластичными лентами, которые плотно обтягивали ее запястья и щиколотки. Он не знал почему сидит здесь. Наверное, надеется, что она очнется еще раз. Что маловероятно, на самом деле. Он говорил с врачом, который убедил его, что наша страдалица Мисс Грин идет на поправку. Губы скривились, вспоминая разговор с доктором. - Содержания наркотического вещества в крови снизилось в двое. Функции гипофиза практически восстановились. Думаю, через пару дней она полностью придет в себя. - Есть шанс, что она очнется еще раз перед этим? - Нет, не думаю. Судя по нашим исследованиям, действия наркотика можно разделить на несколько фаз: первая - чувство эйфории, спутанность сознания, как при принятии кокаина или амфетамина. Во время второй пациент испытывает тяжелые, а порой и опасные галлюцинации, которые могут привести к летальному исходу, если пациент остается без должного наблюдения. Третья фаза - фаза просветления. Она длится около 18 часов, во время которых больной практически приходит в себя. Четвертая - заключительная. Пациент возвращается в мир галлюцинаций, но уже не таких сильных, как во время второй фазы. Вскоре, видения становятся все слабее и слабее, и человек окончательно приходит в себя. - То есть повторение третьей фазы невозможно? - его настроение ухудшалось с каждой секундой, а зудящее раздражение где-то в затылке заставило слегка дернуть головой. - Не думаю. Хотя, я не могу ничего обещать. Тяжело предсказывать действие вещества с такой сложной молекулярной структурой. И да, я бы порекомендовал курс реабилитации. Сознанию трудно прийти в себя без посторонней помощи после такого потрясения. - Нет. - Нет? - доктор посмотрел на мужчину поверх очков. - Вышвырните ее отсюда, как только она сможет самостоятельно ходить, - процедил он сквозь зубы. - Позвольте хотя бы выписать ей медикаменты, которые помогут нормализовать процессы коры головного мозга, - обеспокоенно спросил доктор. Не в его компетенции было оставлять пациентов без должного ухода. Черные глаза еще пару секунд въедались в светло-серые, а потом его голова запрокинулась, сопровождаясь глубоким вздохом. Десять, девять... Главное успокоиться. Восемь, семь... Сдержать порыв размозжить этому старику череп об ближайшую стену. Шесть, пять... Наблюдая за тем, как горячая красная жидкость стекает по белому полотну стен. Четыре, три... Желваки на его лице успокоились. Два, один. - Мне наплевать. Главное чтобы она убралась отсюда и не мозолила мне глаза. Кажется, этим она сейчас и занималась. Мозолила ему глаза. Хотя он непроизвольно ловил каждое ее движение и судорожный вдох. Наблюдал за тем, как дергается ее тело в попытках убежать от своих собственных кошмаров. Как же это иронично. Тебе, моя милая, предоставлена прекрасная возможность встретиться со своими страхами лицом к лицу. И что же ты делаешь? Правильно, убегаешь. Даже не пытаешься бороться. Насколько же человек сам по себе слаб и безволен. Бежит непонятно куда и непонятно отчего. Люди привыкли скрывать в глубине себя свои страхи, а порой даже не признавать их. Делать вид, что у них все хорошо, что они сильны и жизнерадостны. Но стоит копнуть глубже, и перед тобой уже не человек, который считается творцом и доминантном, а сотрясающееся в рыданиях существо. Напуганное. Глаза, которого полны страхом и болью. Поистине сильны только те, кто может признать в себе слабости и спокойно смотреть своим страхам в лицо. Только таких не сломать. Жаль только, что такие люди, как правило, самые несчастные. - Так вот каково это... - голос был настолько тихим, что Мориарти подумал, что ему показалось. Он медленно поднял голову и посмотрел в сторону кровати. Ее голова была повернута на бок, а мутные глаза уставились прямо на него. - Каково что? - также тихо спросил мужчина. - Жить в своем собственном аду, наполненном воспоминаниями, болью и отчаяньем. Тебе же не понаслышке об этом известно, да, Джим? Она постаралась выдавить из себя улыбку, но получилось только слегка растянуть губы. Измученные глаза смотрели на него еще пару секунд, а потом закатились за веки. Она выгнула спину, а из груди вырвался протяжный всхлип. Он все еще продолжал на нее смотреть, игнорируя тупую боль где-то под ребрами, которая эхом отдалась от ее слов. Похоже, что "просветление", которого он так ждал так и не наступит. Он поднялся и быстрым шагом вышел из палаты, стараясь не смотреть в сторону корчащегося тела. Стараясь не думать о том, что та пара секунд, скорее всего, и были просветлением.

