Вскрывая карты

Можно все время дурачить некоторых, можно некоторое время дурачить всех, но нельзя все время дурачить всех. Авраам Линкольн

— Пап, можно тебя? — в комнату робко заглянула Виола. Девочка сразу привлекла к себе всеобщее внимание. Младшая Бустаманте поистине взяла от родителей все самое лучшее. Визуально она больше была похожа на Мариссу, от отца достались лишь пронзительные голубые глаза. Но характером она все же больше была в Пабло. Наверное, поэтому и отношения ее с отцом складывались куда лучше чем с матерью. — Ви! — Здравствуй золотце! — Как дела, — понеслось со всех сторон на смущенную девушку. — Всем привет! — подняла она руку в приветливом жесте. — Твоя дочь хорошеет с каждым днем! — покачал головой Ману, — Вся в мать! — Выйдешь на минутку? — снова обратилась Ви к Пабло. — Конечно. — Пап, дай немного денег, — прошептала Виола, потянув Пабло за руку вглубь коридора. И блондин без раздумий потянулся к кошельку. — Почему там не попросила? — кивнул он в сторону гостиной. — Сам знаешь, там мама. — А что случилось? Поругались? — Как обычно, — потянулась Виола к лицу, с точностью копируя привычку своего отца. — Мари, сколько лет Ви? — Гвидо все еще находился под впечатлением от появления младшей Бустаманте. — Шестнадцать. — С ума сойти, я помню как мы забирали тебя с роддома, как будто вчера было, — закачала головой Пилар. — Время… — согласился с женой Томас. И тут воцарившуюся тишину нарушил сигнал чьего-то телефона. — Первое смс! — кинулась Мия к телефону супруга, но тот оказался шустрее. Супруги Агирре оба уставились на экран. — «Я хочу твое тело», — на автомате прочел Ману. — От кого это? — возмущенно впилась взглядом в Агирре Мия. — Я не знаю, — как-то чересчур нервно затараторил мексиканец, — видишь номер не определен, я не знаю, не знаю. — Хорошенькое начало, — фыркнул Эскурра. Остальные молча сверлили мексиканца взглядом. Из ступора всех вывел все тот же телефон, снова зазвонивший в руках у Ману. — Это звонит тот номер, — ошарашенно пялился он на экран. — Ответь, — кивнула Марисса. — Да-да, ответь. — Хорошо, — мексиканец нажал на зеленую трубку и тут же включил громкую связь, — Алло! Алло, кто это? — на том конце провода молчали, хотя слышалось вполне ощутимое дыхание, — Кто это? Кто?! — начинал выходить из себя Мануэль. — Конь в пальто! — со смехом в комнату ввалился Бустаманте сжимая в руках розовый телефон. С секунду все разбирались что произошло, а потом гостиную оглушил раскат смеха. Только Марисса недовольно ворчала в сторону мужа. — Что за дебильные шуточки, Бустаманте? — Пошел ты, Пабло! — пихнул его в плечо Ману, — Шутник хренов. — Меня лично чуть удар не хватил, — пытаясь успокоить нервы, Мия потянулась к своему бокалу. — Пап, верни телефон, я опаздываю, — опять заглянула в комнату Ви. — Поздоровайся, — выразительно посмотрела на дочь Марисса. — Всем привет! — кивнула Ви, выхватывая у отца телефон, — Вообще-то, я уже здоровалась, — бросила она такой же выразительный взгляд в ответ матери. — Она не всегда такая, — попытался Пабло оправдать любимую дочь. — Обычно еще хуже, — покосилась на него в ответ Марисса. — Возраст, что вы хотите. Вспомните нас и наших родителей… — все загалдели каждый вспоминая о своем, — Вот и я о том же, бедные наши родители. — А я вот не знаю стану ли я хорошей матерью, — пожала плечами единственная из присутствующих девушек не рожавшая Мия. — Ты беременна? — тут же отреагировала Мари. — Нет-нет, — поспешила внести ясность Ми. — Но вы пытаетесь? — Эммм… — Агирре явно замялись, — Ну можно и так сказать, — покраснев выпалила Мия. — Оууу… Тогда за Вас! — быстро нашлась Пилар, поднимая бокал. — Да пока не за что, — замахал руками Ману. — Ну, за то, что хоть кто-то из нас трахается! — не сдавалась Пилар. Дружный хохот был ответом на ее замечание. Не вовремя выпивающая Марисса даже чуть было не подавилась. — Пилар! — укоризненно уставился Томас на жену, — Они просто пытаются зачать ребенка. — Тогда традиционно, за детей! За наш смысл! — За тех кто трахается было лучше. — Гвидо, тебе