Воспламенение

Как ни странно, в конечном итоге путь домой занял немного больше времени, чем предполагала Мара. Просто Брендон решил сделать небольшой крюк через парк. Это был просто замечательный вечер для мини – прогулки, к тому же дождь так и не пошел. Может быть, облака просто наблюдали за развернувшимся у кафе шоу. Но проводить время с Брендоном было… весело. Она узнала различные мелочи о нем. Например, его любимой едой является тако, любимый цвет – зеленый, любимое мороженое - со вкусом печенья. Так же он поделился своими планами на будущее, рассказал больше о своей сестре, которая оказалась весьма забавной и немного безалаберной, рассказал про любимые моменты из детства. Мара тоже немного рассказала ему о своей неинтересной жизни, в которой, к ее удивлению, он сумел найти довольно интересные события. Особенно его заинтересовало то, что ее родители – спортсмены. Это был действительно неплохой опыт. Они медленно шли по парку, смеялись и шутили про школу, свою жизнь и физику. Все шло хорошо, пока Брендон небрежно не спросил: - Итак, что же между вами с Кларком? Мара застыла: - Ничего. Между нами ничего нет. - О, - она могла чувствовать, как Брендон ненароком взглянул на нее, - хорошо. Я думал, вы были вместе и между вами, ну не знаю, что – то было? - Нет, - ответила Мара. – Ничего не было и нет, - она не хотела сейчас говорить о Джероме. Тем более с Брендоном. На данный момент, это была запретная тема, которой она боялась даже коснуться, пока не сделала нужных выводов. - Таким образом, вы не встречаетесь? Это так? Над их головами раздался гром. - Нет, мы не встречаемся. Скоро пойдет дождь, поэтому мне стоит поспешить домой. Тебе стоит поступить также, если не хочешь промокнуть. Брендон поднял голову: - Да, ты права. Определенно скоро начнется дождь. Я провожу тебя до общежития. Не волнуйся, моя машина на стоянке перед школой, поэтому я не попаду под дождь. - Да, это определенно имеет смысл, - кивнула Мара. Они погрузились в мирное молчание. После раската грома, по всему небу расползлись молнии. Ребята продолжали идти молча, пока не заметили стены нового крыла школы. - Ну, вот и школа. Как добраться до твоего общежития? - Брендон остановился. - Вы не знает дороги к обители Анубиса? – игриво спросила Мара и захихикала. – Вы меня удивляете. - Ну, если учесть то, что я никогда не получал шанс попасть в ваше общежитие – не знаю, - Брендон одарил ее игривой улыбкой. - Справедливо. Таким образом, нам стоит поспешить, потому что скоро пойдет дождь. А я не хочу, чтобы ты вымок, возвращаясь от обители к машине, - рассмеялась Мара. - Ну, дождь никому еще не вредил, - сказал Брендон, идя по дорожке из гравия. – Почему ты так беспокоишься? - Это правда. Но если промокнешь под дождем холодной ночью, то можно заболеть, а это плохо. К тому же, у нас тест в среду, - ответила Мара. – И его ни в коем случае нельзя пропускать. - Физика убивает все веселье. Ну, вот мы и пришли. Каменные ворота Анубиса. Или тебя проводить прямо до дверей? – спросил Брендон, как только они остановились перед забором. - Нет, не нужно. Я думаю, что смогу справиться со злыми монстрами, что могут выпрыгнуть из кустов и превратить эти две минуты ходьбы до дома в опасное приключение, - Мара игриво улыбнулась. - Никогда не знаешь наверняка, - ответил Брендон, пробегая по ней глазами. – Монстры, таящиеся в гравии, могут добраться до тебя раньше, чем монстры из кустов. - Я думаю, что смогу справиться с ними. Но спасибо за то, что проводил меня до дома и за прогулку в парке. Было весело, - рассмеялась девушка. Брендон засунул руки в карманы и одарил ее милой улыбкой: - Нет проблем. Это было меньшее, что я мог сделать, чтобы загладить свою вину. Увидимся завтра, да? - Определенно, - Мара кивнула. - Замечательно, - сказал парень, а после наклонился и чмокнул Мару в щеку. – Тогда пока. Мара наблюдала за тем, как фигура Брендона скрылась в тени и коснулась того места, где несколько мгновений назад были его губы. Теплые. Его губы были такими теплыми по