Любовь сквозь пламя

Записки из дневника Ренесми Карли Каллен 10.08.20. Как там пишут в самом начале? А! Дорогой дневник! Мне кажется, что я схожу с ума. Мне хочется высказать кому-то свои мысли, но я чувствую себя немного чужой в обществе оборотней. Может это связано с тем, что последний месяц меня окружали только вампиры, не знаю. Сегодня я, как и вчера, и позавчера сижу дома и ничего не делаю. Я сейчас живу у Джейкоба. Моя семья сейчас где-то на Аляске. Ни родители, ни тети и дяди не знали истинной причины моего отсутствия. Да и вряд ли когда-нибудь узнают. Я звонила им сегодня утром, родители говорят, что очень хотели бы приехать, но им нельзя появляться в городе, поэтому они зовут меня к себе. Они не устраивали мне истерик, не ругали, просто говорили, что соскучились. Абсолютно нет сил притворяться, а они так просто это не оставят. Будут, хоть и незаметно, но допытыватся, и в итоге докопаются до сути. И не только из-за того, что мне стыдно признаться им в прошлом. Я не хочу их нагружать, они и так пережили многое из-за моей глупости. Если эти записи сохранятся, и мой дневник прочтет кто-то еще, то знай: в другой жизни у тебя может не быть близких. Так что дорожи ими, пока они есть. Джейкоб - прекрасный друг. Все говорят, что мы с ним прекрасная пара. Наверное, так и должно быть, но я не понимаю, что случилось. Наша связь не прервалась, но она стала иной, более тонкой, что ли. Как-то я услышала, как Ли говорила, что Джейку гораздо хуже, чем мне. Я не поняла ее, да и никто не удосужился мне объяснить. 11.09.20.. Сегодня я впервые помогла Рейчел по дому. После того, как я протерла последню полку, я сразу бросилась в изнеможении на кровать. Дома мне всегда было скучно, я все время должна была находиться в движении. А теперь моя обычная работа - сидеть и смотреть на низенькую елку у окна. Гуляла по пляжу с Джейкобом. Я не сказала ему. Точнее не все. Я сказала, что одна моя подруга встретила человека, который оказался далеким от идеала. Думаю, он догадался, что я вру. Но он не стал допытываться, потому что... Потому что любил меня. Да. А я нет. И я не знаю, что мне делать дальше. 02.01.20.. Сегодня я пошла делать маникюр. Меня уговорила Рейчел, по ее словам: мне нужно возвращаться в реальную жизнь. Реальная жизнь... А зачем она мне? Человек должен жить там, где он счастлив, а не в "реальной" жизни. Я не сказала ей этого, а молча пошла в салон. Но даже там у меня перед глазами стоял он. В каждом блондине, которого я видела были его черты, на каждой рекламной вывеске я видела его, черт возьми, в каждом разговоре я слышала ЕГО голос. А он наверное уже забыл меня. После рождества я поеду к своей семье. Вместе с Джейкобом. Я понимаю, что не готова, но я не могу испытывать на прочность нервы моих родителей и игнорировать их. Я зашла в книжный магазин и купила книгу. Мне рекламировали новинку. Не помню, как она называлась, знаю, что автор писал про любовь вампира и человеческой девушки. Кажется, вышла даже экранизация, но за то немного время, проведенное в Италии, я чувствовала себя как старушка, отставшая от жизни и ничего от нее не ждавшая. От книги я отказалась. Уж что мне нужно было, так это не романы. Я взяла Жуль Верна "Пятнадцатилетний капитан". Возможно книжные приключения помогут мне оживиться. Вольтерра - Господин, мне велено было принести вам... - ПОШЛА ВОН! - большое кресло, обтянутое черной кожей, разломилось пополам, ударившись о стену. Секретарша подпрыгнула, сломав каблук на левой ноге, и убежала, бросив пакеты с кровью у входа. Дверь едва не сорвалась с петель из-за брошенного в нее стола. Четвертого за неделю. В замке почти не было слышно никаких звуков, ведь вампиры имели привычку все делать совершенно бесшумно. Как и сейчас, по коридору не отдавались эхом никакие шаги, но владелец комнаты знал, что к нему идут. - Добрый день, Кай. - мягко сказал Аро. Его слова были проигнорированы. Комната, в которую вошел правитель выглядела, мягко говоря, как потрепанное минами поле. На стенах и полу виднелись трещины и следы, напоминавшие следы от когтей тигра. У двери валялись остатки деревянного стола, а в противоположном углу была кровать, разломанная надвое. Из мебели в нормальном состоянии было только кресло, в котором сидел вампир, одной рукой подпирая голову, а