***

Сначала была боль. Она текла по венам, отдаваясь пульсацией в затылок с каждым новым ударом сердца. Потом бы яркий свет, который буквально ослепил ее, заставляя вновь зажмурить глаза. Во рту было сухо, а кожа покрылась мурашками. Ей было холодно. Ей было холодно! Эта мысль заставила резко распахнуть глаза и сразу же пожалеть об этом. Яркий свет лампы врезался острыми иголками в сетчатку. Но на этот раз она только слегка прикрыла веки. Она чувствовала холод. И это чувство было реальным. Она все еще не понимала откуда в ней такая уверенность, но - да! Холод был реальным. Девушка чувствовала, как он скользит по голым ногам и касается влажного лба. Это чувство отрезвляло, помогало все увереннее поднимать веки на встречу яркому свету. Она практически сфокусировала взгляд на лампе, как послышались шаги. - О, Мисс Грин! С возвращением! - Высокий голос резал слух. Эмбер хотела повернуть голову, но малейшее движение отдавалось сильной болью в позвоночнике. - Как ваши дела? Знаю, глупый вопрос. Этот как спрашивать смертельно больного о самочувствии. Следите, пожалуйста, за фонариком. Не успела она договорить, как глаза Эмбер опять были ослеплены, из-за чего та тихо зашипела. - Отличная реакция зрачков. Поздравляю, вы не ослепли, что говорит о том, что затылочные доли коры головного мозга функционируют нормально. Разве это не прекрасно? Эмбер мало что соображала в этот момент: туман в голове и перед глазами все никак не хотел рассеиваться. Но одно она знала точно - она была готова убить эту особу с вот этим вот ее противно-сладким голосом. Действительно, разве это не прекрасно? Она осталась жива, да еще и в здравом рассудке. Хотя, последний факт еще надо проверить. Все прекрасно, правда? Только вот она лежит привязанная к кровати непонятно где и непонятно как долго, а голова, казалось, сейчас разорвётся от боли. - Я только поменяю тебе капельницу, дорогая. Скоро придет доктор и расскажет обо всем. Дорогая. От этого обращения хотелось скривиться. Что она в общем-то и сделала, но тут же пожалела. Новая вспышка боли пробежалась по позвоночнику, влеча за собой табун болезненных мурашек. Медсестра потянулась за капельницей через кровать. Белокурые волосы упали вниз, задев лоб Эмбер. В ноздри тут же ударил резкий запах духов. Желудок скрутило, а тошнота подкатила к горлу. Она затаила дыхание, не позволяя слишком сладкому запаху заполнять легкие. Как только блондинка отстранилась, девушка шумно втянула воздух, стараясь восстановить дыхание. - Нет-нет, дорогая, даже не пытайся говорить. Ты еще слишком слаба. И да, постарайся меньше двигаться, но я тебе в этом уже помогла, - увидев вопрос в глазах Эмбер, девушка добавила с улыбкой, - твоя капельница. Немного снотворного тебе не помешает. Желудок скрутило с новой силой. "Опять?! Нетнетнет! Я не хочу засыпать!" Несмотря на боль, она дёрнулась пару раз, сбрасывая с себя одеяло, в надежде, что получится выдернуть капельницу. Внезапно холодная рука пригвоздила ее к матрасу, а длинные ногти впились в плечо. - Не переживай, никаких видений больше не будет. Тебе просто надо поспать, - ее голос был добрым, но натянутая улыбка и хватка на плече выдавали ее с головой. Эмбер смотрела на нее в ужасе, стараясь не давать взгляду расфокусироваться. Но лицо блондинки поплыло, а в ушах зашумело. - Какого черта мистер Мориарти вообще тебя сюда притащил? Я нянькой не нанималась. "Подождите. Кто?! Она сказала Мориарти? Господи, пусть мне послышалось. Это же... это же..." Мысли спутались в один огромный липкий ком, тело налилось свинцом, а веки медленно опустились под тяжестью ресниц.

