Затонский детектив

- Добрый день, - Анна привычно жизнерадостно ворвалась в кабинет Штольмана и Коробейникова около полудня. - Добрый день, Анна Викторовна, - дружно сказали ей в ответ хозяева кабинета. - Антон Андреевич, я по вашу душу. Пообщалась я, как вы просили, с духом старушки Филимоновой по поводу ее пропавших накоплений. Могу вас обрадовать, никто их не крал. Она сама их спрятала за неделю до смерти, да и забыла куда. От того переполох и начался. Дух же мне место показал, где старушкины деньги и нашлись. Я показала место родственникам, пусть они дальше сами разбираются. - Спасибо вам огромное, Анна Викторовна, - с огромным чувством произнес Антон. - На этом у меня собственно все, - произнесла Анна. – Так что я пошла дальше по делам. - Конечно-конечно, не смеем вас задерживать, - заверил ее Коробейников. - Антон Андреевич, сходите, пожалуйста, в канцелярию. Узнайте, не пришел ли ответ из Москвы по делу Кравцова, - обратился к нему Штольман. - Яков Платонович, так они сами нам сразу позво… - Коробейников осекся под выразительным взглядом начальства. – Уже иду. Стоило Антону выйти из кабинета, Штольман вышел из-за стола и подошел к улыбающейся Анне. - И как вам только не стыдно, Яков Платонович, - укоризненно произнесла она. - Совсем не стыдно, - честно признался Яков. Он уже привычно привлек к себе Анну и приник к ее губам поцелуем. Правда, закончить невинную нежность оказалось куда сложнее, чем начать. Анна отдалась поцелую с такой страстью и безоглядностью, что Яков с огромным трудом заставил себя очнуться и оторвать ее от себя. - Аня, что ты творишь? Мне же работать еще целый день, - ошеломленно и одновременно смеясь, сказал Штольман. - А нечего тогда было начинать, если не готов закончить, как положено, - тяжело дыша и с явным раздражением в голосе, ответила Анна. – Ладно, я пойду, чтобы не мешать. - Подожди. Наши планы на вечер в силе? – улыбнувшись и нежно взяв ее за руку, спросил Яков. Краткая вспышка раздражения уже прошла, и Анна ему солнечно улыбнулась в ответ. - Конечно. И вышла из кабинета. Уже в самом конце рабочего дня Якову пришла СМС от Анны: «Задерживаюсь в ателье». Он улыбнулся, надел пальто и двинулся по улице в сторону пошивочного заведения. По дороге он вспомнил свое недавнее открытие, повергшее его в шок. Он тогда пришел к Мироновым домой. Калитка для него вновь стала открываться безо всяких вопросов. Он нашел Анну в зимнем саду за рисованием. На столе были разложены листы из альбома, и тогда он впервые увидел ее рисунки. Это были, в основном, женские наряды – платья, костюмы, блузки… Штольмана, наконец, осенило: - Анна Викторовна, так вы со Светланой вместе работаете в ателье? Она удивленно на него посмотрела: - А вы не знали? - Откуда я мог это узнать? - Это никаким секретом не является. В городе это, в общем, знают многие. Мы – партнеры и совладельцы. - И она шьет придуманные вами модели? - Она шьет и свои. Она прекрасный модельер и портной. А еще она обладает удивительным даром воплощать в реальность, придуманные мной модели. Для меня, к сожалению, сделать ровную строчку нерешаемая задача, - засмеялась Анна. Чуть позже обе девушки рассказали ему всю историю. У Светланы была тяга к шитью еще с детства, так что она поступила в колледж на портного. А когда закончила учиться, Анна предложила ей создать ателье. На основание предприятия Анна отдала небольшое наследство, полученное от деда. А еще выяснилось, что помимо незаурядного портновского таланта Светланы у них есть замечательная способность Анны придумывать поразительные наряды. Как сформулировала Светлана: - Я – ремесленник, пусть и очень хороший. А вот если бы Анна всерьез этим занялась, она бы могла стать модельером мирового уровня. Именно придуманные ею наряды выделили наше ателье из прочих и привлекли самую высокопоставленную клиентуру. Мы теперь обшиваем не только городские, но уже и областные верхи. К нам уже и из Твери начали ездить. Разъяснилась таким образом и загадка чудесных нарядов