Грань

      - Мне так жаль, Гуки, прости меня, я так виноват, - Тэхен не переставал шептать это даже будучи во сне, крепко сжимая в ладонях эластичную. Оболочку кокона, в который был обернут Чонгук. Как уже упоминалось ранее кокон был живым существом, и он транслировал в сознание Охотника все что происходило после того, как тот отключился. Как кричал Тэхен, как собирал частички парня с пола и стен, с решетки и лопастей винта, как плача и всхлипывая просил и умолял того не оставлять его.       Чонгук понимал что сознание то в порядке, а вот тело далеко не так, и он не может сейчас даже пальцем шевельнуть, потому что его попросту нет, а мозг отделен от нервной системы. Общими словами, не вдаваясь в подробности, голова у него отделена от тела, которое почти восстановилось.       - Тэхен-а, - сипло шепнул Чон, смотря на спящего парня, - отпусти меня. На это Ким еще сильнее сжал оболочку, не желая терять контакт.       - Тэхен-а, ну пожалуйста отпусти, все будет хорошо,но ты должен отпустить, - более громче сказал парень, надеясь достучаться до Ви. Тот нахмурился и нехотя открыл глаза, сонно моргая своими невозможно глубокими глазами, - если я отпущу, то потеряю тебя. Извини, Гуки, я не могу отпустить тебя, - было заметно что Тэхен все еще сонный и не соображал что все происходит в реальности, - извини, мой Гуки, но я слишком эгоист чтобы отпустить тебя и остаться один.       - Детка, - Чонгук слегка улыбнулся, смотря на такого разнеженного парня в условиях промозглой канализации, - поверь мне, если сейчас ты меня отпустишь, то ты меня не потеряешь. Ну же, давай, просто разожми ладонь, - Ким проморгался и нервно закусив губу, дрожащей рукой отпустил тело Чона, которое тут же рвануло слегка вверх, присоединяясь к голове, и мгновенно устраняя все следы того, что творилось тут несколько часов назад. Чонгук сразу почувствовал связь с собственными конечностями, посылая телу сигнал подняться, и руками разорвать кокон. Тэхен тут же упал в его крепкие объятия, сжимая пальцами волосы на затылке и целуя все его лицо, вперемешку с собственными слезами.       - Я думал что все еще сплю, - Ким не переставал прижиматься к парню сильнее и сильнее, - я думал что убил тебя и боялся проснуться и понять что тебя больше нет.       - Тише, тише, все хорошо, я живой и рядом, и никуда не уйду от тебя, - Чонгук улыбнулся, большими пальцами вытирая дорожки слез с лица любимого, - меня не так то просто убить, просто ты стал слишком сильным.       - Ой да ну тебя, - Тэхен засмеялся и ущипнул Чона за щеку, - ты не уступаешь мне по силе, - Ким щекой прижался к груди Чона, и отшатнулся, - почему я не слышу сердце?       - Все нормально, Тэхен-и, - Чонгук взял в свою большую ладонь ладонь Ви и приложил к своей щеке, - ты ведь помнишь что случилось тогда, когда я был еще человеком. Мое сердце бьётся, но слишком тихо и медленно. Оно мне практически не нужно, но осталось как часть меня - человека. Все в порядке, я это все еще я, просто апгрейд сделал свое дело, - он улыбнулся и притянул лицо Ви к своему, нежно касаясь губами сначала лба, затем щек, носа и наконец губ, - я так скучал по тебе. С ума сходил не зная как ты и что. Но после смерти ты стал мне как-будто ближе. Не знаю, просто стало казаться, что теперь то я могу претендовать на твою любовь, уж теперь то, когда я такой же как и ты и у нас нет различия в статусах.       - Глупый, - Ким улыбнулся, прикрыв глаза на каждый поцелуй Чона, - ты единственный кому положено быть со мной. Мой единственный спутник, моя единственная любовь, - Тэхен смотрел в глаза Чонгуку пронизывающим взглядом, - как думаешь если мы сейчас займемся любовью, это будет слишком после того как я снова чуть не убил тебя?       - Это будет самой правильной вещью а последнее время, - Чон улыбнулся парню и руками огладил бедра Ви, сжимая руки у того под коленями и притягивая на себя, вынуждая сесть сверху, - поверь мне, детка, мы должны были сделать это уже давно, но нам все время кто-то или что-то мешало.       -Да, ты прав, не будем терять время по чем зря, - Ким трепетно прикрыл глаза и томно вздохнул, когда большие ладони Чона пролезли под его футболку и разорвали ткань на две части, тут же откидывая их в стороны. Чон извиняюще прикусил губу, но тут же расслабился, стоило ладони Тэ лечь на торс Охотника и провести вверх к шее, любовно оглаживая крепкую грудь и перекатывающиеся под тонкой кожей мышцы, стальные словно трос и так дико возбуждающие Кима.(тут рекомендуется слушать MISSIO – I Don't Even Care About You – суть не в названии и смысле песни, а в музыке. Надеюсь вы сочтете ее подходящей.)       - Матерь божья, как я тебя хочу, - Чонгук, поддерживая Кима под ягодицы, поднялся на ноги и не переставая ловить восхищенный взгляд любимого, прошел к уцелевшему матрасу в углу и грузно скинул на него Тэ, тут же ложась сверху, пристраиваясь между длинных стройных ног.       Тэхен блаженно прикрыл глаза, хрипло и интимно выдыхая, понимая как же сильно ему не хватало этого ощущения, когда Чонгук заведен не на шутку, и в нем просыпается доминант. Тэхен просто до скулежа любил такого Чонгука, и готов был подчиняться ему безприкословно. Плавиться под горячими, даже обжигающими губами, тонуть в глубоком взгляде возбужденного зверя и извиваться в крепких руках, ощущая далеко не маленькое естество Чона в себе. Ощущать себя маленькой текущей сучкой и визжать от наслаждения что, весь этот большой самец принадлежит ему полностью и безоговорочно.       Чонгук гладил лодыжки и щиколотки Кима, покрывая его тело поцелуями, чередуя с алыми и багровыми засосами, обжигая нежную кожу клеймом за клеймом, предъявляя свои права. Такой Охотник, хищник и собственник опасен вдвойне а то и в тройне. Тэхен под закрытыми веками видел словно бы будущее. То, где на каждый косой и не очень взгляд в сторону его самого, Чонгук вырывает глаза бедным зрителям, одной своей огромной ладонью в облике Охотнике плющит черепа, оставляя после себя месиво из костей и мышц и органов. Кому – то такая картина покажется жуткой и мерзкой, но только не Тэхену, для которого это было лучшее доказательство принадлежности их другу другу. Им не обязательно сбегать в другую страну и венчаться тайно. Нет надобности связывать себя узами брака как клеймо верности. Они теперь полностью и безраздельно владеют другу другом в той степени, когда слово доверие не знакомо для них, потому что быть Тэхеном Чонгука и Чонгуком Тэхена это априори, аксиома, не требующая доказательств.       Чонгук сжимал хрупкую тонкую талию Тэ в руках, губами ловя его учащенное дыхание как показатель его возбуждения и не способности контролировать собственное тело и мысли. Чонгук оставлял на светлой коже отпечатки своих пальцев и ногтей, рыча довольным зверем на каждый задушенный всхлип или стон Кима. Как же он был сейчас доволен. Настолько, что тело само стало трансформироваться в черную оболочку Охотника, увеличивая его тело до двух метров а потом и до двух с половиной. Тэхен же, почувствовав это напряжение, открыл свои невозможно черные глаза и едва не захлебнулся стоном, понимая что это он так сильно влияет на Чонгука, вынуждая того отпустить собственные тормоза и овладеть своей темной сущности сознанием.       - Давай, Гуки, отпусти себя, я хочу видеть, ощущать и чувствовать тебя настоящего, мне это нужно, - Тэхен улыбнулся, и прикусил темную кожу на торсе, языком облизывая каждый каменный кубик пресса Гука, а затем прикусил тому сосок, оттянув зубами.       Чонгук раскатисто зарычал, и вскинув голову отпустил себя, тут же позволяя темной оболочке сомкнуться где-то внутри себя. Теперь он смотрел на Тэхена совершенно другими глазами, видя как у того под кожей пульсируют черные вены и артерии.       - Я вижу тебя, - Тэхен пальцами гладил теперь уже черный нос и щеки парня, подушечками пальцев невесомо касался черных губ и совершенно непроглядных глаз. Теперь оболочка не закрывала лицо, делая его ровным, а словно бы все тело стало одной сплошной темной материей, - еще один апргейд прошел успешно, - Тэ зарылся в черные волосы, которые теперь стали словно жидкий шелк и струились сквозь пальцы, и поцеловал новые губы парня, сплетая их языки. Теперь то он знал, что Чонгук полностью принял собственную сущность. Он чувствовал.       Чонгук положил свои большие ладони на бедра парня и разорвал на том джинсы, ту же сжимая ягодицы и притягивая еще сильнее к себе. Тэ словно зная наперед желания парня, откинул голову и подставил шею под горячий язык Чона. Слюна Чонгука оставляла темный след на светлой коже, спустя секунду впитываясь и расползаясь под кожей темными линиями, которые скапливались на пояснице в пятно, разрастающееся постепенно по всей спине, позволяя Тэ чувствовать словно бы Чонгук проникает в него под самую кожу к костям и в самое сердце.       Охотник любовно шлепнул Тэ по ягодице, тут же сжимая ее и наслаждаясь выражением блаженства на любимом лице. Пальцами он пробрался ближе к промежности и поглажил кончиками пальцев сжимающееся колечко мышц. Он знал что Тэ не боится и готов ко всему, а потому безпрепятственно проник пальцем внутрь, тут же находя простату и нажимая на нее, вырывая из уст Кима первый громкий стон. Затем, понимая что тому все нравится и он не испытывает дискомфорта, добавил еще палец и еще. Три больших и длинных черны пальца двух метрового создания было критически для обычного человека, но Тэ это приносило немыслимое наслаждение.       - Если это будет слишком для тебя, обещай что откинешь меня сразу же, не могу позволить тебе испытать боль от собственных рук, - Чонгук дождался кивка Ви и пристроил крупную темную блестящую головку тому к анусу, слегка нажимая и проникая внутрь, ощущая дикое натяжение мышц и узость стенок, - черт, это слишком для тебя и для меня, у нас не получтся, - Чонгук уперся в стену рядом ладонью пытаясь выйти из слишком тугого пространства, но удивился, поняв что продолжает проникать внутрь любимого.       - Что ты делаешь, Тэхен-а, - Чонгук закусил губу, сдерживая такой позорный стон и рык удовольствия, понимая что доставляет боль своему любимому, - остановись, ты же порвешь себя. Я слишком большой для тебя.       - Заткнись, Гуки, просто замолчи и позволь мне показать тебе, что все правильно, - Тэхен даже не морщился принимая в себя все большое достоинство парня и в конце просто заткнул того поцелуем, прикусив тому нижнюу губу и в наслаждении откинув голову, пальцами впиваясь под кожу Чона, ногтями доставая тому до самых костей. Черная материя потекла по кистям и вдоль по руке и плечам, обволакивая всего Кима полностью, делая его таким же как и сам Охотник, за исключением размера.       - Вот видишь, все правильно, - Тэ улыбнулся и позволил члену Охотника войти в себя полностью, - ты даже не представляешь как мне хорошо сейчас, - Тэ любовно погладил крепкую грудь Чона, затем плечи и спустился рукой к черным круглым ягодицам, нажимая на них и принимая в себя еще немного, чувствую дикое удовлетворение от такой ненормальной наполненности чужим горячим и пульсирующим стволом, - давай же, я этого хочу.       Чонгука не надо было просить дважды. И если пару минут назад он сильно сомневался в возможности подобной близости, то теперь не осталось никаких сомнений. Они были рождены друг для друга. Они были созданы друг для друга. Они переродились, чтобы быть друг для друга. Чонгук подтянулся и сел на матрасе, сажая Кима сверху и видя как тот с диким восторгом насаживается на член еще сильнее, хотя куда уж больше то. Но вот он улбыается своей квадратной улыбкой и сам привстает тут же резко опускаясь вниз, шлепаясь ягодицами о бедра Охотника и рвано выдыхая. А затем закидываят руки тому на шею и начинает грязно и развязно целоваться, подталкивая Чона обхватить себя за зад и начать дико вколачиваться в такое горячее и тугое нутро.       Чонгук какжется умер и попал в рай, но нет, он умер и попал в ад, потому что в раю не может быть так горячо и хорошо, чтобы рычать и с бешенной скоростью трахать вновь обретенного любимого в его узкий зад. И самое крутое в том, что в раю уж точно Тэ не стал бы подмахивать и просить еще и сильнее, переходя со стонов на крики. В раю уж точно, Тэ не стал бы таким же как Чон, получая от того полное осознание собственной принадлежности. Ведь как уже убедились все остальные, сущность что дала им новую жизнь, не ошибается в людях и не делает их идеально совместимыми если они не были изначально таковыми. Теперь Чонгук знает на все сто и двести процентов что он ля Тэ, а Тэ для него. Отнные и навсегда. Этот момент интимней чем тайное венчание где-нибудь на американском острове. Это лучше всех их вместо придуманных желаний и планов на будущее. Потому что они есть друг у друга здесь и сейчас и будут друг у друга всегда. Вместе они способны на все, так же как Чимин и Юнги. Идеальные альфа и омега, идеальные огонь и воздух, идеальные части одного целого.       Тэ скулил и умолял не останавливаться, просил быть еще настойчивее и буквально приказывал Охотнику трахать его еще сильнее. Чонгук с превеликим удовольствием выполнял любое желание любимого, вскоре прижав того спиной к стене и на весу, продолжая двигаться ловил оргазменные крики Ви, заполняя того огромным количеством семени, что капало на пол, впитываясь в бетон и становясь ростками черных подсолнухов. Спустя пару минут, немного вернув мыслям связность, Тэ пришел в дикий восторг от того, что биологическая жидкость Чонгука может стать таким прекрасным творением, так же как и на кладбище шипов Чимин собственной кровью создал поле багровых и кровавых лилий.       Тэхен не смог бы описать свои мысли и ощущения в этот момент, кроме как дикого душераздирающего желания никогда не прекращать. Кажется его желание было таким сильным, что время для них словно бы остановилось, что в прочем не было далеко от реальности. То, что они думали заняло несколько дней, на самом деле заняло пару часов в реальном мире. Сам того не осознавая, Тэ, не без помощи Гука, создал вокруг них двоих свою пространственно-временную материю, в которой несколько дней равнялись нескольким часам. И если у Чонгука теперь был полный симбиоз с собственным я, то Тэ открыл для себя новые грани собственных возможностей. Что не могло не радовать.