100 способов сказать «я люблю тебя»

Шерлок никогда не любил выряжаться в дорогие костюмы в отличие от своего старшего брата, который души в них не чаял. Шерлок любил Джона, который хотел нарядить Холмса в дорогой костюм, чтобы провести один из совместных вечеров в ресторане, который по праву принадлежал Майкрофту. Как и Грег. Грег тоже принадлежал Майкрофту. И это радовало Джона не меньше, чем старшего Холмса. Теперь они с Лестрейдом могли вместе уединиться в каком-нибудь баре и обсудить все прелести жизни с Холмсами. Не то, чтобы они раньше не могли этого сделать, зато сейчас у них был настоящий повод для таких посиделок. Примечание: для частых посиделок. Никто из них не скрывал, что жить под одной крышей с Холмсом было трудно. Джону это было знакомо уже давно, а вот Лестрейд только начинал привыкать ко всем трудностям. Но братья отличались, причём очень сильно, так что у Джона и Грега были свои плюсы и минусы. Но их объединяло одно сильное чувство, которое ломало все стены на их пути. На календаре было девятнадцатое сентября. Погода была не совсем пригодна для вечерних прогулок, поэтому Майкрофт предложил провести вечер в его ресторане, пригласив туда Шерлока и Джона. Конечно, младшего Холмса пришлось уговаривать несколько часов: во-первых, согласиться пойти туда, во-вторых, надеть этот чёртов костюм, что прислал для него Майкрофт. — Я могу сам нормально одеться. Без его помощи, — фыркнул Шерлок, глядя на смокинг. — Простыня — это не нормально, — улыбаясь, ответил Джон. — Простыня — это удобно, — тут же крикнул Холмс, хлопая дверью. — Ретироваться — вот, что ты умеешь делать лучше всего, — слегка обижено произнёс Ватсон. Не прошло и пяти минут, как Шерлок вышел из комнаты, присаживаясь напротив доктора, который сейчас был занят чтением газеты. Джон старательно делал вид, что не заметил появления детектива, поэтому для забавы ещё включил телевизор. Что-то недовольно пробубнив себе под нос, Шерлок подскочил к креслу напротив, забрав оттуда пульт, и выключил телевизор, возвращаясь на своём место. Ватсон взгляда так и не поднял. — Джон, — еле слышно проговорил Холмс, пристально глядя на доктора. Молчание. — Джон, — повторил он. Тишина. Ватсон лишь перевернул страницу газеты и закинул ногу на ногу. — Ну, Джон, — жалобнее простонал Шерлок. — Что? — вдруг спросил доктор. Холмс облегчённо выдохнул, откидываясь на спинку кресла. — Если ты хочешь… если тебе будет так удобнее… я надену этот костюм. Джон сначала не поверил своим ушам. Он встряхнул головой, ущипнул себя за руку и перевёл взгляд на Шерлока, который был вполне серьёзным. — Послышалось, — ответил Ватсон. — Боже правый, Джо-о-он, — простонал детектив, — я правда надену его. Хочешь… даже сейчас это сделаю и буду до вечера сидеть в нём? — Не послышалось, — отметил доктор. — Нет, надевать его сейчас не надо. — Так ты больше не злишься? — Не буду, если ты обещаешь не доставать своего брата и Лестрейда. — Ну уж нет. Этого удовольствия ты меня лишить не сможешь. Я появлюсь там в любом обличье, но от этого никогда не откажусь. Он вскочил с кресла и направился в комнату, принимаясь гладить рубашку, что также прислал Майкрофт. Оставалось лишь дождаться вечера.

