Ты мне никто

На следующий день Юнги собирался в школу с намерениями поговорить с Чимином насчет информации на флешке. Быть может, он все-таки врет ему и знает о содержимом. Поэтому нужно было разузнать об этом точно, чтобы раз и навсегда прекратить эту возню. Утро было ранним. Солнце только вставало из-за горизонта, потихоньку просвечивая ажурные полотна штор, а парень уже спешил покинуть уютное гнездышко дома и умчаться на всех порах в школьное заведение, где ему предстояла долгожданная встреча, о которой пока знает лишь только он. Стоило бы отыскать Чимина по возможности как можно раньше, чтобы быстрее всё выяснить. Как обычно, добравшись до школы, он встал у входа, дожидаясь своей "цели", имеющей огненные лохмы. Но... простояв там до начала урока, он не заметил парня. Ссылаясь на рассеянность он решил, что просто не заметил его в толпе и ушел на урок с мыслями, что после него поищет Пака. Но и тогда он не нашел его. Мин заходил в класс Чимина и расспрашивал его одноклассников о рыжеволосом, но все как один отвечали, что вообще не видели его и быть может просто потому, что не хотят его видеть. Лишь только учитель дал точный ответ: его попросту не было в школе. Тогда Юнги решил отложить разговор на завтра. Но и тогда он не увидел Пака в школе. Учителя не знали причины отсутствия рыжего, а парень уж тем более. Тогда он решил прибегнуть к более радикальным мерам. После школы парень целенаправленно и спешно отправился домой, чтобы поговорить с матерью. Дорога обошлась ему в десять минут, учитывая его скорость. И уже дома, сразу же разбувшись, он отправился искать ее. Миссис Мин сидела на кожаном бежевом диване в зале, пристроив ноутбук у себя на коленях. По всей видимости, она только пришла с работы. Строгий темно-синий костюм плотно облегал стройное женское тело матери, а собранные в пучок волнистые волосы немного растрепались, но не убавляли ей элегантности. Женщина еще не успела снять макияж: матовые губы так и бросались в глаза. Помимо помады и пудры она больше ничем не пользовалась. Услышав топот со стороны двери, она незамедлительно посмотрела в сторону сына. Ее взгляд означал ничего более, чем некое удивление. – Юнги? – с изумлением в голосе спросила та. – Ты выглядишь весьма рассеянно. Что случилось? Но вместо ответа он только покрутил головой, и тут же задал свой вопрос: – Когда к нам приедет твоя подруга? Женщина еще несколько секунд смотрела на него удивленным карими очами, но после, расплывшись в заботливой улыбке, отложила ноутбук на стеклянный кофейный столик и ответила: – В воскресенье. А что? Уже соскучился по Чимину? Вместо ответа парень опустил глаза, задумавшись на некоторое время и после ушел, оставив вопрос матери без ответа. Даже ужинал он спешно. Ему не терпелось уйти в свою комнату и скоротать остатки времени в царстве Морфея, чтобы скорее дождаться следующего дня. Но и на следующий день Чимина не было. И больше всего это волновало Юнги, ибо исчез он сразу после того, как Мин решил помочь ему и тот признался, что не видел содержимого на флешке. Чимин не отвечал на телефонные звонки, не читал сообщения в KakaoTalk, словно тот игнорировал его, чем будоражил нетерпеливого парня еще больше. Поэтому ему оставалось только надеяться, что сможет поговорить с ним в воскресенье, когда они всей семьей придут к нему в гости. Ему уже было наплевать на принципы, которые он построил себе в первые же дни знакомства, ему было плевать на то, из какой он семьи. Что-то неопределенное тянуло его к нему, к настоящему Чимину, которого он узнал совершенно недавно, такого, какой он есть на самом деле. Ему хотелось поговорить с ним и предложить настоящую дружбу. Не ту, что была только на глазах у их родителей, а ту, что непрерывной связью связывает людей воедино и дает возможность контактировать и быть интересным друг другу. Возможно даже он сможет утихомирить и поставить на своё место "святую" троицу и уладит репутацию Пака, а пока нужно увидеться с ним. И вот долгожданное воскресенье. Тот день, которого Юнги так ждал. Он готовился вполне долго к этому дню все сутки отсутствия рыжего в школе. Да, он по-прежнему его ждал, но его так и не было. И вот, когда день близился к полудню, парень все-таки решился подойти к матери. Она сидела на кухне и пила чай. Вид ее был немного удрученным. Она не суетилась на кухне, как делала это всегда перед приходом семьи Пака, нет, и это еще больше волновало парня. Он медленно подошел к сидящей миссис Мин и встав позади нее тихо спросил. – Когда они придут? – Никогда, – резко произнесла