сравнению с ее холодной кожей. Вдруг, жирная капля дождя приземлилась Маре прямо на кончик носа, выводя девушку из оцепенения. Она подняла голову, только для того, чтобы получить еще одну каплю прямо в глаз. Отлично, просто отлично. Дождь все – таки решил пойти именно тогда, когда она была в трех метрах от Анубиса. Девушка вздохнула и быстро зашагала в сторону дома, прекрасно понимая, что если она остановится хоть на секунду, то изрядно вымокнет. Она была уже в полуметре от двери, когда знакомый голос заставил ее остановиться: - Вижу, вам с Конроем так хорошо вместе. Мара замерла на месте, ее сердце громко стучало в груди, стоило Джерому выйти из тени на освещенное крыльцо. Как обычно он был без верхней одежды. Лишь в черной футболке и брюках. Над их головой протрещал новый раскат грома. - О чем ты, Джером? – спросила Мара, стараясь сохранить четкость голоса. Что с ней случилось? Почему она постоянно нервничает рядом с Джеромом? - Ох, а не Конрой ли провожал тебя до дома? – спросил Джером, сойдя с крыльца и медленно идя к ней. – И не он ли только что тебя поцеловал? - И что? Это не значит, что между нами что – то есть, Джером, - Мара сглотнула и сделала шаг назад. - Я думаю, значит, - он сделал еще один шаг вперед. Очередная молния в небе. - Нет, не значит, - снова шаг назад. - Нет, значит, - очередной шаг навстречу. - Нет, не значит, - Мара снова отступила. - Так ты говоришь, малышка Мара, - сказал Джером, делая еще один шаг и останавливаясь в нескольких дюймах от ее лица, - что целуешь каждого в окрестностях парня, что движется? Тебе действительно так нужен дружок? Мара сжала кулачки. Ее нервозность быстро сменилась гневом. - Не думаю, что я в отчаянии, - холодно произнесла она, не желая отступать. - Ой, а что так? – спросил Джером, поймав ее взгляд. - Потому что тогда это бы означало, что я настолько в отчаянии, что готова встречаться с тобой, но давай будем честными? Этого никогда не случится, - она наклонилась и прошептала ему на ухо. – Итак, мистер Кларк, ваши обвинения ложные. В следующий раз немного сдуйте ваше эго, прежде чем начинать тыкать пальцем. Девушка сделала шаг назад, наблюдая, как искры гнева мерцали в глазах парня. - Хорошо, малышка Мара, очень хорошо. Твой язычок становится острее с каждой минутой. Но будь осторожней или я смогу откусить его, - ухмыльнулся Джером. - Я бы посмотрела на это, Джером. Но сейчас я устала, мне холодно и я хочу есть. Кроме того, собирается дождь. В любом случае, я иду внутрь, а ты можешь оставаться здесь и анализировать причины, по которым я провожу время с Брендоном, - усмехнулась Мара. Она только хотела пройти мимо него, как парень за руку дернул ее обратно, заставляя вернуться на предыдущее место. Она посмотрела вверх на Джерома, который, в свою очередь, одарил ее злой улыбкой, которая не затронула его глаз. - Прекрасно. Буду. - Будешь что? – раздраженно спросила Мара, пытаясь вырвать руку. - Я буду анализировать, почему же ты проводишь время с Конроем. С чего бы начать? При встрече вы обсуждали что – то про свой факультатив по физике? - Нет, - Мара все еще пыталась вырваться. - Нет. Может он сообщил тебе что – то крайне важное? Именно поэтому вы и встретились сегодня? - Снова нет, - прошипела Мара. – Ты действительно затеял какую – то ужасную игру, Джером. - Ох, правда? Тогда я продолжу гадать. Он пришел к тебе на работу, - парень улыбнулся и притянул ее к себе. - Да, правильно, - ответила Мара, глядя на него снизу вверх. Они были очень близки. Достаточно близки, что она могла видеть искры в его голубых глазах. Так близко, что их тела разделяла только ткань ее куртки. Сердцебиение девушки ускорилось. - Правда? Как интересно. Интересно, почему же могучий Брендон Конрой, золотой мальчик нашей школы, изменил свои планы и решил зайти к тебе? М? – он наклонил ее подбородок. – Если только… Если только он не хотел что – то или… не пришел что – то исправить? Мара замерла. - Нет, - она лгала ему, пытаясь отстраниться. – Ничего не было. Он просто зашел в кафе