Control 2.0

- Убирайтесь вон, – шипя, выдавливаю из себя. Я не хочу никого видеть сегодня, не хочу ни с кем спать. Джейкоб натягивает штаны и берёт Олив на руки. Она безжизненно лежит в его объятиях. - Можешь подать мне её одежду? – слабым голосом спрашивает он. Да, я перестарался. Сильнее, чем когда-либо. Но всё когда-то бывает впервые, верно? Стою, даже не думая двигаться. А он смотрит на меня как будто свысока. Молча нагибается, чуть не выронив девушку, и прикрывает её платьем. Я не стал открывать дверь, и Джейкоб, немного помучавшись с этим, выходит из моей комнаты на нетвердых ногах. Он что, защищает её? Считает, что я был слишком жесток? Какого черта он вообще имеет право на сомнения в моих действиях? Я провожаю его с презрением, жалея лишь о залитом паркете. Ничего, отмоют. Ложусь на свою кровать, подумывая, что без них здесь гораздо просторнее, и пытаюсь уснуть. В голову лезут идиотские мысли, но я уверен, что именно Оливия виновата в моём сегодняшнем настроении. Что она о себе думает? Сегодня пытается строить глазки Джейкобу, а завтра разрешит мне видится с ним лишь раз в неделю, заявляя свои права? Мне стало смешно. Она своей-то жизнью распоряжаться не может, таскаясь за мной уже пару веков. А что если она влюбилась? Джейк определённо похож на того, в ком можно искать взаимности. Глупый наивный мальчишка, я безумно рад его появлению. Ему ещё столько предстоит узнать и разочароваться. Нужно найти его прямо сейчас. Я передумал. Не хочу ослаблять поводок в отношении него даже на час. Вальяжной походкой направляюсь к комнате Портмана, но не нахожу его там. Странно, где он может быть? Хотел посмотреть на первом этаже, но вовремя услышал всхлипывания из комнаты Оливии. Медленно подбираясь ближе, я молился (себе?), лишь бы старые половицы не заскрипели. Не заглядывал внутрь, стоя за дверью, как трусливый пёс, хоть выглядело это, скорее всего, жалко, однако любопытство все же взяло своё. - Оливия, перестань. Олив, ты слышишь меня? – Какого чёрта Джейкоб так стелется перед ней? Она молчит, слышится только тихий плач, заглушаемый чем-то мягким. Надеюсь, это подушка, а не плечо Портмана. - Хочешь, я принесу тебе воды? Из аптечки может чего? Я не знаю лекарств вашего времени, Олив. Олииив, не молчи. – Надоело, хватит. Я отхожу от двери на пару метров и начинаю возвращаться, давая знать о себе более звучными шагами. - Джейк, ты где? Ах, вот и ты. – Заглядываю в комнату Оливии. Она сидит на кровати, укутавшись в одеяло, Портман рядом. В помещении необычайно жарко - окно, наверное, закрыто. Джейкоб встаёт с места и подходит к дверному проёму, прикрывая дверь и не давая мне возможности войти внутрь. - Я подумал, может, переночуешь у меня? Мне, кажется, мы не закончили главного. – Склоняюсь к нему так, чтобы между нами осталась пара сантиметров, но он отстраняется. - Оливии очень плохо. – Что это, презрение? – Я останусь с ней. Я. Останусь. С. Ней. Эта фраза вывела меня. Даже не знаю, как себя повести – ударить? Попытаться уговорить? Нет, вместо этого я просто растерянно смотрю в его глаза ещё несколько секунд и, разворачиваясь, деланно спокойно возвращаюсь в свою комнату. А ведь эта ночь начиналась более чем хорошо. Я закрываю глаза. Кровать кажется безумно просторной без марионеток. Без моря, без заката. А нужен ли вообще этот закат? Я любил смотреть на море. Настоящее, сильное море, не то, что Портман. Ночью ли, при свете луны, и даже в рассвет оно прекрасно. Мысли об этом укачали меня, словно на волнах. Тело провалилось в сон. Джейкоб. Я целую его, нежно и долго, как будто это мне шестнадцать, а не ему. Мы сидим на крыше дома, который я не покидаю столько лет. Раньше я не забирался на самый верх, что довольно странно. Он целуется с закрытыми глазами, да так