Грань

Fall Out Boy - Young And Menace Fall Out Boy - Fourth Of July Fall Out Boy - Jet Pack Blues (рекомендуется к прослушиванию)

      - Ты и я были огнем ты и я были огнем, мы были фейерверками, - любой кто по случайно оказался бы глубоко под землей и услышал бы тихое мелодичное пение, посчитал бы что сошел с ума. А по другому никак. Глубоко под землей в принципе никого быть не могло и быть не должно. Но все же парочка обитателей была там, и на то были свои причины.       - Ты и я были огнем, огнем, уоу, - Чонгук сидел в темном углу, скрытый от лунного света, пробивающегося сквозь множество решеток, выходящих на поверхность. Он сидел и был не в силах оторвать своего взгляда от самой прекрасной картины, которую ему доводилось видеть за всю свою жизнь.       Тэхен был поистине прекрасен в лунном свете, в обрамлении нитей улья. Казалось, что он уснул не надолго, убаюканный пением Чона, а луна ласкала его своим сиянием, и вызывала долю ревности, ведь ласкать его должен только Чонгук своими большими ладонями.       Чонгук сидел на земле, подложив на пол какую-то старую подушку из под дивана и уткнувшись подбородком в колени, не закрывая глаз слушал музыку в наушниках. Он спер у какой-то девченки розовенький айпод, и совесть его совершенно не терзала. Просто до того как появиться и раскрыться перед друзьями, он месяц прятался в тени под землей, и надо было как-то коротать время и не сходить с ума.       Он знал что слишком громко слушает музыку, но это единственное что могло сейчас заглушить тяжелое и частое дыхание Кима, который был словно в агонии. Улей сразу же принял Ви в свои объятия, как только Чонгук опустил того на землю. Улей смог пробраться в сознание Тэхена, но по приказу она не делал ничего, чтобы навредить или изменить парня. Только поддерживать жизнедеятельность и по возможности исцелять его. Уже три дня Чонгук наблюдает за Тэхеном, изредка прерываясь на зов улья, требующего защиты. Тэхен сейчас был сам не свой. Он не просыпался все это время. А его сила и того была в постоянном нестабильном напряжении. То всплески, прижимающие Чонгука к полу или стене, то и вовсе закручивается вихрем вокруг парня так, что и камни и мусор витает вокруг словно маленький ураган.       Правда когда такое случалось, Чонгук словно завороженный садился в углу и наблюдал и наблюдал, боясь пропустить хоть секунду зрелища. Он так и не увиделся с друзьями после последней встречи. Они волнуются, он знает. Но Тэхен всегда был для него важнее. А теперь, когда Тэхен так близко и так далеко одновременно, Чонгук словно маленький ребенок, потерянным взглядом смотрел перед собой и не знал что делать. Он знал, что если привести сюда парней, то велика вероятность что Юнги просто сожрет Тэхена чтобы узнать все что касается Чимина, ведь у всех до сих пор ощущение будто он жив, и просто ждет когда его освободят, и только память Тэхена могла приоткрыть завесу тайны.       Но навредить Тэхену Чонгук не позволит даже ценой собственной жизни. Он уже потерял его однажды и не допустит повторения. Слишком свежи отчаяние и боль от незнания где и что с ним. Слишком тяжело. Может он и эгоист, ради собственного счастья скрывает от друзей такую новость, но будь он хоть трижды проклят, весь мир подождет.

***

« Когда-нибудь нас поймают, и всыпят по первое число, - Тэхен крепко сжимал ладонь Чонгука в своей и следовал за парнем, стараясь не издавать ни звука. Они и так жутко рисковали, пытаясь выбраться с военной базы и сходить на свое первое свидание. Первое свидание, так круто звучит. Просто с тех пор как они начали встречаться, свиданий у них так и не было. И Чонгук, как рыцарь в белых доспехах, скорее в белых боксерах после душа, заявил, что обязан украсть свою принцессу из замка и сводить на свидание. Тэхен тогда только похихикал, и укрылся одеялом, готовясь ко сну. Но одеяло резко сдернули, а за ногу потянули резко вверх, вынуждая Тэхена съехать с постели вместе с постельным бельем и подушкой. - Я ведь сказал, что мы идем на свидание. Так что поднимай свой зад и собирайся. На улице ветер, одевайся тепло, - голос Чона был насквозь пропитан заботой и нежностью, не смотря на его суровое выражение лица. Ох, как Ким обожал его темные густые брови, сведенные к переносице и взгляд. Волевой, решительный, немного злостный, и дико сексуальный. Ради такого взгляда Тэхен был готов на все.»

***

      Что значит это все? Ради чего или кого. Он был готов на все? И готов до сих пор. Что он такое? Что он? Кто он? Почему? Почему разум отчаянно сопротивляется тому, что так неистово пытается вторгнуться в его сознание? В чем смысл существования? Что есть смысл? Что есть существование?

Впусти меня!

      Кто? Что? Кого? Куда? Зачем? Столько вопросов и ни одного ответа. Столько ответов и ни одного вопроса. Правильного вопроса. Нужного вопроса. Единственного верного. Вопрос? Какой вопрос? Что такое вопрос? Зачем его придумали? Кто придумал? Что придумал? Что значит придумать?

Впусти меня и я покажу все!

