Мы встретимся у моря

Юнги тихонько дремлет на лежаке под плотным зонтом, который не дает яркому солнцу коснуться белоснежной кожи. Любой турист и местный при взгляде на рыжего, с уверенностью сказали бы, что Мин здесь явно первый день, иначе почему его кожа белее снега? Только им неизвестно, какой слой солнцезащитного крема на парне и вообще как тот бегает от тенечка к тенечку. Но оно того стоит, чтобы сладко поспать у самого берега моря, слушая шум волн, ласково омывающих белые берега. В Сеуле сейчас зима, и от понимания того, что он может поваляться на жарком пляже в одной футболке и шортах, становится еще лучше. Юн открывает глаза, чуть щурясь и потягиваясь, словно кот. Парень ловит на себе взгляды других отдыхающих, шныряющих рядом, и поджимает губы, вставая с лежака и выходя из тени, всем видом показывая, что одиночество свое он разбавлять новыми знакомствами не стремится. Ног касаются волны, облизывая по щиколотку и возвращаясь обратно, Юнги мгновенно забывает обо всех вокруг, чувствуя под ногами приятное песчаное дно. В голове ни одной плохой мысли, там только наслаждение отдыхом, новые планы на вечер. Хотя после того злопамятного вечера Юнги решил вести себя куда осторожнее, дабы не нарваться на новые приключения. Вряд ли Чонгук вновь явится спасать его душу. Кстати о Чонгуке, его Юн старательно избегает второй день. По-детски и глупо: прислушивается к звукам за дверью, прежде, чем выйти из номера, обед заказывает вообще в номер. Объяснять себе, почему он это делает, Юн не спешит. Но почему-то встречаться с младшим после инцидента в номере было…неловко? Но сейчас он не думает и об этом. Шум прибоя ласкает слух, принося желанный покой и умиротворение. Медленно двигаясь вперед, парень постепенно привыкает к температуре воды, которая для плавящегося на горячем воздухе тела, кажется сейчас крайне прохладной, от чего рыжий поначалу ежится, но даже это не портит настроения. Тело постепенно остывает, привыкает к воде, которая уже кажется куда более приятной, парень блаженно улыбается, когда заходит в воду по грудь, оборачивается к берегу и открывает глаза. Желание утопиться накрывает моментом, пока улыбка пропадает с лица. Потому что других путей отступления от Чонгука, стоящего на берегу, Юнги не видит. Брюнет стоит, устремив взгляд куда-то в сторону, да еще и, черт возьми, в одних шортах, выставляя напоказ накачанный торс. Перед глазами проносится картинка в номере младшего, вспоминается поцелуй, рыжий зависает на мгновение, а Чонгук медленно поворачивает голову в его сторону. Мин успевает только издать глупый испуганный писк, набрать немного воздуха в легкие и нырнуть, сразу же плывя, особо не разбирая направления. Думает, что это глупо, что он вообще не должен от него бегать, но почему-то продолжает. Может потому, что от воспоминания о губах Чона по коже вдруг разряды идут, а Юнги этого вот не надо. Вообще всех этих приключений не надо. Он отдыхать приехал, а не пиздецы ловить. Только пиздецы ловят его сами, в этом он в очередной раз убеждается, когда ногу резко сводит судорогой, да так, что парень резко выдыхает, теряя последние запасы воздуха. Глубоко он заплыть не успел, но и выплыть в таком состоянии становится необычайно трудно, потому что тело перестает слушаться, разум накрывает паника, а легкие требуют кислорода. Перед глазами темнеет и Юн лишь успевает уловить мысль, что надо же, так глупо погибнуть из-за того, что смущается какого-то понравившегося паренька. Чонгуку скучно. Все-таки есть минусы в отдыхе в одиночку. Нет, он не жалеет, что поехал один, сменил шумные будни, полные друзей и знакомых на душевный отдых. Но сейчас ему банально скучно. Может быть потому, что если сравнивать приключение минувших дней и последующее времяпровождение: Чон не раз думал, что было бы неплохо пересечься с Юнги, хотя бы просто поболтать, но старшего словно след простыл, Гук не встречал его эти дни, а идти напролом в номер уже как-то не хотелось. Хотя при воспоминании о побеге Юна после поцелуя, Чон тихо хихикает и качает головой, пока выходит на улицу и жмурится от яркого солнца. Сегодня парень проспал и вышел довольно поздно, солнце еще не в критической точке, но уже достаточно жарко. А купаться хочется, все же он столько времени сюда летел не на стены номера любоваться. Пляж встречает кучей голосов, где можно собрать карту мира: иностранцев в этом месте пруд пруди. Гук вздыхает, топая по горячему песку в поисках свободного местечка, куда бы бросить полотенце. Находится оно с трудом, все же, рядом с отелем самый людный пляж. Но уже спустя минут десять, юноша стоит у берега, пока не торопясь входить в воду и любуясь видом. Взгляд цепляется за знакомую рыжую макушку чуть поодаль, и Чон щурится, стараясь понять, не обознался ли, ведь рыжий стоит к нему спиной. Понаблюдав некоторое время за парнем, что заходил все дальше в море, брюнет отвернулся всего на пару мгновений, отвлекаясь на шумную компанию в нескольких метрах от него. Повернувшись обратно, Гук удивленно вскидывает брови, обнаруживая, что Юнги из виду пропал. Только старший явно не учел прозрачность воды, а потому быстро обнаруживается, да еще и отлично прослеживается за счет рыжих волос. Только другие отдыхающие мешают, шляясь рядом из-за чего юноша изредка теряет парня из виду. Гук наблюдает за ним некоторое время, а затем думает, что тот слишком долго не выныривает