Великая страсть не дает ни минуты отдыха, и в этом ее благодеяние. Лучше все что угодно, кроме прозябания.
Анатоль Франс
С тех самых пор, как Наполеон по уши влюбился в Александра с факультета международных отношений, он буквально места себе не находил. Не то чтобы до этого он отличался особой флегматичностью, но теперь в нем будто обнаружился неиссякаемый источник энергии, новая технология, повышающая его работоспособность до невероятных показателей. Наполеон всегда был лучшим учеником факультета военных наук; теперь он берет пальму первенства еще и на курсе. Декан считает, что все свободное время господин Бонапарт тратит на учебу, но фатально ошибается: хорошая успеваемость нужна Наполеону, чтобы в выкроенные свободные часы заняться разработкой и осуществлением своей кампании. Он заявляется к Александру в комнату под предлогом визита к своему другу, по совместительству его временному соседу Коленкуру. Не застав ни того, ни другого, он заходит в ванную и, заперев дверь, включает горячую. Зеркало запотевает, и тонкий палец выводит на его поверхности блестящее от конденсата: «Саня, мы должны быть вместе». На экзамене по фундаментальной математике Александр подбрасывает Наполеону бумажку с целым перечнем непосильных для него заданий. Тот возвращает ее с ответами и скромной припиской: «Как насчет позаниматься алгеброй сегодня вечером?» В начале марта, поднявшись в шестом часу утра, Наполеон приезжает к институту, взвалив на плечо лопату (ключи от подсобки он выкрал еще вчера), и принимается за расчистку площадки на заднем дворе. За полчаса до начала занятий в окнах аудитории напротив появляется сонная физиономия Александра, но стоит ему увидеть происходящее на улице, как его лицо бледнеет и снова исчезает за стеклом. Наполеон вытаптывает в снегу: «Я люблю тебя, Александр». Вечером, получив выговор от дворника, он возвращается в общежитие и сталкивается на крыльце с Александром с редким изданием юстиниановского права в руках. — По всему городу искал.– От него действительно пахнет усталостью и… жасмином. – Ты, кажется, давно хотел такое. Наполеон улыбается, потому что теперь точно знает: Александр готов для него на все, а значит, любит так же сильно.