Lost

      Янис сидит за столом, привычно закинув ноги на диван, пока Игорь стоит напротив него и включает какие-то биты, которые ему прислал непонятный паренёк. Ян постоянно кривится, таким образом, показывая Игорю, что стоит переключить. В это время Диана суетится за плитой, делая непонятно что. Вроде бы, она заваривала какие-то травы для Лаврова, Бадуров тихо хихикал с того, как она сосредоточено готовила «лечебный отвар по рецептам бабушки». Игорь лишь закатывал глаза и включал последующие треки. Два последних Янис попросил оставить на заметку, они были довольно неплохие, по его мнению, и можно было с ними поработать. Позже, Игорь начал говорить про недостаток текстов и сказал, что предпоследний и два первых трека с альбома придётся перезаписать. Ян лишь обречённо выдыхает, начиная медленно перемешивать сахар в своей кружке чая, он ещё совсем горячий, поэтому Ян греет руки, периодически касаясь кружки.       – Ян, там действительно полная залупа, и Миша не может свести половину треков, потому что они вышли гавёненькими, плюс со звуком какая-то херня, – Игорь немного раздражён, но Ян рад видеть его в более-менее хорошем состоянии. Ведь первые дни по приезду из больницы, Лавров был всё ещё слишком бледным, полностью отказывался выходить на улицу, целыми днями спал и занимался, грубо говоря, ничем, а он очень был нужен Бадурову на студии. Диана сказала Яну, что вытащит парня в кинотеатр, а когда он подышит свежим воздухом, там и работать захочет, и по-любому заедет на студию.       – Хорошо, посмотрим всё у Миши, – воодушевлённо говорит Янис. Видя неуверенный кивок друга, он ещё больше взбодрился и от счастья нечаянно хлебнул горячего чая. В горле и на языке неприятно запекло, Игорь засмеялся, но у него зазвонил телефон, и он поспешно вышел из кухни.       Диана продолжала копошиться со своим ядом. Она была немного неаккуратной, поэтому уронила что-то на пол, вроде, это была ложка, Янис не придал этому значения. Зато, когда девушка нагнулась, ему открылся весьма интересный вид. На своём веку Ян повидал много хороших попок и вдоволь похлопал по ним ладошками, и Диана, в принципе, не выделялась таким достоинством, но он всё-таки засмотрелся, даже совсем забыв, что это девушка его лучшего друга. У всех свои проблемы и слабости: кто-то алкоголик, кто-то наркоман, кто-то картёжник, а вот Бадуров падок на женщин. Хоть и говорит, что раскидывается ими, как хочет, всё-таки это была такая своеобразная слабость, которую ему не сильно хотелось признавать, да никто особо и не замечал.       Диана, видимо, чувствует на себе пристальный взгляд и поднимается, оборачиваясь. Ян не отворачивается, и девушка прекрасно видит, как блестят его вечно уставшие красные глаза. Она улыбается, улыбается необычно, скорее, даже с каким-то вызовом и благодарностью, за то, что он её оценил. Янис чувствует дешевизну в этой улыбке, лёгкое отвращение сменяется быстрым удивлением, ведь реакция Дианы была не той, которую он ожидал увидеть.       На кухню резко возвращается Лавров, всё ещё болтая по телефону. Ян вскакивает от неожиданности и становится ровно, точно по команде. Игорь немного озадачен, но не обращает на это внимания и быстро берёт какие-то документы с холодильника, снова удаляясь из помещения.       Бадуров хочет уйти за ним, но дорогу, будто бы случайно, ему перегораживает брюнетка. Она так же улыбается и, пользуясь моментом, специально подходит опасно близко к парню, обвивает его талию рукой, ставя за спину Бадурова солонку, которая явно никому не нужна. Он очень спокоен и, когда Диана отходит, он слышит насмешливое «извини» себе вслед. Ян скрипит зубами и избегает неприятной компании.