Анны, которая меняла их как перчатки. Она была ходячей рекламой собственного бизнеса – и весьма успешной, судя по результатам. Сегодня у девушек было назначено небольшое совещание для разбора свежих моделей, придуманных Анной. Судя по полученному СМС, оно затягивалось, так что Штольман решил не терять времени и пошел прямо в ателье. Его встретила уже уходившая с работы девушка-администратор, с некоторым опасением и удивлением указавшая в сторону примерочной, откуда доносились громкие и весьма сердитые голоса. Штольман тоже удивился – Анна со Светланой прекрасно ладили и, насколько он знал, никогда не ссорились. Он осторожно постучал и вошел в примерочную. По всей комнате были то ли разложены, то ли разбросаны рисунки моделей, а посреди помещения стояли с раскрасневшимися щеками обе девушки. - Яков Платонович, какое счастье, что вы пришли, - завидев его, воскликнула Светлана. – Может хоть вам удастся Аньку в разум привести. - Не надо меня никуда приводить. Я в полном порядке, - практически прорычала Анна. - А в чем дело? - с опаской спросил Штольман. - Да все было прекрасно. Анины идеи как всегда изумительные. Но она принесла одну модель, по поводу которой у меня возникли сомнения. Я эти сомнения высказала, а она устроила мне скандал. - Никакого скандала я не устраивала! - почти выкрикнула Анна. Светлана с Яковом уставились на нее. - Так в чем конкретно дело? – уточнил Яков. - Да вот, посмотрите. Светлана протянула ему рисунок. На нем было изображено вечернее платье с огромной пышной летящей юбкой. Небольшой опыт Штольмана показывал, что про подобные платья обычно принято говорить «как у сказочной принцессы». - Я совсем не специалист, - осторожно начал он, - но, по-моему, это очень красивое платье. - Вот именно, - довольно заметила Анна. - Безусловно, - также поддакнула ему Светлана. – Изумительно красивое, но только на картинке. В реальности же такие платья на женщинах обычно выглядят то, что называется «баба на чайнике». Платья с таким эффектом не соответствуют принципам нашего ателье. Мы своих клиенток украшаем, а не уродуем. - Уродуем? Ты говоришь, что придуманное мной платье изуродует женщину? – взорвалась Анна. - Да нет же, я вовсе не это говорю. Яков Платонович, помогите мне, - взмолилась Светлана. В помещении воцарилась тишина, и Штольман почувствовал себя очень неуютно под пристальным взором двух пар женских глаз. - А если сделать так, - медленно начал он. – Анна Викторовна, вы готовы самой первой надеть это платье и выйти в нем? Так сказать, делом отстоять честь своей модели. - Кстати, - ядовито протянула Светлана, - отличная идея. - Ну, вообще-то это не совсем мой стиль, - несколько смущенно признала Анна. – Я предпочитаю вещи посдержаннее. Это платье слишком выделяющееся, слишком… большое. - Значит, нет? – ехидно поинтересовалась подруга. - Почему нет? Но куда я его надену? - Ну, например, на Воронцовский бал. - Так у меня уже готово платье для него. Чудесное получилось. Уже месяц в шкафу висит, ждет своего часа. Да и не успеешь ты сделать новое платье – три дня осталось. - Ничего, дорогая, успею, - еще более ехидно сказала Светлана. - Дополнительных швей найму, сама спать не буду. Но платье я тебе это сделаю. Так что? Припертая к стенке Анна сказала: - Ладно. Надену я его! - Ну, вот все и разрешилось благополучно, - с явным облегчением сказал Штольман, и обратился к Анне: - Можем идти? - Да, - все еще несколько растерянно улыбнулась она ему. Они уже выходили из ателье, как Штольман услышал за спиной голос Светланы, вновь весьма ехидный. - Яков Платонович, у меня к вам будет очень большая просьба. Переспите вы с Анькой, наконец. С ней последние пару недель общаться невозможно. Бабий недотрах – страшное дело. - Светка! - взвизгнула Анна. - Скажи спасибо, родная, что я это так назвала, а не использовала куда более грубое и точное определение. Ужасно довольная собой с широкой улыбкой на губах, Светлана развернулась и скрылась в глубинах служебных помещений ателье.