«Кто суккуба? Я суккуба?!»

Кажется, Клава начала привыкать к своей работе. Даже как-то втянулась, стала уверенной и немного властной дамой — себе на удивление. — А тебе точно есть восемнадцать? — строго прищурилась она, окинув недоверчивым взглядом нового клиента. Мало того, что ростом мал! И глазаст. Так еще и подозрительно хихикает! — Наша раса взрослеет раньше, чем люди, не волнуйся, тётя! — заверил ее парнишка. И снова хихикнул в кулачок, да так выразительно, что Клава решительно развернулась, чтобы идти прочь: пусть у нее будет невыполненный заказ, но не штраф за совращение несовершеннолетних. — Погоди! Стой, кому говорю! — заволновался коротышка. Спрыгнул с крутой ступеньки, ухватил суккубу за руки и потащил в свою берлогу. — Я тебе документ покажу, если не веришь, корова упёртая. Клава оскорбление пропустила мимо ушей. Она еще посмотрит, что у него там за документы такие! Этот прохиндей ей не понравился с первого взгляда. Не из-за роста, были у нее и мельче любовники, а этот дотягивает макушкой ей до ключиц. И не из-за телосложения: ноги короткие, колесом, туловище вытянутое, грушей. Грудь узкая, впалая, а животик «пивной». Ступни, как ласты, пятидесятого размера с лишним. Руки худые, до коленок дотягиваются, кисти крупные, пальцы длинные и проворные, как паучьи лапки. Плечи узенькие, покатые, шея тощая, тоненькая, а голова здоровая такая! Без ушей. Яйцеобразная и лысая, как коленка. Всё остальное тело, покрытое кожей нездорового серовато-голубого цвета, также было совершенно безволосое, даже ниже пупка не было дорожки, полагающейся взрослым парням. А видно Клаве было всё отлично, так как встретил он ее в одних только шортиках на босо тело, типа «семейники» на слабой резинке низко на бедрах. Лицом парнишка тоже не вышел: нос только намечен бугорком и двумя дырками, рот маленький, безгубый, зубки виднелись острые, язык черный, длинный и узкий, как хвост змеи. Зато глаза, пусть без видимых век, ресниц и бровей, просто огромные — каждый в четверть мордочки шириной! Черные совершенно, не разобрать ни зрачка, ни белка, ни радужки. Жил этот синюшный парнишка на границе городского парка в персональном фургончике со ржавой крышей, утыканной антеннами и спутниковыми тарелками. Клава не понимала, где он вообще нашел фургончик, ведь здесь во всём городке, на всей территории Академии и Школы она до сих пор не видела ни одного автомобиля и тем более автобуса, грузовика или, не дай боже, трамвая. Этот же обжил «дом на колесах», точно стащил его из американской комедии про скрывающихся от ФБР пришельцев. — И какой же ты расы, скажи, пожалуйста? — хмыкнула она, позволив втянуть себя в фургон через узкую низкую дверцу, напоминающую люк. Внутри сего скромного жилища было, как и ожидалось, тесно. Потолок низкий — Клава сразу приложилась темечком при попытке выпрямиться в полный рост, поэтому пришлось сесть в продавленное старое кресло, покрытое вытертым пледом. Развернуться вширь здесь тоже было негде — стены без окон увешаны разнокалиберными мониторами древнего образца (такие даже в Клавином мире уже считались устаревшими), вместо тумбочек и прочей мебели жужжали системные блоки, перемигиваясь диодами, разгоняя ветер дребезжащими вентиляторами. — Я из гоблинов, кхи-хих! — Ага, так я и поверю, — проворчала Клава. — Скорее ты из школьного клуба любителей радиотехники. — Ну, и это тоже, — охотно закивал своей большой головой коротышка. — Ну? Я жду удостоверение личности! — поторопила она его. «Пришелец» занял свое, по-видимому, постоянное место — вертящейся кресло на колесиках за письменным столом перед стеной мониторов с самым четким изображением. — Одну секундочку! — возвестил он. Крутанулся на стуле, красуясь, затем припал своим сплюснутым носом к допотопной клавиатуре и с пулеметной