Повелитель кошмаров

Капли срывались с потолка, отсчитывая уходящие минуты. Как давно меня оставили одного? В пещерах ощущение времени размывается, час может показаться днем, а день – часом. Равномерный звук вгонял в транс, сознание заволакивало сонной пеленой. Странно, но страх так и не пришел. Даже когда к шелесту капели присоединился тихий скрежет, наводящий на мысли о гигантской змее, неспешно вползающей в пещеру и задевающей чешуей влажный камень. Я тоже знал множество легенд, не зря же провел юность в обнимку с книгами. И потому догадывался, кто откликнулся на призывы моих бывших товарищей. Вот только, если верить тем же легендам, человеческие жертвы его не интересуют. Скрежет стал громче, словно змея обвивала алтарь кольцами. Рассеченного запястья коснулось что-то влажное и прохладное, пульсирующая боль утихла. Я не мог повернуть голову, тело снова сковало оцепенение вместе с легкой подавленностью как у человека, оказавшегося в тени огромной горы или посреди океана. «Ты не боиш-шся, это хорош-шо, - свистящий шепот прозвучал прямо в голове, минуя уши. – Потерпи, дитя». Веревки исчезли, я приподнялся, содрогаясь в ознобе, и натолкнулся на высверк двух желтых глаз, размером с блюдце каждый. Пещеру заполнял густой мрак, куда темнее обычной темноты подземелья, и в нем угадывались извивы исполинского змеиного тела. Алтарь казался островком, обвиваемым Мировым Змеем, как на рисунках древних людей, размеры существа внушали трепет и благоговение. «Ты знаеш-шь, кто я?» Змея покачивалась, чуть прикрыв глаза, на расстоянии вытянутой руки. Я сглотнул комок в горле и кивнул. - Наг Санния, Повелитель змеиных кошмаров. Громкое шипение заставило шарахнуться, потом понял, что змей… смеется. «Не бойс-с-ся, я не ем людей» Ага, не ест. Только отнимает разум, насылая кошмарные сны и видения. «Лиш-шь на глупцов, лезущих, куда не звали» Интересно, он и мысли мои читает или я, забывшись, спросил вслух? «Ты выразительно думаеш-шь, дитя. Такой открытый. Поговори с-с-со мной» Поговорить? Да без проблем, мне не сложно. Мозг решил не зацикливаться на том, к беседе приглашает одно из древнейших темных существ. Змей, между тем, перетек на алтарную плиту, заключая меня в некрепкие кольца, волос коснулось неожиданно теплое дыхание. Я заставил себя сидеть спокойно – вреда мне причинять не собирались, по крайней мере, пока. «Аш-ш, - мысленное шипение отдавало злостью. – За тысячи лет люди не поумнели. Принос-с-с-ить мне жертву, да ещ-ще и моего потомка». От последней фразы я впал в ступор, происходящее потом уже не смогло шокировать сильнее. Черные кольца развернулись, по ним пробежали багровые сполохи, спустя мгновение над алтарем возвышался смуглый темноволосый мужчина. - В этой форме нам будет прош-ще общаться, - глубокий низкий голос завораживал не хуже змеиного шипения. Я вновь кивнул, скользя взглядом по мощной фигуре с широким разворотом плеч и тонкой талией, перехваченной тяжелым поясом из наборных золотых пластин. Ног у мужчины не было – человеческий торс ниже пояса плавно перетекал в антрацитовый змеиный хвост. Повелитель кошмаров и в этом облике внушал трепет, будучи явно крупнее любого человека, при виде желтых глаз невольно вспоминались василиски, убивающие взглядом. На один безумный миг показалось, что мы и впрямь родственники. Не как близкая родня, скорее, как представители одной генетической линии. Форма носа, линия скул, полные губы, разрез глаз. Я был словно ухудшенной копией, бледным отражением темного нага. - Назови с-с-свое имя, дитя. - Александр. Саша, - выдавил, отводя взгляд. Долго смотреть на Повелителя кошмаров было тяжело физически. - Сиш-шар, - наг слегка склонил голову. – Приветствую тебя в моем доме, потерянный. Мне внезапно захотелось продолжить беседу, память древнего змея, должно быть, хранила больше знаний, чем тысячи книг вместе взятых. Когда