другой рисуя в воздухе замысловатые фигуры. - Кай, я с тобой разговариваю. - прогремел недовольный, но сладкий голос вошедшего. От этого тембра вздрагивали не только люди, но и вампиры. Такой он был необычный, переливающийся интонациями и в то же время пугающий до увеличения пульса. Но собеседник Аро лишь медленно, заставляя кресло противно скрипеть, от чего глава Вольтури брезгливо поморщился, повернулся к нему, со скучающим видом наклонив голову. На лице сидящего была безучастная равнодушная маска. Светлые волосы был растрепаны и напоминали солому, черные глаза были огромными, а на шее все еще были видны синеватые следы. - Кай, ответь мне. - снова потребовал Аро, ничем не выдавая своего бешенства. Пальцы Кая сильнее сжали ручку кресла. - А то что? Снова запрешь меня в карцере? - прозвучал полный ненависти голос Кая. Ни одна мышца не дрогнула на его лице. - Ты заслужил это. - гордо сказал Аро, будто говорил с обнаглевшим подростком. - И не только за неподчинение приказу. НИКОМУ из клана Вольтури нельзя появляться на людях. Это нарушение карается смертью. Кай в одно мгновение подлетел к Аро и наклонился к его лицу. - Что же ты не убил меня тогда, а, братец? Нам обоим было бы от этого легче. - произнес Кай, отходя обратно к креслу. Он двигался несколько скованно, будто постоянно был в напряжении. Явные признаки голодовки не смущали Кая, он продолжал сдерживать себя. - Послушай, Кай, ваша любовь принесла бы погибель нашему клану. А также горе вам обоим. - стальным голосом произнес Аро. Всегда многословный, даже в моменты лжи, в этот раз правитель ограничивался короткими фразами. Аро странно себя чувствовал, находясь рядом с царственным братом. Он любил его, но в то же время ненавидел. За привычки, за образ мыслей. Слишком они отличались друг от друга. - Поэтому ты решил убить её? Чтобы уберечь ее психику? - Аро не ответил. Он редко что-то объяснял, если существо, разговаривающее с ним, не должно было испустить последний дух через пару минут. - О Боги! Что здесь делает эта картина? - Аро ближе подошел к брату, упорно пялящегося в изображение, обрамленное в золотую рамку. Почти все пространство холста было зарисованы темными масками. Лишь недвижная гладь реки, точнее ее середина, освещенная далекой и в то же время близкой луной, выделялась на темном фоне. - Архип Куинджи "Лунная ночь на Днепре". Наиболее известная его картина, имеющая свою печать в современном искусстве. - сказал Кай, не отрывая глаз. - В человеческом искусстве - брезгливо сказал Аро. - Не вижу ничего особенного. Слишком аляпистые штрихи, неровные линии... Идея неплохая, но весьма плохо выраженная. Если тебя интересует искусство того времени, то из более-менее достойных обрати внимание на Эдуарда Мане, а также Каспара. - Кай промолчал. - Мне нравится искусство Эпохи Возрождения, ведь многие известные картины написаны весьма талантливыми... - Вампирами. - перебил Аро Кай. - Многие, да. По крайней мере на них все четко прорисовано, хотя не все эти лю... вампиры нельзя были опубликованы. - Может потому, что ты сжег их предшественников? - спросил Кай. - Они нарушили правила. Если мы допустим слабость, то падем, а этого нельзя допустить. - гордо сказал Аро - Чтобы возвысится над окружающими, надо либо самому взойти на пьедестал, либо заставить всех опуститься на колени. - Сила перерастает в могущество, а затем в диктатуру. Диктатура же ищет друзей в обители безумия. - задумчиво сказал Кай тихим голосом. - Не понимаю, зачем тебе эта картина, но... - Она мне нравится. Как тебе нравится рыться в чужих головах. - усмехнулся Кай, всматриваясь в серебристый свет, исходящий из темноты картины. Аро презрительно шевельнул носом, после того, как Кай опять его перебил, но ничего не сказал. В последнее время с ним нельзя было поговорить о жизни или обсудить что-то. С ним раньше бывали такие срывы, но в таких случаях был Марк. А теперь, Аро было не с кем потолковать о былых днях и его любимых скульптурах. Можно решить, что правитель чувствовал одиночество... Аро танцевальным поворотом развернулся и направился к двери. Нет! Аро Вольтури слишком могущественный, чтобы опускаться до того, что люди называют "депрессия" или же печалится об одиночестве. Коснувшись позолоченной ручки, Аро обернулся и почти заботливым голосом сказал: - Кай, твоя забастовка не принесет тебе ничего хорошего. - Кай стал разминать шею и внезапно посмотрел на свои пальцы. Ногти были располовинены, а некоторые и вовсе вырваны. Пугающее зрелище. - Они не отрастут. - сказал Аро и без того известную вещь. Кай неожиданно весело улыбнулся и сказал, повернув голову: - Это значит, я просто буду жить! - и тут же нахмурился и ушел в себя. Аляска. 