Там, где обитает холод

Тренировочный лагерь Сейрин оказался таким же простым и таким же просторным, как и лагерь команды Ракузан. Сейджуро внимательно осматривал каждый коридор, каждую дверь, чтобы запомнить все мелочи плана этого немаленького здания и потом не блудить, в надежде найти необходимое помещение или нужного человека. От него никто такого ждать не будет, да и желающих записаться в личные проводники Императора вряд ли много найдётся. А ещё… у него есть всего три дня, чтобы узнать, чего на самом деле хочет Тецуя, если он вообще хочет чего-то. Вся команда направлялась к спортивному залу, расположенному в отдельном корпусе. Рико шла молча, да и остальные не выделялись особым желанием что-то обсуждать с Императором, словно какой-то мрак лёг тенью на их спины. Они явно были не в духе, да и наверняка переживали за своего истинного капитана. Уже через три дня Хьюга снова будет с ними, а Император вернётся обратно к своей команде. Прерывая гробовое молчание, Сейджуро повернул зрачки в сторону тренера, а затем негромко, но очень отчётливо произнёс: — Рико-сан, спасибо, что показала зал. — Да не за что, — ответила девушка, стараясь не смотреть в его гетерохромные глаза. Не нравился ей этот вечно холодный взгляд, да и не о чём было говорить с обладателем этих глаз. По крайней мере, ей. — Приступим к тренировке, — продолжил новый капитан, отходя чуть в сторону от остальных. — Нужно улучшить игру каждого из вас. Кагами настороженно следил за Императором взглядом, как и большинство других игроков. Поверить в то, что он действительно решил просто улучшить способности своих врагов, было невозможным, так что приходилось полагаться на чутьё, которое предупреждало о том, что Император снова что-то задумал. И это что-то им явно не понравится. Но стоять и просто смотреть им не позволили. Сейджуро подошёл к корзинке с баскетбольными мячами и поднял один из них, а затем сделал быстрый пас, передавая мяч Тайге прямо в руки. Кагами машинально подготовился к перехвату и его руки сами поймали мяч. — Отлично, Кагами Тайга! — прокомментировал капитан. — Теперь начинайте игру трое против троих, а я посмотрю на всё со стороны. Игроки Сейрин быстро переглянулись, а Сейджуро назвал имена игроков, которые должны будут войти в одну команду, а затем и имена тех, кто войдёт во вторую. На этом Сейрин окончательно поняли, что Акаши замечает гораздо больше того, что может показаться на первый взгляд, а значит, он позволяет видеть остальным лишь то, что им положено видеть, а точнее то, что он сам хочет, чтобы они видели. И это осознание заставило в очередной раз пересмотреть то, как им нужно будет относиться к нему, когда они в следующий раз встретятся на игровой площадке против команды Ракузан.

