Мой

      Уже следующим вечером, одетый в безукоризненный костюм, гладко выбритый и подстриженный Шерлок Холмс, входил в двери небольшого ресторанчика в центре города. О том, что его состояние все еще оставляет желать лучшего, напоминала только неестественно-прямая осанка — раны на спине не позволяли двигаться свободно и раскованно, напоминая о себе саднящей болью всякий раз, стоило неловко повернуться. Перебинтованные ребра тоже добавляли движениям некоторой скованности.       Но ждать дольше Шерлок не мог. На самом деле, он едва вытерпел до вечера.       Джон. Джон Ватсон.       Добрый доктор, не раз заботливо врачевавший его раны.       Отважный солдат, плечом к плечу с ним воюющий на улицах мирного, в общем-то, Лондона.       Преданный друг, заботящийся не только о его телесных нуждах, но и о душе — о том, в существование чего Шерлок и вовсе не верил.       Нежный любовник.       Об их новом статусе не знал никто, даже Майкрофт. Отчасти из-за того, что Шерлок был единственным, кто мог бы обмануть старшего брата, отчасти — оттого, что к моменту прыжка их отношения едва-едва вышли за рамки «лучшие друзья». Не то что бы Шерлок думал скрывать свои чувства к Джону, будь его воля — он объявил бы об этом каждому жителю этого чертова города — просто оттого, чтобы окончательно убедить всех и каждого — Джон его. Его и только его.       Мой доктор. Мой боец. Мой Джон.       Мой.       Только эти слова, произносимые как мантра, как молитва, не позволили Шерлоку окончательно свихнуться в этой самоубийственной миссии. К дьяволу Майкрофта и его интриги, Шерлок согласился на все только оттого, что Джону угрожала реальная опасность. И он смог ее преодолеть, чуть ли не зубами выгрызая свободу. Свободу для них обоих.       Он знал, что просто не будет. В памяти навечно отпечаталась маленькая светловолосая фигурка внизу на мостовой, отчаянно убеждающая его не прыгать. Страшный крик, ледяные пальцы на запястье, мольбы о чуде посреди тихого лондонского кладбища. Джон пережил слишком большой удар, чтобы так просто простить и забыть все, что ему пришлось пережить. Но Шерлок никогда не страшился трудных задач. Он готов был всю оставшуюся жизнь посвятить проблеме возвращения их былых отношений и заглаживанию своей вины, вот только не учел того, что в жизни Джона может появиться кто-то третий.       Вынырнув из тяжелых дум, Шерлок подобрался и шагнул в услужливо открытую швейцаром дверь. От Джона его отделяло всего несколько шагов и еще одна, самая последняя и, пожалуй, самая сложная миссия.       Приглушенный свет, тихая, ненавязчивая музыка, неброский лоск дорогого заведения. Шерлок уже знал причину, по которой Джон сегодня здесь. Плевать. Сейчас нужно сосредоточиться на другом. Вернее, на другой, которая спускалась в зал по изящно изогнутой золоченой лестнице. Предупредить Джона Шерлок уже не успевал.       Маскировка была так себе, но он рассчитывал скорее ошеломить, сбить с толку внезапностью появления, чем всерьез кого-то обмануть. Нарисованные усики, наспех приколотая бабочка и дурацкий акцент — вот и весь арсенал Шерлока Холмса по перевоплощению в рядового официанта.       — … когда смотришь в лицо старого друга, — Шерлок и сам до конца не осознавал, какую ахинею он нес. Его глаза были прикованы только к лицу Мэри Морстен, сидящей напротив Джона. Ничем не примечательной милой медсестричке и талантливому киллеру, правой руке и любовнице почившего на крыше Бартса мистера Джеймса Мориарти.       Даже из могилы мерзавец продолжал свою проклятую игру, и сегодня, очевидно, была последняя партия.       — Что? Шер… — Джон был шокирован. Он что-то говорил Шерлоку, и Шерлок что-то отвечал на автомате, боковым зрением внимательно следя за руками мисс Морстен.       — Вы же погибли? Спрыгнули с крыши? — наигранно-удивленно проговорила она, медленно откидываясь на спинку стула. Глядя в холодные голубые глаза, Шерлок окончательно убедился в том, что его «воскрешение» для нее новостью не является. Почему же она до сих пор не убила Джона? Хотела сделать это на его глазах?       — Как видите, нет, — Шерлок не отводил взгляд.       — Зря, — коротко бросила Мэри. — Было бы проще.       — Что? — Джон только беспомощно переводил взгляд с одного на другого. — Мэри, что ты говоришь?       — Прости Джонни, ты был славным мальчиком, но, боюсь, наши мечты о тихом семейном счастье останутся только мечтами. А сейчас — извини, мне пора.       Плавно поднявшись из-за стола, мисс Морстен потянулась за лежащим около тарелки клатчем.       — Что, черт побери, здесь происходит? — взревел Джон, пытаясь остановить Мэри. Он развернулся к Шерлоку, зло оглядывая его с ног до головы.       — Не знаю, в какие игры вы снова играете, мистер Холмс, но я больше не желаю иметь с вами ничего общего. Никогда не приближайтесь ни ко мне, ни к Мэри, — процедил он сквозь зубы.       — Мэри Морстен умерла пять лет назад, Джон. У женщины, которую ты называешь этим именем много имен, а основной род деятельности — заказные убийства. Последний заказ поступил от Джеймса Мориарти около двух лет назад. Ей полагалось убить некоего Джона Ватсона, если обнаружится, что Шерлок Холмс жив, не так ли?       Вот теперь Джон был действительно убит. Шерлок озадаченно сканировал лицо друга, недоумевая, отчего эта новость поразила его куда как больше, чем новость о его воскрешении. Неужели все настолько плохо? Неужели за эти два года он стал не просто покойником, но и вообще пустым местом?       — Мэри? — Джон неверяще смотрел на невозмутимую женщину. — Это правда? Ты со мной только потому, что… О Господи…       — Признаюсь, поначалу план действительно был такой, — медленно проговорила она. — Но планы меняются. Джеймс давно умер, а жизнь продолжается. Я действительно хотела начать жизнь заново, взяла новое имя, встретила мистера Ватсона и поняла, что он — именно тот, кто мне нужен, — она перевела взгляд на Джона. — Я не лгала тебе в главном, Джон. Я действительно люблю тебя.       — И ты хочешь, чтобы я в это поверил? — насмешливо хмыкнул Шерлок. — Раскаяние и искренние чувства? Ты, должно быть, шутишь, если думаешь, что я позволю тебе уйти.       Неожиданно Мэри села за стол и плеснула в свой бокал щедрую порцию вина.       — Черт с вами. Садитесь оба, разговор будет долгим.       — Какой еще разговор? Мэри! Нам нужно серьезно поговорить! Мы немедленно уходим!       — К дьяволу комедию, Джек, все кончено. Ты идиот, если действительно рассчитывал его обмануть. Они с Джоном трахались, судя по всему, так что твое время идет на секунды. Он не разгадал тебя до сих пор только потому, что слишком сосредоточен на мне.       Шерлок недоуменно смотрел на то, как Джон разом весь как-то сдулся, в нем что-то неуловимо изменилось, словно он снял с себя красивый, но неудобный костюм и, наконец-то, расслабился. Не глядя на Шерлока, он опустился на стул рядом с Мэри.       — А ты что стоишь? Разве не хочешь узнать, почему я до сих пор не убила Джона? — разом проглотив содержимое бокала, Мэри снова наполнила его вином. — Да потому, что то, что с ним произошло — гораздо хуже смерти, Шерлок. Даже такая тварь как я, это понимаю. И я действительно решила начать новую жизнь, поскольку согласилась работать на ваше правительство, в частности, на твоего брата.       — При чем тут Майкрофт? — Шерлок и сам не заметил, как опустился на третий стул.       — Ну, а кто же, по-твоему, режиссер этого маленького спектакля? Твои брат — гениальный стратег. Он, испугавшись за твою хрупкую психику, придумал весь этот план с подменой. Если честно, с самого начала он казался мне не слишком убедительным, но я согласилась принять в нем непосредственное участие. У меня на это было несколько причин. Первая — хотелось нормальной жизни. Не скрываться, не бояться и не бежать больше ни от чего. Вторая — ты мне действительно понравился, Джек, — она повернулась к сидящему рядом мужчине. Шерлок уже понял, что это не Джон, слишком очевидной стала разница, когда он перестал копировать его жесты и мимику. — Ты действительно замечательный человек, и мне искренне жаль, что вышло именно так. Я с самого начала знала, что ты — не Джон. Прости.       Внутренности скрутило ледяным холодом, и Шерлок знал, что должен задать вопрос, но просто не находил в себе силы.       — Ну и третья причина — я очень хорошая актриса, — закончила Мэри. — Так в чем я прокололась? Никто не знал, кто я на самом деле, легенда и образ были идеальными.       — Я видел тебя, — с трудом выговорил Шерлок. Слова не шли с языка, приходилось выталкивать их чуть ли не силой. — В окружении Мориарти. Еще тогда, два года назад. Мельком, но мне хватило. У меня прекрасная память на лица.       — Ясно, — кивнула Мери. — Ну, а Майкрофт погорел на том, что, по-видимому, не подозревал о ваших с Джоном «теплых» отношениях. А еще брат, — ухмыльнулась она.       — Что с Джоном? — Бог знает, сколько сил потребовалось Шерлоку, чтобы задать этот вопрос. — Он…       — Он жив, — поспешно ответил мужчина, так похожий на Джона. Кажется, Мэри называет его Джек? Что за нелепое имя…       — Но лучше был бы мертв, — холодно оборвала Мэри. После попытки самоубийства он стал овощем и находится в соответствующем заведении уже полтора года. Надежды на его выздоровление нет. Теперь ты понимаешь, что я говорю правду? Уже полтора года я знаю, что ты жив, знаю, где находится настоящий Джон Ватсон и до сих пор его не убила. Почему? Да потому, что мне это не нужно. Тем более, что за меня это сделал ты сам, Шерлок.