Мой

      — Почему его держат отдельно? Он что — буйный? — Шерлок изо всех сил старался сдерживать злость. Хотя, после всего увиденного в этой клоаке, это ему давалось с огромным трудом.       Нет, внешне все было даже очень прилично. Частная клиника, одна из самых дорогих (Майкрофт явно не поскупился), незаметный и очень обходительный персонал. Бросающиеся в глаза попытки придать этому месту почти домашний уют.       Шерлок про себя фыркнул…       Попытки выдать дохлую лошадь за живую.       А на самом деле — цифровые замки, камеры слежения, дюжие санитары и запах. Запах лекарств, страха и боли.       Так пахнет сумасшествие?       — Нет, что вы! — улыбчивый толстячок — местный главврач — даже руками замахал. Он вообще был немного суетлив и многословен, не зная чего ожидать от влиятельного и злого, как черт, посетителя. — Пациент очень тихий. Можно сказать, он наш примерный пациент, — доктор умолк, натолкнувшись на темный, как грозовое небо, взгляд. — Это ради его же безопасности. Поймите, после первого… эээ… инцидента, последовало два других. Мы не могли оставить его в общей палате. Кроме того, мистеру Джексону теперь требуется особый уход. — История? — Шерлок, не глядя, протянул руку. В устройстве человеческих мозгов он понимал достаточно, чтобы своими глазами прочитать анамнез.       Главврач (его имя было тут же стерто) снова замялся, не зная как поступить. С одной стороны — это же была конфиденциальная информация, а с другой…       А с другой — это был брат всесильного Майкрофта Холмса, и рисковать своей должностью доктор вовсе не собирался. Тем более — из-за какого-то, никому не нужного пациента с тремя попытками суицида. Да его за два года даже не навестил никто!       — Пожалуйста.       Папка была небольшой. Только основное, только факты. Но Шерлок всегда умел читать между строк.       Джон поступил в клинику после первой попытки самоубийства под чужим именем некоего Джона Джексона. Неудивительно, ведь все это время его место занимал нанятый Майкрофтом агент.        Честно говоря, Шерлок так и не смог ответить себе на вопрос, был ли он — самый первый случай — действительно намеренным, или Джон, глубоко задумавшись, просто не услышал гудок автомобиля?       Кто теперь скажет?       Удар был довольно сильным, но не смертельным — водитель в последний момент вильнул. Закрытая черепно-мозговая травма, несколько сломанных костей, три дня комы, и Джон пришел в себя. Он вернулся, но это был уже совсем другой Джон.       Первым неладное заметил Майкрофт. Нет, он не присматривал за Джоном лично, но у него для этого были специальные люди. В больничной палате очнулась только оболочка — равнодушная и пустая. Высушенная до дна. Шерлок так до конца и не ответил на вопрос зачем Майкроф решился на подмену - из-за него ли, или из-за Мэри Морстен или у него были на то еще какие-то тайные причины. Но он определил Джона в самую лучшую частную лечебницу уже под чужим именем.       Второй несчастный случай (несчастный ли?) произошел уже здесь, куда Джона отправили на «реабилитационную терапию», как гласили скупые строчки в истории болезни. По недосмотру персонала Джон проглотил кусок стекла, который отгрыз от чашки. Слава Богу, происшествие быстро заметили и прооперировали вовремя. С тех пор кормить его стали отдельно и только из пластиковой посуды.       Последний случай произошел около пяти месяцев назад, когда в непривычно знойный для английской глуши день, пациент Джон Джексон едва не вышагнул из опрометчиво открытого окна. С тех пор его перевели в «особое» крыло.       Диагнозы, впрочем, занимавшие полтора листа текста, исписанного мелким, убористым почерком ситуацию прояснили мало. По всем тестам выходило, что Джон здоров, но, одновременно, здоровым он не является.       — Я пару раз видел подобное за свою практику, мистер Холмс, — заметив, что посетитель невидящим взглядом смотрит мимо документов, сочувственно проговорил доктор. — Физически мистер Джексон на данный момент — абсолютно здоров. Все тесты — в норме. Но он… словно не хочет возвращаться. Где бы сейчас не находилась его душа — там ей лучше, чем здесь.       — Что за бред? Вы дипломированный доктор или писатель-фантаст? Какая душа? — Шерлок вихрем пронесся по кабинету и замер напротив стола доктора. — Может, вы еще и в чудеса верите? В Санту? Я забираю Джона отсюда немедленно.       — Это совершенно невозможно.       — Я не спрашиваю разрешения, доктор. Я констатирую факт. У меня есть официальное разрешение и статус опекуна. Пациент должен покинуть эту больницу вместе со мной в течение получаса, или я от всей вашей клиники камня на камне не оставлю.       — Вы не понимаете! Это же вам не домашний питомец — это живой и тяжело больной психически человек. За ним нужен постоянный уход. За ним нужен круглосуточный присмотр. Боюсь, вы не до конца понимаете его состояние, мистер Холмс! Пациент абсолютно инертен. Его надо кормить с ложечки, водить в туалет — иначе он мочится под себя, мыть, одевать. Его надо укладывать спать и следить, чтобы он не захлебнулся чаем. Даже во сне за ним нужен постоянный присмотр!       Шерлок шумно втянул в себя воздух и, твердо глядя в глаза доктору, произнес:       — У вас осталось 28 минут.       Уложились в 20.       Подписав все необходимые документы и отказавшись ожидать, пока найдут и выдадут личные вещи — какие к дьяволу там могут быть ценности?! — Шерлок стремительно шел по длинному коридору к заветной палате № 214.       Он не знал, к чему готовиться. Из них двоих, именно Джон всегда был сильнее. Он был той осью, вокруг которой вращался их маленький мир. И вот теперь эта ось сломана, а мир полетел ко всем чертям…       Тяжелые металлические двери со смотровым окошком, белые стерильные стены и камеры-камеры-камеры…       Равнодушные свидетели человеческого безумия.       Двери в палату Шерлок практически снес, нетерпеливо отодвинув нерасторопного санитара.       Джон сидел на стуле около окна, спиной к двери, и даже не шевельнулся при звуке своего имени. Он очень похудел и как-то уменьшился в размерах, Шерлок шагнул ближе, заглядывая в его лицо и только сейчас осознавая ситуацию целиком.       Взгляд человека, сидевшего перед ним, был абсолютно пустым, словно у куклы. Он, не отрываясь, смотрел в одну точку, абсолютно не реагируя на внешние раздражители.       — Джон? Джон, это я. Это и правда я. Я вернулся. — Шерлок нерешительно дотронулся до плеча друга, остро жалея, что они не одни. Горло перехватило, а в глазах предательски защипало. Облегчение, сравнимое со спасением собственной жизни накрыло с головой. В ушах загудело, от осознания, что он действительно вернулся домой. — Джон? Я знаю, что я очень виноват перед тобой, но, пожалуйста, давай поговорим! Я могу все объяснить…       За спиной негромко кашлянул санитар. — Бесполезно, мистер. Он не слышит вас.       — Он слышит! — Шерлок присел на корточки, заглядывая в лицо Джону. — Я уверен, он — все слышит. — Шерлок взял в ладони руку Джона, поражаясь, насколько маленькой и хрупкой она стала. От Джона по-прежнему пахло домом, лекарствами и еще тем особым запахом, который Шерлок узнал бы и через тысячу лет. Который снился ему два года. — Мой Джон все еще слышит меня. Просто ему нужно время.       Друг не сопротивлялся, когда Шерлок потянул его со стула. Он двигался неловко, словно координация его была нарушена, и, только сделав несколько шагов, Шерлок понял, почему.       Джон не видел. Вернее, просто не смотрел, куда шел. Его взгляд все так же был обращен в никуда.       — Вам понадобится это, если вы не хотите тащить его на руках, — санитар подтолкнул к выходу незамеченное Шерлоком раньше инвалидное кресло.       — Мы обойдемся, процедил тот, подхватывая Джона за талию и забрасывая одну его руку себе на шею.       Двигаться было действительно очень неудобно. Джон совсем ему не помогал, цепляясь руками и ногами за все возможные препятствия. Но Шерлоку было, по большему счету, на это плевать — главное, что он живой. С остальным они справятся. Даже если до конца дней ему придется возиться с Джоном, как с ребенком, Шерлок с радостью бы согласился.       — Надеюсь, вы отвечаете за свои действия, — главврач догнал их уже около выхода. — Наши двери всегда будут открыты для мистера Джексона, но по опыту знаю — нет ничего хуже для пациента, чем возвращение сюда повторно. Несколько таких же, как вы энтузиастов, уже забирали своих близких из особого крыла. Все они вернулись обратно.       — Джон не вернется. — отрезал Шерлок, аккуратно пристегнул свою добычу ремнями безопасности и дважды проверил их надежность. — Прощайте.       — До свидания, мистер Холмс, — пробормотал доктор, провожая машину грустным взглядом. — Похоже, это вы до сих пор верите в Санту.