еще представится возможность поговорить с богом? Однако организм некстати вспомнил о длительной неподвижности и кровопотере, сознание начало медленно уплывать. Ощущение сильных рук, сжимающих очень бережно, движение, слишком плавное для человеческого шага запомнилось урывками. Я проваливался в свечение янтарных глаз с вертикальными зрачками, не в силах сопротивляться. - С-с-спи, дитя. Следующее пробуждение было и лучше, и хуже предыдущего – как посмотреть. Ломило и ныло все, что только могло, под веками жгло, в предплечье токала пульсирующая боль. Однако спиной ощущал мягкую постель вместо холодного камня алтарной плиты, по лицу скользили солнечные лучи, пахло пряными травами. С трудом разлепив веки и сев, оглядел нынешнее место пребывания. Экспедиция в горы, пещера и темный наг казались сном, но комната с необычным убранством и ее хозяин подтверждали реальность произошедшего. - Не спеши вставать. Сначала выпей, - к губам поднесли глиняную пиалу, в рот полилась прохладная вода. Зрение прояснилось, неприятные ощущения ушли. - Спасибо, - я попытался изобразить вежливый поклон. - Не за ш-што, Сиш-шар. Все-таки не приснилось. Меня действительно хотели принести в жертву, и теперь я не то гость, не то пленник Саннии Повелителя кошмаров. - Гос-с-сть, - ответил на невысказанную мысль черный наг. – Пока гос-с-сть. - А потом? Отпустишь меня? Санния свернул хвост кольцами, усаживаясь совершенно по-человечески, желтые глаза насмешливо щурились. - С-с-скажи, Сиш-шар, тебе было хорош-шо в мире людей? Интересный вопрос. Перед глазами промелькнули картины прошлого. Приют, учеба в институте, редкие экспедиции, пыльный архив краеведческого музея. Воспоминания расплывались туманной дымкой, не вызывая никакого эмоционального отклика. - Мне было ни хорошо, ни плохо, - ответил честно. – Никак. Наг удовлетворенно кивнул, словно ожидал такого ответа. - Ты с-спал, твоя ис-стинная кровь спала. И в этом сне пребывал бы до смерти, не попади ко мне. Я могу ее пробудить. «Бойтесь данайцев, дары приносящих». После щедрого предложения, обернувшегося алтарем в пещере, эту истину я усвоил. - Позволь спросить. Зачем я тебе? Самое безобидное – древнему божеству просто скучно в одиночестве, поскольку местные сюда не суются. Другие варианты обдумывать как-то не тянуло, учитывая, кем является мой собеседник. - В прош-шлом мы брали учеников из рода людей, - Саннию мои раздумья не смутили и не рассердили. – Ты – хороший материал для обучения, Сиш-шар. Жаден до знаний, но не стремиш-шься к власти. С-с-считай это моей прихотью. - А чему я смогу научиться? – любопытство сгубило не только кошку, но и множество ученых, однако мне стало безумно интересно. - Слыш-шать землю и воду, видеть незримое для людей. Подчинять взглядом и голос-сом. Исцелять и отнимать жизнь по с-с-своему желанию. Янтарные глаза пытливо вглядывались в мое лицо, отслеживая реакцию на сказанное. Я поежился от озвученной перспективы – не верить Саннии оснований не было. - Первая часть мне нравится больше. Слышать землю, наверное, здорово, она столько может рассказать. В получеловеческом обличье смех нага звучал приятнее. - Так я и думал, - Повелитель кошмаров показал в улыбке острые тонкие клыки. – Ты потомок водных, они вс-с-сегда отличалс-с-сь миролюбием. Подумай над моими словами, Сиш-шар, я не тороплю. Санния поднялся, возвышаясь над низким ложем. - А сейчас-с с-спи, дитя. Твое тело ослабло от яда, ему нуш-шен отдых. Короткая беседа и вправду отняла неожиданно много сил, голова начала кружиться. Стоило улечься, меня укрыли тонким одеялом, по волосам легкой лаской прошлась жесткая ладонь. - Ты теплый… - на грани сна не осталось места страху, а этот вопрос меня заинтересовал сразу. Змеи же, по-идее, холоднокровные. - Я рожден подземным пламенем, - прозвучало издалека. – Засыпай. Ты все узнеш-шь, когда придет время.