9.03.20.. - Белла, ну помоги же мне! - одернула вампиршу Элис держа в каждой руке по платью. Белла закатила глаза. - Ну какое лучше, синее или же... - Элис, они оба синие! - проныла Белла, не зная куда сбежать от любимой, но немного назойливой подруги. - ОНИ НЕ ОБА СИНИЕ! - топнула ножкой Элис - Что мне надеть: синее - сказала Элис, понимая правую руку, которая держала вешалку с платьем в стиле ампир - или греческое, цвета Велджвуда? - Белла лишь пожала плечами. - Ренесми, а ты как думаешь? - повернулась вампирша к племяннице. Ренесми, забравшись с коленями на подоконник с улыбкой наблюдала за сборами Элис на свидание. "Бедная мама, - думала Ренесми, - ей еще долго с Элис мучиться." Да, стилист семейства Калленов ответственно подходила к каждому образу, поэтому, зачастую, услышав чье-то мнение, сначала долго его обдумывала и только потом решала: быть или не быть. - Вот в чем вопрос. - произнес Эдвард, входя в комнату. Белла слабо улыбнулась, зная, что в данный момент Эдвард ее не спасет. - Элис, Джаспер уже ждет. - с легкой усмешкой наблюдая за происходящим, произнес вампир. - Эдвард, уходи! - немого раздраженно произнесла Элис. - Ты мешаешь! - пропела Элис, повысив голос. - Да иду-иду. Едва дверь за вампиром закрылась, Элис вопросительно взглянула на племянницу. - Ну? - А, что? - рассеянно произнесла Ренесми, оторвавшись от окна. - Знаешь, Элис, если ты не можешь решить, какое платье надеть, то подбери сначала обувь. - сказала Ренесми, кидая взгляд на стройные ножки Элис, она из которой была обута в черную туфельку на длинном каблуке, а на второй был надет белый кроссовок. - Хм, возможно ты права. - задумалась Элис. - Белла, как ты думаешь... - Ааа. - отчаянно взвыла Белаа, запрокидывая голову. Ренесми шире улыбнулась и решила выйти погулять, надеясь, что тетушка и мама сами разберутся. - Ладно, вы тут одевайтесь, а я пойду погуляю. - Элис резко посмотрела на Ренесми, но сразу же отвела взгляд. Ренесми вообще впервые видела Элис такой несобранной. Это было абсолютно непривычное для нее поведение... Аляска. Вечно молодые исполинские деревья, отражающиеся в зеркале кристальной воды, будто писаные карандашом профессионального художника, острые массивы гор и никогда не тающие на них снега. Место, где время не двигается, а плывет, словно пушистые облака по бесконечному небосводу... Вот так это место описывают путеводители для туристов. И в чем-то они правы, вот только наряду с живописными пейзажами на просторах гор буянили сильные ветры и постоянные снегопады. Ренесми молча двинулась по извилистой тропке, ведущей наверх в горы. Вершины притягивали, манили, как запах крови хищника. - Ты здесь? - Ренесми обернулась на звонкий голос. Джейкоб был в паре метров от нее. - Да, привет. - улыбнулась Ренесми, обнимая себя руками. Было холодно, а белая футболка не могла согреть. - Красивое место. - произнес Джейк, подходя ближе. Они стояли на краю обрыва, с которого время от времени срывались и летели в бездну мелкие камешки. Полукруг высоких елей внезапно прерывался, открывая небольшую площадку, от силы метров пять в длину и ширину. Ренесми стояла почти вплотную к Джейкобу, на шее которого виднелись капельки пота. - Да. - вздохнула Ренесми,отворачиваясь от оборотня. - Как твои дела? - Нормально. Мне... мм, довольно комфортно, большинство вампиров не может находиться со мной в одной комнате. Меня это радует. Ренесми хмыкнула с улыбкой, опустив взгляд. - Ну, а как насчет тебя? - Джейк повернулся к Несси. - Ты наверное отвыкла от того, что кто-то знает все твои мысли. - Да, наверное. - улыбнулась Ренесми. - Впрочем, я привыкла, хотя наверное раньше мне было легче. "Мне ведь было нечего скрывать", - подумала Ренесми, вдыхая легкий морозный запах. - Ты часто стала гулять. - сказал Джейкоб. - Дома много суеты - неловким голосом сказала Ренесми. - Знаешь, когда в дом-ме много людей... ну, ты понял о чем