Жить для... (Часть 2)

«Или он чертовски хороший актер, или он действительно ни секунды не сомневался в собственных решениях относительно Морозова», — думал я наблюдая за Андреем в первых числах июня, незадолго до его дня рождения. Я не мог поймать ни единого маломальского сомнения, сожаления о сделанном в его глазах. Наоборот — настроение у него было прекрасным. — Смотри, что я тебе присмотрел. Думаешь я зря заставил тебя учиться ходить на каблуках? Я хочу преподнести тебе презент — вот такое великолепное платье. Он действительно его купил. Стоило оно как небольшой домик в Подмосковье и я, помню, все спрашивал: — Зачем, Хозяин? По женщинам соскучился? Или поиздеваться? — Ты не понимаешь. Если я гей, это не значит, что я не могу оценить красоту тела, упакованного в прекрасное платье. Что и говорить — мужская мода всегда отставала от женской по части богатства. Не зря мужчины своим женам покупают бешено дорогие наряды. И я тоже хочу тебя… побаловать. Ты же знаешь, мне всегда нравилось. Даже тогда… ты знаешь… — Но это же такие бешеные деньги! — Зато, ты будешь великолепен. Хочу чтобы ты блистал, чтобы чувствовал себя настоящим бриллиантом… Я не собирался спорить и в результате, 11 июня, на которое было назначено торжество, празднование Андреева дня рождения, я был выряжен в это великолепие. Черное, очень короткое платье, состоящее все из блестящих кружевных деталей. Почти обнаженная спина. Спереди — полностью оголенная грудь и живот и только местами попадалась ажурная ткань. Короче, ткани было гораздо меньше чем прорех — ничего стратегически важного прикрыто не было. У платья была очень интересная юбка — вроде и короткая, еле прикрывающая задницу, но состоящая из 6-ти отдельных деталей-лепестков. Каждый лепесток легко поднимался при необходимости, давая доступ ко всем интимным частям тела. Да, каким уж «интимным», смех один! Великолепие с удобством. Высокие до бедер кремовые кожаные сапоги с лакированными черными вставками хорошо сочетались с кремовым лакированным ошейником, который был мне отдан Андреем — тем самым, что использовался на вечеринке Александра Анатольевича. Сапоги на высоченном по моим понятиям каблуке — сантиметров 9, — отделанном металлом, переходящим в набойку. К моему удивлению, в них было довольно комфортно. По крайней мере, сразу их скидывать не хотелось. Кремовые перчатки без пальцев по локоть. Одежда не была тесной, нигде не давила и не резала. Уж как Хозяин угадал с размером не знаю, но я был благодарен ему за то, что он позаботился о моем удобстве во всем этом. Белье: на этот раз Андрей велел мне спрятать орган так, чтобы его по возможности не было видно если не снять стринги. Попросту говоря — Хозяин запретил мне возбуждаться и я знал, что смогу выполнить этот приказ. Из украшений — крупные черные камни в колечках на сосках и в пупке и такие же черные серьги. Что за камень — понятия не имею. Я не чувствовал себя уверенно до тех пор пока не встал к зеркалу. Все казалось — страшный, мужиковатый и сидит все как на корове седло. Нет. Все было не так. Посмотрев на себя в зеркало я понял — нет разницы, во что я одет, я все равно прекрасен. А в дорогущей одежде, которая сидит на мне как влитая становится неважно, мужчина я или нет. Я стал просто неотразим. На каблуках мой рост стал еще более значительным. И Андрей — я посмотрел на Андрея — он стал еще ниже и сейчас смотрел на меня снизу вверх в немом восторге. Я даже смутился — нет, я понимаю, хорош, да, но он был настолько ниже… Хотя, его, кажется это ничуть не смущало. Он просто восхищался и не скрывал этого. — Спасибо, Хозяин. У вас день рождения, а подарки почему-то получаю я, — я опустил глаза, было как-то неловко. — Да. И я готов дарить тебе такое хоть каждый день… Это доставляет мне такое удовольствие… Почти как хороший секс… Не волнуйся, у меня тоже будут