Рассказы

Грегори проводит большую перемену, держась рукой за стакан с апельсиновым соком и стараясь хоть немного заинтересоваться беседой своих друзей. Они жуют купленные обеды и беззаботно посмеиваются, обсуждая что-то. Грег кажется сегодня более отстранённым, чем обычно. Но его друзья давно привыкли к тому, что иногда он просто так молчит или вообще полностью уходит в свои мысли. Ребята, без сомнения, ценят дружбу Грега и любят этого временами слишком серьезного, но всё же раздолбая. Хотя в глубине души всем ясно, что каким бы своим парнем он ни был, он отличается от них. И не только тем, что в их классе он является единственным учеником, который добился разрешения обучаться в частной школе бесплатно, показав лучший результат среди подростков из бедного района. И не тем, что, кажется, только ему одному действительно есть дело до учебы не только в период контрольных и сдач, из-за чего он иногда даже уходит с вечеринок пораньше. Просто Грегори слишком взрослый, он задает себе вопросы, которые другому подростку в этой школе и в голову бы не пришли. Ну серьезно, зачем вообще кому-то, обучаясь в одной из самых престижных школ, хотеть отдать свою жизнь полицейскому делу? Многие, конечно же, восхищаются благородностью его целей, но ни один из них и не подумает после окончания школы поступить в полицейскую академию, не имея ни одной связи в этой структуре, а значит – и шансов на скорую карьеру. Из-за этого своего желания Грегори считают немного чудным. Сам Грегори, если бы услышал в свой адрес такое обозначение, непременно согласился бы. Но не из-за выбранной профессии. А из-за взглядов, которые раз за разом бросает на рыжего долговязого парня. Грег давно привык держать его действия в этой столовой в невольном внимании: как он ведет по столешнице поднос, сохраняя свою идеально ровную осанку, и как сдержанно просит у поварихи свой привычный салат и яблоко, которые потом будет жевать, едва заметно морща нос, как спокойно проходит мимо беспокойных студентов и выделяется среди них настолько, насколько вообще может выделиться один человек в толпе. Грегори смотрит на него, когда тот не может этого заметить, и ничего не просит взамен. Потому что здесь все знают Грега как балагура, весёлого и популярного парня, пусть и с высокими целями. За все это время Грег научился различать небольшие, практически незаметные изменения в настроении этого человека, но даже не пытался поговорить с ним за пределами классных комнат, где они вместе изучали половину предметов. Грег, по-честному, сам не мог себе объяснить, зачем ему такое внимание к этому подчеркнуто спокойному и почти равнодушному ко всему, что заботит простых школьников, парню. Он не строит насчет него никаких планов, он более чем прекрасно понимает, что между ними вряд ли найдется хоть что-то одно общее. Он даже не уверен, хотел бы иметь среди друзей этого сложного человека. Но ему... просто почему-то хочется знать, что у него все в порядке. И смотреть на него тоже хочется. Грегори нравится думать, что Майкрофт просто вызывает в нем реакцию, которую вызвала бы экзотическая птица среди грязно-чёрных ворон его квартала. Уж слишком этот парень отличался. И сейчас Грегори просто не мог не заметить его опущенные плечи, которые делают осанку какой-то вялой, и дорогой, но специально ослабленный галстук на шее. На следующей паре, в классе, Грег убедился в своей правоте, бросив несколько взглядов на Майкрофта через разделявший их проход. Майкрофт, казалось, был полностью поглощен новым материалом, но то и дело нервно покусывал губу и водил указательным пальцем по поверхности парты, сильно, едва не портя аккуратную ногтевую пластину. Такое проявление нервозности было совершенно несвойственно человеку, который просиживает все сорок минут занятия как статуя. Во второй половине урока Майкрофт достал телефон и начал что-то писать, что заставило преподавателя