А что, если...?

      — Все булочки уже… Ого! — Луна резко замолчала, оглядывая стоящую на пороге Блейк, которая успела съездить домой и переодеться. — Остыли…       — И ты меня не пустишь? — иронично поинтересовалась Октавия, которая всё так же мялась на пороге, держа в руках тяжёлые пакеты.       — Нет, конечно, — посторонилась Луна торопливо.       — Ох уж эта логика, — ворчливо зашла Блейк в квартиру, лениво скидывая обувь. — Говоришь: «Нет». При этом впускаешь.       Луна подумала, что чудом было вообще выдавить из себя пару слов: Блейк в неприлично коротких шортах и свободной белой футболке не хотелось кормить булочками. И не потому, что было жалко выпечку, просто… Просто было не до этого. Но Октавия уверенно прошла на кухню и уже что-то выгружала из пакетов. Луна с любопытством рассматривала, как девушка хозяйничает на кухне, не вмешиваясь и наблюдая.       — Где там обещанные развалюхи? — повернулась Октавия, выразительно помахав пакетиком с чем-то разноцветным. Луна указала на подоконник, где, укрытые чистым вафельным полотенцем, словно замёрзли, высились горки булочек.       — Не скажешь, зачем мы сделали так много? — округлила глаза Октавия, сдёрнув полотенчико, мысленно высчитывая, сколько часов придётся провести в тренажёрном зале, чтобы привести фигуру обратно в божеский вид.       — Ты вспоминала, как их делать, — улыбнулась Луна. — Ну, и мы можем позвать моих друзей, — осторожно заикнулась она. Блейк напряглась, поэтому Луна поспешно добавила. — Если ты, конечно, не против.       Октавия прикусила нижнюю губу и перевела взгляд на девушку, но молчала.       — Или, знаешь, чтобы тебя не позорить, мы лучше потренируемся и доведём твои кулинарные навыки до совершенства, да? — оставила лазейку Луна.       — Да, — с усилием выдавила кривую улыбку Октавия. — Если уж для тебя мои булочки развалюхи, какую критику мне придётся вынести от остальных?       — Что ты купила? — наконец-то подошла поближе девушка, вставая на цыпочки, потому что Блейк загородила всё спиной.       — Сейчас мы их украсим, — азартно блеснула глазами Октавия. — Мы в детстве… В общем, украшали с родителями разные пироги, торты. Так что сейчас я немного модифицирую мои развалюхи!       Луна засмеялась.       — Как высокопарно!       — Готовься к поражению, — оставалась невозмутимой Октавия. — Я в начальной школе три года подряд побеждала в конкурсе на лучший домашний рецепт.       — Серьёзная заявка на победу, — кивнула Луна и, подойдя ближе, несмело чмокнула девушку в щёку (это она хотела сделать с того момента, как увидела её у себя на пороге).       — Даже не думай, — строго осадила её Блейк. — Провокации на соревнованиях запрещены. Где мой фартук?       