скоростью что-то набрал мелькающими паучьими пальцами. Тотчас застрекотал принтер и выплюнул листок с распечатанной анкетой. — Погоди, если ты так хорошо разбираешься в технике, то почему парни не позвали тебя настраивать компьютерный класс?! — осенило Клаву. — Ну… — протянул коротышка, отводя черные глазищи в сторону. — Они позвали бы. Но так получилось… — Тебя выгнали из клуба? — догадалась Клава. — Я сам ушел, — отрезал, надувшись. Выглядел он при этом забавно. Клава внимательно просмотрела анкету, ища упоминание о возрасте. Ее коммуникатор добросовестно и ненавязчиво накладывал поверх листка голограмму с переводом текста. — Погоди! — поймала она нестыковку. — Тут же написано, что половая и общественно-моральная зрелость в твоем случае наступает с тридцати пяти лет. А до твоего дня рождения еще полгода! Значит, ты пока еще несовершеннолетний? Ты собирался меня обмануть? Она, возмущенно потрясая перед его лицом бумажкой, резко вскочила — и тут же плюхнулась обратно, со стоном схватившись за ушибленную о низкий потолок голову. — Ой, не ту версию файла распечатал, упс, — изрек «пришелец». Выхватив у нее из рук листок, пробормотал: — Ты ничего не видела, сейчас всё поправим. — То есть как поправим?! — еще больше возмутилась Клава, однако вскакивать снова остереглась, протестующее заскрипела расшатанным креслом. — Ты чего там мутишь, а? — Ничего особенного, просто залез в базу данных Академии, — честно выдал коротышка, увлеченно нащелкивая что-то на клавиатуре. — Это незаконно! — понизила тон Клава, растерявшись. — Я же никому ничего не делаю плохого, просто поправляю закравшуюся ошибочку в собственном досье, — хихикнул прохиндей. — Да ты!.. Да я!.. — не нашлась со словами Клава. — Согласись, это ведь право каждого студента и гражданина — знать в точности, что там про тебя написала в служебной анкете директриса? — оглянулся на нее несовершеннолетний хакер. — Вдруг они про нас там гадости какое-то пишут, а? — Погоди, ты про всех там можешь прочитать? — уточнила суккуба. — Ага! — хвастливо задрал ноздри к потолку «пришелец». Он показательно щелкнул клавишей — и на мониторах высветилось досье на Клаву. Похлопав глазами, она заметила мелькнувшие пункты: вес, рост, размер одежды, предпочтения в питании… И фотография ее испуганной глупой физиономии во весь экран. Снято сразу же после ее появления в этом мире, вон и бретельки пижамной майки виднеются. — Предлагаю тебе взаимовыгодное сотрудничество! — объявил коротышка. — Я тебе информацию, а ты мне — минет. И оба останемся довольны! Как тебе? А если у тебя будет много вопросов, тогда еще дашь пощупать сиськи. Клава нахмурила брови, подпустила строгости в голос: — Какой-такой информацией ты собираешься меня купить? Сплетнями, которых в любом интернете можно нарыть терабайтами? — Чем? Это что за лопата такая странная? — не понял коротышка. Видимо, в их сети информацию рыли в каких-то других единицах веса. Или он сам страдал бессистемным образованием. Не дождавшись толкования непонятного слова, он победно ухмыльнулся и вывел на экран новое досье — на Флафа. — Вот этим! Я знаю, ты хочешь многое о нем узнать. Я прав, тётенька суккуба? Хех!.. Клава сглотнула. Сложила руки на груди. — С чего ты взял? — спросила сухо. — А с того, — торжествовал коротышка, — что у тебя в анкете написано вот это! Снова негромкий стук клавиш — и на мониторах крупная надпись: «Личные симпатии: тайно влюблена в Флавиана И.» — Что за ерунда! — возмутилась Клава до глубины души, стукнула себя кулаком по коленке. — Ничего подобного! Кто это за меня решил? Кто это такой умный нашелся?! — Сирена, конечно, — пожал узкими плечами «пришелец». — Это ее закрытые рабочие файлы, она их сама же и заполняет. — Директриса? — захлопала глазами Клава. — А ты знаешь другую русалку в