немало удивиться. Но Майкрофт был однозначно лучшим в их классе, и учитель решил спустить ему это с рук. После уроков Майкрофт торопливо сел в присланную за ним машину. А Грег отправился к автобусной остановке, перед тем как закрыться дома с вот уже три дня не отпускающей его книгой, нужно было еще заехать в больницу. Его мать забыла папку с рабочими документами на столе в кухне, Грег подобрал ее утром и обещал завезти после занятий. Его мама работала на ресепшене больницы нейрохирургии в центральной части города. Уровень больницы был высоким, а персонал подбирался очень тщательно, поэтому Грег страшно гордился, когда его мать получила место. На посту её не оказалось, Грег бы мог отдать всё её коллеге и не стоять в холле, где то и дело пробегали медсестры или привозили новых пациентов. Но Грег хотел сам ей все отдать. Учитывая её график и его постоянную занятость в школе – это была хорошая возможность лишний раз увидеться. Среди привычного шума больницы раздался детский крик: - Почему люди такие глупые? Глупые, глупые люди, – распинался ребенок. Мальчишка лет десяти пронесся по коридору, отпихивая попадающихся на пути, и с нахмуренным, крайне обиженным видом, выпяченной губой, свернул в коридор. Пытаясь его догнать, выбежал в холл и старший парень, в строгом костюме. Грег не мог его не узнать. Вот только потрепанный вид и какое-то совершенно новое выражение на его лице смутили Грега. Майкрофт остановился на полпути и, несколько секунд посмотрев вслед ребенку, пошёл назад. Майкрофт не увидел Грега, поглощённый своими заботами, а вот Грег просто не мог не разобраться, что к чему. Почему-то то, что Майкрофт находится здесь, уже казалось чем-то неправильным. Он почувствовал пузырьки тревоги где-то в грудной клетке, когда шел по коридору с белыми стенами и лавками, за Майкрофтом. Он не хотел причинять ему неудобства, но ведь случайно встретившиеся одноклассники могу поинтересоваться делами друг друга? Грег был не уверен. Так или иначе, заглянув через стекло двери, в которую вошел Майкрофт, в палату, он замер... Майкрофт сидел спиной к двери рядом с кроватью женщины. Плечи его были опущены, и сам он выглядел непривычно хрупким. Грегу не нужно было изучать медицину, чтобы понять, что аппарат искусственного дыхания, прикрепленный к лицу женщины, – плохой признак. Грег почувствовал щемящую печаль, смотря на них через дверь. Эта женщина несколько раз приходила в школу, Грег узнал в ней мать Майкрофта. В жизни Майкрофта все было не так хорошо, как он себе представлял, и чем больше он вглядывался в детали этого мгновения, тем яснее это понимал. Грег подавил на корню желание войти в дверь и сделать что-нибудь, как-то оживить его, Майкрофта. Сейчас, казалось, в нем было не больше жизни, чем в лежащей рядом женщине. Это пугало, такой человек, изящный и текучий, просто не должен выглядеть так. Но Майкрофт его не поймет. Грег отступил от двери и пошёл к стойке регистрации. Спустя несколько минут вернулась его мать, ведя рядом с собой того самого мальчишку. На секунду Грег онемел. Он просто таращился на них, пытаясь сообразить, как это его мать может быть связана с одной из причин для волнения Майкрофта. Та, как обычно, приобняла его и поцеловала в щеку. - Спасибо, что принёс, – сказала она, забирая у него из рук папку. Мальчишка в это время стоял поодаль и делал вид, что его совершенно не интересует происходящее. Мать проследила за направлением взгляда Грега и улыбнулась. - Просто возвращаю его к брату. Да, дорогой, воссоединение семей тоже входит в обязанности администратора, – блеснула глазами она. - Я сам прекрасно ориентируюсь во внутренней логистике таких больниц, и вы смогли меня привести только потому, что я сам согласился. Мне не доставляет радости мысль кантоваться по больнице. Хотя меньше всего я хочу возвращаться к своему брату и этой глупой женщине, – непоколебимо объяснился