***

Она нервно старалась натянуть рукава свитера на замерзшие пальцы. Правая рука не слушалась, а бинт, которым она была перевязана, постоянно сползал, создавая болезненное трение с поврежденной кожей. На улице было не так уж и холодно, но девушка содрогалась от каждого дуновения ветра. Она отрешенно наблюдала за мелькающими машинами и людьми, которые самозабвенно мчались по своим делам. Она чувствовала себя неуютно, ведь казалось, что она единственная на всей улице, кто не двигался. Девушка стояла возле больницы уже пять минут, дожидаясь такси, которое должно было отвезти ее домой. Если то место можно было назвать домом. Все было таким странным, ведь она совершенно не узнавала фасад или улицу. Кажется, она никогда и не была в этой части города. Эмбер ничего не помнила. Шесть дней просто выпали из ее жизни. Шесть дней. Такого не случалось даже во время самых продолжительных запоев. Она повернула голову в сторону больницы, давая себе еще один шанс вспомнить происходящее, или хотя бы местность. Но нет, огромный пробел в памяти все никак не хотел заполняться. Она была так растеряна и беспомощна, когда в очередной раз пыталась воскресить хоть какие-нибудь воспоминания, но вместо этого только натыкалась на зияющую пустоту. Девушка опять повернула голову к проезжей части, голова закружилась. Наверное, движение было слишком резким. Дорога не спеша заколыхалась в разные стороны. Она опустила голову и прикрыла глаза, дожидаясь пока приступ пройдет. Спутанные волосы упали на лицо. Как бы смешно это не было, но на секунду она почувствовала себя в безопасности. Волосы скрывали за собой практически всю улицу, заставляя фокусироваться на своих ботинках. Если напрячься, то можно представить, что никого рядом нет, что она совсем одна, окруженная каскадом волос, которые защищают ее от внешнего мира темной стеной. - Мисс Грин? - послышался мужской голос где-то за пределами ее маленькой крепости. Она медленно подняла голову, избегая резких движений. Казалось, что при следующем головокружении она просто упадет на землю. - Да, - так тихо, она сама еле расслышала. Но, кажется, водитель прочитал по губам, потому что в следующую секунду он открыл перед ней дверь. Казалось прошло несколько минут пока она смогла залезть в машину. Ее движения были такими медленными, каждый новый шаг давался с трудом. Хлопок закрывающейся двери оглушил, а движение машины вернуло липкое чувство тошноты, которое становилось все сильнее с каждым новым поворотом. Кажется, она даже не называла адреса, но и водитель не спрашивал. Ее это не удивило. Видимо, доктор с которым она общалась накануне вызвал для нее такси. В голове всплыл образ пожилого мужчины с добрыми серыми глазами, а затем и их разговор. - Ну что ж, Мисс Грин, добро пожаловать обратно. Понимаю, что вам многое пришлось пережить за такой короткий срок, но помогите мне помочь вам. Он присел на стул рядом с кроватью, поправляя подол своего халата и выжидающе посмотрел на девушку. Она медленно перевела на него невидящий взгляд. - Это... это реальность? Это были ее первые слова с того момента, как все началось. Это был первый раз, когда она не кричала, срывая голос. Казалось доктор на секунду растерялся, но потом все таки ответил. - Да, вам не о чем беспокоится, наркотик практически полностью вывелся из вашего организма. Она уставилась на него, словно не веря. Словно прямо сейчас за его спиной по стенам потечет кровь, и все это окажется очередным кошмаром. Но стена все также оставалась белоснежно чистой, а человек, сидящий перед ней - вполне реальным. Кажется, теперь она всю оставшуюся жизнь будет задаваться вопросом "А реально ли это?" Ведь кровавая стена может появиться в любой момент, а мнимая реальность оказаться галлюцинацией. - Я пропишу вам пару медикаментов, которые помогут заснуть и нормально функционировать в течение дня. Вы быстро идете