я, даже некогда подумать, там, о своем... - О нем, например. - тихо произнес Джейкоб, теребя руки. - Что? - переспросила Ренесми. - Не прикидывайся, Несси. У тебя никогда не было от меня секретов, поэтому я могу понять, когда ты лжешь или недоговариваешь. - Джейкоб, что случилось? - повернулась Несси к своему другу детства. Другу. Раньше она испытывала к нему сильную симпатию, ее тянуло к нему, как к частице себя. Но после той злополучной поездки она не чувствовала больше притяжения. Дружескую, родственную любовь - да. Но словно какая-то ниточка, всю жизнь связывавшая их вместе, между ними оборвалась, и теперь Ренесми чувствовала какое-то опустошение, хотя Джек проводил с ней большую часть времени. - Что происходит, Джейкоб? - мягко спросила девушка. - Я не могу все тебе рассказывать. Возможно это тебя обижает, но я не хочу никого нагружать... - Ты помнишь, как в детстве, твоя семья уезжала, а ты заныла, что не хочешь бросать меня. Ренесми на секунду напряглась, от чего легкая морщинка пересекла ее лоб, но быстро расслабилась. Воспоминания детства вспоминались с большим трудом, но почти все моменты, связанные именно с Джейкобом, она помнила. - Да. - Ренесми взяла Джейка за руку. - Мне казалось, что если я тебя брошу, то я потеряю свое сердце. - Джейк сзял вторую руку девушки. - И я до сих пор не понимаю почему я чувствую это именно к тебе. - Оборотень грустно улыбнулся, отходя к зарослям дервьев. - Джейкоб? - удивленно спросила Ренесми, когда парень оперся рукой о дерево и опустил голову. Человек, посмотревший на него со стороны подумал бы, что Джейку стало плохо. - Запечатление. - Что? - Запечатление. - глухо повторил Джейкоб, закрывая глаза. - Родители решили не говорить тебе. Они думали, что все разрешится само собой. И я думал. - тихо произнес Джейкоб. Ренесми застыла после этих слов. Она не знала, что говорить, просто не знала. Она не думала, что когда-нибудь окажется в подобной ситуации. - Когда? - Ренесми проглотила ком в горле. Джейкоб не оборачивался. - В день твоего рождения. Что сказать, когда и говорить не о чем? Так и Ренесми не знала, что делать, когда судьба решила все за нее. Ренесми смотрела на мускулистую спину Джейкоба. Она хотела подбежать и обнять ее, но не могла. Несси как будто приклеилась, она не могла сдвинуться с места, потому что понимала, что ничего не изменит. Она не сможет полюбить его, как бы не хотела. - Он вампир, да? - почти шепотом произнес Джейкоб. Ренесми не сразу ему ответила. - Да. - невидимая слезинка упала на подбородок Ренесми. Несси боялась дышать, ее глаза застилала дождевая пелена. Джейкоб попытался обернуться, но он резко отвел взгляд от девушки. Подул ветер, играя волосами Ренесми, как картами. Вздохнув, Джейк резко развернулся, проведя пальцами по коре. Он поднял свои глаза на Ренесми, сжимая и разжимая кулаки. - Мы слишком разные, Ренесми. - голос Джейкоба был дрожащим и горьким. - Ты наполовину вампир. - Ренесми шумно вздохнула. Она сделала шаг, но Джейк выставил обе руки вперед. - А я оборотень. Вампир и волк не могут быть вместе. Никогда. Ренесми вздрогнула от треска дерева, которе задел Джейкоб, перевоплощаясь и убегая. За кучкой разорванной одежды виднелся проем из поломанных деревьев, через который скрылся юный оборотень. Приближалась гроза. Тучки уже заполнили небо, и первая капля упала на щеку Ренесми. Но Несси не двигалась. Ее хрупкая фигурка с опущенными плечами казалась слишком беззащитной перед нашествием грозной стихии. Дорожки слез не переставали бежать по лицу девушки. Прозвенел первый гром. Ренесми медленно побрела домой. В лесу было шумно. Капли барабанили по зеленым ветвям, скапливались на тонких иголках, заливали землю, в некоторых местах превращая ее в грязь. Говорят, вода снимает напряжение, но Ренесми не успокаивалась. Она часто дышала, ее губы дрожали, но не от холода. В душе боролись апатия и страх, предчувствие чего-то ужасного. Ренесми готова была снова отключиться, но вдруг раздался звук. Он был коротким, гулким и совершенно неподходящим в таком месте, далеким от основного мира. Это был выстрел. Ренесми подняла голову. Звук был коротким, и он раздался не близко. Равнодушие сменилось паникой и, подняв голову, Ренесми побежала. Растопыренные елистые ветви мешали передвижениям, били по