11: Плавание
24 мая 2017 г., 22:49
Дио каким-то образом проснулся… из-за всего.
Чувства нахлынули скопом, ошеломляя его, было сложно отличить одно ощущение от другого. Каждый луч света был слишком ярким, каждый запах – слишком сильным, каждый звук – слишком громким; даже когда он свернулся калачиком, простой шелест одеяла прошелся по ушам как звук трения наждачной бумаги. Если бы он услышал, как упала иголка, наверное, это прозвучало бы как взрыв атомной бомбы – что уж говорить о гудках машин, застрявших в утренних пробках на улицах Лондона.
Он будто снова оказался под водой, выведенный из равновесия, потерявший ориентацию, где верх и низ. Но вместо холодного, темного и лишенного воздуха гроба он находился в квартире, в которой Джонатан решил распахнуть каждую дверь и окно. Джостар проявил лишь малую долю милосердия, оставив закрытыми занавески рядом с диваном, где лежал Дио. Банальная вежливость, в доме и без этого было достаточно света, чтобы все видеть.
Джонатан оказался легок на помине: его громыхающие шаги раздались, стоило только задуматься, куда тот подевался. Войдя в квартиру, он не стал снимать тяжелые ботинки, и звук соприкосновения их подошв с деревянным полом казался оглушающим. Послышался хруст осколков стекла, Дио вздрогнул.
– Громко, – рыкнул он, и Джонатан сразу же замер.
– О, привет, – заговорил Джонатан. Его голос прозвучал мягко и тихо, принося облегчение от всего остального. – Приятно видеть, что ты все еще с нами.
– Это ад? – прохрипел Дио, запуская пальцы в свои грязные и зудящие волосы.
– Не думаю. Но я, честно говоря, не удивился бы, – в интонациях Джонатана проскальзывало легкое веселье. Он обошел диван и направился на кухню, где каждый скрип дверец шкафчиков казался воем сирены, а звук воды из-под крана больше напоминал шум потопа.
– Вот, – сказал Джонатан, вернувшись к Дио.
Только через несколько секунд Дио рискнул открыть глаза, потребовалось еще какое-то время, чтобы мир перестал вращаться, и только после он понял, на что именно смотрит. На протянутой ладони лежали две маленькие белые таблетки, а в другой руке был стакан воды.
– Болеутоляющее, – произнес Джонатан, когда Дио даже не шелохнулся, чтобы взять таблетки. – Нашел в шкафчике.
Дио медленно поднялся, чтобы выпить лекарство. Когда он оторвал губы от стакана, то наконец смог нормально взглянуть на комнату. Джонатан позволил ему поспать подольше, а сам за это время успел немного разобрать хлам. Не было видно крупных кусков поломанной мебели, а то, что уцелело, теперь снова стояло на своих местах. К стене позади были прислонены совок и метла – понятно, почему окна и двери широко распахнуты. Если не обращать внимание на сломанные лампы, порезы на оставшейся мебели и кучу чужой одежды на кофейном столике, то квартира снова выглядела нормальной. Рукава рубашки Джонатана были закатаны, его сложенная куртка лежала на стуле в гостиной, сам он выглядел хорошо выспавшимся, бодрым и целеустремленным – что составляло разительный контраст по сравнению с тем, как кошмарно выглядел и чувствовал себя Дио.
Он лег обратно, свернулся на диване и застонал. Джонатан забрал у него пустой стакан и с сочувствием похлопал по плечу. Ладонь была теплой, ощущать ее на своей коже было приятно, но она пропала слишком быстро, – Джонатан отправился на кухню налить еще воды. Когда он вернулся, то всего лишь вложил стакан в руки Дио и снова приступил к уборке.
Дио боролся с желанием умереть, пока не смог сесть прямо, тяжело опираясь на подлокотник, и не прижал колени к груди. Он чувствовал себя ребенком, свалившимся с простудой; осторожно попивая воду и наблюдая за работой Джонатана, он изо всех сил пытался подавить тошноту.
– Итак, – заявил Джонатан. Все-таки говорил он громковато, и Дио поморщился. – Нам нужно определиться с правилами.
– …Пожалуй, соглашусь с тобой, – Дио откинул голову и закрыл лицо рукой.
Джонатан поднял совок с кучкой грязи и стекла и выбросил содержимое в мусорное ведро. Затем он сел рядом с Дио и впервые почувствовал себя в некой безопасности; если Брандо когда-то был львом, то из его лапы вынули шип.