      Что все? Показать? Что? Зачем? Почему?       Зачем впускать кого-то кто незнаком. И зачем показывать все?

Ты должен знать все! Вспомни все! Вспомни! Вспомни все! ВСЕ! ВСЕ!ВСЕ!ВСПОМНИ!!!

***

      Воздух резко наэлектризовался и стал до одури тяжелым. Чонгука моментально прижало к сырой земле. Мышцы разом напряглись, сопротивляясь давлению . Что происходит?       Чонгук сжал ладони в кулаки, и через силу открыл слезившиеся глаза. Капилляры полопались и кровь мгновенно выступила в уголках глаз и из ушей. Давление нечеловеческой силы давило все сильнее и сильнее, грозясь раздавить парня.       -Тэхен, - крик разрезал гудящее пространство не долетая однако до адресата.       - Тэхен, остановись, - лицо полностью заливало кровью, попадая в ноздри и булькая и хлюпая. Шея неприятно чесалась от льющихся капель, которые становились все сильнее и сильнее.       - Тэхен, ты делаешь мне больно, - Чонгук едва мог видеть, но различать пульсирующий кокон в центре улья еще мог. Разум улья молчал, даже не шуршал как раньше, словно и вовсе исчез.       -Тэхен, пожалуйста, - Чонгук понимал что в человеческом облике он не выдержит, а потому по всему его телу выступили черные вены, вздувающиеся и приносящие дикую боль, жгучую и острую. Каждое его превращение было испытанием на выносливость. Черная кровь внутри него буквально забурлила и закипела, вынуждая лопаться артерии и вены, растягиваться сухожилия и мышцы, а кости расти в невероятной скоростью. Все превращение сопровождалось лопавшейся кожей и замещением ее черной субстанции. Огромная рука вонзалась черными пальцами с острыми когтями в бетон, пригнувшись к земле настолько низко, что царапал пресс и бедра. Было больно скорее от того, что напряжение и давление на тело было несколько атмосфер не меньше. Словно гидравлический пресс прижимал все сильнее и сильнее, грозясь расплющить.       Охотник полз и полз, превозмогая боль и саднящие глаза. Ведь ребра и позвоночник уже начинали трещать, а нижний пояс конечностей и вовсе уже не чувствовался, потому что все что, ниже пояса было практически раздавлено. Смесь костей, мышц, сухожилий и все это в черной крови Жуткое зрелище. Но это мало интересовало Чона. Главное было добраться до Тэхена и хоть как-то помочь, пусть даже это будет последнее что успеет сделать Чонгук.       Гук уже мог коснуться улья, а потом с удвоенной силой и отчаянным рыком, прорывался к парню. Резко полярность сменилась, и Чонгука пригвоздило к верхней решетке. Впечатанное тело начинало продавливать, и черная кровь теперь капала прямиком на тонкую мембрану кокона, что преграждал путь к Тэ.       Чонгук видел, как кровь не достигала кокона, а поднималась в воздух. Ноги уже совсем отсутствовали и были вперемешку с сеткой между решеткой и системой вентиляции. Шурупы, удерживающие решетку дребезжали, и грозились вот вот сорваться. Тогда Чонгук попадет прямиком в лопасти вентилятора, работающего с нечеловеческой скоростью и его измельчит под ноль. Его просто не станет.       Чонгук сделал несколько особенно болезненных вдохов, и собрав свои последние силы, вцепился когтями в бетон, практически кроша его, и уже по потолку полз к Тэхену. Улей начинал потихоньку разрушаться, и его части взлетали в воздух вскоре измельченные лопастями. Доползти, еще немного, и он доберется до Тэ.       Когда он смог коснутся кокона парня, не смог сдержать болезненной улыбки. Он стал рвать ткань кокона, пробираясь сквозь множественные слои улья. Разорвав последнюю преграду между ними, Чонгук приподнял голову Тэхена, прижимая того к себе и убаюкивая сломанными руками.       - Тэхен, очнись, я прошу тебя, - Чонгук прижимал безвольное тело парня к себе и гладил его светлые волосы, прижимая крепче к себе.       Сила Тэхена вышла из под контроля, и единственный кто мог ее контролировать сейчас был глубоко в своем сознании, не реагируя ни на что. Он наверное так и не узнает, что убил единственного человека, кто любил его всей своей душой. Если конечно у таких как они есть душа.       - Прости меня, Тэ, я позволили им забрать тебя у меня. Позволили им причинить тебе боль. Прости меня, надеюсь ты сможешь справиться со всем. Только уже без меня, - Чонгук плакал кровавыми слезами, только теперь по собственной воле.       -Пусть это будет последнее что я сделаю, - Чон мягко улыбнулся и приподняв лицо Кима за подбородок, прикоснулся в мягком поцелуе, пачкая любимые губы любимого парня в черной жиже, - люблю тебя…       Чонгук не отпускал Тэхена из объятий до самого конца. Даже уже не чувствуя тела, понимая что руки вот вот оторвутся от прекрасного лица Тэхена, он не мог разорвать поцелуй, зная что последняя сделанная им вещь будет самой прекрасной на свете.       - Я люблю тебя, - глаза закрылись и позволили темноте забрать его в свои объятия.

Оглушающий крик полный боли и страданий разрезал пространство…