женщина, обернувшись на Мина и просверлив его озлобленым взглядом. – Говорила ведь, что доиграешься! Нет, нам же нужно показать себя во всей красе! – Я не понимаю... – ошламлено произнес он, отойдя от женщины. – Ах, он не понимает! – воскликнула мадам, всплеснув руками. – А то, что ты ввязал бедного Чимина в плохую компанию и теперь он, бедняжка, избитый ходит ты понимаешь? – Но... я не хотел... – подавленно произнес он, отведя в сторону. – Как я понял, они сегодня не придут, да? – Конечно нет. Мы поссорились, и она сказала, что больше не хочет видеть меня. Немного помолчав, тот тихо произнес "прости" и ушел наверх. – Мам, – отпуская край футболки, протянул парень. – Он не виноват, честно. – Милый, не говори глупостей. Конечно виноват. Я же знаю, какой он "хороший". Это все влияние его компании погубит тебя. – Это было всего лишь раз! Тем более, я сам нарвался, честно! – в открытую врал парень. – Все равно... – Ма-ам, – в очередной раз протянул Чимин, заключая мать в объятия. – Такая глупость не должна разрывать столь прочную дружбу. И вашу, и мою с Юнги. Женщина опустила взгляд и тяжело вздохнула. – Обещай, что этого не повторится. – Обещаю. Звонок в дверь прорвал густую мрачную пелену молчания. – Юнги, открой дверь! – в пустоту крикнула миссис Мин, но парень не спешил спускаться вниз. – Юнги! – повторила она, но так ничего и не произошло. Вздохнув, женщина, уже переодетая в домашнюю одежду самостоятельно подошла к двери и открыла ее. Далее послышался визг радости двух женщин, и последовали объятия. Чимин хихикнул, видимо, тоже радуясь этому моменту. К тому времени Мин, удивленный звукам снизу, спустился и пошел в коридор. Там он заметил данную картину. Женщины весело щебетали, стоя на пороге, а Чимин стоял позади них и глядел на них, улыбаясь. Далее, он посмотрел в сторону Юнги, и их взгляды пересеклись. На мгновение оба исказили удивленое лицо, но уже секундами позднее Пак беззаботно улыбался, а Юнги позволил себе такую роскошь, как слабую, но добрую усмешку. – Мам? Может, уже пустим гостей? – вмешался парень, переведя взгляд на счастливую парочку. – Да-да! Входите! – весело отозвалась миссис Мин, впуская гостей. Последним зашел Чимин и закрыл за собой дверь. – Мама, вы идите, а я должен поговорить с Чимином, – посмотрев на женщину, произнес парень, и та, кивнув, пошла с женщиной на кухню. Юнги повернулся к Паку и заметил его слегка удивленный взгляд. – О чем поговорить? – спросил рыжеволосый, недоуменно глядя на Юнги. В этот момент тот словно все слова забыл. Все, о чем он думал улетучилось из головы в одно секундное мгновение. Парень поджал губы, долго и напряженно молча, и наконец произнес: – В тот день... ты сказал правду, да? – Ты о... – Да, – кивнул парень. – Да, я сказал правду, – улыбнувшись, ответил тот. – Прости, что соврал тебе. Это была жалкая попытка защититься. – Защититься от меня? – сощурившись, спросил парень, неотрывно глядя на Чимина. Парень медленно наклонил голову вниз и тихо ответил. – И от тебя, и от тех людей, которые... – он был сбит Юнги. Как сбит? Рыжий попросту замолк, ощутив, как руки парня потянули его к себе за плечи. Юнги обнял Пака. И это было неожиданностью для обоих. Пусть и длились эти объятия совсем мгновения, но переполнили чаши чувств обоих сполна. Первым отстранился Чимин. – Родителям... наверно помощь нужна. – Да, – согласился он, от неловкости ситуации улыбнувшись. В доме царила идиллия. Звуки ударов столовых приборов об посуду, запах вкусной еды и увлеченные разговоры так наполняли душу каждого присутствующего. Даже Юнги принимал особое участие в переговорах, хотя раньше даже на мимолетные незначительные вопросы отвечал неохотно. И так незаметно протекало время, что опомнились они лишь тогда, когда за окном было уже темно. – Поздно, – безучастно произнесла женщина, глядя в окно. – Мы уже пойдём. – На улице довольно темно. Может, вы останетесь на ночёвку? – спросила миссис Мин, посмотрев на ту. – Ма-ам, – обратился Чимин к своей матери. – Давай останемся? – Но... – Давайте, миссис Пак. Мы ведь так давно не виделись, – согласился Юнги, посмотрев в сторону Чимина. – Ну хорошо, – вздохнула женщина. – Вот и хорошо! Миссис Мин распорядилась, чтобы мать Чимина спала в комнате для гостей, а вот самого Чимина отправили спать в комнату к Юнги. – Чимин-и, мальчик, ты ложись на кровать, а Юнги я постелю на полу. – Че, – недоумевающим тоном произнес тот, посмотрев на мать, на что она ответила: – Он – гость, поэтому гостю всегда все лучшее. Парень лишь фыркнул, скрестив руки на груди. Чимин