для своего удовольствия, а потом решил проводить меня. Вот и все. - Ты лжешь, - Джером схватил ее за подбородок и заставил посмотреть на него. - Нет, не лгу, - над их головами протрещал новый раскат грома. И начался дождь. Тяжелые холодные капли обрушились на них. - Лжешь. Я вижу это по твоим глазах. Я вижу это на твоем лице. Ты врешь мне в лицо, Мара. Что случилось между вами с Конроем? - Джером. Джером, идет дождь. Нужно зайти в дом. Пойдем внутрь, - Мара извивалась в его руках, пытаясь отстраниться. - Мне все равно. Расскажи мне, что у вас случилось с Конроем, Мара? Что он сделал? – он схватил ее за другую руку, закрепляя захват. - Ничего! – дождь становился все сильнее. – Он ничего не сделал! - Ты лжешь! – голос Джерома был тверд, словно сталь. – Хватит врать. Что произошло между вами? Ее одежда уже вымокла насквозь. Куртка, рубашка, юбка – все было абсолютно мокрым. - Почему тебя это волнует? – она заплакала. – Это не имеет к тебе никакого отношения! Все расплывалось у нее перед глазами. Размытые картинки словно бы танцевали перед ней, и Маре приходилось часто моргать, чтобы просто видеть хоть что - то. Джером выглядел озадаченным, мокрые волосы прилипали к его лицу, одежда плотно прилегала к телу. Но его глаза. В них плескалась ярость. Словно два горящих сапфировых шара. Парень дернул ее на себя. - Меня волнует все, что происходит с тобой, Мара, - прошипел он ей на ухо. – Потому что ты моя. - Что? – спросила Мара, шокированная его заявлением. – Что ты сказал? - Ты все слышала, Мара, - ответил Джером и опустился губами на ее шею. – Я же не заика. Мара вздрогнула, но не от холода. Она вздрогнула из – за ощущения губ Джерома на своей шее. Холодные. Холодные губы на ее холодной влажной коже. Несмотря на это ей становилось жарко. Очень жарко. Она извивалась в его руках. - Остановись. Перестань, Джером. Прекрати говорить такие возмутительные глупые вещи. Я не твоя. Я никому не принадлежу. - Ммм, я с этим не согласен, - пробормотал он, перемещаясь губами по ее шее на горло. – Я говорю, что ты моя. И я не привык делиться. - Но… - запротестовала Мара, чувствуя, как его горячий язык продвигается по ее горлу, - ты сказал, что не любишь меня. - И что? – произнес он, целуя ее подбородок. – При чем тут любовь и желание владеть? Я хочу тебя, ты моя. И это вовсе не значит, что я люблю тебя. Она молчала. Ее сердце громко колотилось. - Ч – что? Но это… Джером оборвал ее, коснувшись ее губ своими: - Это что, Мара? – он снова поцеловал ее. - Это так отвратительно! – девушка смогла вырваться. - В самом деле? – ответил Джером, прислоняясь своим лбом к ее. – Тебе, кажется, нравится, когда я тебя целую - Я… Я не знаю, - запнулась Мара. – Я… - Разве ты не хочешь, чтоб тебя хотели, Мара? Чтобы кто – то желал тебя? Даже если они не испытывают любви к тебе? Так какое значение могут иметь твои скучные оправдания? В чем же дело? Ты не счастлива от того, что я хочу тебя? Каждое его слово было как пощечина. Это задело. Плохо. Гнев. Боль. Мара изо всех сил толкнула Джерома. Застигнутый врасплох, он отступил на несколько шагов. Девушка сжала кулаки. - Ты говнюк, - сказала Мара, щурясь от дождя и слез. – Ужасный, скользкий, манипулирующий людьми говнюк. Ты думаешь, что мне приятно, что ты хочешь меня? Я счастлива? Мне противно, что кто – то вроде тебя смеет даже просто смотреть на меня! - Ну и что? Ты хочешь быть с кем - то вроде Конроя? С мистером Популярность? Пожалуйста, - Джером ухмыльнулся. - Не хочу, - прошипела девушка. - Что? Ухмылка сползла с его лица. Теперь уже ухмыльнулась Мара, и дождь скользнул по ее волосам. - Что случилось, Джером? Ты удивлен? Этого не будет. Ты не нужен мне. Мне не нужны твои поцелуи, мне не нужна твоя жалость и, конечно, не нужен твой язык. Ты ничто для меня. Абсолютное ничто. Будь добр, сделай мне одолжение и больше никогда со мной не заговаривай. Произнеся это, Мара прошла мимо него. Он уже не пытался остановить девушку. Джером не сказал ни слова. Он просто стоял под дождем, растворяясь в ночи.