***

Повелитель змеиных кошмаров несколько минут всматривался в лицо безмятежно спящего человека, любуясь игрой света на коротких черных ресницах, на бледных щеках, к которым не спешил возвращаться здоровый румянец. Времени у него достаточно. Сейчас мальчик спит, и во сне его человеческая природа понемногу стирается, уступая место истинной сущности. Раскрытая ладонь скользнула по груди, поднимающейся ровным дыханием… Он будет прекрасен, когда пробуждение завершится. Алым или лазурным. Все же, скорее, алым – похожим на закат солнца, отраженный в горном озере… С губ нага сорвалось раздраженное шипение. Глупые людишки! Они едва не погубили дитя его рода, возможно, последнее в этом мире. Большая доза сонного яда свела бы его в могилу, не подоспей он вовремя. Санния поправил одеяло, укрывая спящего до подбородка, и выполз из пещеры, дающей ему приют многие сотни лет. Закрыл глаза, перетекая в змеиную форму. Пожалуй, убивать он не будет – глупцы, взыскующие даровой мудрости и богатств, все же привели к нему Сишшара. Да, возможность покинуть гору живыми станет им достаточной наградой. Королевская кобра тридцати локтей длиной бесшумно исчезла в высокой траве. Он не станет проливать кровь, но урок они запомнят на всю свою короткую жизнь.

***

Проснулся я от урчания собственного желудка. Есть хотелось жутко, будто неделю проспал. Дивный запах чего-то съедобного, ставший причиной пробуждения, исходил от нескольких плошек, расставленных на низком столике посреди комнаты. Я сполз с лежанки, оглядываясь. Хозяина нигде не наблюдалось. Я рассудил, что он не обидится, если его будущий ученик немного перекусит. Наверное, я вел себя как безумец. Какой должна быть нормальная реакция человека 21го века, которого пригласил в гости и предложил обучать древний бог, полузмей-получеловек? Уж точно не любопытство пополам с нетерпением. Подцепив кусочек мяса двузубой вилкой, вгрызся в сочную мякоть. Обычно я равнодушен к кулинарным изыскам, ем потому, что нужно для жизни, а сейчас наслаждался кисловато-пряным вкусом, еле удерживаясь, что бы не вылизать подливу. Подавив недостойное желание, запил завтрак пахнущим мятой напитком из высокогорлого кувшина, разглядывая комнату. Судя по каменному потолку, жилищем Саннии тоже служила пещера, сообщающаяся с поверхностью. Обстановка отличалась простотой – помимо кровати, которую я занимал, наличествовало еще что-то вроде лежанки из нескольких больших войлочных подушек и стенной шкаф с полками разной высоты. Вход в пещеру прикрывал плотный полог, из-за чего в помещении царил полумрак. Заслышав знакомый шелест отставил кувшин и повернулся. Полог откинулся, пропуская поток солнечного света. - Уш-ше поел, Сишшар? Хорош-шо, - Санния вполз в пещеру и расположился за столом напротив меня. - Благодарю за угощение, - я почтительно склонил голову и вдруг спохватился. – Извини, я все съел. Наг улыбнулся. Улыбка выглядела бы доброй, если бы не чуть загнутые змеиные клыки. Все же забывать о происхождении моего предполагаемого наставника не стоит, во избежание, так сказать. - Дай мне руку, Сишшар. Левую. Санния смотал полоску полотна, закрывающую порез, провел пальцем по тонкой полоске шрама. Ничего себе! Я боялся, рука вообще не будет нормально двигаться – резали как попало, не жалея. - Хорош-шо, - повторил наг. – Думаю, сил у тебя достаточно. - Для чего? - Ос-с-смотреть место, где тебе предстоит жить. Если согласиш-шся остаться. Несколько поспешное последнее замечание навело на определенные размышления. Похоже, отпускать меня не собираются. Ну и ладно. Другой бы возмутился, а мне что-то не хочется. Что меня ждет в родном городе? Холодная комната в коммунальной квартире? Пыльный архив и вечные попытки свести концы с концами? Жизнь без смысла и цели, похожая на тусклый сон без пробуждения? Остаться с Саннией, значит заключить пожизненный контракт – темные боги своего не отдадут. Но здесь тихо и спокойно, Повелитель кошмаров – существо вполне разумное и незлобное, еще и обещал научить многим интересным вещам. Терять все равно нечего, у меня и так ничего не было. Пещера выходила в маленькую долину, окруженную горными пиками. Поросшие лесом