Академии? Я нет. — Но с чего она решила… — Она хитрая селедка, ей виднее, — отрезал коротышка. Потребовал ответ: — Ну, так что? Сделка? Будет мне минет? Есть мне смысл править свою анкету или ты у нас идейно против малолеток? — Нет, подделка документов — это преступление, — вздохнула Клава. Коротышка пригорюнился от ее серьезного тона, поэтому она заторопилась объяснить: — Лучше скажем так: я считала, что записаться ко мне на свидание могут только половозрелые особи, поэтому даже не спросила тебя о возрасте. К тому же тебе была необходима срочная корректировка энергопотоков, правильно? — Верно-верно, тётенька суккуба! — обрадовался тот. — Мне очень надо, ну просто горю! Вскочил со стула и сдернул шорты вниз до кривых коленок. Клава с интересом поглядела на причинное место и хихикнула — свистулька, иначе не назвать. Он обиделся, сел, не подумав подтянуть штаны обратно, крутанулся к мониторам и пробурчал: — Вообще-то, так оно и есть: записаться к тебе на сеанс энерготерапии разрешается только половозрелым самцам, не имеющим зарегистрированных брачных отношений или получившим разрешение супруга. Мне пришлось попотеть с настройками аккаунта, чтобы найти лазейки в системе и легально обойти запреты. — У, намучился! — фыркнула Клава. — Так что? Нужна тебе секретная информация или нет? — повысил он тон недовольства. — Если нет, то вали отсюда, я лучше порнушку себе включу и подрочу в свое удовольствие! И он включил, паршивец! Такую порнушку, что у Клавы челюсть отвисла. — Это как?.. — выдохнула она, подавившись воздухом. — Это что за безобразие?! — Вязка оборотня и суккубы в кабинете директора, — растянул рот до отсутствующих ушей коротышка. Клава глазам своим не верила: ее акробатические упражнения без трусов засняли на скрытые камеры слежения! Черно-белое изображение, снимали из-под потолка, зато изо всех четырех углов помещения одновременно, так что неизвестные мастера видеомонтажа сляпали клип из самых сладких кадров. — Это что! — протянул коротышка, довольный ее реакцией немого остолбенения. — А еще вот такой ролик по сети бродит, еще популярнее. И паршивец включил на все экраны запись лекции о человековедении для нелюдей, где суккуба изображала наглядное пособие. Клава и не подозревала, что вела себя там настолько пошло! Вон, прогибалась, разводила руками попупопия, спереди тоже всё показала, а потом еще стояла и откровенно балдела от того, что ее щупает в разных местах длиннющая очередь студентов-монстров. И всё это опять-таки ловко нарезанное по кадрам, поданное с режиссерским шиком, да под проникновенную, отлично подобранную музыку. — Ох ты ж блин, нихрена себе, ё-моё… — пробормотала Клава на одном выдохе. — Годная порнушка! Коротышка не терял времени, принялся под столом наяривать себе кулаком, да так активно, что Клава побоялась, как бы не оторвал свистульку-то. Не зная сама, зачем она это делает, от смущения ли или уже чисто машинально по привычке, суккуба подтянула к себе его стул на колесиках, шлепнула его по рукам, так что тот отдернул кулаки, ойкнув от неожиданности — и сама взяла в рот, плотно обхватила губами его серо-синюю фитюлинку, взялась «насвистывать». — Ты это… Оуу!.. Ты не думай, — пыхтел «пришелец», дергаясь на стуле, словно наехал на голый электрический провод. — Я всё равно все эти ролики выловить в сети не смогу. Не надейся! Уу-ы!.. Щас кончу-у!.. Клава глотать семя побрезговала, больно ее цвет кожи смущал — мало ли какого вкуса окажется сперма. Довела дело до конца рукой. Впрочем, клиент остался всё равно доволен: буквально растекся на стуле, обвиснув всеми конечностями, запрокинув голову к потолку и прикрыв глаза. Правда, блаженствовал так меньше пары секунд, Клава даже не успела собраться с мыслями. — Кайф-фф!.. — объявил коротышка, встряхнулся всем