***

После нелёгкой тренировки хотелось спать, мышцы сильно болели, а в крови чувствовался повышенный уровень адреналина. Сейджуро лежал на небольшом матраце, уставившись взглядом в потолок, а обе его руки были сложены за голову. Он словно старался что-то разглядеть в этой кромешной тьме, которая царила в достаточно просторном помещении. Он словно ждал чьего-то появления, но тщетно: Сейджуро больше не делал попыток заговорить с Императором. А последний продолжал его ждать, отмечая изменения в районе своего сердца. Оно казалось ему холоднее, чем раньше, но одновременно и было такое ощущение, что что-то изменилось. И изменилось навсегда. Но вот что? На этот вопрос он пока ещё не мог ответить. Так Акаши провёл всю ночь — не сомкнув ни одного глаза. Наутро он чувствовал себя разбитым, поэтому не стал дожидаться остальных и отправился к умывальнику один. Холодная вода помогала прийти в себя от усталости и снять наступающее напряжение. Кровь равномерно разливалась по его венам, делая его конечности более тёплыми. Он опустил тяжёлую голову на умывальник и сунул подзатыльник под воду. Это предавало новые силы, а энергия, словно, снова возвращалась к нему. Он мог бы стоять так бесконечно долго, но его уши расслышали посторонний шум и Сейджуро решил убедиться в том, что это были шаги фантома, так что, быстро выключив воду, он поспешил накинуть полотенце себе на голову и выскочить за дверь. — Тецуя? — догадки Императора подтвердились, по коридору действительно шёл фантом, но на его вопрос он не сразу ответил, постаравшись сделаться невидимым, и раствориться с ещё не сошедшим мраком. — Тецуя! — Акаши побежал за ним, намереваясь схватить за руку, а когда его пальцы коснулись рукава Куроко, тот сам оглянулся, и их взгляды встретились. — Акаши-кун? — голос фантома заметно дрожал, а чёлка быстро нависла над отведёнными в сторону глазами. — Тецуя, что ты тут делаешь? — Император заметил его смущение, но ни спросить уже не мог. — Ничего особенного… — Тецуя сделал паузу, подбирая нужные слова. — Акаши-кун, ты говорил, что любишь меня… — и он снова запнулся на середине предложения. — Значит, тебя это всё же интересует? — Сейджуро постарался улыбнуться, делая шаг в сторону Тецуи, хоть и понимал всю ироничность сложившейся ситуации. — Я говорил, что наши чувства взаимны. — Меня интересует не совсем это, — фантом сделал пару шагов назад, отходя от Императора, а его голос казался таким ровным и спокойным, что невольно казалось, что его вновь ничего не интересовало в этом диалоге. — Просто, почему ты поменялся местами с другим Акаши? — он хоть и понимал, что говорит сейчас очень бестактно, но молчать и дальше становилось невыносимо. — Значит, ты всё же не рад мне… — Император уже давно понял, что Тецуя тогда ответил на его поцелуй совсем не ему, и что их чувства далеко не были взаимны. Ему просто было забавно подмечать то, что это словно было так, ввергая Куроко в ступор, но он не ожидал, что фантом выскажет ему всё прямо в лицо. — Тецуя, — его имя он произнёс совершенно холодным голосом. — Я поменялся с ним местами, потому что люблю тебя. Я думал, что ты уже давно понял причину… — А он? — уже не так уверенно поинтересовался фантом. — «Он»? — Император даже удивился, наконец-то полностью осознав, что на самом деле так сильно волновало парня, стоящего сейчас напротив него, и на его лице появилась некого рода усмешка. — Так ты его ждёшь? — Нет, не жду, — Куроко отвернулся, он не хотел отвечать на поставленный вопрос, но всё же ответил. Внутренне ему стало очень больно и даже появилось желание заплакать, но он постарался удержать все свои чувства при себе, хоть это и давалось с трудом. Сейджуро попробовал прочесть по глазам Тецуи, говорил ли он правду или нет, но у него не получилось — глаза фантома намертво молчали. — Так значит, ты всё же ответил мне на тот поцелуй? — Император решил переменить обстановку, и, воспользовавшись тем, что Куроко не сразу сумел отреагировать, взял его за плечи и затолкал в уборную, прислоняя фантома спиной к входной двери, а затем поцеловал его крепко в губы. — Тецуя, ты сегодня был плохим мальчиком… — Акаши-кун? — голубые глаза расширились и уже с неподдельным испугом следили за движениями Императора. — А плохих мальчиков ставят в угол, верно, Тецуя? — улыбнулся Сейджуро довольно странной улыбкой. — Не волнуйся ты так, я тебе ничего не сделаю. Фантом старался сопротивляться, но всё было тщетно. Его бывший или уже новый капитал крепко сжал оба его запястья и повернул Тецую лицом к стене. А затем приподнял его спортивную кофту, стараясь разглядеть тонкие рёбра и лопатки. Куроко зажмурил оба глаза, стараясь отогнать все страшные мысли, но это давалось с трудом. Его тело стало более скованным, словно он чего-то ожидал. — Плохо, всё очень плохо, Тецуя. Ты совершенно не улучшил свою спортивную подготовку с того дня, когда я тебя видел в последний раз. Но время у тебя ещё есть, так что будем над этим работать, — прокомментировал Император, на что Тецуя резко постарался обернуть голову в его сторону, открывая глаза. — Акаши-кун, ты… — Я же тебе сказал, что я тебе ничего не сделаю. Пошли, будем собираться на тренировку, — ответил Сейджуро, отпуская запястья фантома. Куроко тут же отвёл свой взгляд в сторону. Он хотел ещё что-то спросить, но уже не решался.