он, а мать Грега возмутилась. - Не очень хорошо называть свою мать глупой, молодой человек, – ответила она ему. - Зато очень верно. Как еще можно назвать человека, который не может перейти дорогу, не подставив свое хрупкое тело под удар машины? – отчеканил он, задрав подбородок. Губы его опять сжались в полосу, а между бровей пролегла складка. - Я тебя поняла, – его мать раньше сталкивалась с таким поведением детей в стрессовых ситуация и знала, что сейчас переубеждать его бесполезно. – Давай я отведу тебя к палате, если не хочешь туда заходить – можешь сидеть на скамье около нее. Просто, думаю, твой брат обрадуется, увидев тебя. - Вы ничего не знаете об этом любителе пирожных, – огрызнулся он и направился в коридор, ведущий к палате. Грег смотрел некоторое время ему вслед, пока мать не кашлянула, привлекая его внимание. - Не бери в голову. В этой больнице такое не редкость, – закрывая тему, сказала она и подтолкнула его за локоть. – Как дела в школе, дорогой? Грег поговорил с ней некоторое время, стараясь выглядеть непринуждённым, и скоро попрощался. Но уходить из больницы он не собирался, вместо этого незаметно прошел в тот самый коридор. Мальчик сидел на слишком высокой кушетке и махал ногами. - Опять ты? – недовольно посмотрел он. - Опять я, – непринужденно ответил Грег, садясь рядом. - Вообще-то я не разрешал тебе сесть рядом со мной, – нахмурился. - Вообще-то кушетка общая, – прибегнул к детскому, но убедительному аргументу Грег. - Значит, я встану и уйду. - На твоем месте я бы не делал так, – хмыкнул Грег. - Такой неотёсанный и не слишком умный парень никогда не будет на моем месте, – возразил он надменно. - А ты не слишком жалуешь хорошие манеры? – беззлобно усмехнулся тот. - Хорошие манеры для боягузов и глупцов. - О, как интересно. - Что тебе нужно? – закатив глаза, произнес ребенок. - Решил просто пообщаться с тобой, – спокойно ответил Грег. - Мне не нужны утешения. - Хорошо. Тогда, может, тебе нужен кто-то, кто просто посидит здесь, раз своего брата ты не слишком рад видеть? – Грег постарался не выдать то, как его пальцы невольно дёрнулись при упоминании того самого брата. - Мне никто не нужен. Вы меня не знаете, и уж тем более не знаете моего брата. Своими словами вы только подтверждаете свою глупость, – выпалил он, став колючим. Грег не хотел говорить ему о том, что учится с Майкрофтом, но это казалось единственным способом, как-то исправить ситуацию и вызвать у него что-то, кроме злости. - Ну, вообще-то твоего брата я немного знаю, – немного растягивая слова, чтобы скрыть свою неуверенность, проговорил он. - А, Вы были одним из тех бедняков, которым моя мать разносила гуманитарную помощь? – ехидно спросил он. Грег постарался сделать вид, что его не задели слова о его происхождении. - Нет, вообще-то мы с ним учимся вместе. И я уверен, что твой брат не так плох, как тебе кажется, – Грег постарался спрятать искорку в глазах, что не дать этому маленькому грубияну лишний повод посмеяться. - Я знал, что в той школе не так много умных людей, как говорят, – он повел головой в пренебрежительном жесте. Внезапно дверь в палату открылась, лишая Грега возможности ответить. Майкрофт вышел из палаты, на лице его отразилось секундное замешательство. - Не ожидал тебя здесь увидеть, Лестрейд, – спокойным голосом проговорил он, но в глазах его была усталость. Потом он обратился к брату: – Я рад, что ты вернулся, Шерлок. - Брось, ты даже не искал меня, – тот закатил глаза. - Потому что ты не хотел, чтобы я тебя искал. Я бы не нашел. - Рад, что ты это понимаешь, – довольно вскинул подбородок он. Майкрофт покачал головой и повернулся к Грегори. - Я весьма удивлён видеть тебя рядом с моим братом в этом месте. Могу я спросить, что ты здесь делаешь? – Майкрофт старался говорить беззлобно, но он мало знал этого парня, а значит, не был уверен, что тот не расскажет одноклассникам об