***

      Я проснулся в холодном поту. Зашибись, как ловко мой мозг упаковал всё в один сон! С него бы картины писать! Жалко только, на это, наверное, ни один сюрреалист не способен! * Зевая, потянулся в кровати, радуясь, что сегодня воскресенье. О, кстати, завтра у меня юбилей: говорят, за шесть дней была создана Земля со всеми населяющими её существами, а на седьмой Бог отдыхал. Завтра моё тело отпразднует целую неделю ада. Я задумчиво почесал ногу и обомлел: опять колючая? Да что это за мутация такая? Такое ощущение, что я не девушка, а какой-то… Нет, лучше не додумывать, а то и сегодня спать нормально не смогу.       Лениво покряхтев, достал из-под кровати ноутбук, смахнув с него пыль: мда. Чёрт, почему к моему телу нельзя было приложить любовь к уборке? Мытью посуды? Нет же!       На почте уже висело непрочитанное письмо от Блейк. Досье на Карла Эмерсона и примечание: «Очень скользкий человек. Следи за ним в оба. Встреча в 16:00, в понедельник, в его офисе. Адрес на карте».       Спасибо, Блейк, а то без тебя я бы не понял, что этот Эмерсон — то ещё дерьмо: так подставить нас в самый последний момент. Понятно, что в бизнесе выживает сильнейший. Значит, будем сильнейшими.       Я изучал его биографию: единственный наследник, брат два года назад погиб в автокатастрофе. Здание, которое нам необходимо, не единственное в его владении: у него сеть каких-то ночлежек, которые не приносят особого дохода, поэтому Линкольн предложил именно его кандидатуру, когда мы с ним подыскивали подходящее здание: под предлогом облегчить жизнь Эмерсона, мы бы выкупили здание за копейки. Если бы не вмешался чёртов Джаха.       «Мне нужно это здание, Карл! Понимаешь! Иначе мы будем в глубокой заднице, Карл! Главное, не стебать его этим на переговорах».       Мужчина лет 35, разведён, увлекается азартными играми. Есть дочь.       «Интересно, её зовут Клара? На его месте я бы только так и назвал ребёнка. И крал бы у неё кораллы».       Почитав ещё о его бизнесе, изучив парочку интервью, я примерно набросал себе план действий. Проблема только в том, что завтра разговаривать с ним будет Лекса, а не Алекс. Я вновь почесал ногу: раздражение, что ли, пошло? Сейчас кремами натру.       «Какие у меня сильные стороны? Вроде, неплохая внешность. Мои мозги. Знание всех тонкостей вопроса. Какие слабости? Чёрт, будем честны: я ни хера не умею нормально одеваться. Вернее, так думают окружающие. Но! И здесь у меня есть бонус! Где там Кларк Гриффин?»       Я кинул взгляд на часы: явно же, что человек, у которого дома есть паук, уже проснулся, ну, знаете, брюшко ему почесать, какую-нибудь тушку несчастного существа кинуть, обсудить последние новости… Потянулся за телефоном.       «О, она вчера ещё и написала?»       «Не за что. Спокойной ночи, Лекса».       Ну, тоже так нейтральненько. Может, всё, что вчера было, мне просто показалось? Завис же я вчера в «Лексусе» посреди дороги. Может, и она зависла? Просто на кухне.       «Ага, пялясь на меня и расстёгивая пуговицы».       Я поёжился.       «Да брось, это Гриффин. Если у неё в аквариуме пауки, представь, какие тараканы в голове? Забей и звони ей!»       — Да? — ответила Кларк после пятого гудка.       — Доброе утро, — соврал я: доброе, конечно. Интересно, как Гриффин отреагирует на то, что в моём сне она была отвратительного вида блондином?       — Доброе.       — Слушай, мне нужна… Как твои дела? — спохватился я внезапно.       — Лекса, у тебя не получается вести светские разговоры, — съехидничала Кларк.       — По крайней мере, хотя бы как дела у Нэнси? Она уже успела сегодня кого-нибудь напугать до смерти?       — Передать ей трубку?       — Думаешь, я умею разговаривать с чудовищами? Я же не Блейк!       — Нэнси не чудовище, — терпеливо заступилась за свою любимицу Кларк. — Чего ты хотела?       — Так это… Узнать, как твои дела.       — Мисс Грин, кому вы врёте?       — Тебе! В смысле, эй, я не вру!       — У меня всё прекрасно, как у тебя? — сдалась Кларк.       — У меня нормально, но нужна твоя помощь, — не выдержал я.       Я слышал, как Кларк цокнула, видимо, обратившись к пауку с видом всезнайки, мол, «я так и думала».       — Чего случилось?       — Мне, конечно, очень неудобно…       — Не ври и говори начистоту.       — Мне не может быть неудобно? — оскорбился я.       — Может, если ты сидишь в подвале со связанными руками.       — Ого, такие, значит, у тебя фантазии относительно меня!       — Лекса! — страдальчески закатила глаза Кларк. — Даже если и так, в первую очередь, я бы заткнула тебе рот, чтобы ты не несла всякую ерунду.       — Грубо, — обиделся я. — Я посоветоваться насчёт завтрашнего дня.       — Внешний вид?       — Хуже, — трагично шмыгнул я носом. — У меня встреча с Эмерсоном, как одеться, чтобы он продал нам здание?       Кларк закашлялась.       — У тебя там всё в порядке?       — Да, — прохрипела Кларк и севшим голосом переспросила. — Что нужно, чтобы Эмерсон сделал?       — Продал нам здание. Иначе мы будем ходить по миру с протянутой рукой.       — И ты планируешь одеться так, чтобы…       — Напомни, почему ты всё ещё работаешь у меня в компании? — нахмурился я. — По-моему, всё чётко было сказано.       — Просто это звучит так, будто ты его собираешься соблазнить.       «Фу, нет, она совсем грохнулась? Я, вообще-то, дама порядочная!»       — Гриффин, — сурово процедил я. — Ты за кого меня принимаешь?       — Ты сама так формулируешь! — оправдывалась Кларк.       — Короче, что надеть? И заплетёшь меня завтра?       — Заплету, — вздохнула Кларк. — Напомни, что у тебя есть в гардеробе.       Я встал, почёсывая спину, направился к шкафу, открыл его.       — Погоди, у меня тут проблемы…       Проблемой был ком одежды, который выпадал всегда, когда я открывал шкаф.       — Готов. В смысле, готова.       — Перечисляй.       — В общем, дикая хрень зелёного цвета.       — Если ты сейчас не о своём единственном цветке, то, возможно, это кардиган. Нет, в нём будет слишком жарко.       — Зачем мы тогда купили его летом? — справедливо возмутился я.       — Лекса, времена года имеют свойство меняться.       — Спасибо, мисс Гриффин, за урок естествознания! Дальше, полосатая роба.       — Это не роба, это блузка!       — Эй, блузку ты мне дала вчера!       «И орала половину ночи, шевеля своими губищами, про неё!»       — Спешу тебя удивить — моя блузка не единственная в мире.       — Да что ты? — схватился я за сердце.       — Представьте себе.       — Гриффин, удивлять у тебя получается плохо. Так она подойдёт?       — Не думаю: она слишком закрытая.       — Ты что, заставила меня купить блузку-аутистку?       — Идиотка, — вырвалось у Кларк. Я уронил телефон в кучу белья.       «Идиотка???»       Пока я, изумлённый, разыскивал, откидывая измятые футболки и носки, телефон, откуда-то раздавалось тревожное: «Прости, я не хотела, честное слово!»       — Гриффин, ты вообще там себя нормально чувствуешь?       — Простите, мисс Грин, — лепетала сконфуженная Кларк.       — Боже, я тебе позвонила не как начальница, но скажи, чем я заслужила такой диагноз?       — Блузка-аутистка? — вопрошала Кларк.       — Ну, а что? Ладно, забей. Дальше, какая-то прозрачная майка. Боже, она что из целлофана? Почему она так просвечивает? — я поднёс её к глазам, рассматривая сквозь тончайшую ткань убранство комнаты.       — Она подойдёт, — одобрила Кларк.       — Ты за кого меня принимаешь? — подпрыгнул я. — И когда мы вообще успели её купить?       — Лекса, она подходит: кстати, это не майка. Наденешь с юбкой (только ради бога, отгладь её сначала!), потом каблуки; не забудь какой-нибудь аксессуар на шею. И да, прости, но раз уж мы говорим начистоту, тебе не помешает сделать маникюр.       Я сел на пол уже после слова «каблуки».       — Лекса?       — …       — Лекса, ты меня слышишь?       — Зачем каблуки? — отмер я.       — Ну, — осторожно начала Гриффин. — Девушка на каблуках всегда смотрится эффектнее, а тебе же этого и надо, верно?       — Девушка смотрится эффектно, когда она голая! — вырвался из меня негодующий вопль.       Теперь эстафету молчания переняла Кларк. Я грустно рассматривал ногти.       — А маникюр зачем?       — У каждой деловой женщины должен быть маникюр, — с сомнением проговорила Кларк.       — Зачем?       — Ну, — растерялась она, — это красиво.       — Может, я буду просто ходить с картиной? Пусть все смотрят на неё!       — Что за детский сад? И вообще, ты спрашиваешь моего мнения, я даю тебе советы, а ты ещё и нос воротишь! — возмутилась Кларк.       — Не ворочу, — уныло приподнял я двумя пальцами юбку: гладить её ещё. Она же не кот. — Кларк…       — Что?       — Кла-а-арк, — протянул я.       — Даже не думай! — почуяла неладное девушка.       — Пожа-алуйста!       — Нет! Погоди, мне звонят на домашний.       — Я повишу! — бодренько откликнулся я. — Сколько хочешь говори, я подожду!       Нужно же мне, в конце концов, вооружиться компанией, чтобы отгладить юбку… Да и где я вам возьму маникюр с аксессуарами? Последние аксессуары, которые я покупал, — это чехлы для сидений в машину. Кларк же не про это?       