склоны, маленькое озерцо в центре, больше похожее на запруженный ручей, голоса птиц, перекликающихся в кронах деревьев – все это создавало впечатление уединенности. Другой мир. Мир, не знающий человека, пропитанный солнечным светом и удивительно живой, никак не стыкующийся в сознании с чем-то темным и мрачным. Отразившееся на моем лице недоумение не ускользнуло от моего провожатого. - Что тебя удивляет, Сишшар? - Так светло. Я думал, ты темный бог и не любишь дневной свет. Черного нага моя наивность, похоже, забавляла. - Дитя, все наги – плоть от плоти земли. Мы любим солнце и воду, они необходимы для жизни и дают нам силу. Черная чешуя – лишь знак моего предназначения. Показалось, после этих слов Санния опечалился, в голосе отчетливо звучала горечь. А еще он заговорил иначе, шипящие звуки почти исчезли из речи. Так, нужно срочно прояснить некоторые моменты, дабы не попадать впросак в будущем. - Санния, можешь рассказать мне о нагах и об этом месте. Все, что мне дозволенно знать. Черный наг степенно кивнул, поманив к прогретому солнцем камню неподалеку от пещеры. Устроившись на выглаженной поверхности и подождав, пока я усядусь рядом на траве, спросил: - Что тебе известно о нагах, Сишшар? Я нахмурился, вспоминая все упоминания в мифах и легендах об этой загадочной расе. В Индии нагов почитали наравне с верховными божествами, считая мудрыми и величественными существами, владеющими магией и повелевающими стихиями. Похожие предания существовали у китайцев, египтян, даже в славянских сказаниях упоминались змеелюди, проигравшие битву со светлыми богами. Иногда нагов называли прародителями людей, один из героев «Махабхараты» женился на девушке-нагине и у них были дети. О моем же новом знакомом сведения были весьма противоречивые – его отожествляли с лунным циклом, темной магией и кошмарными снами. Все это я пересказал поощрительно улыбающемуся Саннии. - Людская память сохранила немало, учитывая, что мы ушли из этого мира много тысяч лет назад, - наг задумчиво шевельнул кончиком хвоста. – В целом ты правильно все сказал. Ответил на вопрос, почему я назвал тебя своим потомком? - Да, - я смутился невесть чего. – Вы брали жен и мужей среди людей, и дети рождались людьми по облику, но с силами и знаниями нагов, которые могли проявиться даже спустя десятки поколений. Понятно, почему люди меня недолюбливали. Чуяли чужеродность на уровне инстинктов. Повезло еще, что без хвоста родился. О хвосте, задумавшись, сказал вслух, повеселив Саннию. - Ты не мог родиться с хвостом, Сишшар. Слишком слабая кровь, размытая поколениями людей. Кроме того, ты последний, - черный наг покачал головой, прикрывая глаза. – Твой род на тебе угаснет, и твоя мать об этом знала. - Мама? Она знала? – в горле внезапно пересохло. – Потому отец от нас отказался? Странное дело, прежде об отце даже не задумывался, нет и нет, а теперь так обидно стало. - Нет, дитя, - Санния стек со своего каменного ложа, обвивая меня кольцами хвоста и обнимая руками. – У тебя не было отца. Когда нагиня остается совсем одна и чувствует приближение смерти, она способна зачать без мужчины. Твоя родительница прожила очень долгую для человека жизнь и боялась разоблачения. Она хранила тебя, сколько могла, не суди ее строго. Я помотал головой, смаргивая выступившие слезы. - Санния, а сколько всего вас осталось? Золотые глаза подернулись пеленой, я понял, какой будет ответ прежде, чем он прозвучал. - Я последний из своего рода, Сишшар. Все мои сестры и братья ушли в камень, а потомки мертвы. Твое появление – удача, о которой я не смел даже просить богов. Потому я не могу отпустить тебя, дитя. Жизнь – мое наказание, и ты разделишь его со мной. В объятьях нага было тепло. Слова Повелителя кошмаров вызывали острое чувство грусти, даже захотелось заплакать. С души будто сдернули серое покрывало, обнажая множество противоречивых эмоций. Я никогда не отличался особой эмоциональностью, а тут прямо прорвало. - Ты пробуждаешься, Сишшар, - свистящий шепот над ухом успокаивал, навевая сон. – Скоро ты полностью проснешься и станешь Хранителем вместе со мной. Сил осталось только кивнуть, засыпая в извивах черных колец.