увиденном. Это нервировало. - Моя мать работает в регистратуре. Я пришел к ней. Она привела твоего брата обратно, – Грег запнулся. - Сожалею о том, что произошло, Майкрофт. Мне, действительно, жаль. - Эта женщина меня привела… - начал было свою обычную речь Шерлок, но Майкрофт решил не обращать внимания. - Передай ей мою благодарность, Грегори, – он растянул губы в улыбке, которая не коснулась глаз. – В нашей семье сейчас не самые лучшие времена, я буду признателен тебе, если ты не станешь говорить об этом в школе, мне бы не хотелось, чтобы… - Ой, можешь даже не просить об этом, пончик, – беспринципно перебил его Шерлок. – Этот неотеса, неясно почему, крайне обеспокоен твоим комфортом. Он не сделает чего-то, что заставит моего братишку выглядеть еще более грустным. Я прав? – он явно наслаждался тем, что выдал Грегори с поличным. На добрую минуту воцарилась тишина. Майкрофт и Грегори смотрели друг на друга, пытаясь осмыслить то, в какую ситуацию их только что поставил Шерлок. Брови Майкрофта поднялись в удивление, и он недоверчиво смотрел на Грега, будто ожидая опровержения. Потому что с чего бы человеку, с которым он толком не общался, волноваться о его самочувствии? Грег же хотел провалиться под землю, чувствовал, как начинает щипать щеки, и утверждался в мысли, что он терпеть не может детей, особенно заносчивых, не в меру умных и самоуверенных детей. - Ну, вы тут пока разбирайтесь, а я пойду горячего шоколада куплю. Майкрофт? – он выставил ладонь и недовольно поднял бровь. Майкрофт моргнул несколько раз и достал купюру в два фунта. Они остались друг с другом. Грег лихорадочно размышлял, пытаясь придумать, что сказать, чтобы как-то оправдать ситуацию. Чтобы Майкрофт не решил, будто он чего-то от него хочет или нуждается в друзьях, или просто больной на голову придурок. Слова все не шли. - Шерлок иногда бывает очень резок, – проговорил Майкрофт задумчиво. – Не понимаю, откуда это пошло, но он просто считает лучшим развлечением ставить людей в неловкое положение, – Грег поднял глаза, Майкрофт смотрел на него без неприязни, скорее… как на возможность отвлечься, наверное. - Он удивительно смышлёный для своих лет, такая речь поставленная, – немного замялся Грег, а потом продолжил: - То, что он сказал, прозвучало очень преувеличено. Нет, то есть мне действительно не все равно, если в твоей жизни происходит что-то плохое, – он волновался и начинал тараторить. -Просто, знаешь, я не наблюдал за тобой с какой-то целью. Просто ты мне показался самым необычным человеком среди тех, с кем я только был знаком, сложно было не обратить внимание. Но тебя это ни к чему не обязывает. Понимаешь? Но, если тебе что-то нужно, ты можешь… - вдруг Грег остановился, замер на секунду, как будто его кто-то вытащил из наваждения, и он понял, какую ахинею несет. - Боже, не понимаю, зачем я вообще все это говорю. Я, наверное, кажусь тебе полнейшим идиотом. Тебе сейчас и так тяжело, а тут еще какой-то пацан распинается не ясно чем. Я просто пойду, ладно? Мне, действительно, жаль, что это произошло с твоей матерью. Мне бы хотелось, чтобы вам не пришлось проходить через это. Надеюсь, твоя мать скоро поправится. Да… в общем, пока. – Грег развернулся, собравшись уходить, чувствуя себя таким убогим, что неплохо было бы стереть себе память. Но Майкрофт его окликнул: - Врачи сейчас собираются провести повторную диагностику. Осмотр продлится некоторое время, да и немного развеяться мне бы не помешало. Если хочешь, можем посмотреть ежиков, которые обжились в парке, через дорогу от больницы. Тебе, кажется, нравились ежики. - Да, я о них даже доклад писал, – он улыбнулся и отвел глаза. В Майкрофте ничего не поменялось, только едва заметный огонек веселья и удовлетворения вспыхнул в глазах. Учитывая, что ничего, кроме страха, в последние дни он не ощущал, это было прогрессом. То, что происходило дальше, стало неожиданностью