***

      Стас еле плетётся домой после тяжёлого вечера. Суббота выдалась насыщенной: он много гулял с Богомолом, потом они сидели у Димы, достав из заначки его отца вино, а после этого ребята, хорошо выпившие, успели дорисовать незаконченное граффити. Наконец, оказавшись в родном подъезде, Стас устало выдыхает и заходит в слегка потрёпанный лифт. Нажав кнопку седьмого этажа, парень прикрывает глаза и медленно, размерено дышит. Голова побаливает от выпитого алкоголя и большого количества выкуренных сигарет. Мысли у него самые разные, неприятные перемешиваются с хорошими, из-за чего внутри происходит лютый диссонанс. Шум лифта бьёт по мозгам, и, когда кабинка с грохотом открывается, Конченков мгновенно очищает голову и шагает к своей квартире.       Стас дышит в руку, чтобы проверить, есть ли у него перегар. Но потом, опомнившись, становится тем же безразличным Стасом и нажимает на звонок с противным звуком. Никто дверь не открывает. Парень снова уверенно жмёт на звонок – ничего не происходит. Конченков хмурится, посмотрев на время: всего девять часов, спать, по сути, никто не должен. Стас повторяет своё действие, звонок своим звуком раздражает всё изнутри. Он упирается головой в холодную железную дверь и выдыхает. Недолго думая, вспоминает, что мама его предупреждала, что они уедут к бабушке. Стас морщится, отходя от двери, и шарит в карманах, естественно, ключа он не находит. Парень так и не забрал его дубликат из мастерской, хотя он, скорее всего, был готов еще две недели назад. Стас нервно проводит рукой по волосам. В нём электрическим током бушует злость, и он сильно бьет кулаком о железную дверь. Достаточно больно. Стас шипит и гладит пострадавшие костяшки.       Он долго думает, что ему делать, ходит туда-сюда по лестничной площадке, посматривая на часы. Звонить Богомолу - не вариант, у него огромная семья с кучей детей. Да ещё и сумасшедшая тринадцатилетняя сестра, которая постоянно ищет повод соблазнить Стаса. Конченков вспоминает про Диму и, устало оперевшись спиной на железную дверь, набирает друга. В трубке слышатся монотонные гудки, никто не отвечает. Стас в отчаянии спускается вниз, приседая на холодный бетон, и обнимает руками колени.       – Фадеев, сука! Ну, только не сегодня, – раздражённо шепчет Стас. Но сегодня, явно, не его день, потому что в трубке так и не слышится ответа. Конченков начинает пролистывать все свои контакты и, так никого и не найдя, звонит Янису. Тот, к счастью, отвечает, но его очень плохо слышно. – Алло? Ян, привет.       – Оо, привет, Пимп! – голос у него подвыпивший, на заднем плане играет громкая музыка. – Что-то случилось? – Стас быстро излагает ситуацию, хоть и колеблется, уже понимая, что Янис ему никак не поможет и что там, явно, не до него. – Чувак, прости, сам слышишь, я тут немного занят.       – Да, да, я всё понимаю, – пытаясь скрыть своё расстройство говорит Конченков.       – Позвони Игорю, он точно дома, – говорит Янис непринуждённо, наверное, совсем забыв, как Стас и Игорь попрощались в последний раз. – Ладненько, давай, позвонишь, как доберёшься до Лаврова.       Стас не успевает ничего сказать, как слышит гудки. Он выдыхает и сильнее прижимает колени к себе, откладывая телефон в карман. Он понятия не имеет, куда идти, но точно, не к Лаврову, он совсем не хочет видеться с ним сейчас, тем более, снова просить помощи. Парень ещё долго рассредоточено смотрит на пол, размышляя над тем, что ему делать. Неожиданно он подрывается и быстро спускается по лестнице вниз. Он вполне может успеть на ночной сеанс в кинотеатре, а там уже и как-нибудь переночевать. Стас не видел в этом ничего страшного, главное, просто дожить до завтрашнего дня, а потом он заберёт ключи из мастерской, и всё будет хорошо.