***

В зале ещё было пусто, так что у обоих было время для того, чтобы попрактиковать броски и заняться отработкой техники игры. Обычно тишина успокаивает, но сегодня она лишь усиливала напряжение, которое итак царило между этими двумя. Куроко старался не думать об Акаши, но тот никак не хотел покидать его голову, какие бы ухищрения он не использовал. Акаши не исчезал из его сознания, а хуже всего было то, что не исчезал именно настоящий Акаши. Императора было куда легче выставить за порог собственных мыслей, но вот с настоящим Сейджуро ему хотелось поговорить, и узнать, почему он снова решил убегать. Акаши в свою очередь периодически переводил свой взгляд в сторону фантома, стараясь уловить то, о чём тот мог думать, но у него не получалось, а сердце предательски сжималось от боли каждый раз, когда он мысленно повторял его имя. Примерно через полчаса зал стал потихоньку оживляться, и где-то к семи вся команда Сейрин собралась на очередной тренировке. Сегодня её первую часть проводила Рико, чтобы ребята могли привыкнуть к новому капитану, не забывая так же и о том, что Сейрин есть Сейрин, и вторым Ракузаном они становиться не собираются. Айда периодически свистела в свисток, поправляя движения товарищей. Им нужно было отработать ещё более отлаженную игру, но в присутствии Императора эта задача казалась непосильной. Ребятам давались с трудом игры вместе с ним, казалось, что они ему совершенно не доверяли, и порой даже отказывались играть в одной команде. Рико не знала, как поправить сложившуюся ситуацию, так что на середине тренировки Сейджуро решил, что будет правильнее, если он сам покинет зал, предоставив свободное пространство своей новой команде. И капитан скрылся за дверьми. — Так, и что это было? — не на шутку разозлилась тренер, складывая свои руки на груди. — Пусть он и не нравится никому из нас, но разве правильно так себя вести? — Просто с ним невозможно вместе играть, — пожаловался Коганей. — И что с того? — девушка приподняла одну бровь. — Извините, Рико-сан, но у меня коленки всё ещё трясутся при виде нового капитана, — еле выговорил Коки. Рико заметно смягчилась, ведь она понимала, с каким трудом давалось невысокому парню преодолевать свой страх, и он правда старался. — Фурихата, это не к тебе замечание, так что не волнуйся. Тут есть и те, кто просто не хочет играть с нашим капитаном, — и она окинула взглядом присутствующих. — Ребята, может, не будем всё усложнять, а? Доиграем эти оставшиеся два дня и всё? — Легче сказать, чем сделать, — выдохнул Кагами. — Я ничего не имею против него лично, но мне не по душе его диктаторский режим обучения. Не чувствуется команда, даже дух пропадает. Не наше это, Рико-сан, так что даже и не знаю. Тренер задумалась. Ей хотелось возразить, но Тайга был прав, и она окончательно поняла, что теряет контроль над ситуацией. Оставалось только надеяться на то, что у Хьюги отношения с новой командой складывались чуть лучше, чем у них. — Хорошо! Тогда отбой. Передохните пока, а потом все вместе пойдём на пробежку, — она отставила свисток ото рта, переводя свой взгляд на окна спортивного зала. Люди не могут изменить всё, что им хочется, а многое им вообще неподвластно, и с этим придётся считаться каждому. Было сложно, даже руки тряслись, но она уселась на скамейку, преодолевая себя, чтобы оставить на бумаге пометки результатов сегодняшней тренировки.

***

Сейджуро ещё несколько минут смотрел на собственное отражение, которое улыбалось ему какой-то недоброй усмешкой. Видимо, тут были не просто ни рады ему, а настроены абсолютно против него, а это вызывало в нём желание их сломать, подчинив собственной воли. Его сдерживало лишь то, что это была команда Тецуи, в противном бы случае он и церемониться не стал, сразу бы принялся за дело. Ну, а раз Сейрин были так дороги фантому, то он им ничего не станет делать, а эта холодная вода, которая в очередной раз за этот день стекала по его волосам и лицу, станет свидетельницей его обещания. Акаши уже прочитал сообщение тренера, в котором она попросила его присоединиться к пробежке, и собирался так и поступить. У него не было причин этого не делать, пусть ему тут никто и не рад. Для него они всё равно оставались командой, даже если срок их совместной работы будет так мал. Но перед тем как выйти во двор, он направился в зал, чтобы забрать полотенце, которое случайно оставил на скамейке. Но вот случайности не случайны. Подойдя к слегка приоткрытой двери, капитан заметил Куроко и Кагами, сидевших на небольшом возвышении в конце зала. Парни что-то обсуждали, и Сейджуро уже было решился зайти, как в их диалоге прозвучало его имя. Остановившись у входной двери, он стоял и слушал, понимая, что в его груди что-то больно сжимается. И ладно бы они говорили о нём, но как у них хватало смелости говорить о «Нём»? Ведь «Он» им даже больше не ответит, ведь «Его» попросту больше нет. А Куроко? Как он вообще додумался говорить такое? — Я тоже хотел бы ему верить, но он просто трус! — не сдержался Тецуя, поворачиваясь на Тайгу. — Всё, что он умеет, так это убегать. — Ты уверен? — удивился Кагами, ведь в таком состоянии Тецую редко можно было увидеть. — Если бы не был, то не говорил. Будто бы мы ему не были рады… — выдохнул фантом, но думал он и о чём-то ещё, и Сейджуро догадался, о чём именно. Он понял, что Куроко больно осознавать то, что «Сейджуро» бежит от своих чувств, выставляя на порог Императора. Но ведь это была неправда, «Сейджуро» не стал бы так поступать. Его сердце резко сжалось от боли, а затем его охватило тепло. Было сложно думать о Тецуе что-то плохое или просто на него сердиться, не получалось. Вместо этого ему хотелось улыбнуться. Неужели его обещание станет столь невыносимым проклятием?