лицу. Бум! Ренесми упала, ударившись лицом о землю. Но она поднялась и, не стирая грязь с лица, побежала дальше. Запах Джейкоба все приближался, приближался и вот - она были на месте. - Нееет! - закричала Ренесми, опускаясь на колени перед темно-рыжим волком. Из его груди струйками вытекала кровь, растекаясь по мокрой шерсти. Маленькая, но смертельная пуля вошла точно в сердце. На поляну выбежали Каллены и Денали, тоже услышав выстрел, но Ренесми не обращала на них внимания. - Джейкоб, Джейкоб... - повторяла Ренесми, смотря в расщиренные зрачки оборотня. Грудь волка поднялась от вздоха, из горла вырвался последний хрип. Большие глаза закатились и остановились навсегда. - Нееет! - зарыдала Ренесми, падая на грудь волка. От тела веяло теплом. ...Вдруг по птицам кто-то выстрелил И раздался крик. Что с тобой, моя любимая, Отзовись скорей... Ты прости меня, любимая, За чужое зло, Что моё крыло Счастья не спасло. Вольтерра В сумрачной тишине прозвучал легкий стук о дверь. Ответа не последовало, что было удивительно. Дверь еле держалась и с минуты на минуту могла рухнуть, но хозяина это практически не заботило. Стук повторился. Похоже гость был или сумасшедшим, или полным идиотом, но тем не менее он не страшился своей наглости. От посетителя должны были остались только щепки, вот только в ситуацию вмешался один немаловажный фактор. Дверь отворилась, и Кай буквально втащил пришедшего в комнату, выхватывая из его рук прозрачные пакеты, наполненные красной жидкостью. Не выдержав нажима острых зубов, диафанический мешок порвался. Кай, наступая правой ногой на темно-красное пятно и уже осторожнее, пытаясь себя сдерживать, открыл оставшиеся два пакета и выпил их. Его глаза не покраснели, зрачки не сузились, но безумный блеск в глазах уменьшился. - П - повелитель, вам-м принести еще? - пытаясь унять дрожь в голосе, проговорил пришедший вампир, не вставая с пола. Кай искоса на него посмотрел и усмехнулся. Другие при его виде бегут, а этот, как там его, Колин даже почти нормально говорит. "Впрочем, это не так уж и удивительно". - подумал Кай. По-моему, Колину было все равно, жить ему или умереть. Он работал на Вольтури, потому что, в далеких веках они спасли его мать. Она давно умерла, но Колин не решался покончить жизнь самоубийством. Все еще верящий во вдолбленные в него основы католицизма, и потому, считавший это грехом, вампир не желал отказываться от принципов. - Нет. - обронил Кай, подходя к стене и опираясь на нее руками. Резкий неприятный звук раздался в комнате. Внушительные и длинные вмятины от подушечек пальцев остались на камне. Краска сползла, поэтому природный материал уже ничто не могло спасти. - Зачем пришел? - враждебно спросил Кай, смотря на Колина взглядом киллера, увидевшего свою жертву. - Я принес вам отчет. - уже ровным, но очень тихим голосом произнес Колин, надавливая на плечо. Боли от вправки вывиха он не почувствовал. - Какой отчет? - взъерошивая волосы, рассеянно спросил Кай. Его взгляд был неясным и туманным. - Отчет о проведении военных действий с детьми Луны, а также... - Дети Луны? - поворачиваясь к вампиру, удивленно спросил Кай. Одно упоминание о них вызывало у него приступ ярости, но на этот раз он сдержался - Мы победили их 200 лет назад. - Не всех, правильнее сказать не всех носителей генов. Кай свел брови к переносице. - Объясни. - У каждого существа в особой мере проявляются признаки наследственности. Однако, для членов одного вида, например людей, оборотней, наследственность склонна выражаться в определенных особях больше, в других меньше. У оборотней в крови заложен определенный ген, которых практически не зависит от родственных связей, это их природа. - Кай недоверчиво хмыкнул, но перебивать не стал. - То есть, даже если у оборотня нет связей с "чистым" Дитя Луны, он все равно может им стать. - Неужели? - риторически спросил Кай, совершая медленные шаги по комнате. - У таких оборотней обычно проявляются такие черты, как ментальная сила, воля, ну и физической силы и скорости у них может быть больше, чем у сверстников. Даже если этот волк не является вожаком, то он все равно способен отделиться от стаи без ущерба себе. Такие качества могут появиться просто так, изнутри, или же под воздействием факторов окружающей среды. - И где же вы обнаружили этого