на поправку, - он улыбнулся, но должного эффекта этого не произвело - ее взгляд все так же был затравлен и испуган. "Медикаменты, которые помогут вам заснуть". Она больше не хотела спать. Никогда. Не могла допустить еще одному кошмару вторгнуться в ее сознание. Даже с учетом того, что блондинка тогда не соврала, и девушка действительно не видела никаких галлюцинаций под действием снотворного, но она просто не могла избавиться от страха, что это повториться. - Должен предупредить вас, что после такого стресса могут быть побочные эффекты. А именно: головокружение, тошнота, ночные кошмары, провалы в памяти, бессонница, головная боль, приступы паранойи и панических атак. Но с лекарствами, которые я вам прописал, процесс выздоровление пойдет быстрее. Он правда пытался ее подбодрить, но его старание не обвенчались успехом. Случай был довольно сложным. Трудно было предугадать, как именно такой стресс скажется на организме. - Скажите, у вас есть аллергия на какие-либо препараты? Смотря куда-то позади него, она помотала головой. - Психические заболевания? Ее взгляд метнулся в сторону мужчины. - Нет. - Отлично. В таком случае, не думаю, что последствия будут серьезными. Скоро принесут вашу одежду и вы сможете вернуться домой, - сказал мужчина, поднимаясь со стула. - Кто меня сюда привез? - она сказала это резко, заставив доктора замереть на полпути. - Мистер Мориарти. Владелец этой больницы. По спине пробежался холодок, от которого девушка непроизвольно дёрнулась. Мужчина заметил это и понимающе улыбнулся. - Его здесь нет, если вас это интересует. - Спасибо за помощь, доктор. - Выздоравливайте поскорей, Мисс Грин, - сказал он и исчез за дверью. - Приехали, - послышалось где-то далеко, - Мисс Грин? Девушка дёрнулась и перевела взгляд на водителя. - Приехали, - повторил он более мягко. Эмбер только рассеяно кивнула и вылезла из машины. Она немного помялась у входа, слыша за спиной гул удаляющегося мотора. Вот она. Дома. Как будто никуда и не уходила. Глубоко вздохнув, она открыла дверь и как можно тихо поднялась по ступенькам. Нахватало еще нарваться на Миссис Хадсон. Она не была готова к светским беседам с милой, иногда раздражающей старушкой. Девушка практически подошла к своей двери, как сзади послышался звук открывающегося замка. Она резко обернулась и слегка пошатнулась от сильного головокружения. У нее все же получилось сфокусировать взгляд на, вышедшей из квартиры напротив, фигуре. - Эмбер... - Не подходи ко мне, - зашипела она, приподняв руку будто обороняясь. - Послушай, я... - он попытался сделать шаг вперед. - Я сказала не подходи ко мне! - Крик оглушил ее саму. На секунду повисла тишина, во время которой Эмбер пыталась успокоиться. - Я не хотел, чтобы так получилось. - О, в таком случае мне намного легче, спасибо. Ты хоть раз видел смерть своих родных снова и снова? Словно на повторе, только каждый раз различные сюжеты их смерти? А может ты хоть раз принимал непосредственное участие в их убийстве? Видел как их кровь стекает по твоим рукам, когда ты ничего не мог с этим сделать, только наблюдать? - ее голос дрогнул, а глаза застелила пелена слез, - это ад, Шерлок. Настоящий ад, - слеза предательски скатилась по щеке. Он смотрел на нее, борясь с желанием подойти ближе. Знал, что она не позволит. Он не знал что сказать. В голове было пусто, все мысли вынесла эта чертова слезинка, быстро стекающая по мраморной коже. - Твоя сумка. Ты оставила ее у нас тогда, - глухо проговорил он. Он неуверенно протянул ей вещь. Но она никак не отреагировала, все стояла там уставившись в пол, пытаясь подавить рыдания, которые так и норовили вырваться из груди протяжным всхлипом. - Наша дверь всегда открыта для тебя, Эмбер. Помни об этом, - он поставил сумку на пол и тихо удалился. Она стояла там еще несколько минут, пытаясь прийти в себя. Девушка медленно подняла сумку и