телом. И, ухватившись за край рабочего стола, притянул себя обратно к клавиатуре, застучал команды. Еще пара секунд растерянности — и Клава непонятливо заморгала на мелкоячеистую сетку фотографий с девичьими лицами, смотрящими в объектив строго, смущенно, спокойно или кокетливо. — Кто это? — уточнила Клава. — Все клиентки инкуба Флавиана за прошедший год, — пояснил коротышка. Щелкнул клавишей, и некоторые из портретов подсветились, в то время как большинство ушло в тень. — А это те, с кем он имел сексуальный контакт. — Примерно каждая девятая, — прикинула Клава. И вспомнила, как брыкался пони-кентавр под нею: «Только каждая девятая после третьего свидания приглашает зайти к себе домой на чашку чая!» — Ну да, примерно, — кивнул «пришелец». — Девки ведь не то что парни, всё выбирают себе хахаля получше, всё присматриваются, всё кобенятся. Нашему брату что надо для счастья? — Минет и сиськи пощупать, — фыркнула Клава. — Вот-вот! — закивал коротышка. — А этим фифам надо кафешки, цветуёчки и обнимашки! А даст ли хоть разок вообще в конце концов, хрен разберешься! Тьфу! С одной стороны суккубе было неприятно смотреть на эти лица, которые прежде были для нее лишь теоретическими соперницами, а теперь приобрели реальные черты немалого гарема. С другой стороны, она ощутила явное облегчение от того, что Флаф с большинством из этих девиц лишь играет в хоста, эдакого кавалера для приятного времяпрепровождения и болтовни по душам. А с третьей стороны — обидно! Ей-то приходится с каждым желающим заниматься сексом, зачастую без всякой романтики, без предварительных свиданий, флирта и долгих разговоров. Грусть-печаль — доля суккубья! — И зачем ты мне это показываешь? — уточнила Клава. Теперь голова работала ясно, выгода от сотрудничества с коротышкой представлялась очевидной. И суккуба демонстративно расстегнула верхние пуговки на воротнике блузки. — Ну, я подумал, вдруг тебе интересно будет, — сглотнул голодную слюну «пришелец», пожирая черными глазищами-фарами шею в воротнике. — Хм… — протянула Клава. Провокационно развела колени пошире, а так как сидела она на продавленном кресле низко, то под натянувшимся подолом юбки можно было бы увидеть трусики, если, конечно, сесть на пол и посветить фонариком. Коротышка не догадался, как надо правильно подсматривать. Он, не слезая со стула, стал просто шею выворачивать, что при огромных размерах и значительной тяжести его яйцеобразной головы было опасно минимум вывихом, максимум сломанным позвоночником. — А что еще ты можешь мне показать? — вкрадчиво спросила Клава. Не выдержав такого зрелища, схватила его за подбородок и заставила выпрямить шею. — Ой! — недовольно сказал он, хрустнув вставшими на место позвонками. Оказалось, рассказать ей и показать доморощенный хакер мог многое благодаря безнаказанному лазанью по закрытым секторам сети Академии. Для начала они проверили личное дело Флавиана. И пусть коротышка глумливо хихикал, Клава вычитывала досье с напряженным интересом вовсе не из-за тайных симпатий, приписанных ей русалкой. Инкуб оказался совсем не так прост, как хотел казаться! Собственно, согласно анкете, на роль инкуба он подходил на натянутые шестьдесят три процента, тогда как Клава идеально вписывалась в образ на все девяносто пять. Учился он отлично, в срок получал зачеты и успешно сдавал экзамены, при этом появлялся на лекциях и практических занятиях крайне редко. Так что его присутствие на той самой лекции по чернокнижию, где всем классом умудрились призвать Клаву — это было исключение из его правил, большая редкость. Графы анкеты о его родном мире, о семье и родителях, о хобби, предпочтениях и планах на будущее сияли пустотой. — Когда он только появился в Академии посреди учебного года, — принялся взахлеб рассказывать коротышка, — он был отщепенцем