за новой порцией кислорода. Мимо проходит бугай размером с два шкафа, замирая как раз в точке обзора Чонгука, от чего младшему приходится зайти в воду, сдвигаясь в сторону и вновь искать рыжего. Только вот не находит, старший успел заплыть дальше и потеряться из виду, но ведь уже должен был показаться! Чон не выдерживает и ныряет уплывая в сторону, где заметил старшего в последний раз. Подозрения себя оправдывают, потому что Чон замечает парня чуть поодаль, уже явно теряющего сознание. Доплыть до Юнги: 5 секунд. Схватить и вытащить на поверхность воды: 5 секунд. С ужасом обнаружить, что парень не дышит и на всех парах, под взглядом окружающих, дотащить до берега: 10 секунд. Время, прошедшее по личным ощущения Чонгука: вечность. Толпа зевак начинает собираться, громко обсуждая сложившуюся ситуацию, а Чонгуку не до них. - Блять, Юнги,- шипит младший, отсчитывая толчки руками по грудной клетке, замечая подлетевшего спасателя только когда тот опускается рядом, прося толпу отойти подальше. Гук уступает место молодому мужчине, но и сам не оставляет попыток помочь, склоняясь к губам старшего, делая искусственное дыхание. - Ну давай же,- Чон умоляюще шепчет, глядя на безжизненно побледневшее лицо Юнги, когда тот все же делает резкий вдох и тут же им давится, переворачиваясь на бок и отплевываясь от воды под сопровождение облегченного вздоха толпы, среди которых громче всех был у Чона. У Юнги шок, он не соображает ничегошеньки, У Чонгука шок не меньший, испугался не на шутку. Гук ждет пока старший отдышится, благодарит спасателя и поднимается, подхватывая парня под руку. Мин смотрит на него шокированно, но сказать ничего не может: в голове каша, а вместо голоса сплошной хрип. - Пойдем, тебе нужно отдохнуть. Вещи твои где?- Юнги растерянно хлопает глазами, дышит все еще тяжело и на ногах держится едва, вопрос доходит долго, зеваки вокруг пугают и вообще произошедшее еще до конца не осознанно и не переварено. Но где он лежал, вроде как помнит, кивает в сторону зонта неподалеку и оказывается отбуксированный туда спустя полминуты. Но Гук не отпускает и не задерживается, подхватывает рюкзак рыжего на свободное плечо и двигается дальше, через пару шезлонгов вновь тормозит, где хватает свое полотенце, укутывает в него парня и идет дальше. То, что с самого вода ручьями течет – плевать. Идут к отелю они в молчании и не торопясь. Походка Юнги постепенно крепчает, хотя все же нервная дрожь пробивает все больше и больше – доходит произошедшее. Чонгук тоже приходит в себя и медленно мрачнеет. Думать о том, что было бы, не успей он среагировать, не хочется совсем, но как-то само получается. Юн, погруженный в свои мысли, пропускает момент, когда они поднимаются на нужный этаж. Возвращается в реальность только оказавшись с силой впечатанным в стену. - Ты, гребанный идиот, думай головой в следующий раз, а то я не всегда могу оказаться рядом и вытащить тебя из очередной жопы! Юнги распахивает глаза, переваривая сказанное, даже частично соглашается, но не понимает, с чего мелкий так злится. - Спасибо,- выдавливает в ответ лишь одно слово. Во-первых, сказать что-то вообще трудно, во-вторых, сейчас просто нечего. Да и его в очередной раз спас этот мальчишка. Чонгук выдыхает, будто сдувается, но злость, появившаяся вследствие испуга, еще клокочет и требует выхода. Юнги открывает рот, стараясь сказать, что было бы неплохо, если бы Чон его отпустил уже, но не успевает и звука произнести, когда чужие губы накрывают его. Юнги вдруг вспоминает последнюю мысль, что уловил перед потерей сознания. Подумал ведь тогда он о том, что все это не случилось, если бы Чонгук ему не понравился. Это бы тоже переварить еще, но позже, сейчас у Юнги нет мыслей, сейчас у него действия. Он отвечает на поцелуй, вкладывая в него последние силы, которые остались. Впускает язык младшего, который целует грубо, с напором, явно вымещая все эмоции. Отстраняется Гук так же резко и неожиданно, от чего Юн сначала поддается вперед, не желая еще отпускать чужие губы, а после резко отклоняется, едва не приложившись затылком о стену. - Где твоя карта?- Голос у Гука сиплый, будто это он воды наглотался. Юнги тянется ослабевшей рукой к боковому карману рюкзака и Чон его опережает, доставая ключ-карту и открывая дверь номера рыжего. По-хорошему, ему бы в душ, смыть с себя соленую воду, но сил на это нет, поэтому идет сразу к кровати, поддерживаемый сильными руками младшего и падает на мягкие подушки, облегченно вздыхая. - Поспи немного, тебе отдохнуть надо,- вряд ли Юн занимался бы тут чем то еще, но фраза сказана скорее на автомате, чтобы сказать хоть что-то. Гук разворачивается к выходу, но его останавливает тихий голос старшего. - Останься. Хотя бы пока я усну. Юнги не уверен, правильно ли это. Нужно ли ему это вообще. Но сейчас, оставаться одному совсем не хочется. Слишком много стресса на один отпуск. И он благодарен Чонгуку, когда тот разворачивается обратно и забирается на кровать по другую сторону. Юнги проваливается в сон буквально через минуту после того, как его руку накрывает рука Чона. А сам младший не торопится уходить, разглядывая лицо Мина, которое все так же бледное, но теперь хотя бы в относительно разумных пределах. Сжав прохладную ладошку покрепче, Чонгук и сам проваливается в сон, думая, что лучше бы ему, наверное, все так же было скучно, а может, оно того и стоило.