нашарила в ней ключи. Попасть в замочную скважину оказалось не такой уж и простой задачей. Когда раздался характерный щелчок, девушка не на шутку обрадовалась. Первым порывом было снять с себя всю одежду и принять в душ, что она собственно и сделала. Одежда, в которой она была, сразу же отправилась в мусорное ведро. Девушка хотела максимально избавиться от напоминаний об этих 6 днях. Горячие струйки воды стекали по белой коже, влеча за собой табун мурашек. Глубоко вдохнув в себя теплый пар, она позволила всему страху и боли стечь с себя вместе с прозрачной водой. Эмбер облокотилась лбом о холодную плитку, прикрыв глаза. Она пообещала себе, что не будет вспоминать о тех кошмарах, которые ей пришлось увидеть. Но образы то и дело вспыхивали под воспаленными веками, отчего ее лоб прорезала морщинка. В какой-то момент ее глаза плотно закрылись, а тело слегка расслабилось. Нет. Она резко открыла глаза. Нельзя спать. Она рывком перекрыла воду и вылезла из душа, тянясь за полотенцем. Что-то холодное обволакивало ее правую руку. Вот черт. Она забыла снять бинт. Девушка подошла к умывальнику, чтобы взять ножницы, но взгляд случайно скользнул по отражению. На секунду она застыла. Впалые скулы, пересохшие губы, бледная кожа, круги под глазами и испуганный взгляд. Как мило. Хоть прямо сейчас на обложку фильма про зомби-апокалипсис. Она выудила из, стоявшей на раковине, косметички ножницы и принялась снимать бинт. Через пару минут недовольных пыхтений и треска непрочной ткани, ей таки удалось освободить свою руку. И, о боже мой, лучше бы она этого не делала. Она так долго смотрела на этот шрам, что в глазах начало печь. Неровная, слегка выпуклая полоска тянулась от середины предплечья, не доходя до запястья. Швы сняли только сегодня утром, поэтому кожа вокруг него покраснела. Это все казалось таким странным и непривычным. Она смотрела на шрам в надежде что он исчезнет, что это окажется лишь иллюзией. Но нет, он был там и будет до конца ее жизни. Кажется, выкинутая одежда никак не поможет избавиться от врезавшихся острыми иголками образов, когда у тебя на руке такое явное напоминания. Взгляд скользнул по ножницам, которые она все также держала в руках, а потом еще раз по изуродованному предплечью. Мысль, которая так резко и нагло вторглась в ее сознание, заставила дёрнуться и отбросить ножницы подальше. Подальше от дурных мыслей. Это просто побочные эффекты пережитого, все нормально. Она не спятила. Так ведь? Можно подумать, что до этого она была нормальной. Девушка скинула с себя полотенце и прошествовала к шкафу с одеждой. Лодыжки лизнули потоки холодного воздуха. В тот раз она так и не закрыла окно. Девушка надела первый попавшийся комплект нижнего белья и просторную футболку. Мокрые волосы прилипли к спине, а холодная влага расползалась темным пятном по ткани. Она окинула взглядом комнату в попытках придумать, чем бы ей заняться. Несмотря на то, что ее глаза слипались, она была решительно настроена даже не подходить кровати. Ее взгляд остановился на стеклянной полке с различными бутылками. Подобие улыбки озарило ее лицо. "То, что надо" В следующую минуту она уже устраивалась на полу возле окна, попутно открывая запечатанную бутылку Джека Дэниэлса. Девушка обхватила горлышко губами, и слегка запрокинула голову. Далее последовал продолжительный глоток, который разнес по пищеводу приятное жжение. Она потянулась к своей сумке и - бинго - вытянула пачку сигарет. Все таки в тот день она их купила. Хоть какая-то приятная новость. Втянув в себя едкий дым, девушка уперлась затылком в холодную стену и прислушалась к бурлящей жизни за окном. Было прохладно сидеть вот так с мокрыми волосами в одной футболке на холодном полу. Но так ей было спокойнее. Холод стал спасательным кругом, который помогал отличать реальность от галлюцинаций. Интересный факт: во время своих видений девушка