похуже меня! Откуда он, с каким даром магии — ни слова из него нельзя было вытащить. Никогда бы не подумал, что это серый заурядный тип станет инкубом! Клава фыркнула в кулачок: уж кто бы говорил о серости. А потом Флафа приветила Сирена, и парня как подменили. По словам возмущенного коротышки, за невзрачным инкубом принялись увиваться все девчонки в Академии и даже некоторые преподавательницы и парни. — Почему? Почему он? Он же никакой! Да таких на твоей Земле пачки! Вагоны! Цистерны! — раздухорился «пришелец» от праведной зависти. Пришлось Клаве, чтобы не отвлекался, расстегнуть еще пару пуговок. Коротышка заткнулся, посверлил ее бюст чернющими немигающими глазами и вернулся к делу. Со временем Флавиан освоился в Академии, завел постоянных клиенток, клуб поклонниц, научился правильно себя подавать и корректно реагировать на внимание окружающих. Спустя полгода его было не узнать даже на фотографиях — превратился из провинциала в принца! Он обзавелся друзьями, такими же одиночками, как он: Вильгельм — слишком светлый для детей ночи, Эдди — слишком тихий для табуна кентавров, Василий — сладкоежка, на самом деле не переносящий алкоголь. Не имея терпения усидеть на месте, Клава поднялась с кресла, подошла к столу и встала рядом с его стулом. Руки так и чесались отобрать клавиатуру и самой пуститься в серфинг по ссылкам, однако, к сожалению, она понимала, что ничего в этом не понимает, без специалиста ей никак не обойтись. — А что за тайна с прошлогодними исчезновениями девушек? — спросила она. — Есть в сети об этом информация? Можешь поискать? — Да что искать! Он раздосадовано махнул рукой и словно ненароком задел ее бюст. Клава усмехнулась, поймала его длиннопалую ладонь и положила себе на грудь, для воодушевления. «Пришелец» сглотнул. И впрямь воодушевился — затараторил еще быстрее, так что иногда понять было сложно из-за проглоченных слов. Действительно, в прошлом году произошел странный случай. Эдди ей не наврал, рассказав о пропавших на неделю студентках и преподавательницах. И если прогул студенток можно было бы объяснить дружным побегом на самовольные каникулы, то учительницам такое легкомысленное поведение было, мягко говоря, несвойственно, ведь грозило бы не просто плохой оценкой, а выговором от директора или даже увольнением. Взрослые люди вообще редко без предупреждения срываются с места и бросают работу, не подписав отгул или больничный и тем более не купив проездной билет хотя бы в одну сторону. И тем не менее ни единого документа в сети по вышеозначенным «пропаданкам» не было. Кроме одной: у мисс Пумы на этот период значилась командировка на тему «Практика новых способов поднятия големов и вселения души». Рядом пометка: «Эксперимент успехом не увенчался, технология требует доработки и замены энергетического источника». — Погоди! — поморщилась Клава от пришедшей на ум мысли. — Если все пропавшие были клиентками Флафа, то неужели и Пума?.. — Нет-нет! — захихикал коротышка. — Ничего у них не было, кроме приятельских отношений. Я сам об этом подумал и какое-то время следил за ними по камерам безопасности. Знаешь, сколько таких скрытых камер по всему городу? Никто ничего не утаит от ока администрации! Ну, и моего заодно. — Да, — недоверчиво хмыкнула Клава, — никто и ничего. Кроме того, кто устроил «новую волну» исчезновений. — А, это да, это есть такое, — вынужденно согласился хакер. — А можно я тебя за попу потрогаю? — Одной рукой! Одна рука на клаве, вторая на Клаве! — Чего? — не понял каламбура «пришелец», ибо на его родном языке клавиатура называлась иначе. Клава не стала терять время на объяснения шутки. Пока коротышка жамкал ее одной рукой то за попу через юбку, то стеснительно лапал за грудь через блузку и лифчик, свободной рукой он продолжал тарабанить по