– Сначала о главном… Мы должны быть честными друг с другом. Ты мне все рассказываешь, и я тебе все рассказываю. Больше никаких секретов, никаких действий за спиной другого и увиливания от ответа на вопросы, – Дио не подал ни звука. Рука скрывала его выражение, поэтому сложно было сказать, не заснул ли он. – Дио.
– Аргх, господи, я все слышу! – встрепенулся он. Затем откинул голову назад и нахмурился от взгляда Джонатана. Но от глаз Дио шли острые и осознающие искры: намного лучше тех, что были накануне, это можно считать за маленькую победу. – Я сделаю это.
– Ты мне все расскажешь?
Дио выглядел усталым и побежденным, слегка принужденным к такому варианту действий.
– У меня есть выбор?
– Ну… – Джонатан ощутил жалость. Он знал, что сейчас должен быть строгим и упорным, но... – я не буду просить тебя рассказать все прямо сейчас, но когда я это сделаю, то надеюсь на твою честность. Договорились?
Дио вздохнул. Он предвидел неизбежность просьбы, только она в любом случае была слишком тяжелая. И хотя понадобился момент на раздумья, все уже давно разрешилось где-то внутри.
– Договорились. Что дальше?
Джонатан отвел взгляд со странной улыбкой, наполовину смущенной, наполовину мальчишеской и игривой. Дио она была знакома еще с детства – и это ничего хорошего не сулило.
– Осталась еще одна вещь… Не столько требование, а скорее…
– Что?
– Я хочу, чтобы ты поехал со мной, – сказал Джонатан и встретился взглядом с другим человеком, загнав того в ловушку.
– …Ты куда-то собираешься? – в замешательстве раздался вопрос.
– Никуда, если ты откажешься. Но я думал, что… это место, – он махнул рукой, имея в виду не только квартиру, но и все за ее пределами, – этот город… все это плохо действует на тебя. Здесь ты довел себя до такого состояния. В смысле, те семь лет или около того… не были просто фарсом, верно? У тебя же должны были остаться хоть какие-то настоящие эмоции с того времени, когда мы пытались поладить…
Дио не так просто вспомнить все детали, как Джонатану, но он, безусловно, помнил постоянную внутреннюю борьбу, которая мучила его во время их юности. Тогда истинные эмоции стали посредственными; ему приходилось ежедневно сражаться с самим собой, пытаясь игнорировать или душить чувства в зачатке вместо того, чтобы принять их. Счастью, уюту и товарищескому духу с Джонатаном нельзя было существовать. Только при таком раскладе план мог сработать. Дио знал, что вел опасную игру, когда развлекался мыслями о будущем, в которое не входило братоубийство, или заигрывал с возможной катастрофой всякий раз, стоило насладиться простыми попытками Джонатана подружиться; и всякий раз, когда он чувствовал, что его вежливая улыбка становилась немного легче, немного более честной, приходилось напоминать себе об амбициях. Чтобы в каком-то смысле мысленно ударить себя по запястьям.
– Должны были остаться, да, – вместо того, чтобы все объяснить, Дио просто кивнул головой.
Этого оказалось достаточно. Джонатан сладко и с надеждой улыбнулся.
– Значит, если ты захочешь, то давай… поедем куда-нибудь. Подальше от города, это помогло мне, и я уверен, что тебе такой метод тоже пойдет на пользу.
– И это все еще не связано с поместьем, да? – с подозрением опустил брови Дио.
– Вовсе нет! По крайней мере, я хотел сказать, если мы найдем его… Сейчас надо думать о другом. Я просто хочу увести тебя туда, где будет безопасно, – Дио все еще не убедили его слова, поэтому Джонатан выбрал другую тактику. – И я, эм, возможно… сбежал от Фонда Спидвагона. Мне кажется, что они не обрадуются, когда узнают, куда я подевался.
Вялая ухмылка осветила лицо Дио.
– И чем же ты занимался? – рассмеялся он, тон был теплым и, возможно, слегка… ласковым? Джонатан отвел взгляд, пальцы перебирали нить, торчащую из подушки дивана. Другой мужчина мог проигнорировать факты, остановить свой допрос, но разве они только что не согласились быть честными друг с другом? Его выражение превратилось в некое злобное веселье, когда ответа не последовало. – Джоджо, напомни-ка, что ты там говорил? Ты мне все рассказываешь, и я тебе все рассказываю…
– Ну, это… – нервно рассмеялся Джонатан. Он знал, что его загнали в угол, поэтому с жалостью поднял взгляд, – очень умно.
