Чувственность зимнего солнцестояния

***

Остановившись на лестничной площадке перед 221Б, Джон ощутил, как металл ключей холодит руку. Направившись к лестнице, он под курткой вздрогнул; его волосы были всё ещё влажные. Он надеялся, что душ поможет очистить голову, но этого не случилось. Мысли продолжали блуждать вокруг ссоры, когда он шёл мимо украшенных гирляндами рождественских витрин с идиллическими зимними сценками, деревьями и блестящими снежинками. Всё выглядело так красиво и уютно; настоящая леденцовая мечта для детей. Он посмотрел на дверь в квартиру; она была чуть приоткрыта, и оттуда струился знакомый тёплый свет. В гостиной был разожжён камин, и Джон мог представить, как огонь бросает тени на красный ковёр и удобные кресла. Держась за перила, он стал медленно подниматься по лестнице, стараясь сделать это так, чтобы ступеньки под ним не заскрипели. Он пытался сформулировать в голове то, что скажет, когда увидит Шерлока. Джон остановился на лестничной площадке перед дверью. Он видел только кусочек гостиной, включая спинку своего кресла. Боже, как же он хотел, вытянув ноги, сидеть в нём прямо сейчас, и, потягивая из стакана напиток, смотреть на лежащего на диване Шерлока, разглагольствующего о каком-нибудь таинственном предмете. Уставившись на свою обувь, Джон ощутил внезапную разбитость. Как он может когда-нибудь покинуть это место и оставить Шерлока? Он постоял перед дверью, не двигаясь, какое-то время, а затем вытащил свой телефон. Держа его замёрзшими пальцами, он написал простое сообщение. «Прости, пожалуйста». В тот момент, когда он его послал, ему пришло новое сообщение. Озадаченный, он несколько раз его перечитал. «Прости, пожалуйста». Сообщение было от Шерлока. Но как?.. Дверь распахнулась, и Шерлок, с телефоном в руке, замер на пороге. Они уставились друг на друга, пытаясь осознать тот факт, что принесли извинения одновременно; их сообщения пересеклись в эфире. Криво улыбнувшись, Шерлок приоткрыл дверь шире. Джон вошёл, и Шерлок закрыл дверь позади него. − Ты замёрз, − забрав у Джона куртку, пробормотал Шерлок, не поднимая головы. − Садись поближе к камину. Немного насторожившись, Джон последовал за ним. Шерлок никогда не приносил извинений. Это буквально оглушило. Он замялся перед камином, и Шерлок, будто ожидая от него сигнала, тоже остался стоять. Наклонив голову, Джон скользил взглядом по синему шелковому халату, голым ногам и ступням, и видневшемуся в вырезе халата треугольнику обнажённой груди, усыпанной редкими веснушками. Наконец Джон придумал, что можно сказать. − Ты только что принял ванну. − И ты только что из душа. Работал две смены. Кивнув, Джон ощутил, как аромат лаванды достиг его носа. − Ты использовал моё масло для ванны. − Тон, которым это было сказано, получился более обвиняющим, чем он рассчитывал. Шерлок отвёл взгляд. − Думаю, да. Прости. − Это прекрасно. Всё... хорошо. Шерлок провёл пальцем по полке камина, нарисовав в пыли линию. − Корица. Джон вопросительно поднял бровь. − Ты пахнешь корицей. И гвоздикой. − О, мыло... Это мыло Грега, из тех, что бывают в отелях. − Вспомнив о телефоне, Джон понял, как крепко сжал его в руке. Они замолчали, и Джон протянул руки к огню, чтобы согреть их. Не зная, что делать дальше, он ощутил, как ароматы цветов и специй смешиваются вокруг них. Снова взглянув на Шерлока, он заметил ссадины на костяшках его пальцев. − Что произошло? Шерлок согнул пальцы травмированной руки. − Я поймал плохого парня, − сказал он. − Я предполагаю, что ты сделал это один, не ожидая полиции. − Это смешно? − Шерлок печально улыбнулся. − Кроме того, тебя не было рядом, чтобы мне помочь. − Ты прав, − бросил Джон. На его лицо набежала тень. − Несколько дней тому назад ты назвал меня бесполезным идиотом. − Я никогда такого не говорил. − Да, «некомпетентный идиот» звучит намного лучше. − Я не имел в виду ничего подобного. Джон развёл руки и отошёл от камина. − Ты знаешь, так приятно от тебя услышать что-то, что не было бы оскорблением. Джон застыл рядом с креслом, продолжая думать о том, не съехать ли. Он не хотел снова