***

      Конченков впопыхах забегает в здание кинотеатра и пытается отдышаться. Сегодня довольно много людей, видимо, премьера какого-то фильма. Стас подходит к стене с расписанием и видит какой-то типичный боевик. Но в принципе, ему было похуй, лишь бы как-то убить время до утра. Немного помявшись и, ещё раз пробежав глазами по имеющимся на сегодняшний день фильмам, Стас выдыхает и начинает рыться в карманах, в поисках денег. Наличные на то время, пока семьи не будет, отчим оставил Стасу на столе, так что, сейчас приходилось пересчитывать все смятые купюры и скопившуюся в карманах мелочь. Живот неприятно бурчал и не давал покоя, поэтому было бы прикольно насобирать ещё хотя бы на попкорн.       – Эй, это что, Стас? – слышится знакомый женский голос. Конченков замирает, ему только этого не хватало. – Стас, ты? – Повторяется девушка, и Конченков слышит, как она делает пару шагов к нему. Он вздыхает и оборачивается. Его глаза невольно расширяются, когда он видит не только обладательницу голоса, в которой он сразу узнал Диану, но и Игоря, которого девушка держала под руку.       Его вид был намного лучше, чем в больнице: синяки посходили, губы позаживали, только мешки под глазами остались такими же. У Стаса неровно бьётся сердце, ему не нравится этот процесс. Ему не нравится видеть Игоря рядом с Дианой, ему просто не нравится сейчас с ним находиться. Хотя это, явно, враньё. Конченков был рад и прекрасно понимал это, но, в любом случае, он был ещё и раздражён сукой-судьбой. Почему именно в это время, именно в этом кинотеатре и именно сегодня, ох, как же Стас иногда не понимал её проказ.       – Ты тоже пришёл на фильм? – Приторно говорит Диана. Стас переводит карие глаза на Игоря и встречается с этим привычным взглядом, но он готов поклясться, что этот взгляд не такой, как всегда. Он, скорее, как тот, что недавно получился на картине, которую ему пришлось спрятать подальше, чтобы не думать об этом.       – Да-а, – неуверенно говорит Стас, всё ещё не разрывая зрительного контакта с Лавровым.       – На что идёшь? – Слишком холодно говорит Игорь, и глаза у него холодные, и голос. Такие холодные, что аж до мурашек.       – Уже ни на что, – Стас пытается сделать голос более серьёзным, но он всё же на секунду дрогнул, сорвавшись на еле заметный писк. Игорь к несчастью парня, это замечает, и уголки его губ еле заметно ползут вверх.       – Что? – непонимающий взгляд Дианы выражает ещё какое-то презрение. Конченков, естественно, себя накрутил, заметив эту неподтверждённую эмоцию. – Я не совсем поняла! - Девушка свои голосом рвёт взгляды ребят и Стас, наконец, перестаёт смотреть на Игоря, отводя глаза куда-то в сторону.       – Мне пора, – Стас натягивает улыбку и сдержав желание снова посмотреть на Лаврова, быстро разворачивается и исчезает из поля зрения парочки в сторону выхода.

***

       Диана и Игорь ещё около получаса ждали своего сеанса, сидя на не совсем удобном белом диванчике. Девушка просто втыкала в телефон, Лавров делал то же самое. Ему было скучно. Впервые за долгое время ему стало лучше, и Диана сразу же потащила его гулять, хоть он этого не сильно-то и хотел, но он слишком давно ей обещал, поэтому выбора не было. Они вместе уже около недели, и Игорю хорошо с ней. Хорошо, не в том смысле, в котором обычно описывают отношения, а скорее, хорошо от того, что закончилась эта неопределённость между ними. Но он чувствовал себя не в своей тарелке. До того, как они стали встречаться, такого не было. Они довольно весело проводили время вместе, а сейчас всё было как-то монотонно и Игорь мог поклясться, что ничего больше не чувствует к девушке. Он мог поставить всё, что угодно на то, что Диана перестала вызывать в нём какие-либо нежные эмоции. Самое ужасное было то, что Игорь знал, что это случилось не сейчас, а около месяца назад. Около месяца назад стали догорать последние угольки, но он уж слишком распланировал всё. Лавров знал, что около месяца назад всё стало меняться. И как же было сложно именно сейчас идти по просчитанной им траектории.       Мобильник в его руках начинает неожиданно вибрировать, и на экране высвечивается «Яни». Диана, не стесняясь, заглядывает ему через руку, чтобы посмотреть кто звонит, Игорь быстро берёт трубку, мельком взглянув на недовольную девушку.       – Алло, Ян, что случилось? – Игорь слышит, как на другом конце линии звуки громкой музыки и крики весёлой толпы.       – Здарова, Игорёк, Пимп уже с тобой? – Бадуров пытается перекричать музыку.       – А должен быть?       – Ну, да, у него родаки уехали, а он ключи просрал, сегодня, как ты сам слышишь, он у меня не может остаться, поэтому я сказал, что пусть пиздует к тебе, – у Яниса в голосе слышится хмель, язык слегка заплетается, и кажется, что он разговаривает веселее, чем обычно.       Игорь замолкает и смотрит на Диану, внимательно наблюдающую за ним во время разговора. Он вспоминает поведение Стаса во время их встречи, и картинка мигом складывается.       – Так, он с тобой? А то на звонки просто не отвечает, – быстро говорит Бадуров, запинаясь. Видимо, он уже очень сильно спешил добить себя парой шотов.       – Да, со мной, – коротко говорит Игорь.       – Ооо, ну, вот и заебись! Развлекайтесь, – поспешно бормочет парень и отключается.       Лавров смотрит на экран телефона. Стас ушёл где-то около 15-20 минут назад. Вряд ли он ответит ему, если тот позвонит. Игорь вспоминает, что недалеко здесь есть остановка, Конченков, наверное, решил поехать в другой кинотеатр, поэтому он, скорее всего, там. Игорь быстро встаёт с дивана и, наклоняясь, чмокает Диану в щёку. Та в недоумении встаёт за ним и хватает за рукав.       – Что происходит? – одновременно зло и обеспокоенно спрашивает она.       – Мне нужно идти, там Стас.., – после упоминания Конченкова, с лица девушки стирается беспокойство и остаётся только ярое неодобрение. Её изогнутая бровь так и говорила: «Ну, что опять?». – В общем, я пошёл, кис, прости, в следующий раз сходим, – он аккуратно убирает её руку от своей и вылетает из здания. Диана даже не успевает ничего сказать, и Лавров очень рад этому, а ещё рад тому, что не придётся находиться в её компании оставшееся время суток.       Игорь, как можно быстрее, бежит в сторону остановки. В ненужный момент головная боль возвращается, приводя за собой ещё и головокружение. Лавров сбавляет темп, но не перестаёт бежать. Оказавшись где-то в десяти метрах от нужного места, Игорь видит знакомый худой силуэт, сидящий на обшарпанной лавочке. Фонари не работают, поэтому на улице очень темно, но Игорь идёт на маленький красный огонёк тлеющей у парня в зубах сигареты. Отдышавшись, он подходит к Стасу. Тот даже не смотрит на него, направив взгляд куда-то в пустоту. Стасу и не нужно смотреть, он знает, что это Игорь.       – Почему ты не сказал? – Спокойно спрашивает Лавров, подходя ближе к парню.       – Не хотел, – хмыкает тот. Игорь долго смотрит на его безразличную позу и начинает потихоньку беситься. Молчание Конченкова ещё больше раздражает, и Игорь выхватывает сигарету из его рук, выкидывая её в с сторону. Стас удивлёно смотрит на Лаврова, его глаза кажутся совсем чёрными в такой темноте. – Ты чё, охерел?       – Пошли, – бросает Игорь. Стас так же смотрит, выедая в Игоре тёмными глазами всю его сдержанность. Стас как раз в том возрасте, когда нужно ебашить, как проклятый, чтобы в итоге не остаться у разбитого корыта, но он делает в, буквальном смысле, всё то, что не надо или, точнее, всё, что ему нравится. Это кажется соблазнительным. Игорь слишком часто думает об этом. Он бы не сказал, что он себя в чём-то ограничивает, если иметь ввиду алкоголь или наркотики, но это такая крупица того прекрасного сумасшествия, которое делает Стас. У него нет плана, у Игоря он есть, из-за этого он чувствует себя в клетке.       – Куда? – неуверенно шепчет Стас. Лавров молчит, но из него не выскакивает лёгкий смешок, уж слишком он похож на ребенка.       – Ну, как хочешь, – улыбаясь, говорит Игорь и, разворачиваясь, идёт в неизвестном направлении.       Стас колеблется, ломая пальцы на руках и кусая уже уставшие от этого губы. Игорь всё дальше и дальше, Стас слышит, как подъезжает нужная ему маршрутка и оттуда выходит пара людей, он смотрит на открытую дверь, а потом снова на удаляющуюся спину парня. Не долго думая, он срывается с места и подбегает к Игорю, сразу пряча половину лица в воротник толстовки.       Лавров снова улыбается, но ничего не говорит. Конченков уверенно плетётся за ним, периодически заглядываясь на его еле освещённое лицо.