уникума? - спросил Кай, разглядывая свои пальцы. - В одном северном городке, - уклончиво сказал Колин, наблюдая за правителем. - Он не представляет собой ничего особенного, так что, проблем не будет. Повисло молчание. Лишь маленькие капли дождя, разбивающиеся о стекло напоминали о том, что апокалипсис еще не наступил, и жизнь продолжается. - Что еще? - требовательно спросил Кай, от голоса которого Колин вздрогнул. - Документ, удостоверяющий, что ваш приказ о казни исполнен. - Какой казни? - странно посмотрел Кай на Колина. Обычно подобной документацией занимался Аро, или на худой конец, секретарь, но при чем здесь он? - Казни Карлайла Каллена, Эсми Каллен... - Колин перечислил всех членов этого семейства - Лиц, нарушивших закон об анонимности (переводя на язык 21 века) и и подвергающихся соответствующему нака-занию. - Колин едва не отпрянул, увидев расширенные бешеные глаза Кая. Они походили на глаза быка, увидевшего тореро с красно тряпкой. Может быть следовало послушаться главного правителя и не беспокоить Кая? Но ведь Колин всегда так делал. - Кто подписал манифест? - настала очередь Колина растеряться. - Ну.. так, вы же... - комната была пуста, поэтому весь ущерб от удара пришелся на сначала на стену, а потом и на бедного Колина. Бросив вампира на пол, Кай, наступив ему на грудь, стал стискивать шею, от которой уже частично отделилась голова. - Я. НИЧЕГО НЕ ПОДПИСЫВАЛ! И... - Кай внезапно бросил Колина и впервые за несколько месяцев вышел из комнаты, сорвав дверь с петель. "Аро... Когда-то для тебя было недопустимым убить своего лучшего, хоть и бывшего, друга. А теперь похоже тиранические черты окончательно в тебе укрепились брат. - подумал Кай, направляясь к хранилищу. Чтобы быстро успеть добежать, ему нужны были силы. - Что ж, похоже мы и вправду братья, раз вся наша семейка такая ненормальная, - усмехнулся про себя Кай, - один - маниакальный жаждущий безграничной власти, второй - кровожадный глупец, не сумевший удержать возле себя любимую женщину. А третий, - Кай невольно поморщился от мысли о Марке. Он вызывал у него и презрение, и жалость одновременно. - третий просто перестал цепляться за эту никчемную жизнь. Ну а мне надо еще за нее побороться! " Ренесми сидела в библиотеке Елеазара, укутанная клетчатым пледом. Рядом с диваном, на полу, стояли две пустые чашки с остатками какао. Вошла Элис, все еще не переодевшаяся после свидания, и сунула Ренесми в руки третью чашку. Вамирша ласково посмотрела на девушку, но ничего не сказала. Элис тихо вышла из комнаты и направилась к семье. Это был преступник. Преступник, подкупивший надзирателя и разыскивающийся уже два месяца. Вампиры передали его властям, но не остаились на составление протокола. Все были подавлены произошедшим, никто не хотел звонить Сэму и хоронить тело. Белла ушла в лес, Эдвард побежал за ней. Розали порывалась вернуться в город и сожрать убийцу. Обстановка была ужасной. Ренесми долго лежала на земле, когда сердце Джейкоба остановилось. Она кричала, вырывалась и не хотела идти в дом. Когда же родные принесли ее в комнату, единственной мыслью было:"Это из-за меня" Это из-за меня. Это из-за меня. Это из-за меня. Это из-за меня! Сейчас Ренесми понимала, что если не остановится, то впадет в отчаянную депрессию. Но ей не хотелось останавливаться. Впервые в жизни, она осознала, что значит потерять любимого человека. Даже не одного, а сразу обоих... Ренесми вспомнила, как несколько лет назад она разбила свою любимую статуэтку и сильно расплакалась. Умом она понимала, что это пустяк, но мозг не решался воспринимать информацию. Джейкоб тогда успокоил ее, а не родители. Джейкоб был с ней, когда ей было плохо. Джейкоб... У людей всю жизнь случались и будут случаться неприятности. Будь то плохие оценки, или же людское недоверие - все это не имеет последствий. Человечество должно бояться лишь одного. Смерти. Только ее невозможно исправить, все же остальное либо само возвращается, либо исчезает, не оставляя последствий. Раздался стук и деревянная дверь отворилась. - Папа. - облегченный звук вырвался из уст девушки. Эдвард переступил порог и закрыл дверь. Вампир подошел к дочери и тихо обнял ее. Ренесми прижалась к холодной груди и почувствовала, что стоны вновь вырываются из нее. Хотелось реветь и жалеть