для них обоих. Они начали общаться. Не на какую-то определённую тему или с целью завести дружбу. Просто Грег время от времени появлялся в палате матери Майкрофта, осторожно клал руку ему на плечо и предлагал прогуляться, аргументируя это тем, что Майкрофт скоро превратится в статую. Или писал какую-то веселую белиберду во время урока, а потом незаметно отдавал за обедом. Или звонил ему в один из самых тихих вечеров, чтобы просто немного разрядить воздух в их как будто застывшем доме. Мог ли Грег когда-то представить, что будет поддерживать этого парня в сложный период его жизни? Он вообще не мог представить, что будет общаться с ним, и что тот будет относиться к нему серьезно, а не как к очередному слишком поверхностному и неспокойному парню из его школы. Также он не мог представить, что Майкрофт окажется таким простым и легким в общении. Нет, свои слишком вычурные словесные обороты он никуда не запрятал, но они говорили на разные темы, легко и непринужденно, а однажды Грегу показалось, что он даже видит улыбку на его лице. Но это было лишь однажды. В целом Майкрофт оставался напряженным, сжатым и слишком печальным, он продолжал таскать на плечах тот ментальный груз, который Грег заметил в первый раз. Прошло еще восемь дней, а его мать по-прежнему оставалась без сознания, хотя врачи давали хорошие прогнозы. Прогнозы, как и все остальные слова о будущем, не очень обнадёживали Майкрофта, он как будто жил в застывшем времени, ожидая, когда она придёт в себя и даст что-то более реальное, чем показатели аппаратуры. В воскресный вечер, когда солнце уже начало искать дорогу к горизонту, в палату вошел Грег. Он положил руку Майкрофту на плече, немного наклонился и проговорил: - Пошли гулять. - Я сейчас не в настроении, Грегори, – синяки под его глазами стали еще больше. - Вот поэтому мы и пойдем гулять. Тебе здесь тяжело, Майкрофт, ты задыхаешься. Ничего не произойдет, если ты сейчас выйдешь и проведешь некоторое время для себя, – Грег старался не переходить границ, но и звучать убедительно. - Я кое-что для тебя подготовил, пошли. – Он взял его за руку и посмотрел в глаза, одобрительно и настойчиво. После минутной паузы Майкрофт таки встал со стула, как-то устало. - Хорошо, - ответил он, поправляя волосы. Грег был уверен, что то, что он затеял, было нужно Майкрофту, и на такую уверенность у него были основания. В последние дня два Грег начал замечать, как сильно Майкрофт меняется. Чем больше проходило времени, тем больше все для него концентрировалось на этой палате. Майкрофт не забрасывал школу и ночевать возвращался домой, но по выражению его лица, тому, как он смотрит, было ясно, о чем он думает. Грег уважал его горе, он сопереживал так, как и сам от себя не ожидал. Но Майкрофт как будто серел на глазах, и это начало Грега пугать. И хотя Грег знал Майкрофта не так давно, но он наблюдал за ним достаточно, чтобы понять – больничные стены его затягивают. Поэтому Грег ему и предложил сегодня прогуляться немного дольше. Они вышли из больницы и сели на автобус, ведущий к западному Лондону. Майкрофт скептически хмурил брови и то и дело открывал рот, намереваясь спросить, какого черта придумал Грег. Особенно когда они дошли до 38-ти этажного новостроя, который еще не сдали в пользование. - Нам на верхний этаж, Майкрофт, – с задоринкой в голосе сообщил Грег. - Грег, пить пиво в падике я не собираюсь, при всем уважении, – Майкрофт недовольно нахмурился. Грег щедро рассмеялся, то ли от того, что представил Майкрофта в падике с пивом, то ли от того, как тот смешно сморщил свой нос. - Никто и не заставляет, Майкрофт. Они поднялись на лифте на самый верх, а потом Грегори достал ключи. - Откуда… - Просто иди за мной. Он забрались по винтовой лестнице, ведущей к крыше. Глазам Майкрофта открылась огромная пустынная площадка. Они были так близко к небу и так далеко от людей и их суеты, что даже