***

      Дверь в квартиру Игоря с небольшим скрипом отворяется. Стас проходит за ним, неуверенно оглядываясь по сторонам. Он, разумеется, и снимает куртку лишь в тот момент, когда ему об этом напоминает Игорь. Он чувствует себя неловко, боится что-то не то сделать, Стас знал, что Игорь только недавно переехал, и квартира была абсолютно новой. Конченков быстро сворачивает на кухню, в тот момент, когда Игорь скрывается в ванной. Он с интересом оглядывает помещение: на полу пара коробок с вещами, в самой комнате достаточно пусто, только стол, несколько стульев, плита и холодильник.       Стас хочет пить, но, ещё раз оглянувшись по сторонам, не находит даже кружки, чтобы набрать воды из крана. Парень открывает деревянную дверцу белоснежного шкафчика, но ничего нужного не находит. Он начинает открывать другие дверцы, в поисках нужного предмета, он шастает руками по полкам, в надежде найти хоть какое-то подобие сосуда. Наконец, он доходит до последнего шкафчика, и там всё-таки оказывается пара кружек, но внимание Стаса они не привлекают, а вот полная бутылка текилы, стоящая рядом, вполне выполнила эту задачу. Конченков нервно сглотнул, представляя, как напиток отдаёт горечью на языке. Он не сильный любитель текилы, но сегодня он уже выпил и, кажется, даже не до конца протрезвел (раз всё-таки согласился пойти ночевать к Игорю), а когда Стас начинал пить, он выпивал всё, что есть, и понятия не имел, как алкоголь можно оставить до следующего раза. Конченков, в прямом смысле, пил всё, что горит, лишь бы крыло, но конечно это имело и свои последствия. Стас вытаскивает бутылку и начинает заинтересованно вертеть её в руках. Выглядит она достаточно дорого, да и сам парень, вроде, такую не пил.       – Ты что, жопой алкоголь чуешь? – Неожиданное появление Игоря слегка пугает Стаса, и он чуть не роняет бутылку на пол, но Игорь вовремя подбегает к нему и хватает её за донышко. – Косорукий, блять.       Стас очень смущён, он поднимает взгляд на Игоря и встречается со спокойными голубыми глазами, где-то внутри что-то нервно ёкает. Лавров забирает текилу из его рук, но Стас его поспешно останавливает, накрывая своей ладонью пальцы Игоря.       – Давай выпьем, – голос у Стаса измученный. Измученный не так, как от долгой пробежки или после разгрузки машины, а, скорее, измученный от усталости, от существования и всего того, что с ним связано. Лаврову не по себе, он сглатывает, он считает, что в шестнадцать лет парень, да даже ещё мальчик, не должен быть сломан настолько.       – Думаю, тебе хватит, – Игорь смотрит на затуманенные глаза Стаса, его перегар он почувствовал ещё при встрече в кинотеатре.       – Я сам решу, когда мне хватит, – будто, полностью подавляя свою измученность, говорит Стас. Теперь Игорь видит другое, видит именно то, что всегда заставляло его терять самообладание. – Пожалуйста, – говорит Стас и в его голосе снова слышится измученный тон.       Лавров вздыхает и ставит бутылку текилы на стол. На коже пальцев воспоминанием горит прикосновение Стаса. Парень подходит к холодильнику, берёт лимон и тонкими дольками нарезает. Игорь делает это достаточно долго, пока Конченков в нетерпении буравит его спину разъедающим взглядом. Когда Игорь заканчивает, он ставит тарелку с лимонами и солонку рядом со Стасом, потом, немного порывшись в коробках, он находит пару стаканов и быстро их сполоснув тоже ставит на стол. Он присаживается напротив Конченкова и оглядывает его напряжённую позу.       – Ну, что, вперёд, – выдыхая, говорит Лавров. Глаза Стаса кажутся пустыми - наигранно или по-настоящему, Игорь точно сказать не мог.       Игорь разливает по стаканам, не жалея выпивки - раз Стас хочет пить, он будет пить. Конченков, не мешкая, высыпает немного соли между указательным и большим пальцем быстро её слизывает, залпом выпивает содержимое стакана и, слегка скривившись, закусывает долькой лимона. Игорь повторяет за ним. Дальше таким же чередом идёт пара стаканов. Всё это происходит в похоронной тишине. Лишь при сопровождении завываний ветра за окном.       – Может, хватит? – Уже слегка заплетающимся языком спрашивает Лавров. Стас смотрит на него исподлобья, в глазах Игоря уже начинает мутнеть. Конченков, видимо, никак не отреагировав на его вопрос, кивает на бутылку.       – Наливай, – быстро бросает парень, кладя уставшую голову на ладонь. Игорь пару секунд колеблется, но потом, скептически вскидывая брови, всё же наливает Стасу.       Конченков пил на голодный желудок, поэтому его слишком быстро разморило. Стены вокруг стали плыть, а голос Игоря казался ещё более неразборчивым, чем был на самом деле. Они пили и пили, пили и пили, и с каждым стаканом они начинали раскрепощаться и вести увлечённый диалог.       – Блять, Стас, ты просто космос, – смеётся Игорь. Конченков заливается своим привычным дурацким смехом, но внутри него, после этих слов, всё равно что-то обрывается, и ему становится невероятно грустно. – Знаешь, я думал, ты совсем другой, когда мы только познакомились, но ты такой … – ох, Игорь совсем забыл, что не умеет делать комплименты, даже друзьям не умеет. Он не умеет говорить близким людям, что они ему просто-напросто нужны, он умел это только показывать. Через поступки. Явно, не через слова. Но и второе тоже, несомненно, нужно, не просто так же дана речь человеку.       Стас не дослушивает непонятный монолог Игоря, вставая с диванчика. Он хочет пойти спать, скорее спать, лишь бы не продолжать разговоров, лишь бы не сболтнуть ничего лишнего. Ноги его еле держат и парень слегка спотыкается, выходя из-за стола. Он почти падает, но Игорь будто мгновенно протрезвев, подлетает к нему и приобнимает за талию.       – Ты чего, дурашка? – Тихо, улыбаясь, спрашивает Игорь.       – Спать, – полностью отдаваясь рукам Лаврова, проговаривает Стас.       – Давай сначала в ванную, – голос у Игоря тёплый и сам Игорь тёплый, только руки ледяные.       Лавров провожает Стаса до ванной, показывая, где полотенце и прочие нужные вещи. Потом, на минуту отлучившись, он возвращается со спортивными штанами и футболкой, предназначенными для сна. Конченков совсем не возражает. Когда Игорь входит, Стас с трудом раздевается, пару раз чуть не потеряв равновесие, но всё-таки справляется с непосильной задачей.       Горячая вода обволакивала всё тело, это было приятно, но не приятней, чем объятья Игоря. В пьяном мозгу возникают нездоровые ассоциации, капельки воды щекочут живот, Стас представляет, как холодные пальцы Игоря, подобно струйкам воды, скользят по всему его телу. Стас представляет поцелуи в шею, ключицы, мокрую дорожку вдоль живота и нежные прикосновения к тонким ногам. Возбуждение накатывается неожиданно, и Стас, в буквальном смысле, трезвеет, когда, приоткрывая глаза, убеждается в том, что его член был в полной готовности. Стас быстро поворачивает кран, и из душа начинает лить ледяная вода. Конченков пытается думать об отстранённых вещах, грубо упираясь руками в холодный кафель. Через несколько минут, возникшая проблема всё-таки покинула его, и даже не пришлось прилагать никаких усилий. Всё-таки дрочить в ванной Игоря – это перебор. Хотя, когда Стас представлял, что Лавров полностью нагой стоит под этим же душем, в нём просыпались неправильные желания. Гормоны и выпитый алкоголь давали о себе знать, но Стас не сдавался, поэтому сильно похлопав себя по щекам, выключил воду и, переодевшись в данную ему Игорем одежду, вышел из ванной. Рядом с ванной, сразу направо, находилась спальня. Конченков бы и не понял, что это она, если бы Игорь ему не объяснил.       – Ну, тут бардак, я ещё не разобрался с вещами, – проводя пальцами по волосам, говорит Лавров. – А ещё у меня только один матрас, если тебе неудобно, я могу что-нибудь придумать…       – Нет, – бросает Стас, Игорь удивлённо изгибает бровь. Конченков думает, что произошедшее в ванной вряд ли повторится. – Я имею в виду, что всё нормально, – Стас улыбается и проходит вперёд, направляясь к матрасу. Лавров тут же выключает свет, и Стас немного путается в пространстве. Градусы сильно бьют в голову, и он спотыкается об одну из коробок. Игорь второй раз за вечер подлетает к нему и спрашивает, всё ли нормально, Стас кивает, но как бы не в подтверждение своему ответу, крепко держится за плечо Лаврова. Игорь слегка забавно делает поклон, приглашая Конченкова. В ответ, Стас делает то же самое, и с грохотом падает на белый матрас. С очень большим грохотом. Игорь начинает неистово ржать.       – Долбоёб, ты всех соседей перебудишь, – смеётся Лавров.       – Больнооо, я на пальчик упал, – стонет парень, переворачиваясь на спину. Игорь аккуратно ложится к нему. – Очень-очень больно, – у Стаса всё ещё пьяный голос.       – Тебя пиздили трое мужиков, ты так не ныл, - смеётся Игорь и накидывает на себя и Стаса большое и тёплое одеяло. Тот поворачивается к Лаврову, недовольно выглядывая из-за белой ткани.       – Больно, – кидает обиженный Стас. Лавров не может сдержать улыбки и внимательно оглядывает мордашку парня. Тот держится за ушибленный палец и прожигает раздражённым взглядом Лаврова.       – Ну, что мне сделать? Подуть? – вглядываясь в тёмные глаза Конченкова, спрашивает парень. На его бледное лицо падает лишь свет из окна, но даже пьяный взгляд Стаса, в этом освещении, кажется красивым. Конченков уверенно кивает на предложение Игоря. Лавров начинает смеяться, но, видя серьёзный взгляд Стаса, уверенно берёт его за запястье и подносит пострадавший палец к губам. Стас, не выдерживая, тоже начинает хихикать, утыкаясь лицом в подушку.       Игорь начинает выдыхать тёплый воздух на палец Стаса, периодически смеясь и заглядываясь на его лицо. Через пару секунд Конченков перестаёт подрагивать от смеха, и его взгляд, пронзительный и грубый, словно пощёчиной, ударяет Игорю по лицу. В его руках всё ещё запястье парня, он всё так же периодически дует на пострадавший палец. Но в какой-то момент он цепляется за глаза Стаса и аккуратно, едва ощутимо, прикасается губами к его пальцам. Стас замирает, сердце у него бешено бьётся. Тонкие губы приоткрыты в удивлении, у Игоря, как всегда, спокойный взгляд, и он легко отрывается от руки парня, откладывая её на подушку. Он улыбается, наблюдая за таким потерянным и смущённым Стасом.       – Теперь точно болеть не будет, – говорит Лавров, как бы в своё оправдание. – Спокойной ночи.       Игорь отворачивается от Стаса, сильнее уткнувшись в одеяло, тот повторяет его действие буквально через пару секунд. Ему так хочется теперь провалиться в преисподнюю, из-за вечного прокручивания произошедшего в голове. Но преисподняя, пока его не ждёт, а вот объятья Морфея, вполне.