себя. - Ренесми, я знаю, что тебе тяжело. - бледная рука нежно погладила мокрые волосы девушки. - Это я сделала, - надрывающимся голосом прорыдала Ренесми, - я сделала. Я не хотела, я... я - нежные прикосновения Эдварда не успокаивали, а лишь расшатывали нервы Ренесми. В этот момент она снова хотела умереть. - Ты сделала кое-что более важное, Ренесми. - медленно проговорил вампир. Ренесми не слушала, она уткнулась носом в грудь Эдварда и тихо всхлипывала. Вампир перестал успокаивать, перестал гладить, он замер, будто окаменел. Ренесми в удивлении подняла голову, и в ее голове вспыхнула последняя фраза отца. - Что? - спросила Ренесми, чувствуя неприятное покалывание в груди. Эдвард расплылся в улыбке. Тонкие губы сузились и стали боле пухлыми, глаза изменили свой цвет на красно-алый, рыжие непослушные волосы потемнели и выпрямились. А он улыбался. Эдвард был не Эдвардом. Это был не отец Ренесми. - Кто ты? - в ужасе прошептала Ренесми. Сердце начало набирать темп. - Ты оскорбила Вольтури, а они не прощают посягательств на их семью. Губы вампира шевелились, они говорили что-то, но Ренесми уже не слушала. Возможно она просто не выдержала напряжения от событий, свалившихся на нее. Возможно была слишком слаба. Ренесми почувствовала, что обзор застилает белая пелена, в ушах звенит, и она больше не может владеть своим телом. Ренесми покачнулась и упала на кровать. Последним видением была белая тень, приближающаяся к спине неизвестного вампира. У Калленов было много вопросов. Что в комнате Ренесми делал неизвестный?.. Почему на их девочку столько всего свалилось?.. За что ее хотели убить?.. Но главное: как и зачем Кайус Вольтури появился в их доме?.. Ренесми не сразу открыла глаза. Сначала были позывы рвоты и рези в желудке. Потом они прошли, слабость и не думала уходить. Минут с десять пролежав не двигаясь Ренесми разлепила веки и увидела лица своих домочадцев. - Как самочувствие, дорогая? - заботливо поинтересовался Карлайл, убирая подальше свой докторский чемоданчик. Белла и настоящий Эдвард сидели на противоположном краю кровати и смотрели на дочь с беспокойством и изумлением. Ренесми приподнялась на локтях о огляделась. Все молчали. - Что произош... - Ренесми не договорила, охнув от резкой боли в голове. Последние воспоминания нагрянули неожиданно. Карлайл подался вперед, но Ренесми выставила вперед руку, едва не упав на спину от потери части опоры. - Ренесми, ты ничего не хочешь нам рассказать? - осторожно поинтересовалась Белла. Ренесми перевела на нее взгляд. Да, хватит лжи и лицемерия, пора прекратить вести себя, как подросток, совершивший ужасный поступок. Это ее семья, и она не имеет права обманывать тех, кто никогда не причинил бы ей вреда. Она все расскажет. Все. Но сначала, она должна увидеть его. Посидев на кровати, глубоко дыша, чтобы восстановить силы, Ренесми тихо промолвила:"я сейчас", и вышла из комнаты. Окрики родных не вызвали у нее никакой реакции. Выйдя из дома, она направилась вверх, к горам. Он не мог уйти, она чувствовала, что Кай рядом. Ренесми ощущала ментальную связь с ним, это было странно, но сейчас ей было не до размышлений. Едва не упав, она взобралась на то место, где он был убит. Снегопад прошел, большие мокрые пятна луж были повсюду. Кая стоял на краю пропасти. Он задумчиво смотрел вдаль, теребя что-то в руках. Кай медленно повернулся к ней. Ренесми остановилась. Ее взгляд несколько задержался на его истерзанных пальцах и вернулся к лицу. Оно было как всегда спокойно, но не выражало обычной надменности. Глаза смотрели нежно, а уголки губ были едва-едва приподняты. Ренесми медленно двинулась к нему. Она остановилась, когда из разделяло расстояние вытянутой руки. Ренесми подошла и осторожно прижалась к холодному, но такому близкому ей по духу вампиру. - Неприятная погода - сказал Кай, бросая маленький камешек в даль. Сидя вдвоем с Ренесми на вершине, они больше походили на влюбленных подростков. - Выражает все то, что в душе, убирая оболочку жизнерадостности. - Разве это плохо? - покачала головой Ренесми, болтая ногами. - Не знаю. - Кай пронзительно взглянул на девушку. - Ты изменилась. - Нет. - не поворачивая головы, произнесла Ренесми. - Вовсе нет. - Да. - немного печально сказал Кай. - Ты уже не та девочка, которая боялась столкнуться с тьмой этого