серое покрытые крыши казалось ничем иным, как частью бескрайности над их головами. Если подойти ближе, открывался такой простор, будто они были на вершине, а зона видимости заканчивалась за самым горизонтом. Ни преград, ни стен, ни шума, только просторы. Несколько секунд спустя внимание Майкрофта привлек небольшой плед на безопасном расстоянии от края, мангал и несколько коробок рядом. - Что это ты такое задумал? – проговорил Майкрофт, скорее восхищаясь, потому что ответ и так знал. - Я подумал, что было бы неплохо расширить горизонты на некоторое время, – ответил он немного неуверенно, внимательно наблюдая за реакцией Майкрофта. – Мне повезло, что сегодня практически нет ветра. Мои ребята с района решили подсобить с местом. Оказалось, у них есть знакомый, который знает знакомого, который знает знакомого, ну, ты понял, который руководит обустройством этой крыши. Тот обрисовал ему ситуацию, и за символическую плату он отдал мне ключи, при условии, что мы ничего тут не покорёжим. Даже не думал, что получится, но вот оно – получилось. Майкрофт слушал его, а глаза то и дело бегали по горизонту, который расстелился перед ними. Вот что Грег провернул для него. Абсолютная свобода. Километры ничего, пустоты, до самой линии горизонта, и люди далеко внизу. Удивительно. Майкрофт почувствовал, будто с его тела сняли давление, которое постоянно воздействовало на него, и его лёгкие смогли раскрыться. И хотя это всего лишь чувство, и оно схлынет, как только они спустятся назад к своим проблемам, ему это было нужно. Майкрофт внезапно повернулся и обнял Грега. Обвивая его спину руками и прижимая к себе. Сейчас это казалось очень правильным. - Спасибо, – прошептал он и постоял так еще немного, закрыв глаза. Когда он отстранился, Грег светло смотрел на него восторженным, немного ошалелым, взглядом. Майкрофт не помнил, чтобы видел у него такой. Он немного засмущался и поспешил заговорить. - На самом деле, я только сейчас понял, что никогда не был на крыше, – сказал он, когда они подошли к пледу. - Сложно такое провернуть, когда все знакомые вовсю читают книги и готовятся к блестящему будущему? – беззлобно пошутил он, втайне порадовавшись, что вместе с Грегом тот попробовал что-то новое. - Зато я был в Альпах. Там тоже высота приличная, – наигранно самодовольно парировал он, садясь на плед и подбирая под себя ноги. Майкрофт отметил, что под пледом находится еще и одеяло, чтобы было мягче. Даже об этом позаботился. - А я облазил все верхушки Саутсайда, чем будешь крыть, а? – Грег едва сдержался, чтобы не рассмеяться от ужасного удивления, которое на своем лице состроил Майкрофт. Вместо этого он полез в ящик и начал доставать съестное, которые принес заранее. - Надеюсь, там не сосиски, хлебобулочное и зефир для обжаривания? – с опаской спросил Майкрофт. - Нет, не бойся, я позаботился о тебе. Там нежирное мясо, по крайней мере, знакомый мясник мне так сказал, овощи и грибы, – он заговорчески подмигнул, и Майкрофт не смог удержаться от теплого ответного взгляда. О нем редко кто заботился. Особенно в последнее время. Они принялись все это жарить на гриле, разговаривая то об одном, то о другом. Солнце тем временем начинало садиться, а Майкрофт чувствовал удивительную лёгкость. Нет, эта грусть никуда не делась, просто, кажется, впервые, чем почти за две недели, он позволил себе расслабиться. Грег со знанием дела взялся за готовку, так что Майкрофт даже удивлялся, откуда у этого человека знание о том, как все сделать так, чтобы с мяса не выпарился маринад, а лук не посыпался. В конце концов, место, где они сидели, начало обдавать до безумия аппетитным ароматом, и Майкрофт, к своему ужасу, понял, что при разговоре с Грегом, то и дело отвлекается на жарившуюся на мангале еду. Такие порывы обычно были ему не свойственны. Грег выдумывал всякие шутки и рассказал пару историй, связанных с крышами. Майкрофт же