– Это не умно, это игра по правилам. По твоим правилам, точнее говоря.
Джонатан закатил глаза и забрал из чужих рук полупустой стакан воды.
– Долго придется рассказывать, – при подходе к кухне произнес он, – но если ты поедешь со мной…
– Ты хочешь просто-напросто убежать от одной из самых крупных организаций в мире? – с дивана стрельнул взглядом Дио. – Я не знал, что ты сохранил такую безответственность…
– У меня уже были проблемы с ней, – объяснил Джонатан. – Легче просить прощение, чем разрешение.
– Могу я хотя бы принять душ, прежде чем мы тронемся в путь? – поинтересовался Дио, спрятав под словами соглашение.
Джонатан не смог удержаться от смеха.
– Ради Бога, да, помойся!
+++
Быстро стало ясно, что они находились во власти общественного транспорта. С собой была только одежда, камера, телефон и банковская карта. Когда Дио закончил принимать душ, часы показывали девять; и хотя Джонатан сделал все, что было возможно, квартира выглядела не совсем идеально, но, по крайней мере, по ней можно передвигаться без вреда здоровью. На завтрак они взяли на вынос коробку с пирожными из соседнего кафе и сели на единственный остановившийся автобус, который направлялся к станции Юстон. Джонатан буквально подпрыгивал на месте. Хотя он откусил от угощения просто чудовищный кусок, умудрился вытащить телефон из кармана и протянуть его Дио. – Выбери, куда мы поедем. Дио кинул скептический взгляд на липкие и сладкие пальцы. – В любое место? – В любое место. Дио забрал телефон – слава богу, чистый – и вывел на экран карту страны, покрытую жилами железных дорог. – Ливерпуль, – после долгого изучения схемы заговорил он. – Ливерпуль? Дио кивнул, думая, когда и какой поезд отвезет их туда. – Город, в который мы ездили… чтобы сходить в церковь, это же был Раффорд, верно? Ливерпуль ближе всего к нему. Ну, или он, или Манчестер. – Ты, – Джонатан выглядел немного шокированным, – собираешься отвести нас в особняк? Я думал, что это последнее место в мире, куда бы ты захотел поехать. В ответ Дио пожал плечами, вернул ему телефон и потянулся, насколько это было возможно в тесном автобусе. Он устал, но не желал уснуть в таком месте. – Ты говорил, что нужно отправиться в какое-нибудь безопасное место – это наш лучший вариант. К тому же, ты тащишься от побережий, по какой бы на то ни было серьезнейшей причине. Мы можем провести ночь в Ливерпуле, достать все необходимое и попытаться найти поместье. – Оно… оно сгорело дотла. – Его восстановили, – Дио не смотрел в глаза своему собеседнику, но сохранил верность обещанию. – Я был там, но очень давно. – Как ты… – начал Джонатан, а затем отпустил фразу. Это было не подходящее время и место для вопросов. Он снова открыл коробку с пирожными и извлек оттуда очередную ужасающую сладость; но на этот раз поднес угощение ко рту Дио. Дио открыл глаза и бросил на того язвительный взгляд. – Ни в жизни. – Ты должен съесть что-нибудь, – оправданно настаивал Джонатан. У него не было оснований для протеста, но он все равно с отвращением сжал губы – только голод и настойчивость Джостара, в конце концов, победили. Дио зубами выхватил лакомство из его пальцев. Если он воспользовался случаем, чтобы незаметно поцеловать кончики пальцев другого человека, то никогда вслух это не признает.+++
На поезде до Ливерпуля можно добраться за два с половиной часа. Они доели оставшиеся пирожные и блуждали по вокзалу, обсуждая, как далеко зашел прогресс, и что больше нет паровых поездов; вскоре они отправились в дорогу и наблюдали за серыми улочками Лондона, которые уступили свое место зеленым пастбищам, а Дио чувствовал, как его веки начали тяжелеть. Он привалился к окну и подпер голову, чтобы сосредоточиться на пейзаже, но, несмотря на приложенные усилия, его все равно клонило в сон. Стоило задремать, как он терял равновесие и валился на стол, затем опять заставлял себя проснуться. Джонатан с осторожностью наблюдал за этим. Следовало помочь, завязать разговор о чем-нибудь, но он чувствовал некое восхищение тем, как… человечно выглядел Дио. Его щека прижалась к ладони, выражение напоминало больше об усталом ребенке, чем об обычной сухой хмурости; его волосы только несколько минут