Затонский детектив

По окончании рабочего дня Штольман нажал на кнопку звонка уже знакомого видеодомофона. Через полминуты из динамика раздался голос домработницы Мироновых: - Добрый вечер, Яков Платонович. Анна Викторовна в саду, так что вы проходите сразу туда. Одновременно раздался щелчок открываемого замка, и Штольман вошел. «Приятно, когда достаточно одного визита, чтобы тебе стали открывать дверь без дополнительных вопросов», - усмехнулся Яков. Он пошел по дорожке вдоль дома и через три минуты оказался в месте назначения. На лужайке за домом Анна с дядей играли в бадминтон. Увидев Якова, она промахнулась по волану, но это очевидно ее ни капли не расстроило, потому что на ее лице появилась солнечная улыбка: - Яков Платонович, как хорошо, что вы зашли. - Яков Платонович, вы - мой спаситель, - искусственно старческим голосом проскрипел Петр Миронов, - эта барышня совсем загоняла старика. А теперь у меня есть законный повод не продолжать партию. - Рад вас спасти, Петр Иванович, - улыбнулся Штольман. - Тем более что я пришел, потому что у меня есть разговор к Анне Викторовне. - Ну вот и прекрасно. Дальше развлекайтесь сами, - намеренно скрючившись и схватившись за поясницу, Петр Миронов заковылял в сторону дома. Анна, не выдержав его представления, рассмеялась. - Яков Платонович, можем попить чаю в беседке или прогуляться по саду. Что предпочтете? – спросила она у Штольмана. - Честно говоря, чаю я сегодня уже напился, да и сидел большую часть дня. Так что лучше прогулка. Они пошли по извилистой тропинке, которая вела их между деревьями мироновского сада и которая своей прихотливой естественностью не оставляла сомнений, что она является результатом труда талантливого ландшафтного дизайнера. Они уже скрылись в глубине сада, а Яков все не начинал разговор, с которым пришел. Они с Анной на небольшом расстоянии друг от друга шли в непринужденном молчании. Он любовался ее порозовевшими щеками и еще не до конца успокоившимся после бадминтона дыханием. Наконец Анна приостановилась, взглянув на него вопросительно, как бы приглашая к разговору, с которым он пришел. Но тут налетел порыв ветра, и он донес до Якова аромат Анны. Тот самый аромат, что захватил его всего в день их знакомства. Но тогда он был едва уловим, а сейчас от ее разгоряченной кожи исходил отчетливый запах луговых трав, меда и еще чего-то, что Яков не мог опознать. И это аромат свел Штольмана с ума. Только что он стоял в метре от Анны и прикидывал, как лучше начать разговор. И вот он уже прижал ее всем своим телом к ближайшему дереву. Яков гладил руками ее тело, а лицом уткнулся в ложбинку у основания шеи, вдыхая и никак не будучи способным насытиться ее ароматом. Анна запрокинула голову, и Штольман заскользил губами по ее шее. Он не целовал ее, а просто осязал полураскрытыми губами ее кожу, едва касаясь ее кончиком языка. От чуть солоноватого вкуса на языке Якову казалось, что он просто не выдержит остроты ощущений. Анна застонала и скользнула руками под расстегнутый пиджак Якова. Она гладила сквозь тонкую ткань рубашки его плотное тело, грудь, живот и спину. Яков оторвался от Анны и посмотрел ей прямо в лицо. Она вся была воплощенное ожидание и желание. Обвив одной рукой ее талию, другой Штольман коснулся лица девушки. Он ласково провел кончиком пальца по ее скуле, щеке, губам и начал медленно склоняться к ее лицу. Анна приоткрыла губы. В этот момент налетел еще один порыв ветра, который растрепал ветви яблони, у которой они стояли. И прямо на Штольмана упало яблоко, чувствительно ударив по макушке. Охнув от неожиданной боли, он поднял голову вверх и получил еще одно яблоко, теперь уже по лбу. Невнятно выругавшись, он отскочил от Анны на тропинку. Она стояла совершенно потрясенная происходящим, по-прежнему прислонившись к стволу. Несколько бесконечных секунд они стояли, смотря друг на друга, а потом дружно рассмеялись. - Анна Викторовна, у вас даже сад волшебный, - между приступами смеха, выговорил Штольман. – Он явно заколдован охранять ваше целомудрие. И они расхохотались с новой силой. Спустя десять минут они сидели в беседке и все еще пытались успокоиться. - Яков Платонович, так о чем вы хотели со мной поговорить? – спросила Анна, силясь казаться серьезной. - Честно говоря, я сам толком не уверен, как это лучше сформулировать. Вы оказались совершенно правы насчет ресторана. Коновалов бывал в нем несколько раз по делам, но никогда по личному желанию. Более того, несколько раз он весьма презрительно отзывался о «Старом парке», как о бессмысленном и претенциозном месте. Соответственно вчера он туда пришел явно с какой-то целью. Никакой связи между ним, вчерашними посетителями и персоналом ресторана установить не удалось. Между последним подходом официанта и тем, как вы обнаружили тело, прошло около десяти минут. - А официант вне подозрений? - Да. Он принес Коновалову горячее. Оно было частично съедено к моменту, когда его убили. Нам удалось установить все передвижения около этой ниши в районе времени убийства, но привязать никого к преступлению нам пока не удалось. - А может нам тогда стоит туда съездить? Вдруг я сегодня что-то еще вспомню. Вы не знаете, ресторан сегодня работает? – спросила Анна. - Нет, там сегодня санитарный день. И честно говоря, я надеялся именно на это предложение с вашей стороны, - чистосердечно признался Штольман. - Тогда чего же мы ждем, - улыбнулась Анна. – Поехали.