просто сидел рядом и невольно улыбался, смотря на этого беззаботного, но проницательного человека. Когда они уже снимали еду с мангала, Грег потянулся в свою коробку и достал бутылку вина. Он показал ее Майкрофту с хитрой улыбкой. - Молодой человек, что это вы мне предлагаете? – с напускным возмущением спросил он. - По всему видимо, распитие алкогольных напитков, – беззаботно ответил он. Солнце ушло за горизонт. На небе начали появляться звезды, удивительно яркие, когда им не мешают сотни городских ламп, а на крыше включилась подсветка, получилась такая себе незатейливая и спокойная атмосфера. Воздух оставался теплым, а небо необычно чистым, как будто Грег договорился с небесными жителями, чтобы сегодняшний летний вечер был без единой капли. Грег достал еще одну бутылку вина, отмахиваясь от заявлений Майкрофта, что напиться на крыше и упасть — это не лучший вариант. И объяснил, что для него самого, чтобы напиться, вина будет явно мало, а Майкрофту Грег упасть не даст. Сквозь Майкрофта прошел странный трепет. В целом, Майкрофт был чертовски доволен тем, как они проводят время. Ему было спокойно и хорошо, а еще одна бутылка вина сделала свое дело, опустошив голову и немного расслабив тело. Майкрофт наслаждался сладкой истомой, слушая неторопливый рассказ Грега о том, как в детстве среди всего старого барахла его деда он нашел книгу, благодаря которой он сейчас вполне достойный человек, а не мелкий бандюга. Перебив Грега, Майкрофт произнес: - Прости, но ты не против, если я лягу? Чтобы уж совсем все чудесно было. - Ох уж эти манеры, – хохотнул он. Даже сейчас Майкрофт сначала уточняет, а потом делает. – Ложись, кто тебе не дает. Майкрофт с довольным вздохом отклонился назад, упираясь взглядом в звезды. Его немного качало, но самочувствие было идеальным. Он всё ещё волновался о матери, всё ещё чувствовал тоску и несправедливость из-за того, что всё так произошло. Но с его плеч как будто сняли часть веса, как будто он снова являлся собой. Грег поднялся с покрывала, полез в свою коробку. Через секунду к макушке Майкрофта прислонилось что-то мягкое. - Подними голову Грег просунул ему под голову подушку и, как ни в чем не бывало, уселся назад. Майкрофт несколько растрогала такая простая забота. Его можно было понять: раньше у него не было такого человека, который бы мог вот так вот просто позаботится и приготовить ужин из диетических продуктов, потому что знает о его вечной борьбе с весом, или позаботится и положить ему под голову подушку, а главное – понять его состояние. Из всех возможных веселых и задорных вариантов проведения времени, которые могли бы закончиться фиаско, учитывая в каком расположении духа прибывает Майкрофт, Грег выбрал именно этот – просто пробыть весь вечер в дали от всех. И это было здорово. - Как такое могло получиться? – тихо спросил он, погруженный в свои мысли. - Что именно? - Мы провели вместе только восемь дней, а ты меня… понимаешь. Как будто мы общаемся не первый год, и ты уже давно всё успел узнать, – Майкрофта потянуло на значимые слова, наверное, атмосфера располагает. - Не знаю, может, это встроено по умолчанию, – добро улыбнулся Грег. – Просто я замечаю такие вещи, понимаешь? Я еще в тот четверг в школе, в столовой, понял, что с тобой что-то неладное творится. – Грегу хотелось закрыть эту тему, чтобы не сказать лишнего, но и хотелось, чтобы Майкрофт понимал. - Каким образом? Я был уверен, что выгляжу вполне обыденно, – ему было дико, что кто-то действительно считает его значимым настолько, чтобы замечать мелочи. - Ты ослабил свой галстук. И твоя осанка, знаешь, как она меняется, когда ты немного опускаешь плечи? – Грегу стало не по себе, как будто он признается в чем-то тайном и совсем личном. - Зачем тебе было вообще смотреть? Я не понимаю. - Хотел бы я понимать. Я просто смотрел. Поверь, у меня не было каких-то там целей. Я даже не был уверен, хочу