клавишам, ничуть не потеряв в скорости. По просьбе Клавы он снова залез в засекреченный сектор сети Академии и проверил личные дела всех ее знакомых и любовников. Как она и предполагала, в анкете на крылатого Михаэля значилось, что парень погиб при несчастном случае, а тело «передано специалисту для восстановления жизненных функций». И рядом пометка: «Восстановление проведено успешно, память объекта и личностные качества сохранены в полной мере». Подписано мисс Пумой. Клава вздохнула с облегчением: хотя бы в этом Сирена ее не обманула. Однако больше пометок не было — ни о том, куда отправили парня, ни о том, где он проходит реабилитацию после восстановления. Словно умер, воскрес и испарился без следа. Не лучше обстояло дело с остальными: Вильгельм прошел контроль личного транспорта на въезде-выезде с территории Академии задним числом. То есть сперва уехал, а потом как бы вернулся и махнул коммуникатором перед считывающим устройством магического шлагбаума. Василий удрал на внезапные каникулы, схлопотал двойку на пропущенном экзамене — и лишь после этого подал заявление на академический отпуск по семейным обстоятельствам. Заверено заявление было самой директрисой и подано, кстати, с ее персонального адреса. Вольф, незабываемый волк-оборотень, внезапно подал в отставку и переехал, не оставив нового адреса. Клава еще могла поверить, что два ее эльфа, «два веселых гуся», сразу же после их тройного свидания вчерашним же вечером собрали вещи и улетели в свадебное путешествие. Но что и Эдди быстро подхватился и через пункт телепортации отправился в гости к родителям посреди учебного года, не дождавшись хотя бы выходных — это она отказывалась понять. Тем более запись об отправке зарегистрирована на полдня позже, чем якобы была произведена. Персонал такой забывчивый попался? Что-то крайне сомнительно. Наг, специалист по гипнозу, вообще умудрился нынешним утром сесть на поезд за полчаса до открытия вокзала. Втройне подозрительно выглядел спешный отъезд клуба боевых искусств во главе с тренером-гномом. Во-первых, по словам всезнающего коротышки, никогда раньше они не выезжали на соревнования полным составом, брали только лучших ребят, которые имели шанс выиграть у соперников. А тут даже первогодок захватили с собой — не иначе как в группу поддержки, чтобы болели за своих на трибуне. — Я искал этот студенческий чемпионат, на который они сорвались, — продолжал хакер, — прикинь, так и не нашел! Во всей всемирной паутине, во всей вселенной никто не слышал ни про такие игры, ни про универ, их организовавший. Такое впечатление, что они в черную дыру рванули. Кстати, вот в черной дыре им спортивная форма точно не понадобится, видимо поэтому они все шмотки отправили оптом в прачечную и забрать обещали завтра перед тренировкой, которую забыли отменить. Вот копия квитанции, смотри. Клава кивнула. Уж что, а испачкать спортивную форму спермой она им помогала сама. Выходило, что пропадали именно те, кто имел дело с Клавой. Все подряд, кроме Флавиана. А информация, объясняющая их исчезновение, вносилась задним числом в сеть с адреса директрисы. Клава мысленно сделала себе пометку выяснить, есть ли у Сирены помощник или секретарь. Может быть, у русалки завелся тайный недоброжелатель, который действует за ее спиной и хочет сместить с директорского кресла? Но если так, то почему выбрали связь с Клавой в качестве повода для отбора жертв? Суккубе оставалось только надеяться, что все эти исчезновения, как и в прошлом году, не принесут похищенным серьезного вреда. Но всё это выглядело крайне неприятно и очень ее расстроило. Складывалось четкое ощущение, что ею пользуются, как разменной фигурой в непонятной игре. И до сих пор даже не соизволили поставить в известность, ради чего это всё проворачивают за ее спиной! От