не угодишь. — Мне не нравится мысль, что без детей жизнь не имеет смысла. Это удобный выбор. — В смысле? — Вы оправдываете свои неудачи, называя смыслом жизни собственных детей. Родили, растите и можно больше ни о чем не думать. — Ну нет, я не поэтому хочу ребенка, — Мия покачала головой, явно не соглашаясь с другом. — А зачем? — Да много причин. — Назови одну! — Ну…чтобы сделать пару счастливой. — Бред, — опять не согласился Лассен, — Разе двое людей не могут быть счастливыми без кого-то еще? — Ты просто эгоист Гвидо. — Ну таков уж я. Эгоистом был, эгоистом и умру. — Иногда желание иметь детей тоже эгоизм, — подала голос Марисса, — многие думают что ребенок подарит им вторую молодость. Пытаются воплотить в собственных детях свои не сбывшиеся мечты. — Это просто вынос мозга! — не согласился с супругой Пабло, — Мне нравится что у меня есть дочь, и я хотел бы еще. — Правда, — поддержала его Пилар, — Дети это счастье, это же как дар прожить жизнь заново. — Не все хотят проживать свою жизнь заново. — Это потому что она у тебя хреновая, — тут же отреагировал Томас на слова Гвидо. — Да иди ты, — Гвидо шутливо замахнулся на друга ножом и тот поспешил скрыться на кухне вслед за Пабло. — Нет, что за дурацкий штопор, — блондин воевал с современным техническим устройством, пока проигрывая в неравной борьбе. — Дай я, — Эскурра явно был смышленее, или попросту чаще выпивал. — Что там с твоими правами? Вернули? — Пока нет, — устало опустил руки Томас, забывая о вине, — Переносят и переносят, так надоела эта тягомотина. — Так когда суд теперь? — Десятого. — Ну там все будет нормально? — Адвокат клянется и божится. — Ну даст Бог. — По моему, у кого-то звонит телефон, пойдем скорее. — Это у Мари. — Моя мать, — тем временем вглядывалась в экран телефона рыжая. — Отвечай, — пожала плечами Мия. — Да, мама! Привет. — Здравствуй Марисситочка! Как я соскучилась за вами мои дорогие, как Ви? Ну вы совсем меня забыли… — полился из динамиков голос прославленной дивы Аргентины. — Мам, давай по делу, у нас в гостях ребята, мы ужинаем. — Ох ребята, какие же вы молодцы, вы такие дружные. Я прямо не нарадуюсь на вас. Передавай привет моим любимым. — Ма! — нетерпеливо вставила Марисса. — Ах да, прости. Доктор Монако согласился сделать тебе операцию. Так что ты свяжись с ним в ближайшее время. — Хорошо, спасибо мам, целую! — не давая возможности матери ответить, Марисса торопливо нажала отбой. Судя по заинтересованным лицам, от нее ждали объяснений. — Что за операция? — первой не выдержала Пилар. — Маммопластика, — глядя себе в тарелку пробормотала Марисса. — Что? — подала голос бывшая Колуччи. — Сиськи себе увеличу, Мия! — Я знаю, что такое маммопластика…но зачем? — Хочу, — по всему виду Мариссы было явно видно, что ничьи посторонние мнения ее особо не волнуют и оправдываться она тоже не намерена. — Ты психотерапевт Марисса. — И что? — рыжая сложила руки на груди в явно оборонительном жесте. — Ты разве не должна любить себя такой как есть? — вступила в разговор Пилар. — Да я и люблю себя, за исключением груди. — Ладно, а почему ты тогда не доверишь операцию своему мужу? — перевел опасную тему Гвидо. — Он мой муж, это антисексуально, я перестану вызывать у него интерес. — На самом деле я просто не достоин делать сиськи дочери самой Сони Рей, — фыркнул Пабло и развернулся к жене, — называй вещи своими именами. — Но это твои сиськи, — искренне недоумевал Томас, вглядываясь в глаза друга. — Это только мои сиськи и мне решать что с ними делать. Давайте закроем тему. Спасительно по квартире разлилась громкая трель, в ожидании все переглядывались, предугадывая чего же ожидать от нового звонка и по ком собственно он звонит. — Расслабьтесь, это равиоли, — усмехнулась Мари направляясь в сторону кухни. — Ну Марисса блин дает! — никак не мог успокоиться Гвидо выходя на перекур. Следом нервно оглядываясь выбежал Томас. — У меня проблемы, друг! — В чем дело? — затянувшись, обратил свое внимание на друга Лассен. — Понимаешь, — Томас нервно покачивался с пятки на носок