ли быть твоим другом. То есть, я вообще об этом не думал. Мне почему-то просто казалось важным, чтобы ты был в порядке. - Это так… - Странно, пугающе, глупо? – Грег ждал любое из этих слов. - Необычно. Непривычно. Уникально, –ответил Майкрофт. Грег почувствовал, будто заземлился. Ну вот, он рассказал Майкрофту, и тот не назвал его безумцем, может, даже не против дальше с ним общаться. Есть основания, чтобы немного успокоиться. - Спасибо тебе, Грег, – проговорил Майкрофт. В его голосе появились странные нотки, и Грег прислушался, понимая, что сейчас он скажет что-то очень искреннее. – Обо мне и раньше заботились люди не из моей семьи, деловые партнеры отца, персонал, но ты – это совсем другое, ты делаешь это не ради себя. Я не знаю, что будет дальше, но я воздаю хвалу небесам за то, что ты появился в этот период. Иначе я бы.. мне бы было сложнее прожить эти дни, – закончив он, сам шокированный тем, что способен на такое откровение. - Всегда пожалуйста, Майкрофт. Всегда пожалуйста, – просто ответил он. А потом сплел его пальцы со своими. Домой Майкрофт вернулся за полночь. Впервые за это время спокойный, он чувствовал, что его больше не заносит, как шлюпку во время шторма. Его волосы пахли дымом, а в грудной клетке зарождалось что-то, похожее на тепло. Робкое и несмелое. Две фигуры забрались на крышу новостроя в западном Лондоне. Они о чем-то переговаривались и смеялись, пока выбирали место и расстилали плед. Легкий ветерок шевелил завязки на толстовке одного из парней, а сам он контрастировал с человеком в белой рубашке и брюках. Но, казалось, это именно тот случай, когда различия делают все только более интересным. Парень в костюме (спасибо, что без галстука) начал разбирать корзину и доставать красиво упакованные продукты. - Ну, чем меня порадуешь? - Чем-то полезным, Грегори. - Если брать во внимание прошлый раз, то ты должен сделать ответный жест и принести мне вредных сосисок, арахисовую пасту и выпечку, – подшутил над ним Грег, вскинув брови. - При всем уважении, моя мать бы просто не смогла положить нам сосиски и бутерброды с арахисовым маслом, – ухмыльнулся Майкрофт, продолжая свое занятие. - Салатики от миссис Холмс? – с воодушевлением полез в коробку Грег. – Ладно, на такое я согласен. Майкрофт спрятал усмешку и достал соус. - Как она? – Грег не созванивался с миссис Холмс уже неделю, даже успел соскучиться. - Собирается на ярмарку, смотреть на новое изобретение Шерлока. Я несколько не уверен, что ей будет комфортно в толпе людей, среди всех этих огней и звуков, но эту женщину не остановить, – закатил глаза он. - Её выписали, вернее, она заставила врачей себя выписать, уже через месяц после того, как пришла в себя. Конечно, есть опасность, что от шума и светодиодов у нее опять начнется мигрень, но она заслуживает того, чтобы вернуться к привычной жизни как можно быстрее, Майкрофт, – напомнил Грег, надеясь, что сможет убедить Майкрофта волноваться хоть немного меньше. - Шесть месяцев – слишком маленький срок для полной реабилитации, – нахмурил брови Майкрофт - Эй, тебе больше не нужно постоянно беспокоиться, – Грег обнял его со спины и поцеловал за ухом. Они помолчали некоторое время. А потом Грег задумчиво произнес. – Шесть месяцев… Ты знаешь, что в святом кодексе старшеклассников такие отношения называются серьезными? - Святой кодекс старшеклассников? - Ну да, там, где постановляется тусить до последнего и творить всякую дичь пока молодой. Ден его прошлой весной составил, ну. - Не люблю тусовки, – он даже слово произнес с неприязнью. - Знаю. Ты любишь спокойные посиделки где-нибудь и разговоры, – ответил он и прошелся носом по рыжеватой макушке. - Не так. - Что не так? –удивился Грег. - Я люблю посиделки с одним конкретным парнем, – ухмыльнулся он и развернулся к Грегу. - Очень хорошо, что наши интересы совпадают, – проговорил Грег и с большой охотой поцеловал его.