подарки. Марго там что-то жуткое придумала. Даже представить боюсь. А потом начался настоящий дурдом. Сначала около полудня приехала сама Марго. Потом, в течение часа понаехали какие-то незнакомые мне люди в большом количестве. Я их не знал, но Андрей обнимался с каждым, хлопал по плечам, светился как лампочка и принимал подарки. Мне казалось что в этой компании он смотрится совершенно гармонично — он вел себя естественно, в меру доброжелательно, и без излишних отклонений в сторону манерности или грубости. Меня волновало одно — все эти важные господа приехали с рабами. То есть это была явно какая-то специальная тусовка. И в небольшой момент затишья Андрей успел мне объяснить, что Марго устроила выездную вечеринку своего БДСМ-клуба, в котором он тоже не раз бывал… чисто за компанию. «Ну да, оправдывайся», — подумал я. А затеяла она это все исключительно для того, чтобы порадовать Андрея. Собрала всех, кого Андрей знал и кто знал его. Именно от этого нашествия хотел увернуться мой Хозяин. Тем не менее, он был доволен. Я стоял рядом с ним и слышал как почти каждый гость, поздравляя его, констатировал, что Андрей выглядит великолепно и гораздо лучше и даже замечательно. И при этом почти каждый бросал на меня доброжелательный или одобряющий взгляд. Я мог перевести это только как «Молодец, сделал своего Хозяина счастливым.» Я, черт возьми, гордился этим фактом. Я старался. Я не чувствовал здесь ни агрессии, ни какого-то нездорового интереса. Я видел, что здесь собрались единомышленники и что для них такой образ жизни является правильным. Их рабы совершенно спокойно замирали у ног, склоняли голову и вели себя идеально. Фактически, я вдруг понял — это именно тот случай, когда рабство действительно добровольное, не навязанное и не вынужденное. Удивительные люди. Они этим жили. По крайней мере внешне все это выглядело именно так. То, что Андрей на самом деле не совсем совпадает с ними по интересам, видимо, было для них тайной за семью печатями. Они не знали его проблем, и считали его своим. Но насколько он был своим среди них на самом деле не знал даже я. Собралось около двадцати гостей. Если считать с рабами, людей становилось в два раза больше. Правда, как-то особенно баловать рабов вряд ли предполагалось поэтому, наверное их можно было просто не считать. Не по статусу. Столы были накрыты около пруда. Мне, по случаю красивой одетости и, видимо, хорошего настроения Хозяина, позволено было стоять на своих двоих. Неслыханная милость! Особенно, если учесть, что Марго, например, напрочь отказалась сидеть на стуле и оседлала своего мужа, стоящего на четвереньках, обнаженного и с кляпом во рту. Оставалось радоваться, что погода стояла теплая, даже жаркая. Гости ели, пили, поздравляли. Я с любопытством их разглядывал и почему-то был совершенно убежден, что никто меня за это не осудит. Никто и не осуждал. Тем не менее, не могло обойтись и без сюрпризов. Я увидел, как Марго, пришпорив своего раба, двинулась к нашему столику. — Неужели удобно? — поинтересовался Андрей, когда она наконец подъехала. — Конечно, — ответила Марго, — мой раб точно знает, как меня надо возить, чтобы я была довольна. И вообще-то говоря, последнее время я склоняюсь к мысли что больше он ни на что и не годен. В ее голосе почувствовалась какая-то совершенно непонятная злость. Я в шоке уставился на Женьку, а тот только голову ниже опустил. — У вас все в порядке? — озадаченно спросил Андрей. — Все отлично. Если не считать, что эта скотина от рук отбилась. Но, давай не будем об этом сейчас. Я хочу вкратце описать тебе, как мы сегодня будем развлекаться. — У тебя что, и развлекательная программа подготовлена? — А как же? Слушай сюда. Я предлагаю после банкета провести соревнования рабов. Рабынь здесь очень мало, поэтому — пусть мальчики посоревнуются. — И что же они будут