Экспозиция

      Варшава цвела белыми розами и сиренью.       — Что ж, значит, решено?       — Решено? — рассеянно переспросил Константин, замедляя шаг и глядя прямо перед собой каким-то непонимающим взглядом, будто подыскивая ответ. И вдруг, как бы очнувшись от забытья, воскликнул: — Решено, черт возьми, еще как решено! И не иначе…       Александр, несколько обогнавший брата, остановился, запрокидывая голову и вдыхая. Константин неспешно приблизился к нему.       — Как пахнет весенняя Варшава…       Его глаза остановились на пышном розовом кусте по левую руку, остекленели и тут же вспыхнули чем-то пламенеюще-жарким. Опасное, неосторожное было в этом взгляде, его теплота не несла в себе заботы; Александр знал это слишком хорошо. Казалось, достаточно одного прикосновения, чтобы загорелся белый пергамент лепестков. Время шло, время вплетало серебряные нити в локоны их редких — отцовское наследство — волос. Время бежало, наделяя Александра суровой и немного запоздалой мудростью. Но не все способны усваивать его уроки.       Константин всегда причиняет боль тем, кого любит.       — Столь ли дорога вам графиня Грудзинская, что вы готовы поступиться правом на престол — ради нее?       — Я никогда не просил об этом праве.       — Вы любите ее?       Константин поднял глаза и весомо произнес:       — Люблю, Ваше Величество.       Это напомнило дорогое и далекое, скрытое железным занавесом прошедших лет. «Люблю, Ваше Величество». Так говорила Елизавета, когда он, болезненно жалкий, боролся с самим собой в ночь 11 марта. Так говорила Катиш, когда он напрямик спросил о принце Вюртембергском. Люблю, Ваше Величество. Простые, бесхитростные слова. Он бы и сам сказал их, если бы мог. Если бы захотел.       — Однажды мы не были достаточно решительны. Однажды мы совершили ошибку — я и ты. Я причинил Annette много зла… Это больше не повторится.       «Я причинил Lise много зла, — повторил Александр про себя. И, вздрогнув: — Больше не повторится».       Забывшись, Константин протянул руку к бутону и тут же в гневе одернул ее: острый шип рассек ему палец. Взмах руки — роза лежит на земле. Люди всегда причиняют боль тем, кого любят.