всех этих открытий на сердце стало погано. Лучше бы ей в лицо наговорили гадостей, чем так втихую ею играть, как вещью, подкидывая из постели в постель к заранее выбранным парням. В подтверждение ее мыслей коротышка хакер продемонстрировал метки, оставленные на заявках в списке на прием к суккубе: первые несколько кандидатур подтверждены Флавианом, остальные, кроме самого хакера, подтвердила Сирена. — Не боишься теперь, что тоже пропадешь? — невесело улыбнулась Клава «пришельцу». — Поучаствовать в тайном всеакадемическом заговоре? — радостно переиначил тот. — Да я только «за» обеими руками! И членом, хе! Голосующий член Клава оценила по достоинству, вознаградила дополнительным минетом. Всё же полноценно соблазнять парня она опасалась, впрочем, он и не просился в ее лоно, ему с лихвой хватало того, что она соглашалась ему дать. Пока суккуба старалась под столом, вдохновленный коротышка по ее просьбе сопоставил предположительные даты исчезновения каждого пропавшего с видеозаписями с камер наблюдения на центральной площади. Камер этих там было развешано немало, так что обоим пришлось хорошенько потрудиться. К сожалению, тщательная сверка видеоархивов не принесла желанных ответов, напротив, подкинула новые вопросы. В ночь, когда с башни свалился Михаэль, камеры регистрировали безмятежное спокойствие пустынной площади. Никто подозрительный — да и сам ангел! — возле башни не показывался. Словно он и не прыгал на копья ограды. — Погоди, а как же замеченные свидетелями метания стрелок на башенных часах? — вспомнила Клава. Они прокрутили записи еще раз — тишь да гладь. Стрелки на всех четырех циферблатах вели себя чинно и вперед-назад не прыгали. Клава попросила показать следующий день, когда она и Пума опрашивали местных жителей и хозяек тамошних магазинчиков. Камеры послушно продемонстрировали искомое. — Ой, какая я всё-таки толстожопая, — вслух подумала Клава, поглощенная просмотром. И тут ее осенило: — Ну-ка, что это там, в витрине той лавочки? Вдвоем с хакером они сверили две записи, от ночи и от следующего полудня. Нестыковки действительно нашлись, Клаве не примерещилось: витрины большинства лавочек были оформлены иначе, чем днем. Они отмотали на предыдущий вечер — то же самое, что и в полдень. А ночью почему-то иначе, словно все хозяйки дружно маялись бессонницей и зачем-то переставляли товары и аксессуары эдак, а потом по-старому. — Неа, это ночью всё стояло по-старому, — понял коротышка. — Это записи двухлетней давности! Вот только два года назад камеры на площади были установлены другого типа, и записи невозможно просто незаметно подменить. Он для сравнения показал Клаве архивное видео с тем же числом и временем, но сделанное два года назад. В самом деле, картинка была куда хуже, редактируй до посинения, а такую хорошую, как на новых камерах не получишь. — Как будто там не видео заменили, а саму площадь выдернули на час из прошлого! — воскликнула в досаде Клава. — Мы же в Академии магии, здесь всё возможно, — пожал узкими плечами коротышка, заставив суккубу задуматься. — Из-за сдвига времени и прыгали стрелки башенных часов? — не поверила она собственной догадке. — Когда прыгали стрелки, кое-кто замечал на площади фигуру, смазанную, как на плохом снимке, — поддакнул хакер. — Поэтому и смазанную, что одна нога здесь, а вторая два года назад, — вздохнула Клава. — Может, и не было никаких похищений? Может, это такая местная магическая аномалия? А все пропавшие просто переброшены на неделю вперед в будущее. — А кто ж знает, — снова поддакнул коротышка, увлеченно лапая ее бюст наконец-то обеими руками. — Молодец! Тебе надо на полицейского следователя учиться. Хочешь расстегнуть мне лифчик? — Еще спрашиваешь! А трусики снимешь? — Разумеется! Только после твоего совершеннолетия. — Ы-ых…