делать? — Что? Будут много бегать, выполнять задания будут, будут красиво эротично двигаться и всех веселить. Что скажешь? Твой раб будет участвовать? Это совершенно добровольно, в смысле, если ты сам не захочешь чтобы он участвовал, никто не заставит. Но чем больше народу, тем веселее. — А сколько примерно участников намечается? — Полагаю, будет неплохо если рабов 10 примет участие. Пусть бегают вокруг пруда. Сколько там расстояние? — Не знаю, никогда не считал. Метров триста, наверное есть. — Наверное многовато. Триста метров. Давай просто вдоль пруда. Метров сто вполне достаточно. Ну, а на некоторые этапы можно и по кругу запустить. После каждого этапа отсеивается пришедший последним. Победитель — тот, кто останется. После соревнований — наказания для всех проигравших. Проведем конкурс наказаний среди Хозяев и тут же реализуем лучшие идеи. Конечно, все в традиционной, «игровой» форме, без чрезмерных повреждений. — Ну, хорошо. А награда победившему? — А вот это самое интересное! Его желание. Одно. Самое заветное желание раба. Здесь все рабы добровольные, поэтому не думаю, что кто-то свободы захочет. А если победитель захочет освободиться, значит Хозяин это вполне заслужил и пусть ищет себе другого раба. Я буквально всей кожей ощутил, как напрягся Андрей. Неужели испугался, что я, в случае выигрыша, затребую от него чего-то невозможного? Да уж, Маргоша-затейница. Честно говоря, мне жутко понравилась вся эта идея. Не то, чтобы я рассчитывал победить, но и совсем уж проигравшим я точно не буду. Я оттренирован — дай Бог! Но, если бы удалось выиграть… а что бы я хотел? — Ничего себе. Мне страшно подумать, какие мечты могут быть у рабов! А исполнять эту мечту нужно прямо здесь? — Если это возможно. А вдруг раб захочет личную виллу на Лазурном берегу. Так быстро это не реализовать, придется потом проверить. — Ох! Дай Бог, чтобы это была вилла! — рассмеялся Хозяин. — Вот-вот. Ну, так, как, твой участвует? — Д-да, пожалуй, да, — Андрей не был так уж уверен в ответе, но, таки, «добро» дал, — А твой Женька? — Конечно, будет, что ж он, рыжий что ли? Ладно, я пошла, надо все подготовить и опросить всех желающих поучаствовать. Марго улетела на своем скакуне со скоростью торнадо, а мы с Андреем остались, все еще пребывая в легком шоке. Я немного подумал и опустился на колени. Черт с ним, с разрешением. Лучше я так… Хозяин молчал пару минут, потом поднял мою голову за подбородок и спросил: — Ты способен победить? — Я не знаю соперников, но, по тому, что я вижу — это мальчики в основном сильно младше меня и гораздо более субтильные. Может кроме Жени. Думаю, если его специально не натаскивали, я вполне способен победить. — Его не натаскивали. Марго ни за что не допустит, чтобы он победил. Но, меня волнует другое. Если ты победишь, то что ты потребуешь? Мне страшно подумать…. — Вы можете запретить мне участвовать. — Нет. Не буду. Я понимаю, что рискую, но я попался в очередную ловушку от Марго. Не хочу выглядеть неуверенным трусом, — горько усмехнулся Андрей. Мне оставалось только опустить голову и принять его решение. Я даже, может, успокоил бы его, предупредив заранее, что именно запрошу в случае победы, но я сам этого не знал. Да и не хотел я делить шкуру не убитого медведя. Мы еще некоторое время понаблюдали, как Марго мечется между столиками, что-то объясняет и записывая в блокнот. Женька умаялся, было заметно, но Марго не собиралась его щадить. Чем же он перед ней провинился и насколько серьезно? Меня это волновало. Андрей еще некоторое время посидел рядом, потом пристегнул меня за ошейник к ножке стола и пошел пообщаться со знакомыми. На мой вопрос, могу ли я общаться, если кто-то ко мне обратится, ответил согласием. Последнее время он был удивительно сговорчив. Я несколько минут просидел спокойно, просто отдыхая и раздумывая над ближайшим будущим.