никогда не мерзла. Она чувствовала весь спектр эмоций и оттенков боли, но не холод. Сознание опять подкинуло ей пару образов. Она вспомнила, как убивала себя, как вонзала нож в живот, как сдирала с себя кожу. Отголосок боли раздался эхом где-то в желудке. Еще один большой глоток и боль стихла. "Так-то лучше" Через 20 минут она уже лежала на полу, наблюдая за тем, как потолок медленно покачивался из стороны в сторону. Как же хотелось спать. Она резко вспомнила про таблетки, который ей дал врач. Девушка забыла принять те синенькие, которые восстанавливают какие-то там процессы. Недовольно вздохнув, она встала, опираясь на подоконник. Ноги медленно поплелись к пакету в прихожей. Ее пару раз занесло на поворотах, но это ничего, бывало и хуже. Достав пару картонных коробков и рецепт, она очень долго вчитывалась в кривой почерк, стараясь разобраться что и когда ей принимать. Слова никак не хотели укладываться в сознании. С горем пополам девушка поняла, что кроме синеньких ей еще надо принять две других разновидностей. В ее ладони оказалось шесть таблеток разных цветов. Немного нахмурившись она поплелась обратно к окну и подхватила бутылку виски. Она хмыкнула. "Прямо как в старшей школе" Девушка отправила в рот все шесть таблеток и запила янтарной жидкостью. Наверное это не лучшая идея - мешать алкоголь и таблетки, но...какая, собственно, разница? Хуже уже все равно не станет. Ее искалеченному сознание уже ничего не навредит. Сейчас ее больше тревожит вопрос о том, кто ее привез в больницу. А вернее - зачем? Мориарти не походил на добродетеля. От воспоминания о его имени перед глазами вспыхнул образ мужчины в черном костюме. Его сумасшедшие глаза, казалось, навсегда останутся у нее в подкорке. Сознание услужливо подкинуло ей пару образов с того вечера. Его запах, когда он подошел практически вплотную. Его дыхание, которое обжигало кожу. Его низкий шепот, который заставлял лихорадочно втягивать воздух. И, в конце концов, близость его тела, которая... ТААААК. Что-то ее понесло не в том направлении. Она прогнала из головы все ненужные образы, которые воображение уже стало вырисовывать. Девушка глубоко вздохнула и опять поднесла бутылку к губам, но стук в дверь остановил ее на полпути. - Эмбер? - послышался мужской голос, - это Джон. Я слышал, что ты вернулась и решил, что, возможно, ты проголодалась... В общем, я принес тебе кое-что... Она так и стояла с полусогнутой рукой, недоверчиво косясь на дверь. - Я знаю, что ты слышишь, и...и мне очень жаль, что так произошло. Она медленно подошла к двери, не решаясь подать знак своего присутствия. Джон был очень милым, в его компании всегда чувствовалось уютно и расслабленно. Но она не была уверена, что готова общаться хоть с кем-нибудь. С другой стороны, это могло бы отвлечь ее от навязчивых мыслей о сне. Да и вообще, казалось, она не выдержит больше ни минуты оглушающей тишины. - Я просто оставлю это под твоей дверью, хорошо? - послышалось тихое шуршание, а потом удаляющиеся шаги. У нее была секунда, чтобы что-то предпринять. Она быстро сделала шаг к двери и открыла защелку. Мужчина повернулся на звук. Все, что он увидел - это узкую полоску света и половину лица девушки. - Что там? - она кивнула вниз. Джон проследил за ее взглядом. - Салат с индейкой. - Мило. - Я старался. Хочешь зайти? Я бы мог заварить нам чай, - через секунду он добавил, - Шерлока нет дома. Она все еще смотрела на него какое-то время, казалось, что сейчас она принимает очень трудное решение. - Мне надо одеться. - Хорошо, - облегченная улыбка коснулась его губ. Девушка быстро закрыла дверь, натянула на себя домашние штаны и длинный флисовый кардиган. Наверное стоит привести свое лицо в порядок, или хотя бы расчесаться. Взгляд скользнул по отражению в зеркале. В принципе, Джон не из пугливых, и видел уже достаточно трупов, так что еще один его не смутит.