бессмысленно спорить с Шерлоком. Он закрыл глаза, чувствуя душевное истощение. Тишина за спиной заставила его обернуться. От Шерлока − никаких возражений и никаких подкалываний. Вместо этого тот отошёл к своему столу и, упершись в него руками, наклонил голову. − Прости, − сказал Шерлок в конечном итоге. Его голос был низким. Подняв голову, он посмотрел на Джона. − Прости меня. Джон выдержал его пристальный взгляд. Выпрямив спину, Шерлок смущённо зарылся пальцами в волосы. − Ты прав. Я был легкомысленным дураком. − Отвернувшись от Джона, он уставился на огонь в камине. − Я так редко тебе говорил спасибо. Я не говорил тебе... − он замолчал, изо всех сил пытаясь закончить предложение. Джон ждал, наблюдая, как плечи Шерлока сначала напряглись, а потом расслабились. − Я никогда не говорил, − голос Шерлока был натянутым, − что ты для меня значишь. Джон задержал дыхание, не смея ожидать того, что Шерлок ещё мог бы сказать. − Джон... я − дурак. Я безрассудная, невнимательная, невыносимая задница. Я не ценил тебя так, как ты этого заслуживаешь. − Замолчав, Шерлок вздохнул. − Но на самом деле... Ты − мой якорь. И я не хочу потерять тебя из-за своей глупости. Джон быстро заморгал, оглушённый эмоциями, которые лишили его возможности говорить. Уставившись на плед, который лежал на спинке его кресла, он разглядывал его узор. Он провёл рукой по шерсти. Его якорь. − Если ты пришёл сюда, чтобы сказать мне, что хочешь съехать, я тебя пойму. Я не виню тебя. − Шерлок через плечо посмотрел на Джона. − Я просто хотел правильно извиниться, прежде чем ты уйдёшь. Выражение лица Шерлока было таким безропотным и несчастным, что Джон ощутил, как сжалось сердце. Что же они творят друг с другом − это борьба, извинение, движение навстречу друг другу, отступление или отказ? Слова слетели с губ, прежде чем он сам осознал то, что сказал. − Я не хочу уходить. − Его глаза встретились с глазами Шерлока. − Я хочу остаться. В глазах Шерлока замерцало удивление, и Джон, потянувшись к нему, подошёл поближе. − Время от времени ты невыносим, но я не хочу, чтобы ты менялся. Он заскользил взглядом по ямочке на шее и по ключицам Шерлока. Это была его зависимость − опасная, красивая и яркая, осветившая его, такую скучную жизнь. − Я не оставляю тебя. Они стояли на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Воздух звенел между ними, напоминая им об их близости; пульс и дыхание участились. Джон пристально смотрел на Шерлока, понимая, что тот видит, как взгляд переместился от губ к шее, туда, где шелковый халат, соскользнув с левого плеча, угрожал оставить его совершенно обнажённым. Он мог легко дотянуться и скинуть его. − Ответ − да, − еле слышно произнёс Шерлок. Джон поднял голову, чувствуя себя ошеломлённым. − Я хочу, чтобы ты ко мне прикоснулся. Хотя в словах было приглашение и абсолютное разрешение, возможно, даже мягкая команда или тихая просьба, пальцы Джона дрожали, когда он прикоснулся ими к горлу Шерлока. От прикосновения будто прошило током; он ощутил под кончиками жизненную силу тела Шерлока. Джон мог поклясться, что чувствует, что под кожей бежит кровь, движутся клетки и сталкиваются нейроны. Растопырив пальцы, он провёл ими вниз по шее Шерлока и, проследив большим пальцем линию ключицы и сухожилий, нырнул кончиками пальцев под синий шелк. Услышав, как Шерлок задержал дыхание, Джон замер, осознав, что пальцы ощутили нечто новое под крепкими мышцами и костями. Как доктор, он знал силу прикосновений и того, что с их помощью можно узнать − тайны, скрытые в тканях и телесных ритмах, которые не могли быть замечены глазом − но это показалось странным и невозможным. Он ощутил под пальцами глубокую печаль и одиночество, которое было похоже на боль. Джон замер; за неглубоким дыханием Шерлока и учащённым пульсом он увидел трепет робкой надежды, дрожь крыльев желания и страха. − О, Шерлок, − прошептал Джон, внезапно понимая, что за внешним видом Шерлока, за бронёй, которую тот носил, скрываются его слабые места. Сбросив халат с плеча Шерлока, он пылко прижался губами к шее, желая защитить и поглотить его.