мира. Ты повзрослела. - серьезно сказал Кай. - Душа никогда не взрослеет. Она вечно будет парить над разумом, как Питер Пэн над Нетландией. - попыталась улыбнуться Ренесми. Улыбка вышла кривой и натянутой. Спустя минуты полторы, Кай грациозно поднялся на ноги. Ветер развевал его черный плащ и теребил волосы, холодный воздух не оставлял никаких следов на его мраморном лице. - Возможно. - задумчиво произнес Кай и повернулся спиной к Несси. На ее лице появилась горькая усмешка. - И ты так просто уйдешь? - Кай промолчал. - Ты ничего не хочешь мне сказать? - Ренесми поднялась и подняла голову. - Что ты хочешь услышать? - спросил Кай. Ветер был холодным и пронизывающим до костей. Ренесми глубоко вздохнула, закрыв глаза. - Ты - нарцисс. Ты думаешь, что ты исключительный, первый после Бога. Но это не так. - Кай молчал, но Ренесми не останавливалась. Ее голос начал срываться - Ты все время ведешь себя, как... как - Ренесми начала задыхаться, глаза увлажнились. - Почему ты молчишь? - выдохнула она. Кай сверху вниз смотрел на Ренесми. - Почему ты не можешь быть нормальным, почему?! - Ренесми сорвало, ее глаза вновь стали мокрыми. - Ренесми... - Кай хотел что-то сказать, но ему помешал отчаянный крик. - ПОЧЕМУ ТЫ ТАК ПОСТУПАЕШЬ? - Я НЕ ВИНОВАТ, ЧТО ТВОЕГО ОБОРОТНЯ УБИЛИ АГЕНТЫ! - не сдержался Кай. Ренесми прокручивала в голове последние слова. "Агенты, что, что это значит?" Долго думать ей не пришлось. Несси замолчала. Она взглянула на Кая. Холодно. Равнодушно. Ренесми резко развернулась и побежала прочь. - Ренесми, стой! - Кай побежал за девушкой, но та не сбавляла темп. Высокие могучие деревья заполонили всю землю, свет звезд почти не проникал, чаща была темна и мрачна. Лишь копна развевающихся рыжих волос ловила свет от луны. Ренесми все увеличивала и увеличивала темп, но и Кай не сдавался. Ренесми уже не плакала, ей просто хотелось лечь и уснуть. Желательно на несколько лет. Кай словно кошка прыгнул вперед и поймал Ренесми за руки. Та остановилась, но не оборачивалась, а отводила взгляд больших глаз. Кай прижался к спине любимой. Ренесми слабо вырывалась, она - Несси, я люблю тебя! - Кай развернул Ренесми к себе. Девушка услышала хруст в запястье, но не обратила на него внимания. Она смотрела в глаза, полны крови и тьмы, заворжаивающе и зловещей. - Любишь? - полушепотом спросила Несси. - Тогда почему ты причиняешь мне боль? - Ренесми, я не хотел. Это... происшествие, это случайность... Ты нужна мне! - Кай обхватил белыми ладонями лицо девушки. Ренесми покачала головой. - Когда любят, не причиняют боль. Так поступают с надоедливыми игрушками. - Кай отшатнулся от Ренесми. Он развернул корпус, но тут же повернулся обратно и с размаху ударил ногой в дерево, едва не повалив. Кай заломил руки. - Что ты знаешь, что ты знаешь? - прорычал он. - Я знаю, что ужасен, уродлив, что моя сущность бесполезна этому миру! - Кай тал нарезать круги. - Меня вполне устраивала моя жизнь, моя сущность, но все покатилось в бездну, все мои думы, планы, все они переменились из-за тебя! - вампир подлетел к Ренесми вплотную, от чего та невольно поежилась. - Я пытаюсь, хочу измениться ради тебя, Ренесми! - Кай нежно погладил девушку по щеке. Он напрягся и медленно проговаривая каждое слово произнес - Но я не могу. Ренесми с болью посмотрела на вампира и сделал шаг назад. - Тогда мы не можем быть вместе. - Ренесми обняла себя руками, нервно закусывая губу. - Во всяком случае не сейчас. - девушка старалась не заплакать. В памяти надолго осталась окровавленное тело Джейкоба. А перед глазами стоял тот, кто убил его. - Ренесми, я не могу! - со злостью произнес Кай, снова ударяя по дереву и стараясь не смотреть на девушку. Ренесми опустила голову. - Значит, ты слаб. - она сильнее обняла себя, но произнесла без заминок. - И мы не созданы друг для друга. Ствол дерева не выдержал и рухнул, повалив за собой другие ели. Стон земли от навалившейся на нее массы раздался по всему лесу. - Ренесми... - Кай... Они произнесли свои имена, в одно мгновение их разделили сотни километров, каждой милей раня душу и сердце. Но я вернусь к тебе, я буду ждать тебя. Через двадцать лет. В жизни меняется не только положение солнца. Если я не изменюсь, мы расстанемся. - Эти розы прекрасны, но они не красные! - Вы можете покрасить их.