***

В ресторане они были одни. Майкрофт отпустил весь персонал кроме одного молодого официанта и поваров. Они сидели за большим столом, где уже были расставлены некоторые закуски. Майкрофт сидел с Грегом так, что Шерлок с Джоном оказались напротив. Детектив чувствовал себя неловко в присутствии инспектора, постоянно оглядывающегося по сторонам, избегая контакта с Холмсом-младшим. Больше всего Шерлока возмутило отсутствие на шее у Грега галстука, который был на нём самом. Детектив постоянно поправлял его спереди, пытаясь оттянуть, сделать слабее, но властная рука Джона, которая легонько била его по бедру, давая понять, что стоило перестать возиться. Лестрейд выглядел великолепно… даже слишком. Ватсон постоянно видел Грега в белой рубашке и его неизменном пиджаке, но в костюме, что выбрал старший Холмс, он выглядел просто превосходно. И, по всей видимости, самыми спокойными здесь казались Джон и Майкрофт. Они молча сидели рядом со своими парами, мило улыбаясь друг другу. Молчаливую обстановку разрядил молодой человек во фраке, который подошёл к Майкрофту и остановился подле стола. — Господа, позвольте представить моего лучшего официанта — Дорос Катракис. Он из Греции, но свободно говорит по-английски. Мужчине на вид было около тридцати. Он был невысокого роста, смугл. У него были пухлые губы, широкие чёрные брови, гладко выбритый подбородок. На нем отлично сидел фрак, а руки уверенно держали небольшой блокнот с ручкой. Глаза Дороса были светло-голубыми, и, казалось, они светились в полумраке ресторана. — Хм, я так не думаю, — сумничал Шерлок, оглядев официанта с ног до головы. — О чём ты? — спросил Майкрофт в то время, как Джон прикрыл глаза рукой, прошипев: «Началось». — Я бы сказал, что он скорее из Мехико, нежели из Афин. И имя его вероятнее всего Сантьяго, а не Дорос. Детектив задумчиво хмыкнул, глянув на брата. — Но об этом ты, думаю, знаешь. А причина, по которой он выдаёт себя за грека… — Хватит, — громко воскликнул Майкрофт, — прекрати. Это единственный человек, которого я оставил сегодня для того, чтобы он обслужил нас. Так будь добр, обращайся с ним как с человеком. Джон почему-то чувствовал себя виноватым в этой ситуации. Он просил Шерлока перестать умничать, но тот никак не реагировал на его слова, что бывало очень редко. Холмс-младший всегда прислушивался к своему доктору. Обстановку пришлось разряжать Лестрейду. Но никто не был уверен, что у него получилось, так как он всего лишь спросил: — Может выпьем чего-нибудь? Или наконец поедим? Я помираю с голоду. Джон быстро подхватил его идею. — Я тоже, — согласился он, — Майкрофт, я думаю, Вы лучше нас разбираетесь в напитках. Закажите что-нибудь. — Непременно, — согласился Холмс. — Будь добр, принеси нам бутылочку Шамбертен Гран Крю. Дорос вежливо кивнул и направился в сторону бара. — Я не пью красное и тем более сухое, — возразил Шерлок, снова поправив галстук на шее. — Так заказал бы сам у Сантьяго. — парировал Майкрофт. Официант быстро вернулся с бутылкой вина в руках. Он предпочёл самостоятельно наполнить бокалы гостей и предоставить им возможность насладиться чудным французским вином. Холмс-старший и вправду отлично разбирался в напитках. Сделав один небольшой глоток, Джон довольно улыбнулся, глядя на Лестрейда, который посмотрел на него в ответ. Их довольные лица воодушевили Дороса, и он направился на кухню за готовыми блюдами. Шерлок, недовольно фыркнув что-то себе под нос, взял бокал с водой и опустошил его одним глотком. Зато Джону нравилось здесь. Ресторан был очень уютным и сразу видно, что дорогим. Здесь всё было обставлено со вкусом — работали лучшие дизайнеры из лучших. Когда дело дошло до еды, мужчины тут же принялись ахать от удовольствия. Блюда были настолько шикарными, что не хотелось останавливаться. Майкрофт жестом подозвал к себе Дороса и что-то прошептал ему на ухо. Поймав взглядом данную картину, Шерлок подцепил официанта за рукав его фрака, когда тот собрался уходить, и заставил наклониться к себе. — Я знаю, что ты хочешь что-то сказать, — прошептал Холмс-младший. — Тiene usted razón, señor, — ответил молодой человек, улыбаясь. — Рero mi nombre es Marco, no Santiago.