сладко, что мои глаза тоже закрываются под тяжестью собственных век. Я глажу его по волосам, но вдруг они становятся гораздо более длинными. Открываю глаза. Это Оливия. Она целует меня жадно, но мы больше не на крыше. Мы на обрыве. Море отчаянно разбивается о скалы, идёт дождь. Мне самому становится холодно и мокро. Оливия оказывается неестественно сильной, она держит меня своими тощими руками очень крепко, но я не в силах вырваться или остановить поцелуй. Она тащит меня к краю обрыва и резко швыряет вниз. Джейкоб подходит к ней. Эта тварь смеётся. Просыпаюсь от того, что открытое окно начало греметь ставнями, параллельно впуская ливень в дом, который давно трещит по швам. Время до утра я всецело отдаю мастерской. С рассветом приходит Портман. Мой Портман. Со своими виноватыми фантастическими глазами, что и всегда. Как он только успевает соскучиться за одну ночь? Я одним движением скидываю со стола всё, чему посвятил последние несколько часов. Этот парень вчера разозлил меня, злость нужно куда-то деть. Беру под руки и усаживаю на рабочий стол, жадно впиваясь в его губы. Я давно не оставался с ним наедине, слишком давно. Кончиками пальцев чувствую вчерашние раны, они ещё не успели затянуться. Нужно быть нежным с моим морем, он заслужил это. Ещё я чувствую его почти детскую обиду и боль. Ему жаль Оливию. Желание быть нежным начинает таять. - Я люблю тебя. – Джейкоб напуган моим вчерашним поведением, пытается вызвать ласку. Еле касаюсь губами его тонкой прозрачной шеи. На бледной коже тут же проступают мурашки. Я могу взять его как угодно, в самой неудобной позе, вывернуть руки или положить на битое стекло. Мне не смеют перечить, и эта деструктивная слепая преданность – всё, чего я требую от марионеток. - Только меня? – Я останавливаюсь и заглядываю в его глаза, делая свой взгляд максимально томным. Я знаю, как это выглядит со стороны. Если бы на меня кто-то так посмотрел, сердце бы точно начало пропускать удары. - Конечно, только тебя. Я отказался от всего мира ради этого, - оправдывается он. Ему нет смысла лгать мне, но… Со мной сегодня что-то не так. - Поэтому ты предпочёл вчера остаться с Оливией? Я невольно скривился, произнеся её имя, ожидая от Портмана то же самое. Но нет, он теперь лишь нагло улыбался мне в лицо. - Ты что, ревнуешь? – хитро протянул он. Я отпустил его, отойдя от стола. Оливия давно стала ненавистной частью моей жизни, и лишь ее верность убеждала меня держать её рядом. Сначала это было интересно, на тот момент у меня давно не было новой игрушки, да и все обитатели дома порядком надоели. Но затем я быстро разгадал Оливию. Все её шаги предсказывались на раз – их всего лишь определяла моя воля. Скучная, невыносимо медлительная, неуклюжая. Она могла привлечь лишь своей покорностью. - Мне плевать. У меня много работы. – Не-е-ет, нет, Джейки. Не сегодня. Ты слишком сильно меня выбесил. Джейкоб ещё немного поприставал ко мне (что невероятно льстило), но я дал понять, что ему стоит поработать над своим поведением. Пришлось соврать - якобы всё в порядке. Только это смогло выгнать Портмана. Я так заработался, ни о чём не думая, что совсем забыл об обеде. Но запах запеченной курицы и овощей всё равно донесся до моего носа. Оливия притащилась с подносом. Я никак не отреагировал, сжимая скальпель в руке. Надеюсь, ей хватило двух сотен лет, чтобы научится разгадывать мои жесты. Хотя… даже малолетка-Портман понял бы, что это не к добру. - Привет. – Приторно приветлива. Значит, понимает свои ошибки. - Я не голоден. - Всё равно оставлю это здесь… Может, тебе свет получше сделать? – Она потянулась к лампе. Её перчатки были прямо над моей головой, когда я схватил Оливию за руку что есть силы. Она вскрикнула, а я ловко поменялся с ней местами, поставив ногу