же неловко улыбнулся, и чуть коснувшись плеча Мина тепло произнес: – Хочешь, я посплю на полу? – Нет, – отрезал парень. – На кровати тебе будет лучше. На том и остановились. Юнги пришлось дать тому свою футболку и шорты для сна, и сам переоделся. За это мимолетное мгновение Чимин смог разглядеть его тело и осознать, насколько оно привлекательно и мужественно. Постелив на полу матрац и постельное белье, миссис Мин пожелала спокойных снов и ушла, оставив обоих наедине. Юнги лег на полу и закрыл глаза, пытаясь уснуть, ведь в такой остановке, да еще и не в одиночку спалось не очень комфортно. Да и Чимину никак не спалось. Он все время вертелся и подрагивал от неизвестного чувства. Спать не в своей комнате и не в своей кровати было так некомфортно, что сон никак не приходил к нему. И ворочался от так довольно долго, пока в конце концов не скатился к Юнги на пол. Он тихо, аккуратно прижался к его спине, слабо приобняв одной рукой и уткнулся тому мордашкой в спину, таким образом чувствуя себя более защищенней. Но Мин-то не спал, и уже было собирался оттолкнуть парня и указать ему на своё место, как почувствовал, как на его верхней одежде появляется мокрое пятнышко от слез, а Чимин начинает слабо всхлипывать. – Ты что, плачешь? – с хриплотой в голосе спрашивает тот, повернувшись к нему лицом и взглянув на его плачущее личико. Так близко, что на несколько секунд его охватило апноэ. Кожа парня в свете луны блистала белизной, точно рисовый пирожок. Мокрые узкие дорожки от слез чуть сверкали на бледном свету холодной звезды. Парень забавно жмурился, чуть дергая оттого носиком, словно щеночек, отчего казался до ужаса милым. И эти губы, пухлые и сладкие на вид, славно алая пастила, которые так хотелось бы попробовать. Почему он никогда не замечал его? Возможно, потому что не хотел, как и все. Осознав, что вел себя также мерзко, как и однаклассники Чимина, он почувствовал резкий укол совести. Этот ангел не достоин такого обращения. Устроившись поудобнее в этих объятиях, он прижал к себе бедняжку и уткнулся тому в грудь, засыпая под тихие, милые всхлипы, частое икание и не менее частый стук маленького сердечка... Ах, это раннее утро. Тихий щебет утренних пташек слышен даже из-за закрытых окон, а вот солнечным лучам эта стеклянная совершенно не страшна. Все спали, в том числе и Чимин. Только вот Юнги уже не спал. Облакотившись на локоть, он наблюдал за спящим Паком. Эти рыжие волосы были растрёпаны от беспокойного сна, мокрые ресницы слеплены из-за ночных слёз, а губы все также поблескивали и были по-прежнему влажны. Как говорится, можно бесконечно смотреть на три вещи: как горит огонь, как течет вода, и, как считает Юнги, как спит Чимин. И он был действительно готов смотреть на него вечно, но через несколько минут Чимин стал просыпаться. Раскрыв сонные глаза и увидев Юнги, он ужаснулся, и, прежде чем заорать, был заткнут ладонью парня. – Только попробуй закричать! – угрожающе громко шепчет Юнги. Широко раскрыв глаза, Чимин стал вырываться, и Мин, которому уже явно поднадоела вся эта возня, просто напросто схватил того за запястья и прижимал их к полу, нависая сверху. Почувствовав очередное эмоциональное давление, Пак не выдерживает и начинает всхлипывать, чем удивляет Юнги и заставляет его почувствовать заново себя виноватым. – Эй... Не плачь... – шепчет он, приблизившись к лицу и став собирать губами капли соленых мутных слез. Рыжий шокированно уставился на парня, и тот, понимая вопрос в его глазах, фыркнул: – Руки заняты, так что не напридумывай себе там ничего. Но вместо того, чтобы послушать его, он раскрывает губы, дабы снова закричать, но тут же замыкает их, опасно чувствуя напряженность от этого близкого расстояния. Настолько близкого, что он мог бы задохнуться от того, что так и не осмелится вздохнуть. Его лицо было крайне приближенно, и до касания губ оставались какие-то сантиметры. И тут, резко покрывшись пунцовым румянцем, парень молебно шепчет: – Юнги, прошу... Сходи в ванную и подрочи, я не могу больше терпеть... Мин готов был провалиться сквозь землю от стыда, но, передумав смущаться, он лишь ухмыльнулся и надавил сильнее. От этого губы парня невольно раскрылись и оттуда вырвался тихий, сдавленный стон. Это выглядело настолько притягательно и сексуально, что парень просто не выдержав поддался вперед и слабо коснулся его губ. На несколько секунд остановившись в таком положении он прикусил нижнюю губу застывшего в шоке Чимина, отпрянул и встав, довольный ушел в ванную, оставив бедного парня наедине со своими мыслями.