Дружба по имени Джошлер

За подарком Тайлеру Даны уговорились поехать посреди недели. — Нам обещал помочь Джесси, мой друг, — объяснила Эшли. — Я имею в виду — помочь с машиной. Быстро смотаемся туда и обратно, нас не успеют хватиться. А с выбором укулеле поможет продавец. Джош был ошеломлен быстротой, с которой Эшли решила проблему, мучившую его около месяца. Он только кивал, слушая ее планы. — От тебя, бро, — обратилась к нему сестра, — требуется только назвать точный адрес твоего любимого музыкального магазина. Дан сделал вид, что не понимает, о чем говорит сестра: — Какого магазина, Эш? Та закатила глаза: — Того самого, куда ты постоянно таскаешься слушать пластинки, когда знаешь, что мамми долго не будет дома. — А… откуда ты это знаешь? Что-то я там тебя не видел, — оторопел Джош. — Я много чего знаю, — вздохнула Эшли, — только не треплюсь об этом на всех углах. Думаю, ты уже понял это по истории с твоим милым другом. — Ну… да, — был вынужден признать Джош. — В той ситуации ты была нема как могила. — Так-то вот, бро, — и Эшли сделала вид, что щелкает его по носу. Джош чихнул и показал ей язык. Эшли засмеялась: — Да уж, мы с тобой стоим друг друга. — Ага, — улыбнулся Дан. — Ты самая лучшая сестра, знаешь? — Вот, цени меня, — веселилась младшая Дан, — а ты пожалел для меня Тайлера. — Откуда ты знаешь? — побагровел Джош, наверняка помнивший, что в момент этого разговора они с Тайлером были в комнате только вдвоем. Причем это была комната Тайлера, а не Джоша, куда Эшли могла без стеснения вломиться. — Ой, тоже мне, секреты, — невозмутимо сказала Эшли. — У них дома удивительно тонкие стены, а я как раз шла сказать тебе, что на твои поиски скоро вышлют специально обученного человека. — То есть вы подслушивали? — приподнял бровь Дан. — Что там было подслушивать? — возмутилась сестра. — Не знаю, чем вы там занимались, но ничего интересного для себя я не услышала. Так, какие-то глупости, которые я сразу забыла. — Знаешь, что? — Прошипел разозлившийся Джош, — забудь и то, что я назвал тебя лучшей сестрой! Эшли рассмеялась, глядя на насупившегося брата: — Пальцев на руках не хватит, чтобы пересчитать, сколько раз ты мне это говорил за последние пару месяцев. Но мое очарование вновь и вновь завоевывает тебя, как видишь. — Эшли, ты у Мэдс научилась быть такой стервозной? — нервно спросил Джош, напряженно думавший о том, кто мог увидеть его в магазине и сдать сестре. — Да, я учусь у Мэдисон только хорошему, — согласилась сестра. — Ох, если хочешь, я извинюсь. Окей, вы говорили не глупости. Просто я вырвала слова из контекста и не поняла их истинного смысла. Так пойдет? Я прощена? — Да. Да. — проворчал Дан. И, не выдержав, широко улыбнулся — очень уж умильные глаза сделала Эшли. И эта дрожащая нижняя губа… — Ты вьешь из меня веревки, — проворчал Джош. — Отличные веревки, братец, — настала очередь Эшли показать брату язык. Перейдя на будничный тон, она продолжила обсуждение подарка Тайлеру: — Итак, с покупкой проблем не возникнет. Спрячем… у меня в комнате, пожалуй. — Почему у тебя? — уточнил Джош. — Потому что ты однажды открыл шкаф для своего бро, — пожала плечами Эшли, — а значит, сделаешь это еще не раз. Будет неудобно, если подарок с подписанной карточкой попадется на глаза Таю раньше дня рождения, не находишь? Джош вынужден был признать, что нахальство Эшли компенсируется ее умом и сообразительностью.