***

      — Да? — Кларк, неловко опустив руку с телефоном, где терпеливо сопела, дожидаясь её, Лекса, взяла трубку домашнего.       — Привет, Кларк!       — Привет, Финн, — кисловато отозвалась Гриффин.       — Как настроение?       — Нормально, — вздохнула девушка, укладываясь на кровать, отодвинув предварительно ногой ворох бумаг.       — Не хочешь сегодня встретиться? Погода хорошая! Я подумал, что ты свободна.       — Сегодня?.. — протянула Кларк, лихорадочно размышляя: у неё не было особо планов: Лекса, конечно, намекала, что им нужно встретиться, но Гриффин немного переживала из-за вчерашнего, поэтому боялась. Боялась, что скоро просто не сможет сказать «нет» очаровательной обладательнице зелёных глаз и будет встречаться с ней по первому требованию. Она боялась, что скоро желание держаться от неё подальше лопнет, как мыльный пузырь. Чёрт, да она уже вчера вела себя так, будто…       — Да, сегодня, — подтвердил Финн.       — А куда пойдём?       — Куда хочешь! — обрадовался парень. — Можно в парк, где ты любишь сидеть. Купим мороженое.       — В парк? — покусала губу Кларк, которую раздирали противоречия: встреча с Финном не была ей неприятна, но и удовольствия она не получит. Ей было просто лень видеться с ним, говорить на любые темы.       Странно, но часто так бывает: вещами, которые кажутся ерундовыми, хочется делиться с конкретным человеком, желая услышать от него хоть слово в ответ, узнать о его реакции. А от других равнодушно, даже сухо воспринимаешь любую информацию. Кларк поймала себя на мысли, что ей было бы интереснее выбирать юбку для Лексы, чем обсуждать с Финном просмотренный фильм; ей было важнее, чтобы именно Лекса сидела в её машине, рядышком, небрежно откинувшись на сиденье, положив ногу на ногу, барабаня в такт музыке (которую она нахально сама выбирала) по коленке; ей был приятнее искренний испуг Лексы при виде паука, чем скромные подарочки от Финна, которые он периодически передавал Нэнси со словами: «Подкорми её от меня!» Её тянуло к девушке, она нуждалась в общении с ней, в нахождении рядом, в её грубоватых шуточках. Как-то так получилось, что за неделю Александрия Грин просто поселилась в жизни Кларк. Ей казалось, что если с утра Лекса не озадачит её своим нелепым вопросом, то утро будет просто… Безвкусным, бесцветным, безрадостным, пустым.       — Прости… Погоди, мне звонят на мобильный, — соврала Кларк.       — Хорошо, жду.       — Лекса?..       — А? Ты там уснула, что ли? Учти, я уже успела свить гнездо из одежды. И юбка вся мятая! Ты же не допустишь, чтобы я пошла так на встречу?       Галантный Финн или грубая Лекса? Надёжный парень, которого она знает сто лет, или подозрительное чудо, стремительно ворвавшееся в жизнь Кларк совсем недавно? Всё делающий для Кларк Коллинз или эгоистичная, рассеянная, когда дело касалось благодарности, Грин?       Кларк прикусила губу.       Свободный парень, который явно симпатизирует ей, или занятая девушка? Девушка её босса?       — Я… Во сколько встретимся?