не зная как начать разговор, — У меня есть одна…эээ… знакомая, так вот она каждый вечер желает мне спокойной ночи и присылает свои фотки. В десять часов вечера, — Эскурра выразительно глянул на друга. Гвидо лишь глянул на наручные часы и присвистнул. До десяти оставалось каких-то четверть часа. — Слушай дружище выручи, а? — опять заговорил Томас, — У нас ведь одинаковые телефоны, никто не узнает. — Честно говоря, мне не очень хочется это делать. — Гвидо! Тут вопрос о моей семье, а ты хочется, не хочется… Тебе сложно что-ли? — Лассен только устало вздохнул, понимая что никуда ему от просьбы друга не отвертеться. — Мари-Мари, — вбежала следом за рыжей на кухню Пилар, — я тебе не говорила, но Пабло ходит к психотерапевту. — Нет! — Да! Мне Томас сказал. — Да его на сеанс не затащить было, — Пилар в ответ только пожала плечами. Стоило девушкам только вернуться как у всех разом парней зазвонил телефон. — Это Фран, договорился на счет завтрашнего футбола, — пояснил Мануэль. — А мне ничего не пришло, — недоуменно смотрел на свой гаджет Гвидо. — Да он просто забыл, ты же знаешь Франсиско! — переглянувшись с друзьями поспешил успокоить его Пабло. — Да ладно врать! Опять меня вычеркнули? Друзья называется, зовете только когда вратаря не хватает. — Что правда? — сочувственно протянула Мия. Ответом ей был кивок Пилар. — Ману! — за объятиями молодой жены Агирре и не заметил, что у него пропищал телефон. — «Перезвони мне, срочно», — прочитал вслух мексиканец и прояснил, — Это Малена, с работы. — Так и перезвони. — Ох нет, наверняка там запара и заставят в выходные кого-то подменить. — Темнишь? — поиграла бровями Марисса. — Нет-нет, это правда, — поспешила защитить супруга Мия, — Да и она не во вкусе Ману! Перетатуированная деревенщина с пятым размером, — для наглядности Мия, продемонстрировала как именно выглядит тот самый пятый размер. — Так как говоришь ее фамилия? Может это я ей сиськи делал? — тут же нашелся Пабло, вызывая смешки. А Мари неосторожно повернувшись расплескала красное вино прямо на голубую рубашку Бустаманте. — Мари! — развел он руками. На другом конце стола, воспользовавшись замешательством друзей, Томас не растерявшись, поменял местами свой телефон с телефоном Гвидо. — Пойдем нужно застирать. — Почему ты не сказал мне что ходишь к психологу? — не глядя мужу в глаза, рыжая яростно терла пятно на его рубашке. — Не успел. — Давно ты ходишь? — Не очень…ты злишься? — Нет…хотя да, я злюсь Пабло! Ты же все время отказывался и считал это пустой тратой времени, что изменилось? — Ничего, просто я решил попробовать, вдруг поможет? Если мы разведемся, я не буду винить себя что ничего не делал. — И как? Помогло? — Это ты мне скажи… Марисса лишь неопределенно хмыкнула и пожала плечами. Она злилась и боялась что если начнет говорить то уже не сможет вовремя остановиться. — Хотя…один важный навык я все же приобрел… — Какой же? — все-таки посмотрела на мужа Марисса. — Разряжать обстановку. Я понял, что не всегда стоит все доводить до крайностей, не все разговоры превращать в битву. Понял, что идти на уступки это не слабость, это скорее мудрость, любовь, желание сохранить. Иногда стоит сделать шаг назад, чтобы после понять, что именно он и был шагом вперед, понимаешь? — Пабло взял жену за подбородок, аккуратно заставляя посмотреть прямо в глаза, — Я не хочу чтобы мы закончили как Барби и Кен, ты вся из пластика, а я без яиц, — Марисса невольно улыбнулась, а Пабло молча пошел менять рубашку. — Эй Паблито иди сюда! Ты должен это увидеть! Ты только посмотри что пришло нашему Гвидо! — донеслось из гостиной на все голоса. — Это просто знакомая ребят, ничего такого, — пытался оправдаться Гвидо. — Пабло, это похоже тоже одна из твоих клиенток, — Мануэль показал в красках достоинства девушки на фото. — Гвидо, как же Лучила? — Да это ничего не значит, просто прикол. Томас, тебе похоже тоже что-то пришло, — кивнул Гвидо на свой же телефон. — Лучио, — прочитала Пилар, — «Как дела?» — это кто? — обратилась она к Томасу. — Да, один коллега из маркетингового