***

- Как ты? - Ватсон умело разливал ароматный напиток по чашкам. - Глупый вопрос, не находишь? - она сидела поджавши ноги в кресле, закутавшись в теплую ткань кофты. - Да, извини. Есть будешь? - сказал Джон садясь в кресло. Игнорируя очередной позыв тошноты, она мотнула головой. - Ты знаешь, Шерлок очень переживал. - Я не хочу об этом говорить, - прозвучало чуть резче, чем она ожидала, - давай просто попьем чай, - девушка постаралась выдавить из себя улыбку. - Ладно. - Лучше расскажи, что у вас здесь нового. - Ну, Миссис Хадсон потянула свое больное бедро, поэтому эту ночь она проведет в больнице. Травма несерьезная, но уж очень ей понравился врач, - лицо Джона озарила веселая улыбка. - И как у нее получилось растянуть бедро? - Только не смейся. Она неудачно оперлась на ногу, когда пританцовывала, пылесося квартиру. Эмбер пару секунд смотрела на него, вскинув брови, после чего оба громко рассмеялись. - Бедная Миссис Хадсон, - произнесла девушка. Да, ей определенно нравилась компания Джона. Она ни на секунду не пожалела, что пришла сюда, только вот в сон клонило все больше. - Я заварю еще чаю, - произнес Ватсон, вставая с кресла. Она провела его взглядом, а потом глаза лениво прошлись по комнате, остановившись на зажженном камине. Деревяшки потрескивали, заставляя стаю искр взметаться вверх. Красиво. И тепло. Девушка на пару мгновений закрыла глаза, позволив убаюкивающему теплу окутать ее с ног до головы.

***

Она тонула. Каждый раз, когда Эмбер пыталась вынырнуть, чтобы вздохнуть, сильные волны тут же накрывали ее, позволяя глотать только соленую воду. Легкие обжигало отсутствие кислорода, ноги и руки устали противостоять шторму. Ее тело обмякло, оставляя все попытки противостоять стихии. Что-то тяжелое потянуло ее вниз. Она все ниже и ниже спускалась к черному дну, покрытому илом. И вдруг: "Почему тебе не холодно?" Она судорожно втянула в себя воздух, попутно подрываясь на кресле. Еще расфокусированный взгляд метался по помещению в попытках понять, где она находится. - Ты в моем кресле. Эти слова окончательно выдернули ее из сна, заставляя повернуться к источнику звука. Он стоял практически вплотную к креслу, из-за чего девушке пришлось запрокинуть голову. - Что?... - она еще мало что соображала. - Это моё место. Девушка рассеяно посмотрела по сторонам, словно не понимая, о чем он говорит. - Ах да, твоё кресло. Хочешь, чтобы я встала? Он лишь недовольно обошел столик и сел напротив. - От тебя пахнет алкоголем. - Наверное, потому что я пила. - Опрометчиво с твоей стороны. В таком состоянии алкоголь противопоказан. - Это ты так заботу проявляешь? Шерлок решил проигнорировать ее вопрос, да и она не особо надеялась на ответ. - Где Джон? - Ушел. Где-то час назад. - Почему он меня не разбудил? - Не посчитал нужным, видимо. Девушка только фыркнула. Ее взгляд привлекла газета, которой раньше здесь не было. Она лежала свернутой так, что был виден только огромный заголовок: "Единственная выжившая жертва Цветочника". - Что это? - Эмбер потянулась за газетой. - Джон не хотел, чтобы ты это увидела. Посчитал слишком травматичным. - Это... это обо мне? - она медленно развернула газету. "Вау, так я теперь знаменитость. Отлично. Просто прекрасно. Именно то, чего мне сейчас так не хватает." - Не переживай. Такие истории - однодневки. Скоро о тебе все забудут. - Так ты нашел его? - Да, разгадка оказалась весьма скучной и банальной, - он цокнул языком, но тут же осекся, встретившись с парой недовольных глаз. - И кто же это был? - Продавец цветочного магазина. Он выбирал жертв из своих клиентов и незаметно опрыскивал цветы ядом. Таким образом те люди и принесли наркотик своим близким. Достаточно было одного вздоха и огромное количество галлюциногена попадало в кровь. Как известно, практически никто не нюхает букеты, которые покупает, а вот