***

Они улизнули от родителей, разминувшись с ними на каких-то пять минут. Эшли соврала что-то насчет музыкального кружка, на собрание которого ее пригласила знакомая девочка. Кружок, по удачному стечению обстоятельств, находился в паре зданий от Guitar center. — Слушай, Эш, — тихо спросил Дан, пока ее знакомый вел машину по вечерним улицам Коламбуса, руководствуясь командами, отдаваемыми навигатором, — я, безусловно, ценю твои военные хитрости, но что ты будешь делать, если родители спросят тебя про кружок? — Пусть спрашивают, — пожала плечами Эшли. — Он был скучный, и я решила туда не ходить. — Но… — никак не мог понять Джош, — ты как бы направляешься не туда? — Джош, какой же ты… несообразительный! Я была там вчера. Так что, реши мамми проверить, я была там, и меня, поверь, заметили, — съязвила сестра. — А кто привел тебя домой? — допытывался Джош. — Сама пришла, чего тут такого? — удивилась Эшли. — А ты сидел у себя, что-то зубрил. Я уж было подумала, что ты сделал чучело из подушек и по простыням сбежал к своему обожаемому Тайлеру, но тут ты выругался, и я поняла, что мой брат дома. Заметив беспокойство в глазах брата, она примирительно протянула: — Ничего же не произошло, Джош. Я уже достаточно взрослая, чтобы по вечерам ходить одной. — Не вздумай заявить это мамми, — ответил, смеясь, брат. — Для нее ты всегда будешь маленькой девочкой, а для меня — младшей сестренкой, даже когда я буду танцевать с тобой на твоей свадьбе. — Кстати о свадьбе, — понизил голос Джош, — этот Джесси для тебя что-то значит? — Ну, он хороший товарищ и неплохо разбирается в литературе, — рассеянно ответила сестра. — Не могу сказать, что я интересую его как девушка, и слава богу. Джош окинул ничего не подозревающего Джесси цепким холодным взглядом, как бы запоминая его, и ободряюще сжал руку сестры, давая понять, что он рядом.

***

В магазине, где его приветствовали как старого знакомого, после чего Эшли многозначительно откашлялась, Джош оробел. Он действительно часто бывал здесь, завороженный величественной ударной установкой, тусклым, манящим сиянием тарелок, стройными шеренгами барабанных палочек, и музыкой — резкой, необычной, притягательной, правильной, гораздо правильнее, чем та, что прошла цензуру Христианского союза молодежи. Но первый раз, пожалуй, он приходил сюда не за тем, чтобы потрепаться о новинках индустрии, а выбрать подарок самому значимому для него человеку. — Хэй, Джошуа, ты пришел с барышней, чтобы поразить ее навыками игры на ударных? — весело закричал продавец с бейджем «Ник» на фирменной толстовке. — Нет, Ник, — смутился Джош, — познакомься, это моя сестра Эшли. Мы пришли, чтобы выбрать подарок нашему другу. — Ты самая очаровательная из всех, кого я видел здесь, — с чувством произнес Ник, подходя к ним и протягивая руку Дану. Тот шутливо показал ему кулак: — Не стоит подкатывать к моей сестре при мне, Ник. Не то мы уйдем и купим укулеле на Амазоне. Тот поднял руки вверх: — Ты убедил меня, чувак. Работа прежде всего. Так, значит, укулеле? Хороший выбор даже для тех, кто не умеет играть. Он, кстати, умеет? — и продавец вопросительно посмотрел на Джоша. Эшли пожала плечами, а Дан кивнул: — Да, кажется. Но на пианино. — Ну, в пианино тоже есть струны, только по ним колотят маленькие молоточки, — схохмил Ник, страшно довольный своей шуткой. — А с этой красавицей нужно обращаться с истинной любовью. Он снял с полки небольшую гитару орехового цвета и погладил ее корпус: — Вот эта малышка подарит вашему другу немало сладких моментов. Таких сладких, которые не сможет подарить женщина. — Так, Ник, хорош трепаться, — скомандовал Джош, — не порти мне ребенка, а то я пожалею, что когда-то переступил порог этого магазина. Тот поцокал языком: — Я должен воздать должное этому чудесному инструменту, не перебивай меня. Ты не в состоянии оценить бархатный напев струн. — Ай, Ник, дороже, чем на ценнике, все равно не продашь, — отмахнулся Дан, — кстати, как насчет скидки для друзей? — Обижаешь, Джошуа, разве я могу забыть? — покачал головой Ник, отбивая чек, — твои постоянные пять процентов гарантированы. Пока Дан отсчитывал купюры, Ник и решившая разглядеть волшебную гитару поближе Эшли упаковывали подарок. — Знаешь что? — обратилась она к Нику, — я бы предложила тебе приложить к гитаре вашу скидочную карту. Тогда парень, для которого предназначается подарок, придет покупать новые струны у вас. Ник восхищенно посмотрел на нее: — Не хочешь поработать у нас, детка? Начавший нервничать Дан вмешался в разговор: — Я уже, кажется, предупреждал насчет моей сестры, а, Ник? Тот печально вздохнул: — Ну хоть кого-то из вашей семьи я хотел бы видеть тут. Ты разбираешься в музыке, а Эшли красивая и соображает в коммерции. — Мы подумаем, — туманно пообещал Джош, и они с Эшли покинули магазин.