назад высохли и все еще были спутанными и слегка завивались. Джонатан – на мгновение – захотел протянуть руку, чтобы пальцами расчесать их. Дио редко выглядел так, особенно в последнее время. Впервые за много недель на нем не было косметики. Все из-за ослепляющей мигрени и настойчивости Джонатана поскорее уехать из квартиры; не говоря уже о том, что у них было не очень много одежды с собой. Дио очень шел макияж, это трудно не признать – но теперь он казался таким открытым и естественным, заставляя чувствовать некую… интимность. Едва ли кто-нибудь видел эту сторону, а Джонатан восхищался странными изгибами и углами, которые приняли их отношения. Как он попал в футуристический поезд, направлявшийся в Ливерпуль, с человеком, который пытался убить его чуть ли не всю жизнь? И, куда более удивительно, почему он не беспокоился об этом? Когда именно Дио перестал быть помехой на пути к счастливой жизни и стал компаньоном, ради которого можно рискнуть всем, просто чтобы привести его в безопасное место? Чтобы помочь ему – может, даже изменить? Дом – это не место, напоминал он себе, это человек. Только они остались друг у друга, и хотя их юность была запятнана кровопролитием и завуалированной ненавистью, не все было так ужасно. Возможно, в другой жизни и в другом месте они могли бы стать друзьями. Даже братьями. Но это была не их судьба. Нельзя изменить прошлое; у них осталось лишь будущее, обещание нового дня и возможность грядущих перемен. Если Дио по-прежнему хотел заслужить прощение и начать все заново, сколько бы времени ему ни потребовалось, тогда Джонатан позволит этому случиться. Они оба подпрыгнули на месте, когда зазвонил телефон. Джонатан возился с мобильником несколько секунд, нажал красную кнопку сброса звонка и тяжело вздохнул. Ему не нравилось подобное положение дел. Когда он поднял взгляд, Дио смотрел на него со смесью вялости и веселья. – Джотаро? – поинтересовался тот, а Джонатан кивнул. – Он точно не будет в восторге после этого. – Я уверен, что сейчас он недоволен многими вещами. Джонатан вертел устройство из стороны в сторону, пытаясь понять, можно ли поставить его на беззвучный режим – Дио выхватил телефон из его неуверенных рук и щелкнул переключателем сбоку. Затем положил мобильник на стол, зевая, притянул согнутую ногу к груди и прижался щекой к колену. В такой позе Дио выглядел миниатюрным, но вовсе не жалким – дело было не в нехватке уверенности в себе или недостатке внутренней силы, а просто в его усталости и плохом самочувствии. Под глазами у него залегли темные круги, а кожа стала болезненно бледной от стресса и нехватки пищи. Однако он был здесь, с Джонатаном, по собственной воле, и они вдвоем ехали в безопасное место. С разрешением Фонда или без него, но Джонатан собирался привезти его туда. Он старался не размышлять о том, как странно будет вновь вступить в дом, где прошло его детство; лучше было отложить такие мысли на потом. – О чем ты думаешь? – пробормотал Дио в ткань своих брюк. – А, – вздрогнул Джонатан. – Что? – Ты смотришь на меня. Уже какое-то время. Джонатан слегка порозовел. – Ох, это… Я просто задумался. Вот и все. – Хм, – лишь ответил Дио, уткнувшись лицом в колено, и наконец заснул. Джонатан рассматривал его в новом свете, как если бы перед ним сидел незнакомец. И он видел мужчину, который совершил очень много ошибок. Некоторые из них были ужасными. Но, как бы сильно ни настоял в такой ситуации Спидвагон, Джонатан не видел абсолютное зло – у него не получалось, даже когда прижимал его голову к своей груди и ждал смерти на корабле. У того были сожаления, угрызения совести, и он начал идти по пути исправления. Каждый заслуживал шанса на искупления, если желал этого; даже Дио, сам дьявол во плоти. Но сейчас Джонатан видел напротив себя не падшего ангела, а простого усталого и противоречивого человека, пытавшегося найти свой покой. Он протянул руку и взъерошил золотые локоны Дио, а в ответ получил лишь раздраженное бормотание. Улыбка появилась на губах. Независимо от того, что ждет их в будущем, какое бы наказание ни последовало после того, как он ответит на звонок Джотаро… Пока у поездки оставалась цель, это будет стоить того.