прямо на стул между её ног. Нет, теперь ее выражение лица такое, словно она вообще не понимает, что происходит. - Джейкоб – произношу я. Мне кажется, ей должна быть понятна суть проблемы с первых слогов. Но её лицо тупеет ещё сильнее. Хочу ударить, но меня сдерживают лишь остальные обитатели этого дома и лёгкая слабость после плохого сна. - Что Джейкоб? - Он вчера остался у тебя? – Не буду же я называть вещи своими именами, тупая тварь. Сама должна понять «что Джейкоб». - Ну да. Я думала, ты злишься из-за того, что я потеряла сознание, и мы не смогли продолжить. – Теперь она смотрит на меня, как на идиота. Скучно. Мне скучно отчитывать её, обижаться, ломать дешевые комедии. Зелёные глаза, которые я давно изучил - что в них вообще может привлекать? Как когда-то давно я вообще позволил ей устраивать мне сцены? Да, мы заперты в петле, где нет времени, но где-то в глубине души я чувствую, что Оливия – моё пыльное прошлое. С приходом моего моря я почувствовал его свежий бриз. Джейкоб интересен, его глаза горят любовью к жизни, да он внук Эйба, чёрт возьми! У Джейка есть стержень, своё мнение, но, несмотря на это, оно никогда не идёт поперёк моему. Он умело лавирует между лёгким бунтом и тотальным подчинением, хотя раньше никогда не был «номером два». Понял это за пару месяцев. Оливия же сразу сдалась и мучает меня своей бесхребетной натурой уже много веков. Решайся же, Енох. Нужно уметь выбрасывать хлам. Нагибаюсь над её ухом, но Оливия вряд ли надеется на поцелуй. - Убирайся вон. Я больше не хочу тебя видеть никогда. С такой интонацией можно поздравлять, например, с днём рождения. Но я не собираюсь церемониться – я никогда не любил тебя, ты не вызываешь во мне даже жалости. Заглядываю ей в глаза. Я не говорил такого прежде, полагая, что Оливия сама всё прекрасно понимает. Похоже, ошибался, ведь в них слёзы. Стекают по щекам. Слизал бы их с удовольствием, но это обесценит мои слова. Нет, она больше не заслуживает и этого. Даже просто быть рядом со мной. Выходя из мастерской, она посмотрела на меня так, словно я убил на её глазах ребёнка. Взгляд ее был полон отчаяния, ледяной ненависти, который не оставил меня равнодушным. Будто Оливия сейчас покинет дом, а цветы будут вянуть у неё под ногами. Чего-то в нём уже определенно не хватало. Но теперь меня это не волнует. Она изжила себя. Да, постоянство - это неплохо, но у всех вещей есть срок годности. Её, кажется, прошёл ещё лет двадцать назад. Хотя кого я обманываю, ни за что бы просто так не выкинул свою марионетку, но она посягнула на святое. На мою собственность, Портмана, который сейчас так интересен и желанен. Они могут делить меня с тысячами, но я – никогда и ни с кем. Закончив очередную куклу «руки-ножницы», а только такие у меня последнее время и выходили, я поднялся в комнату. Джейкоб сидел на кровати, разглядывая стеллажи с банками. Я в сотый раз про себя отметил красоту его тонкого тела. - Привет. Я ждал, что ты вернёшься. – Детская улыбка, которая тянет мои уголки губ вверх. Он словно глоток ледяной воды в жаркий день.- А где Оливия? Я думал ты с ней придёшь… Портман. Как можно так талантливо всё портить? Ему что, не хватило утреннего секса, которого не было как раз по его вине? - Она не придёт, - спокойно отвечаю я. - Почему? - Потому, что она больше не придёт. Теперь мы всегда будем вдвоём, Джейки. Я падаю на кровать рядом с ним. Нотка грусти в его выражении лица сменяется пошлой ехидной ухмылкой. Джейкоб раздевает меня, не раздеваясь сам. Гладит волосы, грудь, постепенно опускаясь вниз. Я люблю наблюдать за ним. Такая животная страсть, смешанная с детской неуверенностью. Что может быть у человека в голове, чтобы так жадно сосать, ничего не требуя взамен? Вряд ли это мне угрожает, конечно. Просто интересно.