получатели - всегда. - Но я не была его покупателем. - Ты - особый случай. Тобой он хотел предупредить меня... - он резко замолчал, смотря прямо ей в глаза. Девушка лишь нахмурила брови. - Мне жаль. - Ты не виноват. Я просто оказалась не в нужном месте, не в нужное время. - Скажи, ты помнишь хоть что-нибудь из этих шести дней. - Нет, абсолютно. Не хочешь мне рассказать, кто такой Мориарти? Желваки заходили на его лице, тем самым выделяя и так острые скулы. - Держись от него подальше. - Он притащил меня в ту больницу! Так что твоё "подальше" здесь не работает. - Мориарти является одним из самых опасных преступников мира. Он чертовски безумен и умен, так что держись. от него. подальше. - Умнее тебя? - Мы еще этого не выяснили. - О, так у вас подобие битвы умов, да? Добро против зла и все такое. - И все такое. - Да вы оба чокнутые. - Не отрицаю. Эмбер закатила глаза и еще больше укуталась в откуда-то взявшийся плед, которого не было здесь, когда она засыпала. Мысли опять вернули ее в прошлый сон. Она так устала от этих кошмаров. От всего этого. Но сейчас девушка чувствовала себя лучше. Ее опять клонило в сон, и на этот раз она решила, что не будет противиться. Если ей приснится очередной кошмар - что ж, значит такая у нее участь. Она не хотела идти на попятную или предаваться жалости к себе. В конце концов, у нее была цель. И ради нее она была готова на все.

***

Стеклянная ваза с дребезгом разбилась об ближайшую стену. Следом за ней полетело еще пару бокалов. Его грудь вздымалась сильнее с каждым новым рваным вздохом. Смуглую кожу костяшек окрашивала кровь. Рассечённая рана саднила, но кажется мужчина совсем не чувствовала боли. Сколько раз он ударил по стене прежде, чем перестал чувствовать руку? Сколько вещей он уже успел сломать или разбить? Он не знал. Знал только, что безумная ярость хлещет по ребрам изнутри, заставляя метаться по комнате и крушить все вокруг. Откуда она в нем? Он не знал. Вернее, знал, но не хотел думать об этом. Ненависть ко всему живому включая его самого не давала дышать. Он захлебывался в ней, как в какой-то вязкой гнилой жиже, которая покрывала его с ног до головы. Она затуманивала взгляд, притупливала остальные чувства. Это была та спасительная ненависть и гнев, которые помогали держаться на плаву. Так бы он давно утонул в своей боли. Но и у них были свои недочеты, вроде вот таких вот вспышек ярости, которые он едва ли мог контролировать. Он видел ее сегодня. Ее затравленный взгляд, от которого подташнивало, и дрожащие руки. Такая слабая и жалкая. Такая же, как и все остальные. В ее глазах не осталось ни намека на тот азарт, что он видел при их последней встречи. В ней не было ничего. Чертово н.и.ч.е.г.о. Гребанная пустышка. Лицо исказила гримаса ярости. Кулак с глухим звуком впечатался в стену. Он не знал почему злится. Он не знал злится ли он на нее, за то что позволила думать, что она другая или на себя, за то что позволил себя одурачить. Он не знал. Знал только, что еще одного удара его рука не выдержит. Он не хотел больше об этом думать. Это все было так неважно, так глупо. Так неправильно и так обнадеживающе. Она обычная. Она такая же глупая, как и все вокруг. Она нормальная. Да. Повторяй себе это, как мантру. Она обычная. Она глупая. Она нормальная. Только вот легче от этого не становится. Что-то еще подкралось из-за спины и навалилось всем весом на его плечи. Разочарование. Ну, здравствуй, давно не виделись. Ведь он уже успел разочароваться во всем, что хоть раз встречал на своем жизненном пути: любовь, забота, родственные связи, жизненные ценности, общество. Думал, что знает это чувство вдоль и поперек, но оказалось, что нет. Он ненавидел ее за то, что она пошатнула его хрупкий баланс между безумием и реальностью. Он ненавидел ее за ее нормальность. Черт возьми, как же сильно он ее ненавидел.