отдела, — быстро пояснил он, бросив взгляд на Гвидо. — Почему он спрашивает тебя как дела? — Ну потому что я немного нервничал сегодня на работе, из-за этого суда. Разговор друзей в очередной раз был прерван трелью мобильного телефона. Обращаем ли мы в реальной жизни внимание на то сколько нашего времени отнимают эти вроде бы незаменимые помощники? Они уже настолько плотно вошли в нашу жизнь, что стали неотъемлемой частью каждого человека. — Это Ви, — Пабло уловил кивок Мариссы и ответил, не забыв включить телефон в режим громкой связи. — Пап это я. Можешь говорить? — Конечно, детка, — Бустаманте машинально обвел взглядом присутствующих. — В общем, родители Роберто уехали на все выходные, и он пригласил меня с ночевкой, — Пабло резко втянул воздух, — А я не знаю, что делать… Я не уверена что хочу идти, но если не пойду он ведь расстроится, понимаешь пап? — Ви, я не думаю, что стоит идти только чтобы его не расстраивать, — Пабло вновь замолчал пытаясь подобрать правильные слова, Марисса обиженно отводила взгляд, — Я твой отец и, конечно, я не буду очень рад, если ты пойдешь. Это ведь важный момент, слышишь дочка? Если ты уверена, что будешь потом вспоминать это с улыбкой и рассказывать близким, тогда да. Но если ты сомневаешься — не спеши. У тебя еще столько времени впереди. — Я поняла тебя…только знаешь что, пап? — Что? — Да нет, это я так. — Говори, Ви. — Ты так смутил меня, когда дал ту упаковку презервативов, я думала сквозь землю провалюсь, — Пабло закрыл глаза. Марисса пыталась убить его взглядом, а Пилар с Томасом открыли рты в изумлении, вспоминая рассказанную ранее историю. — Но это не было руководством к действию. — А я думала, что ты почувствовал это на каком-то родительском уровне…ну знаешь? Предугадал что ли… Ладно. Если я решу остаться, скажешь маме что я у Рене? — Почему сама не скажешь? — Что? — Пабло даже на расстоянии увидел как брови дочки взметнулись наверх, а губы сложились в аккуратную букву О. — Правду. — Па, ты же ее знаешь. Она не слушает, она только злится. Она считает, что и так все знает. Она же великий мозгоправ… — Ви! — немного повысил тон Бустаманте, но быстро взял себя в руки, — Просто нужно проявить немного терпения. — Да уж, с ней нужно море терпения. — Стоит попробовать. — Ты просто слишком любишь маму и не замечаешь какая она стерва! — Ви! — но ответом уставшему родителю были лишь короткие гудки… Пабло с опаской обернулся на Мари, та сидела с деланно безразличным выражением лица. — Ты был на высоте, — иронично похвалила она мужа. — Видишь, как тебе помогла терапия, — невпопад ляпнула Мия. — Ми! Ты рассказал ей? — повернулся Бустаманте к своему мексиканскому другу. — Да, — не стал отпираться от очевидного Агирре, — но только ей. — А я только Гвидо. — А я Томасу и все, — поднял вверх руки Лассен. — А Томас конечно все сохранил втайне? — переводил Пабло взгляд от одного друга до другого. — Она моя жена, — развел руками Эскурра. — А она моя подруга, — нисколько не раскаиваясь выдала Пилар, кивая на Мариссу. Круг замкнулся, Пабло пораженно покачал головой. — Прости, — пискнула Мия, и ее голос слился со звуком нового сообщения на телефоне Томаса. — Это Лучио, хочет чтобы ты ответил, — прочитала Пилар с телефона мужа. — Ладно! — коротко взглянув в сторону Лассена решился Томас, — Пишу: «Все в порядке, ужинаю с друзьями. Поговорим завтра» — он отбросил телефон из рук, желая избавиться от лишних проблем, которые упрямо нарисовывались для них с Гвидо. Но телефон противно пискнул снова, сообщая Томасу, что он сволочь. — Это уже слишком! — занервничала Пилар, сомневаясь в честности супруга, — Может это никакой не Лучио, а Лучия? — вопросительно посмотрела она на Томми. Не дав Томасу Эскурра права оправдаться, телефон в руках Пилар зазвонил, высветив на дисплей имя загадочного Лучио/Лучии. Томас побледнел, переводя взгляд с перепуганного Гвидо на телефон и обратно. Он уже тысячу раз пожалел о своей афере с телефонами. Решение предательски не приходило, а телефон продолжал надрываться в руках Пилар.