* Мужчина быстрым шагом направился к фортепиано, что стояло посередине зала, и присел за небольшой стул, ближе придвигаясь к инструменту. Майкрофт повернулся к Грегу и встал со своего места, подавая руку Лестрейду. На какое-то время инспектор замешкался, но затем уверено сжал ладонь Холмса и поднялся с места, следуя за ним. Они прошли к центру комнаты, остановившись неподалёку от Марко, и, когда мужчина играл чудную мелодию, Майкрофт обхватил правой рукой Грега за пояс, а другой сжал его левую ладонь. Они двигались медленно, как и звучала сама игра официанта. Шерлок недовольно посмотрел в сторону брата и тут же отвернулся, принимаясь жадно развязывать руками галстук. Когда он наконец его снял, Джон обречённо замотал головой. Заметив это, Холмс напрягся. — Что? — вдруг спросил он. — Ничего, — спокойно ответил Джон. — Можно пригласить тебя на танец? Стакан, что держал Шерлок в руке, со звоном упал на пол, разбившись. Майкрофт резко повернулся в их сторону, на секунду замерев. После того, как он взглянул на спокойное выражение лица Ватсона, он уверил Грега, что всё у них в порядке, и они продолжили свой танец. — Шерлок, — спокойно произнёс Джон, глядя на ошеломлённого детектива. Ещё какое-то время он просто смотрел Ватсону в глаза, затем спросил: — Что? — Можно пригласить тебя на танец? Джон быстро встал из-за стола и подал ему руку, призывая подняться. — Но… я… я не хочу танцевать при Майкрофте, — прошептал Шерлок, всё ещё находясь за столом. — Тебе важнее, что о тебе подумает твой брат, который и так всё знает о тебе, или то, что я могу просто уйти отсюда. — Конечно нет, я не позволю тебе. Вам здесь нравится, — заметил Холмс, цепляясь за руку Джона. Они сделали несколько шагов в сторону и остановились. — Вам? — Да, вам. Ты и Лестрейд выглядите очень… счастливыми. Не уверен, что когда-нибудь хотел бы увидеть его в таком состоянии, но ты… тебе идёт улыбка. И Джон улыбнулся, получив такую же реакцию в ответ. — Шерлок Холмс, что же я с тобой сделал? — Ватсон обнял детектива, прижимаясь к нему всем телом. — Что? Я сказал что-то не так? — Заткнись, — ответ вышел весьма приглушенным, потому что Джон уткнулся Шерлоку в шею своими губами. — Я правда не хотел бы видеть инспектора таким, хотя, он счастлив с Майкрофтом. Его я тоже никогда таким не видел. И вряд ли бы хотел. Но ты… ты — это другое. Тебя я хотел, — Шерлок начал говорить очень быстро. — Не в физическом смысле, хотя, в этом тоже было пару раз. А в душевном. Я вообще мало смыслю в человеческой натуре, да и в людях тоже. Но я подумал, что ты… ты тоже хотел этого. — Шерлок, — прошептал Джон, положив свою ладонь ему на затылок, — заткнись, — он коснулся его губ своими, медленно целуя. И в этот момент детектива вовсе не заботило присутствие брата и инспектора. Он полностью отдался во власть своему доктору, который стал для него спасением. — Как ты думаешь, — начал Грег, глядя Майкрофту в глаза, — он когда-нибудь ему признается? — В чём? — лениво поинтересовался старший Холмс. — Для политика ты бываешь на удивление глуп. В своих чувствах. — О, Грегори, не обязательно кому-то говорить об этом. Существует множество других способов признаться. И я думаю, что доктор Ватсон уже это сделал. Они улыбались друг другу во время танца. И лицо каждого в этом зале было счастливее, чем в любой другой момент их жизней.